Текст книги "Скифская история. Издание и исследование А. П. Богданова"

Государь же, не стерпев лукавству нечестиваго хана, зане всегда обещавашеся в мире и послушании быти и никогда же во истинне пребываше[1331]1331
  Исправлено из: бываше.


[Закрыть], но вместо мира и послушания многа пленения странам Российским творяше, повеле послов оных татар всех посещи, а началным их повеле обрезати губы, носы, уши, и тако отпусти их к хану. Вместо же даров посла к нему секиру, глаголющи, яко тою секирою глава его отсечена будет[1332]1332
  На поле: Той же, тамо же.


[Закрыть].

От сего времяни завзятся обычай, яко во время бытия послов иноземских пред лицем царским начаша поставляти знаменитых четырех мужей, которых рындами называют, со обнаженным оружием: прежде с топорами, а потом недавных премен начаша по-||(л. 158 об.)ставляти таковых мужей с мечами обнаженными, соблюдения ради царскаго здравия и на страх послов, приступающих к целованию руки самодержца.

Нечестивый же хан Девлет-Гирей возъярися на великаго государя о пагубе послов своих, собрався с царевичи со многими крымскими татары. С ними же и нагайских татар с мурзою их Керембердеем двадесять тысящ, к тому имяше седмь тысящ турских янчаров, присланных в помощь себе от Махомета везиря турскаго[1333]1333
  Махомет (Ахмет), визирь – имеется в виду Соколлу, Мехмет-паша Тавил (Длинный), видный государственный деятель Османской империи (1505/06–30 сентября 1579), родом из боснийских христиан. Был начальником придворной стражи с 1546 г., адмиралом флота с 1550 г., наместником Румелии с 1554 г., с 1565 по 1579 г. – великий визирь и фактический правитель государства при султанах Селиме II и Амурате III. Опасаясь усиления Московского государства, активно поддерживал набеги крымских татар на Русь. Присланный им 7‑тысячный отряд янычар участвовал в походе Девлет-Гирея против Ивана IV (1571). А. играл главную роль в организации завоевательного похода на Астрахань (1569), захвате Кипра (1571) и Туниса (1574), в развязывании войны с Ираном (1578–1590). Провел ряд административно-военных и финансовых реформ, создал тимары. За годы своего правления скопил баснословное богатство – одних рабов в его дворцах насчитывалось более 5 тыс.


[Закрыть].

И с теми бусурманскими силами изыде, яко лев рыкая, на Московское государство, и развер<з>ши лютыя челюсти своя безстудно течаше, хотящи до конца потребити его. Великий же государь, слышав о сем, зело скорбяше, яко скораго ради наступления поганых не возможе собрати воинства противо таковаго зверскаго нашествия, отыде с Москвы к странам Новоградским, да тамо соберет воинство.

Еликих же вскоре совокупи, посла с теми воевод своих: болярина князя Михаила Ивановича Воротынскаго [[1334]1334
  Скобка пропущена.


[Закрыть]и о нем же помянул есмь, || (л. 159) о Казанском взятии пишущи], князя Никиту Романовича Одоевскаго[1335]1335
  Одоевский Никита Романович – князь, воевода царя Ивана IV, участник Молодинской битвы (1572). Воеводствовал в Дедилове (1565), Почепе (1567), Донкове (1569), Тарусе (1571). В 1572 г. сопровождал Ивана IV при погроме Новгорода (1572), в том же году участвовал в боях со шведами и татарами. Умер под пытками (1573), т. к. казненный в 1569 г. князь Владимир Андреевич Старицкий был женат на его сестре.


[Закрыть], князя Андрея Петровича Хованскаго[1336]1336
  Хованский Андрей Петрович – князь, дворецкий и воевода князя Владимира Андреевича, за которого он в 1533 г. выдал свою дочь Ефросинью. В Ливонской войне как один из воевод полка Правой руки участвовал в действиях передовых отрядов (1560), был первым воеводой Левой руки под Колыванью в 1576 г. Во время войны с Литвой командовал брянским ополчением, Сторожевым и Передовым полками (1563), воеводствовал в Дорогобуже и Пронске (1565, 1567). Участвовал в обороне южной границы (1564, 1565, 1577). При нашествиях Крымской орды на Москву в 1571 и 1572 гг. был вторым воеводой Правой руки в Тарусе и первым воеводой Передового полка в Коломне. Ходил на казанцев и черемис (1572–1574); в последний раз упоминается воеводой г. Куконоса.


[Закрыть], князя Ивана Петровича Шуйскаго[1337]1337
  Шуйский Иван Петрович – боярин с 1577 г., известный воевода. Участник полоцкого похода (1563) и отражения набега хана крымского (1565), воевода в Серпухове и Данькове (1566–1571). Узнав о приближении орды хана Девлет-Гирея, послал в 1571 г. весть в Москву и соединился с полком князя Бельского. Несмотря на энергичное сопротивление воевод, крымчаки прорвались к столице и сожгли московский посад. Реванш Ш. взял в следующем году, во главе каширского полка разгромив татар под Серпуховом и у Усть-Лопасни. Позже участвовал по взятии г. Вейсенштейна (1573) и отражении набега крымского хана на рубеже Оки (1578). Прославился героической защитой г. Пскова от войск короля Стефана Батория в 1581 г. При царе Федоре Иоанновиче возглавил оппозицию Борису Годунову, был обвинен в измене, заточен в Кирилло-Белозерский монастырь и удавлен (1588).


[Закрыть], князя Андрея Ивановича Репнина[1338]1338
  Репнин Андрей Иванович – князь, не упомянут в документах; в обороне Москвы во время крымских нашествий 1571 и 1572 гг. принимал участие путивльский воевода Андрей Васильевич Репнин, которого, вероятно, и имел в виду А.И. Лызлов.


[Закрыть] и прочих немало, заповедав им елико крепость их снесет бранити Отечества, и земли, уже и тако зело опустошенныя.

Оныя же воеводы шедше с воинством сташа по брегу Оки реки во обыкновенных местех, ждущи нечестивых ко[1339]1339
  В тексте ошибочно: со.


[Закрыть] сражению. На брегу же реки на Сенкине перевозе поставиша двесте мужей нарочитых, заповедавши им преход татаром бранити.

И тамо из полков татарских первый притече на Оку Керембердей мурза с нагайскими татары и согнав христиан з брега преиде на сию страну Оки. Болярин же князь Михайла Иванович и прочие стояху тогда от града Серпохова в трех верстах, соделавши тамо градок мал, Гуляем его нарекши.

И проиде той мурза к царствующему граду, обаче ничтоже учини зла. Сам же хан прииде на Оку реку иулия в 21 день. И из-за реки ис полков своих стреляти повелел ис пушек || (л. 159 об.) на воинство христианское.

Христианские же военачальники не повелеша по татаром стреляти ис пушек, да утаится таковая стрелба во граде Гуляе. И тоя же нощи и сам хан со всем воинствы преиде на сию страну реки на том же Сенкине перевозе. И на том месте оставил татар до дву тысящ человек, да содержат битву, донеле же все воинство за реку преидет.

И хан преиде на сию страну Оки реки и устроився поиде к Москве. Оный же славный ратоборец князь Михаил Иванович Воротынской, яко муж крепкий, и мужественный, и от младости своея в делех воинских знаменитый, с прочими воеводы и с воинством ни мало усумнешася таковаго нечестивных наступления, и не даша им ни мало распростретися и воевати убогих христиан, и прежде нападоша на предний татарский полк, в нем же быша два царевича, и прогнаша их до болшаго ханскаго полку.

Хан же видев христианское воинство мужественно ополчившося и брань с ним творящь, убояся зело. Ибо и царевичи оныя убежавши из бою глаголаша ему, да не творит || (л. 160) шествия к Москве, ибо и зде, рекоша, едва можем противо христиан битися, а тамо имут христиане и множайшее воинство[1340]1340
  В тексте ошибочно: воинства.


[Закрыть]. Хан же посла на помощь преднему полку крымских и нагайских татар до двунадесяти тысящ.

Христианское же передовое воинство, узреша помощь татаром прибывшую, начаша уступати до болших полков своих, биющеся мужественно с погаными. И умысльно побегоша мимо градка Гуляя, приводящи татар на стрелбу огненную.

И егда приспеша нечестивии блиско градка и стрелбы огненныя, тогда ударено по них из многих пушек и пищалей и тако множество их побито. Чего наипаче сам хан убоявся, воздержа шествие свое к Москве и стал с воинством, не дошед реки Пахры за седмь верст, во блатех, в крепких местех.

Боляре же и воеводы с воинством поидоша за татары. И на другой день дошедши их тамо начаша битву чинити, но не бысть тогда великия битвы. Во вторый же день по том сведоша с татары презелную битву, яже неколико часов пребывала. И поможе Бог христианскому воинству благоумнаго мужа полкоустроением, и падоша полки бусурманския || (л. 160 об.) от мечев христианских, идеже нагайскаго мурзу Керембердея и трех братов ширинских князей убиша. Тогда же воин-суздалец имянем Тимир Алал΄ыкин взял славнаго богатыря, великаго кровопийцу христианскаго Дивея мурзу[1341]1341
  Дивей (Дивий), мурза – крупный крымский деятель 2‑й пол. XVI в. В 40‑х гг. приезжал в Москву в качестве «большого посла» хана Саип-Гирея для переговоров о мире, однако больше отличился своими кровавыми набегами на русские земли, сделавшись любимцем кровожадного хана Девлет-Гирея; при разгроме последнего в битве при Молодях был пленен (1572).


[Закрыть], и многих прочих взяша в плен тогда.

Хан же возъярися зело о погибели воинства своего, паче же Дивея ради, ибо зело любим бяше ему мужества ради своего; посла ко градку Гуляю царевичей и с ними всех татар и енчаров добывати во градке воев христианских и свободити ис плена мурзу Дивея. Татарове же, чрез обыкновенный свой строй сшедши с коней, поидоша пеши ко граду, тако зело жестоко приступающе, яко за стены града руками хватахуся и вручь секошася со христианы; и тако зело мнози нечестивии избиени быша.

В то же самое время бодроосмотрителный военачалник князь Михаил Иванович Воротынской со своим полком объиде татар долиною тайно созади, а из града повеле из всея стрелбы ударити жестоко на татар, а сам с воинством своим нападе на них || (л. 161) зело мужественно, а из града тогда же изъиде в лице им воевода князь Федор Иванович Хворостинин[1342]1342
  Хворостинин Федор Иванович – князь, боярин с 1588 г., воевода и дипломат. Участник многих походов: под Полоцк (1544, 1551, 1563), против Крыма (1559 и позднее), в Литву (1568, 1579), в Ливонию (1577) и др. Служил воеводой в Александровой слободе, Пскове и Новгороде. В кон. XVI в. вел переговоры со многими шведскими, крымскими, персидскими и имперскими посольствами. В 1591 г. был назначен воеводой Сторожевого полка, но при известии о размерах наступающей на Москву орды Казы-Гирея поспешно поставлен во главе всех русских войск под Донским монастырем. За успешное отражение неприятеля награжден редким отличием – полуторным золотым. Умер 17 сентября 1608 г.


[Закрыть] с прочим воинством. И бысть тамо жесточайшая брань, и падоша множайшии погании[1343]1343
  Далее зачеркнуто: погании.


[Закрыть], видевше же себе прелщенных, отыдоша от града.

На том тогда бою убиени быша ханский сын да калгин сын, и прочих знаменитых мурз и татар многое множество; и живии яти быша сын ханский и мурзы знаменитыя мнози.

И того ради нечестивый хан убоявся зело, и в нощи того же дня побежа со срамом многим, оставив шатры, и знамена великия, и вся воинская тяжкая оружия, и за собою три тысящи избранных воинов, да воздержат христиан, гонящих по нем, воеже бы ему путь свободный к бегству имети. И тако тоя нощи и Оку реку преиде и c великим срамом невозвратно побежа во Орду, ни ко единому граду приближающися.

Воинство же христианское нападше на оставльшихся татар такожде прогнаша их до Оки реки и до тысящи убиша их, мнози же в реке истопоша, яко едва что их до хана прииде. Христианское же воинство возвратися к воеводам с победою здраво. || (л. 161 об.)

И таковым тогда мужественным подвигом онаго знаменитаго военачалника князя Михаила, глаголю, Ивановича, и прочих воевод, и всего воинства свободи господь Бог величайшаго пленения и тщеты Российскаго царства.

По том боляре и воеводы с воинством возвратишася к Москве. И пришедше со знаменитою победою представиша государю всех пленников, яко ханскаго сына и Дивея мурзу, тако и прочих мурз многих; такожде знамена великия и шатры ханския привезше объявиша государю во знамение совершенныя победы.

Нечестивый же хан Девлет-Гирей множае ярящися на Московское государство и ни мало дающи свободы христианом безпрестанно воеваше Московское государство, овогда сам приходящи, овогда многих татар посылающи на страны украинныя.

Лета же 7083‑го сам собрався со многими татары изыде на пленение Российских стран. И пришед к граду Болхову многия пакости содела. Противо ему же изшедши воеводы, князь Иван Дмитриевич Белской[1344]1344
  Бельский Иван Дмитриевич – князь, боярин (с 1559), видный деятель земщины, воевода. Многократно командовал полками на южной границе, успешно отражал набеги крымских татар (1560, 1561), участвовал во взятии Полоцка в 1562 г., командовал армией, обратившей вспять крымского хана Девлет-Гирея от Болхова в 1565 г., а не в 1575 г., как указывает Лызлов; погиб при обороне Москвы от Девлет-Гирея в 1571 г.


[Закрыть] с прочими, со многим воинством. И брань сведши с ним победиша его и в поле прогнаша, || (л. 162) град же Болхов и области его свободиша от пленения.

По том того же лета той же нечестивый хан посла многих татар на пленение Российских стран, иже приидоша на Резанские места. За ними же поиде тогда воевода князь Борис Васильевич Серебреной[1345]1345
  Серебряный-Оболенский Борис Васильевич – князь, видный придворный деятель (упоминается с 1558); воевода Сторожевого полка (1570), наместник брянский (1570–1572), во главе Сторожевого полка в 1574 г. ходил на черемис, командовал войсками в Туле. Будучи воеводой Большого полка на южной границе, разгромил крымских татар в Печерниковых Дубравах в 1575 г.


[Закрыть] и инии мнози, и нашедше на татар в Печерниках, от града Михайлова в пятинадесяти верстах, и многих их тамо побиша и плен весь возвратиша. Бысть сие месяца октовриа в первый день.

Потом лета 7092‑го той же нечестивый хан Девлет-Гирей[1346]1346
  Набег на Русь совершили рати хана Мухаммад-Гирея II (1577–1584) или Казы-Гирея II (1584–1588).


[Закрыть], ярящися на Российское царьство, посла на пленение стран его многих татар. И воевали тогда погани уезды градов Белева, Козелска, Мещо<в>ска, Мосолска, Перемышля и Воротынска. И уездов тех села и прочая жилища зело поплениша и пожгоша и плену множество взяша.

И послан бяше противу их с воинством воевода – думной дворянин Михаил Андреевич Безнин[1347]1347
  Безнин Михаил Андреевич – думный дворянин, прошедший военную школу в полках талантливых воевод П.В. Серебряного, Д.Ф. Адашева и др., активный участник Ливонской войны (начиная с похода 1558), многократно выступал головой (офицером) в войсках, выходивших против крымских ханов, видный опричник. В 1583/84 г. был послан воеводой против татар; встретив превосходящего противника под слободой Монастырской, разгромил его и освободил угнанных татарами людей. Впоследствии служил одним из новгородских воевод, участвовал в переговорах со Стефаном Баторием (1585) и астраханскими царевичами (1589), занимал придворные должности.


[Закрыть] – иже с подщанием изыде на поганых и приспе на них с воинством у реки Оки под слободою Монастырскою. Погани же, послышавше о приспеянии на себе христианских войск, начаша чрез реку возитися. || (л. 162 об.)

И в то самое время приспеша на них христианское воинство, и на татар поразиша, и плен весь возвратиша, и самих поганых емше многих, возвратишася с победою многою. Бысть сие в первое лето державы государя царя и великаго князя Феодора Иоанновича всеа России самодержца[1348]1348
  Федор Иоаннович(1557–1598) – сын Ивана IV и Анастасии Романовны, царь с 1584 г., последний представитель династии Рюриковичей на русском престоле. Был женат на Ирине Федоровне, сестре истинного правителя – Бориса Годунова. Основное внимание уделял дворцовому хозяйству, монастырям, но почти не играл роли в государственном управлении.


[Закрыть].

По сем лета 7094‑го бывшу многу несогласию в Крыме, егда ханы едины единаго изгоняху с ханства. И того ради крымской царевич Мурат-Гирей[1349]1349
  Мурат-Гирей – крымский царевич, сын хана Махмет-Гирея. Выехал на службу к царю Федору Иоанновичу после поражения в борьбе с дядей, ханом Ислам-Гиреем II (1586), и поселился в Астрахани, где столь активно добивался верности ногайских мурз московскому государю, что турецкий султан потребовал его выдачи. В 1588 г. был послан с московской ратью «на Ислам-Гирея царя за его неправды», но поход был «отложен» при известии о смерти Ислам-Гирея II и усилении в Крыму Казы-Гирея. Умер в Астрахани, как подозревали, от отравы или ведовства «бусурманов» (1591).


[Закрыть], сын Махмет-Гиреев, иже бе брат хану Девлет-Гирею, прииде к Москве служити государю царю и великому князю Феодору Иоанновичу с племянником своим, иже бе и пасынок, ему же имя Кумы-Гирей[1350]1350
  Кумы-Гирей – племянник крымского царевича Мурат-Гирея, выехал на службу к царю Федору Иоанновичу в 1586 г.


[Закрыть], и з женою, яже бе и невестка ему, и с ними многия татарове, аталыки и мурзы.

Государь же пожаловал его, велел себе государю служити. И был у государя на приезде и у стола июня в 23 день, а иуля в 18 день послал его государь в Астарахань, и повеле ему промысл чинити над Крымским юртом, и естьли бы Господь поручил ему владети Крымом, а служити московскому великому государю. С ним же посла государь и воевод своих с ратными людми, думнаго дворянина Романа Ми-||(л. 163)хайловича Пивова[1351]1351
  Пивов Роман Михайлович – имеется в виду Пивов Роман Васильевич, сын дьяка, выслуживший думное дворянство, дважды бывший послом в Польше (1559, 1580), сопровождавший служилого царевича Мурат-Гирея в походе на Крымский юрт.


[Закрыть] да Михаила Иванова сына Бурцова[1352]1352
  Бурцов Михаил Иванович – русский воевода, осадный голова в Коловерти (1576), младший воевода в Куконосе (1581), участник посольского съезда со шведами на р. Плюсе (1583). В 1586 г. отправился из Москвы в Астрахань и Крым с крымским царевичем Мурат-Гиреем, чтобы помочь тому: «взем Крым, сести ему в Крыму царем, а служить ему царю и великому князю». Изменение политического положения в Крыму заставило московское правительство вернуть войска из похода.


[Закрыть].

Той же царевич Мурат-Гирей будущи в Астарахани многую службу показал и многих юртовых татар на службу государеву привел. Потом умре тамо от чаровников татарских со многими своими. Остатнии же его татарове взяти быша к Москве и устроены повелением государевым селы и кормами доволными.

Хан же Девлет-Гирей непрестанно воюющи христиан и паче о том яряся посла многих татар на украинныя грады Российскаго государства, иже быша < >[1353]1353
  Пропущено; в тексте чистое место на два слова.


[Закрыть] уезде у Пятницы Столпиной. Противо им же изшедши воеводы с воинством не даша пленения чинити, но прогнаша их в поле.

Потом лета 7095‑го паки приходиша крымские татарове со двема царевичи на украинные городы. И пришедше ко граду Крапивне, и острог у града вземше много пленения тамо и в ближних тамошних местех сотвориша, зане тогда тамо до четыредесяти тысящ поганых бяше. Бысть сие иуля в тридесятый день.

И таковыми своими непрестанными на украинные грады Российскаго царствия приходы оные нечестивыя || (л. 163 об.) крымския татарове с прежде бывши<ми> ханы, паче же с сим своим ханом Девлет-Гиреем, многая пленения творяху странам тем, селения и грады огнем пожигающи, и христиан верных убийством оружия погубляющи, и безчисленный народ в плен невозвратно отводящи.

Тщету многу соделоваху России и благочестивому царю, ибо аще когда и не прихождаху в страны те погании, обаче благочестивый царь охранения ради стран тех имяше беспрестанно многое воинство со многими воеводы в разных градех тамошних стран и не почиваху никогда ратнии от военных трудов и ополчений, от чего в великую свою тщету прихождаху.

Такожде и по умертвии сего нечестиваго хана творяшеся, егда бысть в Крыме на ханстве сын его Казы-Гирей[1354]1354
  Казы-Гирей – Гази-Гирей II, по прозвищу Буря, крымский хан (1584–1608), прожил бурную жизнь. Участвуя на стороне турок в войне с Ираном, он попал в плен, 7 лет томился в заточении в крепости Кагкача, бежал и добился в Константинополе личного расположения султана Амурата III, который и сделал его крымским ханом в обход старших членов рода Гиреев. Организовал один из крупнейших походов крымских татар на Москву (1591), но был разгромлен. Основал крепость Гази-Керман на Днепре (1595/96). Участвовал в многолетних войнах Оттоманской Порты в Венгрии, отличившись при взятии крепостей Рааб и Пап. Боролся за крымский престол с новым турецким ставленником; реформировал систему управления ханством и завел специальный отряд стрельцов-тюфенкджи; пытался ослабить политическую зависимость Крыма от Турции; на досуге исполнял музыкальные произведения и писал стихи в стиле Физули (воспевая кофе и вино). Умер во время эпидемии чумы.


[Закрыть], иже такожде зияющи люто на христиан и идущи следом отца своего и прежних ханов лета 7099‑го собра многое воинство поганых крымских и нагайских татар, к тому и турков многих, изыде с ними на погубление и искоренение Российскаго царствия[1355]1355
  Весной 1591 г. крымский хан Казы-Гирей, нарушив свои клятвы и ограбив русского посла в Крыму Бибикова, скрытно двинул огромную орду к границам России. Выполняя волю Бориса Годунова, русские войска под руководством воеводы князя Ф.И. Мстиславского были стянуты к столице. Сбив символический заслон из 250‑ти воинов, оборонявших р. Пахру, хан 4 июля подошел к Москве и стал против с. Коломенского. Его отряды двинулись на укрепленный лагерь русских полков, возведенный у Данилова монастыря, и до вечера секлись с вышедшими «на травлю» удальцами. Сосредоточив власть над войском в своих руках, Годунов решил единолично стяжать лавры спасителя столицы. Хитро подставленные им крымскому хану пленники сообщили об огромной силе русских и подходе к ним новых войск; ночью хан бежал, бросив обоз. 5 июля русская легкая кавалерия начала преследование орды, разгромила ее арьергард под Тулой и посекла остатки в степях. Только треть крымского войска, почти безлошадная, добралась до Крыма; раненного в руку хана привезли на телеге. Призвав к себе и обласкав Бибикова, Казы-Гирей сказал: «Был я на Москве, и меня там не потчевали, гостям не ради». На это русский посол заметил: «Вольный человек царь! Ты у государя нашего украл, ходил в его землю чрез свое слово, да и был ты в нашей земле и у Москвы постоял немножко, а если б ты постоял побольше, то государь наш умел бы потчевать!».


[Закрыть].

О нем принесена бысть весть к государю || (л. 164) с поля от многих боляр, и воевод, и станишников иуля в 26 день. Потом из града Ливен воеводы Иван Михайлов сын Бутурлин[1356]1356
  Бутурлин Иван Михайлович – окольничий и воевода, участник битвы с крымско-нагайской ратью в Печерниковых Дубравах (1575), разбил оршанского воеводу под Смоленском (1580), заслужил золотой в сече при Шклове (1581). Сражался на южной границе, в Белоруссии, Польше, Литве и Финляндии, воеводствовал во многих пограничных городах. В 1604 г. по ходатайству грузинского царя Александра вступил в Дагестан, взял и укрепил Тарки, убит при обороне этой крепости в 1607 г.


[Закрыть] да князь Андрей Звенигородской[1357]1357
  Андрей Дмитриевич Звенигородский – князь, воевода и дипломат. Голова полков в Серпухове и Смоленске (1575, 1581), воевода в Брянске и Торопце (1582), один из воевод в Чернигове и Смоленске (1584–1587), воевода в Болхове (1588), во время нашествия Казы-Гирея на Москву воевода в Ливнах (1591). Участник переговоров с Польшей о размене пленных (1583), великий и полномочный посол в Персию в 1592–1595 гг.


[Закрыть] писали к государю, что выехал к ним на Ливны ис полков крымскаго хана к государю в службу татарин и сказал, что хан Казы-Гирей, а с ним четыре царевича и воинства с ними до ста тысящ, идут на пленение стран Российских прямо к Москве.

Великий же государь, слышав таковаго зверя на отечество свое наступление, возложа на Бога упование, начат уготовляти противо его воинство свое. И послав в прежде бывшия во странах украинских полки к воеводам, дабы изо всех градов боляре и воеводы с воинством шли ко граду Серпухову к болярину и воеводе ко князю Федору Ивановичу Мстиславскому[1358]1358
  Мстиславский Федор Иванович – князь, боярин с 1577 г., крупный военачальник. В 1577 г. водил русские полки против крымского хана, сражался с войсками Стефана Батория в 1581 г., во главе серпуховских полков разгромил хана Казы-Гирея в кровопролитных сражениях под Москвой и близ Тулы в 1591 г. Был побежден Лжедмитрием I в бою под Новгородом-Северским, но взял реванш в сражении при Добрыничах. Оставался первым боярином при Лжедмитрии I, Василии Шуйском (несмотря на поражение от войск И.И. Болотникова), возглавлял семибоярщину и передал Россию Владиславу, но сохранил свое положение при Михаиле Федоровиче. Дважды (1606, 1611) отклонял предложения занять царский престол. Ум. в 1622 г.


[Закрыть].

Воеводы же были тогда в полкоустроениих: предписанный князь Федор Иванович Мстиславской, князь Никита Романович Трубецкой[1359]1359
  Князь Никита Романович Трубецкой – вставлено на правом поле чернилами правки – Трубецкой Никита Романович – князь, боярин и воевода (кон. XVI в. – 1608), участник обороны Москвы от Крымской орды (1591); особенно отличился в сражениях со шведами. В Смутное время прославился героической защитой Новгорода-Северского от войск Лжедмитрия I (1604).


[Закрыть], болярин князь Тимофей Романович Трубецкой[1360]1360
  Трубецкой Тимофей Романович – князь, боярин (кон. XVII‑1602), участник обороны Москвы от нашествия крымского хана Казы-Гирея в 1591 г., успешно воевал с татарами и шведами.


[Закрыть], князь Борис Конбулатович Черкаской[1361]1361
  Черкасский Борис Канбулатович – до крещения Хорошай-мурза, двоюродный брат жены Ивана IV царицы Марии Темрюковны, боярин с 1592 г., воевода. В 1583 г. выступил в Новгород для отражения шведского полководца графа Делагарди. Первый воевода в Серпухове (1585, 1586), в Новгороде (1589), в Туле (1591). При известии о вторжении орды крымского хана Казы-Гирея в 1591 г. привел свое войско к князю Ф.И. Мстиславскому и возглавил Сторожевой полк основной рати, с которым преследовал крымцев от Данилова монастыря до Серпухова; за проявленную личную храбрость награжден золотым. Был схвачен по приказу Бориса Годунова, подвергнут пыткам и умер в ссылке в 1601 г.


[Закрыть], князь Андрей Иванович Голицын[1362]1362
  Голицын Андрей Иванович – князь, воевода Передового полка на южной границе (1585, 1588, 1589); в 1591 г. стоял с полком Левой руки на Оке и по вестям о нашествии хана Казы-Гирея был переведен первым воеводой в Москву, в Китай-город; в следующем году оборонял от крымского хана границу во главе Передового полка, позже – полка Левой руки (1593,1597), воеводствовал в Пскове (1601).


[Закрыть] и прочие мнози с ними.

Иже вскоре снидашася на повеленное место со всеми воинскими || (л. 164 об.) полки. Из Серпухова[1363]1363
  Исправлено чернилами правки из: Серпува.


[Закрыть] же повеле государь воеводам со всем воинством быти к Москве, а на брегу реки Оки повеле оставити неколико нарочитых воинов, дабы ведомо было, в коем месте и когда хан реку преидет. И тако приидоша полки и сташа в лугах противо села Коломенскаго.

Оттуду же неции[1364]1364
  В тексте ошибочно: нецьи.


[Закрыть] воеводы быша на Москве у государя, им же повеле государь от Коломенскаго пришед стати обозами противо Даниловскаго монастыря. Егда же приидоша, тогда изыде к ним с Москвы сам благочестивый самодержец Феодор Иоаннович и приветствова воевод и все воинство от уст своих, радостными словесы вооружающи их небоязненно стати противо нечестивым, обещавая воинству всякую свою милость, и отъиде паки к Москве.

Иуля же в 3 день прибегоша к Москве оные воини, иже оставлени быша на Оке, поведающе государю, яко преиде реку ниже Серпухова июля во 2 день. Государь же видев жестокое зверское нашествие на себе, посла с Москвы в помощь воеводам боярина и конюшего Бориса Федоровича Годунова[1365]1365
  Борис Федорович Годунов – представитель боярского рода (ок. 1552–1605), опричник, возвысился женитьбой на дочери Малюты Скуратова и с помощью брака царевича Федора Ивановича с Ириной Федоровной Годуновой (1570, 1574), боярин с 1580 г. После воцарения Федора Ивановича, в результате жестокой придворной борьбы, в 1587 г. становится фактическим правителем государства, а после его смерти – царем (1598). В 1590 г. выступил в поход на шведов и благодаря талантливым военачальникам возвратил России Ям, Иван-Город, Копорье; летом следующего года организовал надежную оборону Москвы от нашествия крымского хана Казы-Гирея; при преследовании хана ордынцы понесли серьезные потери.


[Закрыть] со всеми || (л. 165) избранными своими царедворцы: с чашники, и столники, и жилцы, и из городов с выборными дворяны, и голов с стрелцами и с даточными, и повеле им быти в полку с болярином со князем Федором Ивановичем Мстиславским[1366]1366
  В тексте ошибочно: Мстисловским.


[Закрыть].

К реке же Пахре повеле послати из полков воеводу, князя Владимира Иоанновича Бахтеяров-Ростовскаго[1367]1367
  Бахтеяров-Ростовский Владимир Иванович – князь, потомок ростовских князей, воевода в Русе (1580), Брянске (1582), Новгороде (1588) и в Тюмени (1598); будучи воеводой терским, бился с турками на Кавказе, попал в плен и был отпущен султаном на свободу. В Смутное время вставал на сторону царей Лжедмитрия и Василия Ивановича I, королевича Владислава, царя Михаила Федоровича. Умер на нижегородском воеводстве в 1617 г.


[Закрыть] и с ним дворян смольян, алексинцов, тулян двести пятьдесят человек, заповедавши им, да елико могут удерживают татар на преходе реки оныя.

Онии же по повелению государеву скоро шедше тамо, но ничтоже возбраниша татаром, неравнаго ради себе воинства поганых, ибо татарове пришедше отбиша их от реки и прешедше реку приидоша прямо к полкам Российским иуля в 4 день рано. И повеле хан многим татаром ити к российским полкам от села Воробьева и от речки Котла от Курганов и битву начинати.

Противу их же боляре и воеводы повелеша изыти многим храбрым воином полков своих. Иже изшедше начаша с погаными травитися, а битву начинати. И бывшу сражению, падоша нечестивии мнози, такожде и в плен взяти, и по нужде || (л. 165 об.) уступиша российским воином, и отъидоша в полки своя.

Сами же боляре и воеводы со всеми полки готовы быша противо хана нечестиваго, но той не дерзну изыти на брань противу христианскаго воинства, но стояше на Котле в оврагех в крепких местех.

Многих же поганых распусти на все страны на пленение, иже зело много повоеваша и поплениша народа и пожгоша сел и жилищ около града Москвы. И таковую тщету содеяша, яко и списати трудно.

Благочестивый же государь видев таковая в день и в нощь непрестанно моляшеся Богу о избавлении христоимянитых людей от хищнаго онаго волка. И того же дни в полуденное время мало преста от молитвы, взыде в высочайшия своя царския чертоги и зряще полков христианских, такожде и поганых. За ним же государем стояше тогда болярин Григорей Васильевич Годунов[1368]1368
  Годунов Григорий Васильевич – боярин (с 1584) и дворецкий, судья (начальник) Дворцового приказа, прославился значительным увеличением доходов в казну.


[Закрыть] и плакаше горко, зря полки поганых. Государь же обозревся глагола ему: «Что плачеши толико?»

Той же сердечным плачем отвеща: «Видим благочестивый самодержче сего нечестиваго, || (л. 166) пленяща правоверных и твое достояние». Великий же государь пророческим гласом рече ему [ибо глаголют неции, яко непрестанных своих ради слезных молитв той благочестивый самодержец имяше о том извещение от Господа свыше]: «Не бойся, ибо сея нощи побегнут нечестивии татарове и утре не имат их зде обрестися». Той же болярин, слышав таковая, радостен бысть и поведав многим нарочитым сие.

Тоя же нощи противо 5 числа иуля действом Божиим, молитвами же и помощию всероссийскаго теплаго предстателя преславнаго в чудесех Сергиа великоимянитаго, его же святых мощей обретение в той день торжествовашеся, бысть в полках российских шум и мятеж велик; хан же слышав таковая повеле привести к себе пленников неких и вопрошаше их: «Чесо ради толик шум и мятеж в полках сотворися?» Они же дерзновенно поведаша, яко прииде к Москве и в полки из Российских государств, из Новогородскаго и прочих, многочисленное воинство, и имут ныне на полки твоя при-||(л. 166 об.)<ити>[1369]1369
  Пропущено.


[Закрыть].

Хан же слышав таковая в великую боязнь впаде и объят бысть страхом многим бегству вдадеся, гоним изволением Божиим, помощию святаго Сергиа чудотворца, молитв ради благочестиваго самодержца, повергши кош свой и тяжкия вещи. Такожде и татарове нечестивии по нем бежаша, оставльши многих пленников христианских, точию вопияху: «Бежим, бежим, да не изгибнем вси от воинства московскаго!»

Государь же благочестивый уведав о сем воздаде хвалу господу Богу и повеле полки некоторыя послати вслед поганых на вящшее их прогнание; иже шедше со многим потщанием и скоростию не можаху самаго нечестиваго достигнути, токмо оставльших нечестивых много зело побиша и в плен взяша, христиан же всех от них свободиша.

Бежаше же нечестивый хан зело скоро, ни ко единому граду приближающися. Боляре же и воеводы со всем воинством приидоша к Москве со многою радостию, яко соблюдоша свое, множае паче нежели чуждее приобретоша. Их же благочестивый || (л. 167) государь удоволи своим государским жалованием.

В честь же Богу, спасшему достояние христианское до конца не изгублено, повеле на месте том, идеже полки христианские во обозех стояли, возставити храм во имя пресвятыя Богородицы святыя ея иконы Донския имянуемыя и составити общежителную обитель монахом, вдав им села и доволство всякое; идеже потом в память толикаго благодеяния Божия уставися от града Москвы из соборныя величайшия церкве со святыми иконы и со животворящими кресты соборное хождение, присутствующу тамо самому самодержцу и святейшему патриарху.

На другое по том лето, то есть 7100‑е, хан Казы-Гирей, аки бы мстящися таковаго своего от царствующаго града бегства, злейши гневашеся на христиан, посла царевичей си нечестивых со многими татары на пленение стран Российских. И приидоша тии безвестно на страны Резанские, и Коширские, и Тулские, и всюду тамо много повоеваша, и многих христиан побиша, села и жилища разоряющи и погубляющи.

Тогда и чина дворянска || (л. 167 об.) многих з женами и з детми плениша, такожде и от общаго народа мног плен вземше сведоша во адския темности – христоненавистная, глаголю, жилища своя – яко и много лет жившия[1370]1370
  Исправлено из: жывыя.


[Закрыть] не памятствова таковаго пленения от поганых. Ибо безвестно нападше таковыя пакости содеяша, яко и вое-воды с полками не возмогоша толико скоро собратися и приспети на них. И тако без тщеты своея отъидоша нечестивии.

Великий же государь царь Феодор Иванович, видев таковая содеявшаяся христианом от поганых, зело болезноваше душею о тщете толикой, всяко советоваше с сигклитом своим, дабы како мощно было таковая наступления возразити поганым; умысли же, Богу поспешествующу, дело благо.

Послав убо в далныя украинския страны [идеже едва тогда не бяше кочевья поганых татар] многих воевод с воинством, повеле на путех и на преходех рек, идеже хождаху погании, поставити грады и утвердити их многим оружием и жителми воинскаго || (л. 168) чина.

Они же шедше, по повелению самодержца поставиша грады в пустых полях татарских: Белград, Оскол, Валуйку и прочие. А прежде того в тех странах поставлены быша грады: Ливны, Куреск[1371]1371
  Исправлено из: Реск.


[Закрыть], Кромы[1372]1372
  Вставлено над строкой.


[Закрыть]. – Укрепиша оныя по достоянию[1373]1373
  По достоянию – исправлено из: постоянию.


[Закрыть] воинственному всякими доволствы[1374]1374
  Речь идет о широкомасштабных мероприятиях по укреплению обороны южной границы Руси – «городовом строении», проводившемся русским правительством в последнем двадцатилетии XVI в. Помимо укрепления старой засечной черты за р. Окой в южнорусских степях на Муравском шляхе были возведены крепости Ливны (1586) и Белгород (1598); крепости Оскол и Валуйки на р. Оскол 1586 г., 1599), а также Воронеж (1586). Привлекаемому туда населению и «служилым людям» правительство давало значительные льготы.


[Закрыть].

И быша тии ко многому защищению христианом от незапнаго нашествия поганых. Ибо во вся страны из градов тех ездяху на то учиненныя проезжие станицы, вземлюще о поганых отовсюду всякую ведомость. Яко и около градов тех начаша населятися многолюдные слободы и села.

Бысть сие лета 7101‑е. И от того времяни благостию Божиею, бодроосмотрителством сего благочестиваго самодержца, паче же молитвами его многими, немалу свободу восприяша украинския страны. И от онаго времяни и доселе не бысть уже от поганых таковых безстудных наступлений до самаго царьствующаго града, яко прежде бяше; аще же когда и прихождаху, но не впадаху дале Тулских пределов, и || (л. 168 об.) то чрез сто лет единою или дважды.

О прочих же ханах крымских, бывших по сем в Крыме, и о войнах их с Московским самодержством даже до нынешних времен ин люботрудник да потщится написати и в память будущим родом подати. || (л. 169)