Читать книгу "Культура и мир"

В. В. Рябухина. Передача информации в культуре – меметика

Культурология – наука, которая стала одной из важных в третьем тысячелетии, так как исследования о передаче информации в культуре в наше время глобализации и желании народов сохранить свою культуру очень актуальны. Пытаясь найти механизмы передачи информации, наука о культуре стала соприкасаться с другими науками, в том числе и с биологией, которая вошла в исследования культурологии двумя направлениями. Первое – попытка объяснить свойства культуры и ее эволюцию через биологию. Второе – культурология взяла биологические модели объяснения и терминологию для того, чтобы понять характеристики и эволюцию культуры. Оба направления пытаются объяснить передачу информации, традиций и привычек в культуре и между культурами. Какие локальные культуры останутся жить, а какие сольются в продуктах глобализации? Какие механизмы ускоряют такое развитие?

Стремление найти аналогию между эволюцией культуры и биологической эволюцией у ученых было давно. Так, например, Карл Маркс использовал теорию эволюции для сопоставления различных обществ. Герберт Спенсер, современник Ричарда Дарвина, изучая историю развития цивилизаций, увидел закономерность в том, что каждая из цивилизаций имела цель прийти к идеалу (идеал, по Спенсеру, – построение жизни общества по образу и подобию Великобритании времен правления королевы Виктории) (Blackmore 2000: 35). Спенсер применил идею Дарвина к теории развития обществ, увидев, что между людьми идет война, как в природе: сильные побеждают слабых, быстрые пожирают медленных. Спенсеровская идея стала основанием целого философского направления, известного как социальный дарвинизм, получивший популярность в кругах среднего класса Англии того времени.

Пятьюдесятью годами позже американский психолог Джеймс Балдвин выдвинул идею о том, что естественный отбор является законом всех наук, изучающих человека, а не только биологии. Это стало, своего рода, предвиденьем «универсального дарвинизма», появившегося позже. Тогда же, объясняя способность людей получать знания через подражание и освоение правил, Балдвин ввел понятие «социальное наследство».

Множество антропологов пытались объяснить, каким образом фасоны одежды, методы работы, дизайн архитектуры, традиции и правила поведения человека переходили из одной культуры в другую. Все они, в основном, придерживались диффузной модели, согласно которой изменения происходят постепенно, шаг за шагом, в процессе наращивания нового на уже существующее старое. «Мысли летают от одного места к другому, от человека к человеку» (Sperber 1990: 25–44), – писал американский антрополог Д. Спербер, характеризуя эту модель. Наиболее адекватным пониманием культурной эволюции, предложенным в то время, по мнению английского психолога и философа Сьюзен Блекмур, было следующее: биологическая эволюция является силой, контролирующей культурную эволюцию.

Теорий культурной эволюции возникало много, но они всегда были в какой-то степени «анемичны», содержали лишь идею, а механизмы действия опирались только на биологическую эволюцию. Из практики, тем не менее, известно, что наш язык меняется куда быстрее, чем наше генетическое наследство. С другой стороны, возникшая гипотеза может жить во много раз дольше, чем гены автора, создавшего эту гипотезу.

Эразм Дарвин, дедушка Чарльза Дарвина, хотя и не дошел до идеи естественного отбора, был одним из первых ученых, начавших разрабатывать научную теорию эволюции. Он полагал, что все виды происходили от одного общего предка и что в процессе выживания половой отбор приводил к новой разновидности. Свой вклад в теорию эволюции внес французский ученый Жан Батист Ламарк, сформулировавший «закон наследования приобретенных признаков». По мнению Ламарка, полезные навыки, приобретенные животными, передаются потомству. Но никто из ученых не смог раскрыть природу эволюционного механизма, ответить на вопрос, почему происходит эволюция? Это удалось сделать только Чарльзу Дарвину, показавшему, что механизм эволюции базируется на естественном отборе.

Согласно теории Дарвина, в основе преобразования видов в природе лежат такие свойства организмов, как изменчивость, наследственность и постоянно происходящий в природе естественный отбор. Изменчивость служит основой образования новых признаков в строении и функциях организмов, а наследственность закрепляет эти признаки. Естественный отбор осуществляется через сложное взаимодействие организмов друг с другом и с факторами неживой природы; эти взаимоотношения Дарвин назвал борьбой за существование. В результате борьбы за существование происходит выживание и размножение наиболее приспособленных особей и вымирание неприспособленных, т. е. естественный отбор. В результате естественного отбора сохраняются особи с полезными для их процветания признаками. Есть победители и есть побежденные. Естественный отбор в теории Дарвина выступает в качестве механизма эволюции.

Согласно дарвиновской теории, необходимы три условия, чтобы эволюция имела место:

1. Копир и вариации (переработка): вновь рожденные не должны в точности повторять своих родителей.

2. Выбор: в окружающей среде выживают наилучшие.

3. Наследственность (сохранение): в жизненном процессе должен быть механизм, который передавал бы свои лучшие черты следующей генерации.

Однако теория Дарвина оставила без объяснения механизм наследственности. Законы наследственности открыл австрийский монах Грегор Мендель, проводя эксперименты на растениях гороха. Открытые им механизмы наследования положили основы тому, что теперь известно как «современный синтез», или неодарвинизм.

Биологи начала XX века много рассуждали об эволюции видов. К 60-м годам относится дискуссия о несовершенстве этой теории. Английский биолог Ричард Доукинс расширил и уточнил теорию эволюции в 1976 году, опубликовав книгу «Эгоистичный ген». Согласно Доукинсу, эволюцией управляют некие гены, действующие в эволюционном биологическом процессе абсолютно эгоистично. Их единственная цель – быть копированными и перенесенными в следующее поколение. По мнению биологов, эволюция начиналась с того, что в первозданной «луже» появился «копир», некая простая молекула породила свои копии и начала развиваться. В настоящее время самым известным копиром является ДНК, которая несет в себе гены. Согласно Доукинсу, «… гены управляют эволюцией мира… Мы можем рассматривать эволюцию как бесконечный конкурс между генами» (Dawkins 1976: 56). Эта новая точка зрения дала возможность понять эволюцию более глубоко.

Доукинс писал: «Я утверждаю, что единицей измерения естественного отбора не может являться вид, группа или индивидуум. Единицей измерения наследственности является ген» (Dawkins 1976: 62). Он показал, что теорию эволюции Дарвина можно применять не только к биологии, но и к другим явлениям, в которых существуют копиры, вариации, выбор и наследственность, и ввел термин «универсальный дарвинизм». Доукинс утверждал, что в каждой культуре существует некая частица, которая копируется посредством человеческой способности к подражанию. Она-то и является движущей силой культурной эволюции.

Теория мемов родилась в 1976 году, когда Доукинс написал книгу «Эгоистичный ген», вызвавшую большой интерес в научной сфере. В этой книге он предложил единицу измерения культурного наследия, назвав ее «мем». Слово «мем» напоминает слово «ген», а также греческое слово «мимем», которое означает «подражание». Он писал: «…Мы дадим для нового копира имя существительное, которое в нашей культуре (английской, – В. Р.) означает передачу частей, в других случаях – идею подражания. Слово «мимем» имеет греческое начало, а я хочу термин, который бы звучал, как «ген». Я надеюсь, что мои друзья, которые обучались по классическим канонам, простят меня, потому что слово «мимем» я укорочу до формы «мем» (Dawkins 1976: 65).

В книге Доукинс много размышляет на тему генов как копиров самих себя. В итоге этих размышлений он задает вопрос: «Есть ли в нашем окружении какой-либо другой аналогичный копир?», и сам же отвечает: «Есть!». В качестве копира, сравнимого с ДНК, он признал свойство человеческой коммуникации – «подражание». Мемы, или культурные гены распространяются через подражание. Подражание является типичным для взрослого человека и основным методом обучения ребенка: учась говорить, ходить и действовать он имитирует родителей. На эту тему проведено много исследований и написано много трудов. Подражание является одной из особенностей человеческого вида, в отличие от животных. Человек обучается работать и действует, когда видит, как надо это делать. Таким образом, можно сделать вывод: подражание является типичным для человека и как процесс происходит постоянно.

Согласно определению Доукинса: «Мемом может быть мелодия, идея, пословицы, модный фасон одежды, форма домов. Мемы распространяются из склада мемов одного человека к другому путем, который мы можем мудро определить как «подражание». Подобное происходит и с генами, которые передаются из одного склада генов в другой посредством семени или яйцеклетки. Ученые передают идеи, услышанные или прочитанные ими, коллегам и студентам. Если идея принимается, мы можем сказать, что распространение произошло от разума к разуму. Мой коллега Н. К. Хамфри подытожил: «Мемы должны восприниматься живыми объектами, а не только метафорами или техническими концепциями» (Dawkins 1976: 210).

В качестве свидетельства признания теории или метода можно считать признание слова, обозначающего эту теорию, и включение этого слова в Оксфордский словарь. О мемах в этом словаре написано следующее: мем – элемент (вещество, материал), входящий в культуру, который передается не генетическим путем, а через подражание.

Теория о мемах, наука меметика, открыла новое понимание того, как формируется человеческое сознание, и объяснила механизмы культурной эволюции. Она нашла применение в психологии, философии и антропологии. Меметикой занимаются американский философ и лингвист Д. Деннет, американский психолог С. Блекмур, финский антрополог М. Камппинен, американский антрополог Р. Броуди, немецкий невропатолог Ю. Делиус, бельгийский биолог Л. Кабор, американский лингвист и психолог А. Линц и т. д.

Согласно Ричарду Доукинсу, Даниелю С. Деннету и Сьюзен Блэкмор, мем является подлинным копиром. Чтобы быть копиром, необходимо иметь поддерживающий механизм, делающий эту самую эволюцию, то есть соответствовать алгоритму дарвиновской теории эволюции, в которой присутствует копир, вариации (переработка), выбор и наследственность (сохранение).

• Копирование является природной основой мемов.

Легенды, высказывания, скороговорки и анекдоты легко перерабатываются, передаваясь дальше. Копир самовоспроизводится в процессе подражания в виде вариации: рассказанная история или стиль архитектуры, повторяясь, слегка изменяются. Английский психолог Сир Фредерик Батлет, изучая пересказы людьми друг другу одной и той же истории, выявил, что человек, рассказывающий историю, всегда старается произвести эффект, делая акцент на важном для него элементе. Тогда как другой человек, рассказывая ту же самую историю, делает акцент на совершенно другой детали, вследствие чего, одна и та же история, рассказанная двумя разными людьми, может выглядеть по-разному. Этот факт непосредственно связан с типом личности человека, его коммуникативными инструментами, принадлежности к профессии и культуре.

• В системе мемов существует выбор.

Некоторые мемы производят сильное воздействие на сознание людей, в этом случае их с удовольствием передают друг другу. Таким мемом может быть интересная легенда, хороший анекдот, рецепт вкусной пищи или коктейля, эффективный метод работы, понравившийся фасон платья и т. д. и т. п. Некоторые легенды или сплетни принимаются легко и распространяются быстро, другие же продвигаются с трудом или полностью отвергаются.

• Мемы имеют наследственность.

В момент рассказа истории, мы можем сказать, что мем передается. После этого от него остается, по крайней мере, часть в сознании рассказчика. Таким образом, мемы передаются по наследству. Не случайно, практически во всех культурах говорят: «Если хочешь что-то запомнить, повтори».

Согласно Ричарду Доукинсу, гены являются инструкциями по производству белка (протеина), и их единственная цель состоит в том, чтобы быть скопированными и переданными следующим поколением столько раз насколько это возможно. Этот процесс управляет биологической эволюцией мира.

Мемы являются инструкциями, которые управляют поведением. Они находятся в разуме человека и других местах: библиотеках, книгах, архивах, СD, DVD и т. д. и перемещаются путем подражая. Конкуренция между мемами управляет эволюцией разума. Единственная цель мемов состоит в том, чтобы быть скопированными и переданными в разум других людей столько раз насколько это возможно.

И гены и мемы – копиры, и должны следовать основным принципам универсальной теории эволюции. В этом случае они подобны и их соотношения аналогичны.

Мемы появились в истории развития человечества тогда, когда наши предки стали проявлять способность к имитации. С того времени два копира (репликатора) мем и ген, стали соэволюционировать. Успешные мемы изменяли «отбор окружающей среды», т. е. влияли на выбор человека относительно направления его деятельности и создания артефактов. Эти же успешные мемы поддерживали гены способные скооперироваться с ними. Сьюзен Блекмур, известный исследователь меметики, называет этот процесс «мемическим управлением». «Соэволюция мемов и генов создала человеческий мозг большого размера. Только мозг большого размера может копировать некоторые виды мемов. Это пример общего процесса, в котором копир (репликатор) и его копировальная машина (копиратор) развиваются вместе. Человеческий мозг предназначен не только для человеческих генов, но и для копирования мемов и является устройством отбора» – писала Блекмур в своей книге «The Meme Machine» (Blackmore 2000: 67).

Где же существуют мемы? Чтобы понять это, необходимо обратиться к онтологии «Трех миров» австрийского философа Карла Поппера. Он считает, что существует три мира:

Схема онтологии Карла Поппера (рис. В. Рябухиной)

Мемы, по сути дела, – информация, которая существует в каждом из трех миров: в «Мире 1-м» мемы находятся в печатных изданиях, дисках, компьютере, Интернете, картинах, фотографиях, строениях и других артефактах. В «Мире 2-м» мемы обнаруживаются в мыслях человека, его сознании. «Мир 3-й» большей частью состоит из самих мемов – культурных генов. Некоторые ученые, занимающиеся меметикой, разделяют мемы на материальные и нематериальные. Автор статьи, так же как и Сюзан Блекмур и Даниел Деннет, придерживается противоположного мнения: мемы нельзя разделить на материальные и нематериальные. Мемы это информация.

Начиная с 1990 годов многие ученые различных направлений науки развили теорию мемов. Для примера мы можем упомянуть английского психолога Сьюзен Блекмур, канадского психолога и антрополога Лиану Кабор, американского математика и лингвистика Эрона Линча, американского философа и биолога Дэвида Халла, английского антрополога и психолога Роберта Онджера, немецкого невролога Юлия Делиуса, финского философа и антрополога Матти Кампинена, английского антрополога Роберта Аунгера, американского астрофизика и писателя Давида Брайна, американского инженера и педагога Леона Фелкинса, американского компьютерного дизайнера Пери Хобермана, итальянского культуролога Маттео Санте, американского культуролога Элана Моритза, американского юриста Джека Балкина, английского музыковеда Стивена Джана и автора этой статьи.

Когда Ричард Докинс создал основную теорию мемов в 1976 году, средства коммуникации, являющиеся существенными для поставки мемов, были не очень развиты. В то время только начиналось использование спутникового ТВ, а об Интернете, который на сегодня является самым эффективным коммуникатором по передаче мемов, даже и не помышляли. Мобильные телефоны и домашнее спутниковое ТВ, появились значительно позже.

Технологическое развитие коммуникации помогло мемам так распространиться, что начался «бум о мемах». Ученые различных областей науки и культуры стали непрерывно писать о мемах. Возьмем несколько примеров. Американский ученый юрист Дж. М. Балкин в книге «Программное обеспечение культуры» (1998) объясняет идеологию как результат эволюции мемов. Это была первая книга, в которой теория эволюции культуры применялась к проблеме идеологии и правосудия. Статья шведского экономиста Микаэля Сандберга: «Дарвинистский критический анализ Ламаркиана в экономике», в журнале «Эволюционная Экономика» (2007), показывает, что мемы работают и в экономике. Английский теоретик музыки Стивен Джан писал о нео-дарвинистском представление музыкальной структуры и культуры в книге «Меметика музыки» (2007).

Теория мемов и меметика находятся под критикой фундаментальных религий, которые видят в эволюции культуры «руку ведущего», а также некоторых ученых культуры, которые считают теорию мемов слишком инструментальной, редукционной и тесно связанной с естественными науками. Оба аргумента стоят на плохо обоснованном фундаменте.

Меметика, возможно, пойдет по направлению исследований сложной системы, которое даст возможность создать компьютерное моделирование, анализировать и имитировать передачу информации в системе культуры.

1. Balkin J. M. Cultural Software: A Theory of Ideology. – New Haven: Yale University Press

2. Blackmore S. The Meme Machine. – Oxford: Oxford University Press, 2000.

3. Brockman J. The Third Culture—Beyond the Scientifc Revolution.—N.Y.:Simon & Schuster, 1996.

4. Dawkins R. The Selfsh Gene. – Oxford: Oxford University Press, 1976.

5. Dennett D. C. Conscious explained. – USA: Penguin Books, 1993.

6. Sperber D. Epidemology of beliefs / The Social Psychological Study of Widespread Beliefs. – N. Y: Oxford University Press, 1990.

Г. Ф. Гордукалова. Эффект персонализации и визуализации явлений культуры в Интернет-среде

Среди множественных технологических преимуществ глобальной сети существенными для современной культуры следует назвать явный фактор визуализации потока информации и слабо ощущаемый пока по воздействию фактор персонализации значительного числа ресурсов и сервисов в сети.

Визуализация. Очевидно, что мультимедийные технологии в течение нескольких лет позволили визуализировать весь исторический ряд культурных феноменов. Музеи мира раскрывают свои фонды, библиотеки показывают в открытом доступе письменные памятники и т. д. Всеобщность процесса визуализации ведет к созданию нового языка общения, к переходу от многоязычных понятий к «экономной» образной передаче информации. Оценить возможности и последствия этого процесса в рамках контекста культуры в целом пока сложно. Понятна лишь его стохастичность, большее эмоциональное воздействие в сравнении с классическим текстом. Пока это отчетливо фиксируется художественной «сетелитературой», отдельными образцами видеороликов, множественным использованием рисовальной символики, массовой популярностью авторских мультфильмов. Упоение от цвета, движения и звука в системе массовой коммуникации, а главное – возможность индивидуального управления ими, вариативность в преобразованиях, открывают пути для поиска синтезированных и динамичных форм в искусстве, разных каналах передачи информации.

Персонализация. Персона в сети – главное явление. Это фиксируется разными средствами: персонализированные сайты, «живые журналы», форумы, сервисы связи между держателями ресурса и его пользователями, контактные сети и др. Возможность сообщить о себе, конечно, реализуется в разных, в том числе и гиперболических вариантах. Прослеживаются разного рода персонификации. Однако модераторы коллективно пополняемых ресурсов находят весьма демократичные средства своего влияния на авторскую и потребительскую аудиторию. Например, организация свободных сетевых энциклопедий через набор персональных гнезд с возможностью их пополнения любым исполнителем. В них используется удивительно простой принцип «управления качеством»: если новая статья не отвечает каким-либо требованиям, то осуществляется возврат к предшествующему тексту. Это направление в целом активно развивается и обогащается новыми сервисами – параллельная голосовая связь, командные игры, масштабные сети контактов и т. д. При современной тенденции к глобализации и заметной жанровой «стандартизации» персонализированных форм выражения, следует отметить усиливающееся творческое стремление создателей собственного ресурса к уникальному его наполнению. Ярким полотном постепенно раскрывается краеведческая жизнь через сайты библиотек. Все большее место в ней занимают биографические очерки, творческие портреты жителей. Вероятно индивидуальное представление культур, сообществ, регионов. Вполне возможно получение экранного «отпечатка» культур со всеми реалиями, самоосознанием и взаимопереходами, но с большей детализацией и динамизмом, чем это было возможно ранее в писаной истории.

Персонализация + визуализация. Определят развитие основных направлений Интернет-культуры на ближайшее десятилетие, разделят культурное сообщество на адептов и ее противников с последующим их примирением. Так происходило при изобретении каждого нового канала в системе социальных коммуникаций (изобретение письменности, книгопечатанья, фотографии, киноискусства…). Безусловно, работал закон сохранения ВСЕХ когда-либо придуманных каналов и форм коммуникации – от наскальных рисунков, протоиндийских печатей, орнаментов, изустных мифов. Однако всякий раз привносились существенные изменения в долю влияния ранее используемых форм и жанров отображения, хранения, передачи внутренней жизни личности, сообществ и цивилизаций. Даже процессы коммерциализации глобальной сети, активные информационные войны в ней уже не закроют органичного сочетания названных приоритетов.

Современные риски. Активный процесс социально-психологической адаптации к Интернет-ресурсам уже перешел свою критическую стадию. Специалистами обозначены не только позитивные, но и отрицательные следствия «экранной культуры». Интернет-среда оценивается как дестабилизирующий фактор риска в условиях иерархического управления. Возникли и решаются проблемы информационной безопасности, авторского права, несанкционированного распространения личной информации. Все же основной риск для истории культуры – «хрупкая» память сети. Из-за бесконечной смены носителей, программного обеспечения утрачиваются текстовые архивы, по разным причинам бесследно исчезают сотни тысяч сайтов. Широкий круг частных следствий можно объединить в следующие группы:

Следствия отрицательного влияния электронной среды

Приведенные выше реальные и потенциальные следствия слабо ранжируются, имеют различный характер и масштаб воздействия, многие из них вполне успешно преодолеваются. В частности, результаты представленного исследования подрастающего поколения (от 3 до 20 лет) в США, озвученные на заседании Международной ассоциации индексирования и реферирования, фиксируют суммарное время потребления информации единичного пользователя более 24 часов в сутки. Столь парадоксальный показатель складывается из-за параллельного подключения пользователя к разным коммуникативным каналам: одновременно загружаются и просматриваются несколько Интернет-ресурсов, новостные ленты бегущей строкой, ведется письменный и устный диалог, слушается музыка и др. Формируется иная культура создания, синтезирования и потребления информации. Ее потенциальные черты – динамизм, экономные средства представления данных, внимание к личности.

Возможность высказать собственное мнение, стремление к созданию уникального ресурса содержат в себе огромный потенциал для освоения традиций и межкультурных коммуникаций.