Читать книгу "Культура и мир"

Г. Н. Боева. «Герои нашего времени»: проект «Смешарики» как явление современной субкультуры детства

Проект «Смешарики» в настоящее время – один из самых успешных проектов, адресованных детям. Пожалуй, он занимает первое место по количеству эфирного времени и по объему товаров с этим брендом. Игрушки и книги, диски и одежда, продукты детского питания и аксессуары с изображениями смешариков наводнили рынок. Периодически на разных площадках проходят «встречи» героев с детьми, т. е. главными потребителями. По обилию грамотной рекламы, без которой немыслимо сохранить свои позиции в условиях высокотехнологичного постиндустриального общества с развитой субкультурой детства, «Смешарики» оставили далеко позади своих конкурентов. В чем секрет успеха этого проекта и на кого он все-таки ориентируется: на детей или на их родителей (примечательна ремарка на обложке книг из серии «Смешарики: Мультколлекция»: «Книга предназначена для чтения родителями детям»)?

Архетипом смешарика можно счесть нашего фольклорного колобка, который «и от бабушки ушёл, и от дедушки ушёл». Фольклорная основа персонажей проявляется и в традиционной для архаичной сказки ориентации каждого из них на какого-либо животного и соответствующую акцентировку доминантной черты характера (кролик – «попрыгун», ворон – талантливый рассказчик, ёжик – тихоня, медведь – хозяйственный и т. д.). Представляется большой удачей создателей проекта само слово «смешарик», в котором семантически обыгрываются и накладываются друг на друга две лексемы: «смех» и «шарик» и достигается некая компрессия смыслов. Таким образом, неологизм оказывается адекватным детскому сознанию: с одной стороны, он апеллирует к сфере детских интересов, с другой – имитирует детское словотворчество.

Их девять, круглых персонажей этого проекта. Самый главный – Крош – «попрыгун и заводила»; Ёжик – «неторопливый и рассудительный друг Кроша»; Бараш – «тихое поэтическое создание»; Лосяш – «рассеянный и неуклюжий учёный»; Совунья – «заботливая, строгая и справедливая»; Кар-Карыч – «артистичный и хвастливый»; Пин – «механик-изобретатель и гений-самоучка»; Нюша – «обаятельная, впечатлительная и любопытная»; Копатыч – «хозяйственный, добрый и надёжный».

Обращает на себя внимание распределение сфер интересов между героями: в сущности, «в ассортименте» представлены все возможные виды человеческой деятельности, а заодно и порождаемых этой деятельностью образов жизни.

Так, Бараш – поэт, романтик, мечтатель, по ночам пишущий стихи и влюблённый в Нюшу. Кар-Карыч – в прошлом путешественник, нынче рассказывающий о своих приключениях, любитель экзотики и «музы дальних странствий» (впрочем, слушатели не всегда могут отличить, что в его рассказах правда, а что вымысел). В лице первого представлено творчество, в лице второго – жизнетворчество.

Копатыч – огородник и пчеловод, простой и не очень образованный (носитель диалектного произношения).

Технические специальности распределены между Лосяшем, учёным академического, «кабинетного» толка, Нобелевским лауреатом, энциклопедистом и интеллектуалом, и Пином, практиком, самородком-изобретателем, смело воплощающим в жизнь самые фантастические проекты. Примечательно, что Пин – иностранец, говорит с иностранным – немецким – акцентом (вспомним, что этимология слова «немец» восходит к слову «немой», т. е. любой иностранец). Похоже, что трудолюбивый (даже трудоголик) Пин, с его нацеленностью на результат, рационализмом и утилитаризмом, на фоне остальных смешариков и в самом деле выглядит носителем нерусской ментальности.

Смешариков «женского рода» всего два: Совунья, врач, кулинар и сторонница здорового образа жизни, и поросёнок Нюша, мечтающая о принце, обожающая конфеты и развлечения. Обращает на себя внимание, что в этих двух смешариках представлены две социокультурные, гендерные роли женщины в обществе: женщина-мать, заботливая и строгая, и женщина-соблазнительница, сосредоточенная только на своих интересах, инфантильная и гламурная.

Остались попрыгун Крош и его друг Ёжик, о котором известно только то, что он коллекционер (с точки зрения рационального, «взрослого» сознания, занятие тоже бесполезное). Все, кроме троих последних смешариков, занимаются какой-то полезной деятельностью, имеющей целеполагание (Кар-Карыча можно считать пенсионером, вспоминающим о прошлом). Они Взрослые. Крош, Ёжик и Нюша среди них – Дети, с утра озабоченные только развлечениями и играми. Примечательно, что если Взрослые смешарики и играют в игры, то в интеллектуальные или нацеленные на профессиональный спорт: Кар-Карыч и Лосяш, например, играют в домино и шахматы, а Лосяш и Копатыч инициируют футбольный матч и вовлекают в дело «молодёжь», чтобы апробировать свои противоположные тренерские стратегии. Интересно также, что зачастую в игры смешариков-Детей вовлечён поэт и инфантил Бараш (он ещё и влюблён в Нюшу) – сочинение стихов, таким образом, не рассматривается как «взрослое» и «окончательное» занятие и сближает его со смешариками, только ищущими своё место в жизни.

Итак, перед нами представлена модель социума, в котором Дети должны идентифицировать себя со взрослыми, – отсюда и разнообразие сфер деятельности смешариков-Взрослых. Разумеется, реальные дети-зрители и читатели также вовлекаются в этот процесс: каждый ребёнок идентифицирует себя с определённым смешариком, исходя из своих увлечений и склонностей (данное утверждение подтверждено опросом). По сути, мы можем описать эту модель в терминах, предложенных американским культурантропологом Херсковицем: социализация и инкультурация. Напомним, что под первым исследователь понимает интеграцию индивида в человеческое общество и приобретение им опыта, необходимого для исполнения социальных ролей. В процессе же инкультурации индивид осваивает присущие культуре миропонимание и поведение, в результате чего формируется его когнитивное, эмоциональное и поведенческое сходство с членами данной культуры. Примечательно, что инкультурация, по определению Херсковица, совершается по большей части не в специализированных институтах социализации, а под руководством старших на собственном опыте. В мультсериале «Смешарики» мы и наблюдаем параллельный процесс социализации и инкультурации смешариков-Малышей.

Приведём примеры. В мультфильме под названием «Путь в приличное обществе» Совунья наставляет Нюшу, учит её хорошим манерам (в частности, не свистеть). «Взрослые» социокультурные роли Нюша примеряет и в таких сюжетах, как «Материнский инстинкт» (начинает по-матерински опекать Ёжика, и последнего от назойливой заботы спасает только друг Крош, переключающий «материнский инстинкт» Нюши на другой объект – куклу Тузю). В другом сюжете – «Принц для Нюши» – герой Нюшиных кошмаров – Чёрный Ловелас, «крадущий женские сердца», – оказывается прекрасным принцем и обещает появиться вновь, когда героиня вырастет.

Наконец, в одном из сюжетов Крош и Ёжик, мечтая вырасти, идут в определённый час в лес, чтобы съесть цветок и стать взрослыми и умными (своего рода иронический аналог инициации). Крошу удаётся сделать это, а Ёжику, который в это время реально проявил себя как взрослый (искал куклу Тузю, потерянную Нюшей, чтобы утешить её), не успел – и Крош горестно восклицает: «Я буду взрослым и умным, а ты так и останешься маленьким и глупым!»

Итак, практически во всех сюжетах смешарики-Малыши чему-то учатся и перенимают у старших важный социальный или культурный опыт: играть в футбол, не загрязнять окружающую среду, бороться с сорняками, не надеяться на «железную няню» и не лениться убирать у себя. Из общения же друг с другом Крош, Ёжик, Нюша и Бараш – а только они во всех сюжетах открыты новому опыту – постигают ценность дружбы («Коллекция», «Зонтик», «Вдохновение»). Если применить ко всему корпусу сюжетов о смешариках концепцию культуры М. Мид (Мид 1988), то очевидно, что в данном проекте преимущественно реализуется постфигуративный тип культуры, в котором дети учатся у своих предков. В меньшей степени «работает» другой тип культуры – конфигуративный – в котором все учатся у сверстников. Наконец, такие сюжеты, как «Забытая история», единичны: «старики» Кар-Карыч и Совунья вспоминают молодость и бегают по лужам, как дети. Воспитательная нацеленность проекта, таким образом, очевидна: он моделирует тип взаимоотношений, когда дети воспроизводят поведение и социокультурный опыт старших.

Ещё одно наблюдение связано с закреплённостью за миром детей и миром взрослых определенных ценностей. Чтобы создать собирательный образ Ребёнка, перечислим в произвольном порядке черты, присущие трём смешарикам-Детям: весёлый, шаловливый, любящий приключения (Крош), умеющий дружить, коллекционер (Ёжик), капризный, эгоистичный, любопытный, впечатлительный, сладкоежка (Нюша). Пограничный между миром детства и миром взрослых Бараш добавляет поэзию, обращённость к красоте и любви. Взрослым же остаются: интеллект (Лосяш), техническая изобретательность (Пин), трудолюбие (Копатыч и тот же Пин), заботливость и педагогический дар (Совунья), а ещё склонность вспоминать о яркой молодости и наставлять молодых (Кар-Карыч)… Портрет взрослого получается скучноватый. Все традиционно понимаемые как «детские», инфантильные качества, нацелены на дружбу, творчество, приключения, удовольствия, а все «взрослые» качества – на достижение определённых целей, осмысленный труд и поучение других. Нетрудно заметить, что приметы и привилегии «детскости» намного привлекательнее. Возникает противоречие: если проект нацелен на «взрослость», то как же быть с такими симпатичными «детскими» ценностями?

У смешариков есть своя – пусть примитивная – топография, иронически-постмодернистски отсылающая к карте Средиземья Р.-Р. Толкиена. Они уютно обитают в лагуне Синего моря. В пределах досягаемости Высокие горы, Жаркая пустыня, Густой лес, а ещё ближе – салон красоты, спортклуб, дом культуры и другие объекты социальной инфраструктуры. У них есть свой календарь и свои праздники и ритуалы. У них есть всё для счастья. Всё это похоже на какой-то рай, на реализацию утопии. Уместно вспомнить утопический проект создания всемирной «культуры участия», воссозданный в поздних работах М. Мид, в частности, «Преемственность в эволюции культуры» (Мид 1964). Переход к этой «живой утопии» Мид мыслит как результат двух «тихих революций»: технологической модернизации «третьего мира» и «революции метафор» в развитом мире, в ходе которой соблазнительный демонизм понятия «ад» вытеснится живым образом «рая», созданным из архаичных мифов, детских фантазий и плодов творчества экуменической элиты. Эта революция приведёт к созданию новой человеческой генерации, ориентированной на рай. Единицей общежития в новой культуре должен стать «очаг средней величины», который больше, чем нуклеарная семья, но меньше, чем родовой клан. Духовное существование его должно обеспечиваться сочетанием литургической соборности и либеральными ценностями индивидуализма. Не напоминает ли это описание страну смешариков?..

Иронический постмодернизм мультпродукта проявляется не только в карте «Страны смешариков». Сага о смешариках буквально нашпигована прецедентными текстами, отсылающими к «взрослой» культуре. Напомним, что прецедентные тексты – тексты, стихийно или сознательно отобранные и рассматриваемые как общеизвестные в конкретной речевой культуре; это основные компоненты когнитивной базы каждого лингвокультурного сообщества. Достаточно привести следующие названия мультфильмов: «Основной инстинкт», «Космическая одиссея», «Танцор диско», «Чёрный Ловелас», «Полёты во сне и наяву», «Ёжик в туманности», «Моя прелесть»… «Ай, да Бараш, ай, да овечий сын!» – восклицает смешарик, перефразируя Пушкина. Во многих сюжетах пародируются персонажи массовой культуры (Нюша, желая стать звездой, одевается под Аллу Пугачёву). Наконец, пародийно воспроизводятся приёмы массовой культуры: в финале «Железной няни» обесточенный и поверженный монстр-агрегат, закормивший всех манной кашей, шевелит железной клешнёй, отсылая к финалу триллера с непременным намёком на грядущую реинкарнацию злодея (например, в конце каждой серии «Кошмара на улице Вязов» героиня облегчённо засыпает, а в игрушечном домике на её столе тем временем вновь зловеще загорается свет).

Итак, для взрослых предназначен проект «Смешарики» или для детей? Учитывая его нацеленность на формирование префигуративного типа культуры и связанную с этим активно воспитательную направленность – ответ: для взрослых. Учитывая обилие «взрослых» прецедентных тексов, понять и расшифровать которые может только взрослый, ответ тот же: для взрослых. Сделан он, естественно, взрослыми. Парадоксально, но проект, предназначенный для детей и любимый ими, лишь притворяется детским. Эдакий волк в овечьей шкуре. Умело сделанный руками взрослых продукт, лишь наполовину адресованный детям и лишь отчасти принадлежащий детской субкультуре. Хорошо, впрочем, что он пропагандирует гуманистические ценности, ироничен и остроумен. Пытается предложить ребёнку модели поведения, нарисовать «героя своего времени».

1. Мид М. Культура и мир детства. – М., 1988.

2. Мид М. Преемственность в эволюции культуры. – М., 1964.

Т. А. Ченцова. Феномен духовности молодежи в современном поликультурном пространстве

Мир, в котором живет современный человек, все более динамично и радикально изменяется. Эти изменения затрагивают глобальный, региональный и локальный уровни и связаны с преобразованиями в сфере культуры, экономики, социальных отношений, политики и т. д. Изменения, происходящие в современном мире, затрагивают сознание и образ жизни молодого человека.

Современные мир, в условиях которого взаимодействуют представители разных поколений, существенно отличается от того мира, в котором люди жили еще несколько десятков лет назад. Необходимо отметить увеличение самой скорости изменений, освоения новыми поколениями социального опыта. После 40–60-х гг. XX века мир впервые столкнулся с проблемой «необратимого разрыва между поколениями». С середины XX столетия в мире активно развивается новый тип социальной связи, при которой образ жизни старшего поколения уже не тяготеет над младшим (М. Мид). Это означает, что личность и восприятие молодого человека отличается от мировосприятия взрослого не только из-за различий в возрасте, но в связи с тем, что подросток формируется в условиях другой социокультурной среды, под влиянием иного образа жизни.

Изменения весьма быстро находят отражение в восприятии мира молодыми людьми (освоение новой информационной техники и возможностей овладения новыми формами социально-экономической и культурной жизни, стилевыми особенностями общения и поведения и др.). Это приводит к разрыву между поколениями, нарастанию разобщенности. Старшее поколение людей утрачивает роль носителей актуальных ценностей для молодых поколений.

Другой особенностью современного мира, отражающейся на образе жизни молодых людей, является глобализация. С одной стороны, глобализация является процессом сближения разных стран и народов, всех людей, живущих на планете. Основные факторы глобализации проявились в середине XX столетия. Они связаны прежде всего с культурно-историческим развитием человечества. К таким факторам, ведущим человечество по пути возрастающей взаимосвязи, можно отнести нарастающие масштабы созидательной материально-предметной и духовной деятельности современного общества, интегрирующий эффект коммуникационной революции, а также массовой миграции населения. С другой стороны, унификация образа жизни людей, игнорирование самобытности культур разных народов и групп так же характеризуют процессы глобализации. При этом необходимо отметить, что эти процессы являются неотъемлемым свойством культуры и включают в себя не только внутреннюю трансформацию культурных явлений, но и внешние перемены. Внешние изменения проявляются как через расширение уже существующих, так и через возникновение качественно новых культурных форм. В молодежной среде, как наиболее мобильной части общества, фиксируются и распространяются различные элементы культурного опыта: как заимствованного (некоего культурного образца), так и собственного (формирующегося в процессе жизнедеятельности определенного молодежного страта). Как было отмечено выше, этот процесс имеет объективный характер, но, с нашей точки зрения, он не может носить стихийного характера. Общество через специализированные социокультурные институты вынуждено интегрировать молодежную культуру в традиционную, поскольку культурное наследие обладает для общества вневременной культурной ценностью, переходящей к новым поколениям и в новые эпохи. Обращение к культурному наследию прошлого призвано обеспечить поддержание привычных смыслов, норм и ценностей, сложившихся в обществе. В конечном счете именно они обеспечивают самобытность культуры и этнокультурную самоидентификацию молодого человека.

Еще одной особенностью современного мира, с которой непосредственно связаны изменения в личности и мировосприятии человека, является «смещение» ценностных ориентаций. Ценностные ориентации являются важными элементами личностной структуры, закрепленными жизненным опытом индивида, всей совокупностью его переживаний, знаний и представлений. Они отграничивают существенное и важное для данного человека от несущественного. Совокупность сложившихся, устоявшихся ценностных ориентаций образует структуру, обеспечивающую устойчивость личности, преемственности определенного типа поведения и деятельности, выраженную в направленности потребностей и интересов. В силу этого ценностные ориентации выступают важным фактором, обуславливающим мотивацию действий и поступков человека.

Отношения человека связаны с мировосприятием, которое может включать ситуативные, более устойчивые и общие, наиболее глубинные ценностные диспозиции человека. Эти наиболее устойчивые диспозиции являются связующим звеном между процессом мировосприятия и мировоззрением человека. Для мировоззрения человека характерно осознание субъектом своего отношения к объектам и к окружающему миру в целом как к ценностям, ради которых развертывается его деятельность, осознание порождает личностный смысл этой деятельности, соотносимый с потребностями, мотивами, установками, целями и идеалами личности.

Процесс формирования отношений связан с возникновением противоречий, которые приводят к неустойчивости личности, необходимости поиска новых жизненных смыслов. В эти периоды человек особенно подвержен влиянию социального и культурного окружения.

Вместе с тем потребность поиска идентичности провоцирует молодого человека к активному экспериментированию с внешним окружением. Подросток может испытать свои возможности, познать себя, изменяя окружение, влияя на него. Такая экспансия во внешний мир дает необходимую информацию о собственных возможностях, уточняя образ «Я», способствует формированию реалистических жизненных позиций. В современной России процесс формирования жизненных ценностей имеет многомерный и противоречивый характер. Исследователи выделяют три уровня этого процесса. Первому соответствуют ценности жизни, сформировавшиеся на предыдущем этапе общественного развития. Многие из них перестали быть адекватными изменившимся политическим и социально-экономическим условиям. Для второго уровня характерны ценностные ориентации, которые в странах Запада принято считать традиционными.

Для российского общества рассматривать их в качестве таковых можно, но с существенными оговорками. С одной стороны, такие ценности как высокая обороноспособность, стабильность и рост экономики имели распространение и ранее. Однако они базировались на качественно иной политической и социально-экономической основе. С другой стороны, указанные социальные ценности в наше время не соответствуют реалиям российского общества, поэтому ценности жизни этого уровня можно рассматривать как определенные социальные ожидания, которые могут стать реалиями в перспективе, в ходе дальнейшей общественной эволюции. Третьему уровню присущи ценности жизни, формирование которых определяется вступлением современной цивилизации в новый этап своего развития. Это связано с решением экологических проблем, стабилизацией функционирования важнейших жизнеобеспечивающих систем нашей планеты, увеличением свобод и возможностей для духовного развития индивида. Для России, как и для других стран, эти ценности являются новыми. Таким образом, ценности жизни в современном индустриальном мире и российском обществе претерпевают глубокие качественные изменения, что отражается и на личностном уровне.

Помимо названных особенностей современного мира на становление молодых людей оказывают существенное влияние научно-техническая революция, новые формы освоения мира природы, социальные противоречия и конфликты и др. влияние современного мира на мировосприятие человека может быть обусловлено глобальными и региональными кризисами, разнообразными конфликтами, угрожающими человеку, его жизни и здоровью. В связи с этим в обществе получают распространение социально-психологические проблемы, имеющие экзистенциальное звучание. Такие проблемы могут быть обозначены следующими категориями: «смысл», «страх», «надежда», «духовная жизнь личности», «бессилие мысли» и др.

Современные исследователи, изучая и анализируя динамику ценностных ориентаций, отражающихся в общественном сознании и способе функционирования современной цивилизации, называют ее «тихой революцией», происходящей в индустриально развитых странах во второй половине XX века. Она заключается в переходе от традиционных («материалистических») ценностей к экзистенциальным («постматериалистическим»). Если для традиционных ценностей характерен акцент на материальной обеспеченности и экономической надежности, то экзистенциальный тип ценностей ориентирован на внеэкономические и духовные приоритеты. Именно в последней ценностной парадигме, на наш взгляд, возможна диффузия традиционной и постмодернистской, молодежной культуры, она несет в себе позитивные социальные последствия для всего общества, преодоление культурного и социального разрыва между поколениями.