Читать книгу "Киборги-пилигримы"

***

С началом нового дня Макс, как обычно, проснулся первым и обошел остров. Ни следа Алекса. Начинающийся отлив постепенно обнажал подступающие к острову скалы и брод к берегу, но ни одежды, ни тела, ни куска тела к ним не прицепилось.

– Хороший денек будет, – обратился Макс к обглоданной ветром статуе, украшающей вход в дом. – Ветер с запада. Умеренный. Дождя не предвидится. – Он сделал несколько махов руками и сел на шпагат. Поднял пустую тыквенную бутыль, брошенную с вечера Хоком и Тимом-Джеком, и внимательно ее осмотрел. – Что это? – вслух спросил он у статуи. Но поскольку период утреннего дозора закончился, бросил бутыль на место и вернулся в дом.

Киборги и люди расположились вокруг каменного стола в углу большой центральной комнаты и внимательно изучали карту, скачанную Алексом на компьютер Хока. Док подробно рассказывал план экспедиции: пройти вдоль берега к старой бухте, потом повернуть направо и обогнуть всю гору по улице Фан Тю Чинь, а потом выйти к улице Хоан Хоа Тхам, которая должна была привести их прямо к большому пресному пруду, по идее принадлежащему тэям. По словам вьетов, весь центр города – прямоугольник, образованный улицами Хоан Хоа Тхам, Ле Лои, Нгуэн Ан Нинь и шоссе Ба Тхан Хаи, – был выжжен дотла, представляя собой Нейтральную землю. Сами тэи обитали на территории, включавшей Пятый округ и грузовой порт, а также военный аэродром в Девятом округе.

Чтобы было легче ориентироваться, Хок попытался отметить сферы влияния разных общин на карте города. Он сразу увидел, в чем проблема: хотя формально владения вьетов включали частично Второй и Восьмой округ до улиц Чуонг Кон Дин и Бинь Гиа, где и находились их небольшие пресные пруды и рисовые плантации, единственная дорога, ведущая из города – шоссе Ба Тхан Хаи, она же региональная трасса QL 51C, – пролегала намного ближе к большому пляжу. Она была загорожена с обеих сторон колючей проволокой и завалами на манер Крымской магистрали и защищена блок-постами, которые организовали тэи. Таким образом, каждый раз, отправляясь к собственным прудам, Нгуэны должны были пересекать эту общую трассу, что неизбежно вело к стычкам. Хок бы не удивился, если бы узнал, что вьеты и правда подворовывают воду из большого пруда.

***

Обсудив план, группа тронулась в путь. Все, кроме Али, которого по такому случаю послали в деревню вьетов, удостовериться, что Алекс все-таки там не остался. До гавани путешествие прошло спокойно. Хок убедился, что аккумулятор его коляски достаточно зарядился от Солнца и движения, чтобы он мог самостоятельно спастись бегством, и почувствовал себя увереннее.

За горой начались первые странности. Казалось, киборги бесстрастно и безжалостно уничтожали дома в даунтауне, таившие потенциальную опасность – там, где, согласно фотоархиву когда-то стояли симпатичные двухэтажные узкие особнячки и лавчонки, теперь была только груда выжженного мусора. Дорога была тщательно расчищена, видимо, чтобы не затруднять передвижения патрулям. Но при этом почему-то какие-то домишки остались нетронутыми. Например, шикарный дом в китайском стиле, целиком покрытый резьбой по дереву. С годами дерево совсем потемнело, краска и позолота, украшавшие его, исчезли, и этот конфуцианский дворец выглядел мрачно и величественно. Или другой дом – совершенно неказистый и неприметный, с остатками открытой веранды, над которой еще можно было разобрать едва заметную надпись «бар».

– Почему они не уничтожили все? – удивился Макс.

– Может, решили, что эти здания представляют какую-то ценность, – предположил Док.

– Или ими руководили люди, для которых это представляло ценность, – поправила Лиза. – Люди привязываются к зданиям. Помнишь, как по телевизору на Парацельсе постоянно показывали скучные фильмы про дома? – спросила она Дока.

– Это была реклама новых вилл, – раздраженно поправил Тим-Джек. – Мы не снимаем фильмы про дома.

– Осторожно! – прервал спор Док, который внимательно изучал местность.

Оказалось, что дорога впереди была полностью заблокирована. Больше по Фан Тю Чинь прохода не было.

– Придется сворачивать к Нейтральной земле раньше, – решил Док, сверившись с картой в голове.

– Может, вернемся? – робко предложил Тим-Джек. – Тут такие завалы. Неизвестно, есть ли вообще этот проход.

– Что вы тут делаете? – неожиданно раздался откуда-то громкий голос. Из-под навеса бывшего бара вышло несколько вооруженных киборгов.

«Максы, Доктора, один Алекс», – определил Хок. – «Нет типа Лизы. Черт возьми, я не подумал, что они могут оказаться шовинистами-женоненавистниками».

Глава шестая

– Мы на нейтральной территории, – сообщил Док.

Он выступил вперед и представился по всей форме, назвав номер группы и ставший уже бессмысленным квадрат ее действия. В дополнение послал мысленный сигнал о добрых намерениях. К счастью, патруль ответил тем же.

– Это вы причалили к старому пирсу в день Corpus Christi? – строго спросил один из Давидов-тэев.

«Католики! Безумные католики! Так я думал. Где ты, Алекс?» – мысленно взвыл Хок.

– Мы, – нимало не смутившись, ответил Док.

– Мы решили, что вы уплыли восвояси.

Лиза уже разобралась, что к чему, и решила продолжить беседу, не замечая испуганных взглядов Хока. Но его опасения были напрасными. Тэи не испытывали враждебности по отношению к типу Е или к андроидам-женщинам, просто посмотрели на Лизу с интересом.

– Мы причалили к острову Хон Ба. Из-за зомби. Теперь, убедились, что тут безопасно, решили вступить в контакт. Спросить, можно ли нам остаться.

– На Хон Ба? Почему вы спрашиваете у нас? Это Запретная земля.

– На Хон Ба? – вступил другой Давид-тэй. – Значит, вы видели дикарей. Говорили уже с ними?

– На Хон Ба? – подхватил третий Давид. – Почему вы боитесь зомби?

Боевой отряд спасовал перед тройной лидерской логикой. Наконец, Хок решил вмешаться.

– Мы не до конца разобрались в ваших порядках, не знаем точно, где земля запретная, а где нейтральная, – пояснил он и беззастенчиво подлил лести. – Дикарей мы видели. Поэтому и решили, что нужно познакомиться с представителями настоящей культуры. А зомби мы боимся, потому что вот мы с Тимом-Джеком люди. А меня зовут Хокинг.

– Давно мы людей настоящих не видели, – просто констатировал один из Давидов. – Ну что ж. Добро пожаловать в общину Страстей Христовых. Пройдемте в нашу скромную обитель.

***

С хозяевами путешествие пошло веселее, потому что они хорошо ориентировались в Нейтральных землях и быстро огибали завалы, выведя отряд к улице Ле Лои, а оттуда – к большому грузовому порту.

К удивлению гостей, он вовсе не был заброшен, а наоборот, аккуратно расчищен. Вдалеке, правда, виднелись брошенные погрузочные краны и покореженные баржи, но первым в глаза бросалось строение, напоминающее электростанцию.

– На горе стоит ветряк, – пояснил один из Давидов. – Он работает. Иногда с перебоями. Мощность не сильная, но хватает.

– Ветряк на горе? – заинтересовался Док. – Это и есть крест?

– Не богохульствуйте, пожалуйста. Крест – это Святой Крест. А ветряк на другой горе. На Запретной.

– Очень много у них тут запретного, – прошептал Хок катящей коляску Лизе. – Но они вроде вежливые.

– Можем дальше взять гольф-кары, – предложил все тот же Давид. Почему-то тэи не спешили представляться, видимо, планируя какую-то официальную церемонию. А может, замышляли недоброе.

– А что это?

– Автомобили, которые работают от электричества. Собственно, тут мы их и заряжаем.

– Как на Парацельсе? – брякнул обалдевший Тим-Джек. Тэи к нему особенно и не прислушивались.

– А откуда они у вас? – спросил Хок.

– Мы их спустили с горы Язычников. Их там много было.

Хоку надоело блуждать в потемках местной географии. Он протянул планшет самому разговорчивому Давиду:

– Покажите на карте, где эта гора, пожалуйста.

Как он и ожидал, рассадником разврата и язычества оказался бывший парк развлечений Вунтау с большой статуей Матрейи, которую они видели с моря. Давид в свою очередь заинтересовался компьютером Хока. Во всяком случае, он замер и, видимо, обменялся мыслями со своими товарищами.

– Судя по вашей технике и оружию, вы прибыли из места с высоким уровнем цивилизации? – наконец, спросил он.

– Да, – ответил Док.

На этом вопросы закончились.

На потрепанных, жужжащих, но вполне рабочих гольф-карах группа теперь быстро доехала до конечно пункта назначения – видимо, главной базы тэев, оказавшейся прекрасно сохранившимся жилым кварталом в самом центре Пятого округа. Шикарные просторные виллы спускались с горы террасами прямо к пляжу. На пляже и тут отдыхали зомби, что, очевидно, было характерной частью стиля жизни в Вун Тау.

Хок подумал, что эти киборги в своей общине интуитивно скопировали структуру колонии Парацельс с разделением промышленной и жилой зон. Гольф-кары припарковались в самом центре квартала – на большой красивой площади, на краю которой виднелась церковь и огромная статуя Мадонны, а венчал композицию белеющий у самой вершины горы крест.

***

Из церкви вышло несколько киборгов. Лиза, хоть и не рассчитывала увидеть среди них людей, внимательно приглядывалась к лицам и одежде тэев. Особенно ее заинтересовала одежда. Вначале она решила, что вьеты и тэи одеваются одинаково: короткие штаны и рубашки с короткими рукавами. Но теперь она заметила разницу. У местных киборгов штаны были короче, так что открывали коленные суставы, и рубашки не были рубашками. Она покопалась в словаре образов и нашла подходящее слово – «тишот». Кроме того, на всех тишотах были какие-то изображения или надписи, изрядно выцветшие.

– Это у вас форма такая? – спросила она, указывая на тишот Давида с надписью Bia Hoi.

– Нет. Форма у нас давно порвалась. Неудачный вариант для тропиков. Где-то на местной фабрике шили. Даже оружие не держалось. Мы нашли несколько контейнеров с этой одеждой в порту. Вполне удобно. Не голыми же ходить.

Нгуэнам рубашки шили женщины.

– Мало у вас народу, – обратил внимание Док.

– Кто-то в патруле. Остальные учатся или обустраивают жилище. К обедне должны собраться.

– А где вы живете? – спросила Лиза в поисках основной базы. – В церкви?

– Это же дом Господень! Нет, мы живем вот тут. Везде, – и Давид обвел рукой окрестные виллы.

Оказалось, община Страстей Христовых давно переболела привычку киборгов селиться общинно. Каждый мог занять отдельный дом или жить с соседом, помогавшим ему в учении.

Общинная жизнь тэев (как оказалось, сами себя они называли «грешниками» или «добрыми» и никак иначе) была достаточно проста: единоличного лидера в ней не было, все вопросы решал совет мудрейших, в равной пропорции состоявший из Алексов и Давидов. Имя каждый принимал собственное, чаще всего в честь наиболее вдохновляющего святого, мученика или праведника. Особенно почему-то приветствовались раскаявшиеся грешники. Например, разговорчивого Давида, сопровождавшего их всю дорогу, на самом деле звали Питером.

Кроме патрулирования, отлова зомби, обслуживания электростанции, ремонта гольф-каров и другой техники, а также перманентной реставрации и уборке собственных вилл (поддержание чистоты было одной из важнейших добродетелей, за грязь и неряшливость могли и изгнать из общины), все оставшееся время посвящалось религии. «Грешники» скрупулезно следовали всем католическим обрядам, отмечали праздники, чтили дни поста, посещали все службы и регулярно каялись. В качестве единственного наказания за грехи регулярно назначалось восхождение на гору к Кресту с остановками на каждой из 15 станций Крестного пути. Там добрые тэи впадали в транс, напоминавший, по мнению Хока, состояние его друзей-киборгов, вспоминавших любимые фильмы ужасов.

Функции священников, а точнее, духовных наставников, исполняли Алексы – конечно, из-за своей начитанности. Остальным приходилось в свободное время усердно изучать катехизис, жития, псалмы, постановления Вселенских Соборов и прочие канонические тексты, продираясь сквозь средневековую латынь.

Никакой службы на французском, английском и тем более вьетнамском добрые тэи не признавали.

Хок даже почувствовал некоторое разочарование: кровожадная тоталитарная секта оказалась на проверку унылым ортодоксальным ученым братством. Трогательное пристрастие киборгов к соборному отправлению ритуалов запомнилось ему еще с Парацельса.

Теперь Хок понимал, почему тэи просто изгнали из своего общества «дикарей» и старались при любом случае указывать тем на их невежество, а вовсе не уничтожили их и даже не репрессировали. Неприятие добрыми самаритянами вьетов и даже собственных этнических киборгов имело другие, нерелигиозные корни, но вполне соответствовало их картине мира. Оказалось, что в процессе освоения территории боевые отряды просматривали тематические фильмы, большинство из которых были посвящены Вьетнамской войне. Наибольшую популярность заслужили самые драматические и кровавые, например, «Мы были солдатами», «Рембо», «Охотник на оленей», а заодно и «Поля смерти». Неудивительно, что в итоге вьетнамские лица коллег стали вызывать у большинства киборгов агрессию.

Хотя старые фильмотеки были давно утеряны, избавиться от этого поведенческого шаблона оказалось не так-то просто.

Единственное, чего не мог понять Хок, так это в чем эти грешники постоянно каялись. Они не нарушали заповедей, не гневались, не гордились, не предавали, не страдали чревоугодием. Речь могла идти только о злых помыслах или тайных молениях сердца.

Тайна разрешилась тем же вечером. После вечерней службы местные жители, радушно встретившие гостей, начали как-то неохотно расползаться по своим виллам, поспешно прощаясь. Лиза обратила на это внимание Пола.

– Мы ничем вам не помешали? Просим прощения в таком случае. Мы сейчас уйдем.

– Да нет… – замялся тот. – Нет. Мы пойдем молиться. Размышлять. Вы оставайтесь, если хотите. Тут есть квартиры пустующие. В странноприимном доме «Маунтин Вью». У нас давно не было странников. Можете у нас переночевать. Сейчас вы все равно к старому пирсу не выйдете. Дорога вдоль берега заблокирована, а идти через Нейтральные земли в темноте для людей опасно.

– А почему дорога вдоль берега завалена? От зомби? – полюбопытствовал Док.

– Нет. Там проход к горе Язычников. Запретная земля.

– Но как же вы поднимаетесь в гору?

– Мы не поднимаемся. Кроме Крестного пути, все горы запретны.

– Даже Однорукий Иисус? – спросил Макс.

Ответом был пустой взгляд.

– Конечно, мы тут останемся на ночь, – поспешил принять приглашение Тим-Джек, пока мысль не увела киборгов и исследовательский зуд Хока к идее отчаянной ночной экспедиции в горы. – Мы точно не нарушили ваши планы?

– Нет… – снова замялся Питер. – Нет… Хотя я должен вам признаться… У нас сегодня планировалась вечерняя забава, но мы посовещались во время мессы и решили ее не проводить, потому что не знали, как вы к ней отнестись.

– И что за забава? – спросил Док.

– Бои зомби, – наконец решился Питер.

Люди были слишком потрясены, даже Лиза и Док задумались. И только Макс заинтересовано спросил:

– Как это? С кем они дерутся?

– Друг с другом, – признался Питер. – Вначале друг с другом. Мы их стравливаем на мясо, а потом делаем ставки.

– И что получают победители? – настаивал Макс.

– Возможность добить зомби, – прошелестел Питер и ушел в темноту.

– Надо же, – пробормотал Хок. – Ему стыдно. Киборги, стыдящиеся своих импульсов. Потрясающе.

– А теперь, – овладел ситуацией Док, – нам надо срочно его догнать и спросить, где же этот их странноприимный дом. Я израсходовал слишком много энергии.

Глава седьмая

На следующий день добрые самаритяне подвезли гостей до электростанции, а потом проводили к старому пирсу.

– Дальше мы не пойдем, – сказал Макс, принявший имя Лоуренс. – Но вам у нас всегда рады. Вы можете помочь своими знаниями из цивилизованного мира.

– Запретные земли? – спросил Хок, кивнув в сторону шоссе Ха Лонг.

– Запретные земли.

На острове их уже поджидал Али.

– Вьеты не видели Алекса со времени нашей последней встречи. И никаких его следов. Они понятия не имеют, куда он мог деться. Что там у тэев?

– Ну, они нормальные, – сообщила Лиза. – Строгие католики. Умеренные расисты.

– У них есть электростанция, – добавил Док.

– И бои зомби, – вставил Макс.

– Они пригласили нас к себе жить, – закончил Тим-Джек.

– Стойте! – вскрикнул Хок. – Я, кажется, знаю, куда делся Алекс.

– Что?! – обернулись все к нему.

– Он пошел на гору с Иисусом. Позавчера днем, пока не начался прилив, а мы тут все обсуждали вылазку в город.

– Почему ты так решил? – спросила Лиза.

– Это очевидно. Куда он еще мог пойти? Сам, спонтанно. Помните, он все время спрашивал, когда вы собираетесь подняться на гору? А у нас все время какие-то другие дела находились.

– Нет…

– Потому что вы не обращали на него внимания. А он, наверное, очень хотел на эту гору. Поставил себе цель и больше не мог противиться. Он понял, что обсуждать бесполезно, запутался в языках, в новых персонажах. Вот и последовал импульсу. Тем более лестница вот она – напротив.

– Что там такого на этой горе?

– Да. Что там такого? Если мы до сих пор туда не пошли, значит, там ничего нужного нет.

– У Алекса в памяти хранились все старые путеводители по Вунтау, энциклопедические статьи. Наверняка он наткнулся на что-то, что его заинтересовало, но не смог с вами поделиться.

– И что это значит? – наконец, спросила Лиза. – Ну, пошел на гору. Почему он до сих пор не вернулся?

– Да. Каков план, Док? – спросил Али.

– Можно сходить и проверить. Пока отлив. Будем голосовать?

Киборги начали спускаться к броду.

– Подождите! – крикнул Хок. – Все не так просто!

– Что ты имеешь в виду?

– Вы заметили, что никто из местных не ходит в горы? Что горы завалены и заблокированы даже на подходах? Даже католики не ходят к Иисусу! А все дороги вокруг называют запретными? Вам не кажется это странным, нет? Вдруг там в горах что-то действительно… запретное?

– Надо бы разузнать вначале, – поддержал Тим-Джек.

– Но Алекс туда пошел, как ты говоришь, – сказала Лиза.

– Да. Я уверен. И то, что он до сих пор не вернулся, значит, что либо… он погиб… захвачен в плен… Либо..

– Что?

– Нашел там что-то более интересное.

– Мышь некогда, любя святыню, оставила прелестной мир. Ушла в глубокую пустыню, засевшись вся в галланской сыр, – продекламировал Али.

***

Поскольку вопрос о судьбе Алекса и природе Запретных земель был временно отложен на будущее, группе предстояло решить более насущный вопрос: куда перебираться жить с острова.

Никто из членов отряда не мог принять окончательного решения даже для себя самого, поэтому нельзя было объявить голосование. Например, Али, с одной стороны, склонялся к родственным Нгуэнам, с другой – не очень хотел учить вьетнамский. Макс определенно наиболее комфортно почувствовал себя в католической общине с боями зомби, но в укладе жизни общины вьетов он видел определенно больше здравого смысла. У каждого находились свои аргументы за и против, и в итоге Док предложил, что решать должны люди. Впрочем, Тим-Джек тоже разрывался. Его успокоило то, что он увидел у тэев, и в то же время его тянуло к обычным людям, пусть даже и говорящим по-вьетнамски и никогда не видевшим нормального мыла.

Потеря Алекса сильно уменьшала привлекательность вьетнамской общины, впрочем, как и католической – все боялись проколоться на символе веры.

Наконец, на третий день Хока неожиданно осенило.

– Мы не пойдем ни к кому! – провозгласил он на утреннем совещании.

– Останемся здесь?

– Нет. Слушайте, я долго думал. Вспоминал картину города. Первый округ, район старого порта, в котором еще сохранились какие-то здания. Это не Запретная земля, а нейтральная. Слышите – нейтральная.

– Пока непонятно, – подтолкнул Док.

– План таков. Мы причалим снова в старой бухте. Выйдем на берег и найдем целое здание. И там окопаемся. У нас будет своя маленькая колония. На нейтральной территории.

– А смысл? – спросил Тим-Джек. – Нам обещают защиту и там и тут, а мы поселимся посередине.

– Вот именно! Мы имеем тут две общины, которые делят территорию и почти не общаются друг с другом из-за каких-то дурацких противоречий. Мы выступим переговорщиками, понимаете? Мы не должны выбирать, занимать чью-то сторону. Воспользуемся тем, что нас принимают и те, и другие. Получим защиту от всех. Заставим их общаться на нашей территории.

– Какая-то дичь, – сказал Макс.

– Наоборот, – Док ненадолго задумался, откинувшись назад. – История показывает, что это самая выигрышная позиция. Страны, не поддержавшие ни одну из воюющих сторон, выступившие медиаторами, всегда оказывались в самом удачном положении. Швейцария во Второй мировой войне, Австрия и Финляндия в Холодной войне, Движение неприсоединения в 1961 году. Я изучу вопрос и составлю оптимальную стратегию переговоров с обеими сторонами, а также главные тезисы нашей позиции. Отличный план, Хок!

– Но как мы их заставим ходить к нам? – спросила Лиза, которая всегда в спорах с Доком вспоминала о других агентах сценария. – Почему они не могут продолжать дальше ругаться у своих прудов, как делали раньше? Ведь они не проявляли сами к нам особого интереса, пока мы жили тут на острове.

– Мы откроем бар, – наконец-то выдал Хок свою главную идею.

– Какой бар? – не поняли Док и Макс. Только Тим-Джек оживился.

– Тебя навел на эту мысль навес, под которым прятались Пол и остальные? – спросила внимательная к субъективным мелочам Лиза.

– И не только. Я много размышлял. Наверняка ты права и они зачем-то сохранили этот бар на Фан Тю Чинь. Может, он им показался удобным укрытием для засады. А может, там собирались последние белые, «тэи», англичане и австралийцы, которых они эвакуировали. Мы не знаем, какие там происходили бои, кто принимал решение о зачистке даунтауна. Почему именно эти улицы? Почему они так разделили город? Слишком много вопросов. Но потом я решил ими не задаваться. Я просто подумал: если мы найдем еще один старый бар, не так близко к горе и завалам, расчистим его, проведем электричество, поставим дизель, все к нам потянутся. И людям, и киборгам свойственно собираться вместе. Мы придумаем то, что будет интересно всем. Заведем правила, чтобы не было конфликтов. Устроим вместо склок праздник.

– И чем же мы выманим к нам вьетов? В этот гипотетический бар? Они очень домовитые, – продолжала сомневаться Лиза.

– Хорошим алкоголем! Я подумал об этом, когда мы с Тимом-Джеком давеча пили их бурду. Ну нельзя такое пить для душевного равновесия. У меня есть чертежи нормального самогонного аппарата, остались в записках отца. Я сам помню, как мы гнали. Наладим отличное производство, тут сырье отличное, климат. К тому же нам много и не надо. Напоить маленькую общину вьетнамцев, чтобы они забыли, как маму зовут, – что может быть проще. Ну а их Нгуэны сами за ними потянутся.

– А кающиеся грешники? Кроме того, что им кажется привлекательной идея бара, что их заставит проводить там время в компании мерзких пьяных дикарей?

– Да кино! Как-то надо наладить там большой экран и закачать в него фильмы из моего компьютера. Они же явно страдают без острых переживаний. Устраивают эти бои зомби, чтобы как-то отвлечься от тоскливых книжек. Вы же не кровожадные, я знаю. Просто любите хорошие драки.

– И саспенс, – добавил Али.

– Ну да.

– И реки крови.

– Да, да!

– И реалистично выпущенные кишки.

– Ты это все к чему?

– Можно я буду выбирать фильмы для просмотра? – спросил Али. – Начну с «Пилы».