Читать книгу "100 знаменитых москвичей"

Вскоре эта часть производства начала приносить гораздо больше доходов, чем золотая нить, а эксклюзивные алмазные фильеры Товарищества «В. Алексеев, П. Вишняков и А. Шамшин» покупали теперь еще и электротехнические заводы. Идя в ногу со временем, талантливый менеджер наладил на фабрике резиновый цех для выпуска изолированных проводов. Во время Первой мировой войны оборот его предприятий составил около 4 млн рублей золотом. Двойная жизнь предпринимателя-театрала прекратилась в 1917 г., когда бывшие «таланты и поклонники» режиссера Станиславского национализировали собственность капиталиста Алексеева, великодушно сохранив ему жизнь и дав возможность «реализовать себя в искусстве».

Советские биографы знаменитого реформатора театра сообщали: «До революции влияние вкусов буржуазного зрителя препятствовало осуществлению большой художественной программы Станиславского, сковывало его творческие силы… После Октябрьской революции Станиславский полностью посвятил свою жизнь искусству». А чему еще ее оставалось посвящать? Новая власть не оставила талантливому менеджеру выбора. На его семейной фабрике с безликим именем «Московский электрозавод» новые хозяева тянули вольфрамовую нить для лампочек Ильича, выполняя программу ГОЭЛРО, а улицу Малую Алексеевскую переименовали в Малую Коммунистическую.

После тяжелого сердечного приступа, случившегося в юбилейный вечер МХАТа в 1928 г., врачи навсегда запретили режиссеру выходить на подмостки. К работе он смог вернуться только через год, посвятив остаток жизни теоретическим изысканиям, педагогическим пробам «системы Станиславского» и занятиям с молодежью в своей Оперной студии. Разработанная им система актерского мастерства стала основой развития мирового реалистического театра XX столетия и была изложена в книге «Работа актера над собой», издания которой на родном языке мастеру так и не довелось увидеть.

О последних днях его жизни осталось свидетельство писателя Виктора Некрасова: «В углу дивана, глубоко погрузившись в его мякоть, сидит длинноногий человек в ботах. Сквозь большие круглые стекла пенсне с тесемкой на нас смотрят маленькие, слегка иронические глаза. Лицо малоприветливое». В то время он уже давно никого не любил и ненавидел «советскую действительность», в которой ему довелось жить, которая загнала его в тупик, лишила веры в людей, сделала подозрительным, а еще потому, что чувствовал близость смерти: жить бедному Константину Сергеевичу оставалось полтора месяца.

7 августа 1938 г. режиссер Станиславский умер. Причина – сердечная недостаточность, вероятно, ишемическая болезнь. Аортокоронарное шунтирование изобрели только полвека спустя.

Похоронили Константина Сергеевича на Новодевичьем кладбище. В советское время именем Станиславского назывался Леонтьевский переулок (в районе Тверской улицы), где в 1920 – 1938 гг. жил и работал великий реформатор театра. В 1948 г. там был открыт его музей-квартира, а на Пушечной улице, 9 и в Леонтьевском переулке, 6 установлены мемориальные доски. Имя «забытого предпринимателя» и всемирно известного режиссера было присвоено двум московским театрам – Драматическому и Музыкальному.

Строганов Сергей Григорьевич
(род. в 1794 г. – ум. в 1882 г.)

Основатель Строгановского высшего художественно-промышленного училища (1825 г.), граф, государственный деятель, коллекционер, меценат. Почетный член Петербургской академии наук (1827 г.) и Московского университета (1848 г.). Археолог-любитель, основатель Археологической комиссии (1859 г.), председатель Московского общества истории и древностей российских (1837 – 1874 гг.). Генерал-лейтенант (1837 г.), участник Отечественной войны 1812 г., Русско-турецкой войны 1828 – 1829 гг., Крымской войны 1853 – 1856 гг.

Историки прошлых столетий предполагали происхождение рода Строгановых от татарского мурзы Золотой Орды, якобы крестившегося и посланного царем против татар. Последние, взяв его в плен, «сострогали» все тело. Теперь большинство исследователей считает, что Строгановы были выходцами из числа богатых людей Великого Новгорода. В Смутное время и позже они помогали царю солидными денежными взносами и были возведены в ранг «именитых людей». Граждане такого звания подлежали только личному царскому суду, могли строить города, крепости, содержать ратных людей, лить пушки, воевать с владельцами Сибири, вести беспошлинную торговлю с азиатскими купцами. В 1722 г. Петр I за заслуги Григория Дмитриевича Строганова возвел троих его сыновей в баронское достоинство.

8 ноября 1794 г. в семье потомка одного из них, барона Григория Александровича Строганова, родился Сергей. Его отец был в дальнейшем послом России в Швеции и Турции, членом Государственного совета, в 1826 г. получил титул графа. Сын всю жизнь числился на военной службе, принимал участие в трех войнах. Однако наиболее яркой и плодотворной была деятельность Сергея Григорьевича, связанная с меценатством, коллекционированием и особенно с просвещением.

В 1810 г. будущий меценат поступил в Институт корпуса инженеров путей сообщения, спустя год был произведен в офицеры. Во время Отечественной войны 1812 г. он участвовал в Смоленском и Бородинском сражениях, в боях при Тарутине, Малоярославце, Красном, а также в заграничных походах русской армии 1813 – 1814 гг. В Западной Европе молодой офицер посещал художественные учреждения, а пребывание в Париже использовал для изучения наиболее выдающихся произведений искусства, привезенных туда Наполеоном в виде трофеев.

С 1815 г. поручик лейб-гвардии Литовского полка Сергей Строганов жил в Москве на улице Знаменка, затем служил в гусарском полку. Он женился на своей дальней родственнице Наталии Павловне Строгановой, старшей дочери графа П.А. Строганова. К гусарскому офицеру перешел от тестя графский титул, а также имение в Пермской губернии, в котором насчитывалось более 45 тыс. крестьян мужского пола. К этому он присоединил еще владения, доставшиеся ему позже от отца (около 100 тыс. крепостных и 1,5 млн десятин земли) и одного из братьев. В имении граф значительно реформировал центральное управление. Он заботился о распространении грамотности среди крестьян, об улучшении их благосостояния (скажем, в марте 1881 г. Строганов внес в Пермское отделение государственного банка около 150 тыс. рублей, назначив проценты с этой суммы на пособие рабочим заводов и промыслов в пермском имении).

В 1825 г. граф на собственные средства открыл в Москве «техническую школу рисования применительно к искусствам и ремеслам» (ныне – Строгановское художественно-промышленное училище). Заведение предназначалось для детей бедных родителей, в том числе и крепостных. Обучение было бесплатным, как и краски, кисти и другие материалы и инструменты, необходимые ученикам. Целью мецената было помочь талантливым детям выбиться в люди, сделать из них настоящих мастеров, способных воплотить в произведениях прикладного искусства национальные русские традиции. За шесть лет они должны были овладеть «начальными правилами практической геометрии, архитектуры и разными родами рисования, относящимися к механическим искусствам». Выпускники школы в дальнейшем работали художниками в типографиях, мастерских, на ситценабивных и фарфоровых фабриках.

Вскоре Сергею Строганову был пожалован чин флигель-адъютанта и он был назначен членом «комитета устройства учебных заведений», известного как «Комитет 14 мая» (учрежден царем 14 мая 1826 г.). Здесь занимались составлением уставов средних и низших училищ, институтов, университетов. В турецкую кампанию 1828 г. Строганов воевал под Шумной и Варной. С 1831 по 1834 г. он исполнял обязанности генерал-губернатора в Риге и Минске.

В 1835 г. в России был введен новый университетский устав, лишивший высшие учебные заведения их прежней самостоятельности. Вся власть в университете теперь принадлежала чиновнику высокого ранга – попечителю учебного округа. К счастью, этим человеком в Москве стал генерал-адъютант С.Г. Строганов и был им до 1847 г. Этот период называли «строгановским временем», «строгановской эпохой», что было синонимом «золотого» времени. Европейски просвещенный, толерантный к убеждениям других, он был, можно сказать, идеальным попечителем. Не зря же его в 1848 г. избрали Почетным членом Московского университета. Сергей Григорьевич отличался сильным и независимым характером, умел твердо отстаивать свои убеждения, даже если они противоречили мнению высших лиц в государстве. Конечно, солидное состояние позволяло попечителю не зависеть от карьеры.

Он умел находить способных людей и всячески оказывал им поддержку и покровительство. Бодянский, Буслаев, Грановский, Кавелин, Кудрявцев, Соловьев, Шевырев – вот только несколько профессоров, которые начали свою университетскую деятельность в это время, а впоследствии стали гордостью российской науки. Такой критик аристократических кругов, как Герцен, признавал, что Московский университет многим обязан Строганову, и отмечал заслуги графа в отстаивании прав профессуры и студентов от полицейского произвола. В эпоху реакции в университетских стенах сохранялась свобода творческой мысли, вуз превратился в настоящий духовный центр России.

В 1840 г. Строганов проявил всю свойственную ему твердость характера и прогрессивность мышления, протестуя против секретного правительственного постановления, рекомендовавшего ограничить представителям низших сословий доступ к университетскому образованию. Сам попечитель, принимая в своем доме состоявшего под полицейским надзором А. Герцена, признавался ему, что молодые профессора часто ставят попечителя перед выбором – либо изменить присяге, либо принять против них карательные меры. В результате в 1847 г. Строганов поссорился с реакционно настроенным министром просвещения С.С. Уваровым и оставил свой пост.

Позже Сергей Григорьевич возглавлял комиссию, рассматривавшую проект реформы образования, разработанный новым министром просвещения, графом Д.А. Толстым. Документ предполагал разделение образования на реальное и классическое. Подобный шаг был нужной и своевременной мерой, так как позволял лучше подготавливать учащихся для последующего получения высшего образования в технических и гуманитарных областях. Граф Строганов был сторонником этой реформы и активно отстаивал ее положения. Он настаивал на развитии не только естественно-научных училищ, но и гуманитарных классических гимназий.

Свободное время граф посвящал своим любимым занятиям – археологии, нумизматике и собиранию художественных ценностей. В 1837 – 1874 гг. Сергей Григорьевич являлся бессменным председателем в Обществе истории и древностей российских (ОИДР) при Московском университете. (Брат, Александр Григорьевич, губернатор Бессарабии и Новороссии, возглавлял Одесское общество истории и древностей.) Строганову удалось добиться своему обществу титула Императорского, а значит, постоянных субсидий на различные издания общества, и расширить его деятельность. Под его руководством были изданы «Древности Российского Государства» (1849 – 1853 гг.). На средства графа печатались многие труды Г.И. Спасского, а он сам написал книги «Дмитриевский собор во Владимире-на-Клязьме, строенный с 1194 по 1197 г.» (Санкт-Петербург, 1849 г.) и критический разбор сочинений Виолле «О русском искусстве» (Санкт-Петербург, 1879 г.).

В 1859 г. Строганов основал Археологическую комиссию, до конца жизни был ее председателем, отвел для нее в своем доме большое помещение. Он содействовал раскопкам на Черноморском побережье России, вместе с А.Д. Чертковым значительно поднял научный интерес к русской нумизматике и составил богатейшую коллекцию русских монет, а также медалей. После смерти академика Г.К. Келлера коллекционер приобрел его собрание серных оттисков с греческих и римских монет (более десяти тысяч штук) и подарил минц-кабинету Московского университета. Сын, Александр, также увлекался историей и археологией, являлся членом Петербургского археологического общества и был известным нумизматом. Его богатая коллекция средневековых европейских монет послужила развитию нумизматики не только как рода коллекционирования, но и как науки.

С.Г. Строганов также интересовался живописью и скульптурой. Обладая обширной эрудицией в этой области, он значительно приумножил фамильную галерею ценными произведениями итальянских и голландских мастеров, которые собирал во время своих неоднократных путешествий по Западной Европе. Крупную коллекцию граф получил и после женитьбы. Его собрание включало картины, скульптуры, рисунки, гравюры, предметы декоративно-прикладного искусства. С 1840-х гг. Строганов собирал иконы XVI – XVII ст. Благодаря ему в Москве были сохранены десятки старообрядческих икон, предназначенных к уничтожению. Для этого по указу Николая I иконы из домашних молелен и скитов были собраны в одном из московских монастырей. Граф добился разрешения митрополита Филарета забрать эти иконы.

В разгар Крымской войны в январе 1855 г. в Москве было объявлено о созыве ополчения – как в Отечественную войну. Патриотический подъем совпал с ростом оппозиционных настроений. Начальником Московского ополчения большинством голосов был выбран герой Кавказской войны, опальный отставной генерал Ермолов. Однако император не допустил его к командованию, пообещав ему более высокое назначение. Московских ополченцев повез в Севастополь генерал Строганов, набравший второе после Ермолова число голосов. Спустя год Сергей Григорьевич занял высокий пост главы Государственного совета.

В конце 1859 г. при новом царе Александре II Строганов был назначен московским генерал-губернатором, сменив на этом посту Закревского, который при Николае I преследовал в Москве всякое свободомыслие. На фоне Закревского новый губернатор казался либералом и эту должность занимал всего пять месяцев. Уже в середине 1860 г. Сергей Григорьевич был приглашен ко двору в качестве главного воспитателя наследника, цесаревича Николая Александровича, и переехал в Санкт-Петербург. Он составил для своего подопечного своеобразный университетский курс из наук юридического и филологического факультетов и военной академии генерального штаба, а в преподаватели пригласил профессоров этих высших учебных заведений.

С 1860 г. вновь началась деятельность Строганова и в области народного просвещения в качестве члена законодательного учреждения, Государственного совета и члена, а зачастую и председателя, разнообразных комиссий и комитетов. Например, в 1863 – 1865 гг. Сергей Григорьевич был председателем комитета железных дорог. Несколько лет он работал в комиссии для рассмотрения отчетов министра народного просвещения, что теснейшим образом связывалось тогда с обсуждением мер против непрекращающихся студенческих волнений. На всех постах Строганов отличался независимостью суждений и твердым отстаиванием своих позиций. До конца жизни он занимался благотворительностью и коллекционированием.

Скончался С.Г. Строганов 28 марта 1882 г. в Петербурге и был похоронен в Александро-Невской лавре.

Сумароков Александр Петрович
(род. в 1717 г. – ум. в 1777 г.)

Известный поэт, один из «столпов» русской классической литературы, драматург, заложивший основы русской драматургии XVIII века, острый критик, едкий и насмешливый публицист. Сумароков принадлежал к тому поколению русских писателей, которые обновляли национальную культуру на светских началах, ориентируясь на европейский опыт.

Александр Сумароков появился на свет в 1717 г. в Финляндии, близ Вильманстранда (нынешнее название – Лаппенранта). Отец Саши, человек по тому времени образованный, был крестником Петра I; он успел верой и правдой послужить отечеству при нескольких императорах и императрицах. Петр Панкратьевич сделал блестящую карьеру, завершив военную службу в чине полковника, а гражданскую – действительным тайным советником.

Сумароков-старший доверил начальное воспитание и обучение своих детей иностранцу Зейкену (педагогу наследника престола, будущего императора Петра II). Саша находился на домашнем обучении до 14 лет, а в 1732 г. родитель определил его в Сухопутный шляхетный корпус, который называли «Рыцарской академией». Сумароков стал одним из первых воспитанников этого учебного заведения, только что устроенного Минихом по прусскому образцу. В корпусе, где готовили будущих государственных чиновников, учебная программа имела явный гуманитарный уклон: здесь изучались иностранные языки, тонкости светского этикета, поощрялись литературные занятия, разрешалось посещение театров.

Среди соучеников Саша почти сразу выделился серьезным отношением к научным занятиям и влечением к литературе: молодой человек тратил свободное время на переложение псалмов, сочинение любовных песен и од. Воспитанники корпуса время от времени читали друг другу свои сочинения и переводы. Из особо увлеченных творчеством лиц Сумароков образовал «общество любителей российской словесности», а сочиненные им самим песни были положены на музыку Белиградским и имели большой успех при дворе. В те же годы будущий поэт попробовал свои силы в жанре драматургии. Ко времени окончания корпуса (1740 г.) были напечатаны две оды Сумарокова, в которых воспевалась императрица Анна Иоанновна.

Закончив учебу, Александр Петрович служить в полку не захотел. Выпускника престижного корпуса сначала причислили адъютантом к военной канцелярии графа Миниха, а затем перевели на службу к графу Г.И. Головкину. В 1741 г., после воцарения императрицы Елизаветы Петровны, Сумароков, имевший чин бригадира, стал адъютантом ее фаворита графа А. Разумовского. В 1743 г. Александр Петрович был уже генерал-адъютантом, бывал в высшем обществе столицы и завел знакомство с наиболее выдающимися лицами того времени. Но все свободное время Сумароков по-прежнему посвящал писательской деятельности. Он мечтал создать в России такую литературу, которая могла бы достичь уровня литератур наиболее культурных европейских стран. Александр Петрович участвовал в теоретических спорах, изучал знаменитых драматургов Франции XVII в., посещал все спектакли трупп, выступавших в Петербурге, сочинял модные любовные и пасторальные песенки, которые имели большой успех, писал пастушеские идиллии и эклоги. Уже тогда у поэта выработался легкий, музыкальный стих, близкий к разговорному языку того времени. Широкая известность пришла к Сумарокову в 1748 г., после выхода в свет теоретического трактата в стихах из двух частей. В первой говорилось о создании русского литературного языка; вторая часть, ставшая своеобразным манифестом русского литературного классицизма, содержала подробную характеристику основных его жанров и указывала образцы, на которые следовало ориентироваться поэтам.

Несколько ранее, в октябре 1747 г., Сумароков обратился к президенту канцелярии Академии наук за разрешением издать трагедию «Хорев» (она была напечатана в том же году). В 1748 г. Александр Петрович познакомил соотечественников с «Гамлетом». Правда, своим собственным: трагедию Шекспира Сумароков прочел во французском переводе, переписал ее александрийским стихом, переделав при этом по своему усмотрению. Например, убийцей отца Гамлета оказался не Клавдий, а Полоний… Позже эту сумароковскую версию очень ценил Павел I, не без оснований видевший в Гамлете самого себя. В 1750 г. трагедии «Хорев», «Гамлет», «Синав и Трувор», «Артистона», комедии «Чудовищи» и «Трессотиниус» были поставлены в корпусе и во дворце. В 1751 г. там же состоялись показы «Семиры»; актерами являлись кадеты, поскольку профессионального театра в городе не было. Начинание имело значительный успех, и вскоре в Петербург была приглашена знаменитая ярославская труппа. В 1755 г. Сумароков поставил на сцене первую русскую оперу «Цефаль и Прокриса», музыка к которой была написана придворным капельмейстером Арайя. А 30 августа 1756 г. писателя назначили директором учрежденного по именному указу Елизаветы Петровны первого профессионального Российского театра. Эту должность он занимал в неимоверно трудных условиях, являясь одновременно художественным руководителем, сценографом, воспитателем труппы, не прекращая при этом писать пьесы, оперные и балетные либретто. Средств постоянно не хватало, и Александр Петрович часто тратил на нужды театра собственные деньги. Правда, постановки встречали неизменное одобрение со стороны императрицы. Так, в 1757 г. зрители увидели новую драму Сумарокова «Пустынник», в 1758 г. – трагедию «Ярополк и Димиза» и комедию «Приданое обманом».

Для того чтобы поднять в глазах малообразованной публики статус актеров, Александр Петрович выхлопотал им дворянское отличие – право носить шпагу. В том же году Сумарокова, по ходатайству известного историка, академика Г.Ф. Миллера, избрали почетным членом Лейпцигского литературного общества.

Трагедии этого автора служили своеобразной школой добродетели для монархов и сословной чести для подданных, показывали современникам, как им следует выполнять свой общественный долг. В комедиях Сумароков высмеивал невежество, слепое подражание французской моде, алчность, тупость и педантизм. Часто в карикатурном виде в комедиях изображались литературные противники Александра Петровича.

В 1761 г. резкие разногласия с начальством вынудили Сумарокова покинуть занимаемый пост. Он даже дал зарок больше ничего не писать для театра, но конечно же, очень скоро его нарушил, создав в 1768 – 1774 гг. трагедии «Вышеслав», «Димитрий Самозванец», «Мстислав», комедии «Опекун», «Лихоимец», «Три брата совместники», «Ядовитый», «Нарцисс», «Пустая ссора», «Рогоносец по воображению», «Мать – совместница дочери», несколько балетов, в которые вводил драматический элемент и намеки на современные события.

Этот писатель стал также первым русским «самиздатчиком»: любовная лирика Сумарокова распространялась в списках, поскольку тогдашние типографии не успевали печатать все новинки. В то же время благородные сословия испытывали острый дефицит пособий по любовному ухаживанию и предпочли не ждать милостей от неуклюжей техники, а переписывать от руки чувствительные песни. Многочисленные оды, элегии, басни, сатиры, притчи, эклоги, мадригалы, критические статьи позволили писателю завоевать прочное положение во всех родах и видах русской литературы.

В 1759 г. Сумароков основал «Трудолюбивую пчелу» – первый в России чисто литературный журнал, на страницах которого публиковались произведения российских авторов, переводы сочинений Вольтера, Свифта, Горация, Лукиана. Издание имело успех, но… Недостаток средств – страшная вещь, и довольно скоро «Трудолюбивая пчела» «приказала долго жить».

Крайне самолюбивый и строптивый, Сумароков постоянно находился в состоянии «холодной войны» с окружающими, не делая исключения даже для ближайших родственников. Правда, подорвать литературный авторитет писателя его противникам не удавалось, но зато в обычной жизни многие лица из высшего общества и литературного круга брали своеобразный реванш. У вельмож Сумарокова специально дразнили, чтобы иметь возможность вдоволь натешиться его бешенством. Ломоносов и Тредиаковский постоянно донимали своего оппонента насмешками и эпиграммами.

Отношения Сумарокова и Ломоносова вообще складывались непросто. В одах, написанных в 1740-е годы, Александр Петрович откровенно руководствовался творениями М.В. Ломоносова, а позже полемизировал с учителем по литературно-теоретическим вопросам, считая главными задачами поэзии не постановку общенациональных проблем, а служение идеалам дворянства. В 1750-е годы Сумароков в своих «вздорных одах» пародировал высокопарные строфы Ломоносова, а Тредиаковского изобразил в «Трессотиниусе» в лице тупого педанта. В последние годы жизни Михаил Васильевич не мог слышать имени Сумарокова, раздражался и кричал.

Расставание с театром для Александра Петровича все же было болезненным. Поэтому литератор с особой радостью воспринял вступление на российский престол Екатерины П. Императрица знала и ценила Сумарокова и не лишала эту горячую голову, периодически нуждающуюся в серьезном внушении, своего расположения. Долгое время все сочинения Александра Петровича печатались на счет Кабинета. Но вот судьба поэта сделала новый поворот, и в его жизни наступила затяжная черная полоса.

Все началось с того, что Сумароков запретил содержателю московского театра Бельмонти играть свои произведения. Бельмонти обратился к московскому главнокомандующему, фельдмаршалу графу П.С. Салтыкову. Тот, не вникая в суть, просто дал разрешение просителю ставить то, что он сам пожелает. Александр Петрович возмутился, отправил графу резкое письмо и пожаловался на обидчиков Екатерине П. Но государыня поддержала чиновника. Сумароков написал ей ядовито-ироничное письмо – и попал в пренебрежительную полуопалу.

В 1769 г. Сумароков переехал на постоянное жительство в Москву, где создал первую и единственную свою трагедию, основанную на подлинных событиях национальной истории – знаменитого «Димитрия Самозванца», несколько других трагедий и комедий. Кроме того, Александр Петрович начал изучать исторические источники и на их основе создал труды «Первый и главный стрелецкий бунт, бывший в Москве 1682 года в месяце маие», «Сокращенная повесть о Степане Разине», «Краткая Московская летопись», «Второй стрелецкий бунт». В то же время были написаны большинство басен Сумарокова (всего их известно около 400): глубокие по сатирической и политической остроте, они высмеивали невежество, презрение к родному языку, мотовство, жадность, взяточничество, ложь. Эти качества Александр Петрович умело доводил до карикатуры, надеясь вызвать у читателя смех и желание исправить недостатки. Позднее Крылов нередко заимствовал основные черты сюжетов басен Сумарокова.

Когда жизнь подкидывала особо неприятные сюрпризы, душой поэта овладевало религиозное чувство и он занимался переложением псалтыря в стихи и написанием духовных сочинений.

Иногда Александр Петрович уезжал на какое-то время в деревню, но в Петербурге он бывал крайне редко – по делам или по вызову государыни. Горечь негласной опалы подбавила темных тонов в мрачноватые краски, которыми была написана жизнь поэта. Потихоньку он стал пить, быстро привык к «горькой». Теперь Сумароков часто впадал в периоды тяжкого запоя. Враги смеялись над ним, дирекция театра отказывала в праве иметь бесплатное место на представлениях его собственных пьес. Сочинения «отца российского театра» перепечатывались с намеренными искажениями.

Дело осложнялось еще и тем, что Сумароков был удивительно невезуч в семейной жизни. Он был женат три раза – и остался в конце концов один. У Александра Петровича было четверо сыновей, но поддержать отца в старости никто из них не мог: один умер в молодости, трое утонули, стараясь спасти друг друга. Что оставалось поэту? Только воспоминания да ощущение горечи поражения…

Последние годы жизни Сумароков провел в нищете, лишившись дома и имущества, которые были проданы за долги. Демидов преследовал писателя по долговому обязательству в 2000 руб., требуя, кроме возмещения основной суммы, выплаты неустойки. Причем богач явно забавлялся стесненным положением Александра Петровича. Поэт искал утешения все в том же алкоголе. Теперь он пил беспробудно, топя на дне бутылки талант, дружеские связи, остатки состояния, известность и влияние.

В октябре 1777 г. 59-летний Сумароков скончался в Москве, один, позабытый всеми, хотя его литературная слава была еще в зените. Похоронили его в Донском монастыре. Скромный гроб с телом писателя принесли на монастырское кладбище на своих плечах актеры. Они же отдали последнюю дань ушедшему в небытие таланту. Пожалуй, только служители сцены помнили в тот момент, что скандалист-писатель имел доброе сердце и готов был последним поделиться с бедняком, никогда не упускал случая заступиться за гонимого, выразить резкий протест против поругания человеческого достоинства в крестьянине.

Современники Сумарокова отдавали предпочтение его трагедиям и басням, более поздние поколения – сатирам и песням. А в общем, беспокойный поэт успел оставить свой след во всех литературных жанрах. След настолько заметный, что он не исчез во Времени....