Текст книги "Крылья возмездия"

Глава 23
Цветы залечивают раны

Йостошь, Асхай

День переговоров

В течение следующих пяти дней после прибытия в Асхай Клэр пыталась вернуться к привычному образу жизни. Именно пыталась.

Тем днем, когда они уснули с Нэшем на одной кровати, она проснулась от неистового жара. Клэр распахнула глаза и закричала, вцепившись в шею и разодрав ожог. Ей казалось, будто ведьмак снова прижигает кожу кочергой, а потом включает ту мелодию.

Клэр проживала эти секунды по кругу. Снова, снова и снова.

Она не могла успокоиться целый час, и все это время Нэш был рядом. Он принес стакан воды, подоткнул углы одеяла и взял ее за руку, сохраняя приятную тишину – не хотел нарушать личные границы. Затем сходил за печеньем с шоколадом и заставил ее «съесть хотя бы одно».

Клэр съела. А потом, когда Нэш уснул, выблевала его.

Она вышла из комнаты только на следующий вечер: понимала, что больше не может тонуть в собственных страхах, поэтому натянуто улыбнулась и решила наведаться в крошечную кухню. Ее тело рефлекторно сжималось от каждого стука, доносящегося с улицы.

Но это мелочи.

Сегодня она должна встретиться с королем и королевой Асхая.

Клэр оглядела платье в руках тамплиера, приставленного к ним Вальхаллой, и удивленно округлила глаза. Он представился Умброй. Странное имя.

– Я должна надеть… это?

– Указ королевы Регинлейв, – кивнул Умбра.

Клэр пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть в его металлические глаза. Тамплиеры на самом деле были громадными, как и говорила Астра.

Умбра выглядел устрашающе. Длинные черные волосы были заплетены в косу, левую бровь пересекал рваный шрам, а темная кожа навевала мысли о Вальхалле. Они похожи. Может, дальние родственники?

Тяжело вздохнув, Клэр взяла в руки мягкую ткань. Когда тамплиер вышел, разложила платье на кровати и еще раз осмотрела его, не зная, с какой стороны подступить.

– Ты почему еще не готова?

Клэр резко развернулась. С губ сорвался вздох облегчения, когда она заметила стоящую в дверях Леону.

По ее телу струилось легкое голубое платье, напоминающее ясное небо. Оно идеально сочеталось с глазами глубокого синего цвета и жемчужным ожерельем. Кружевные оборки, украшающие лиф и короткие рукава, придавали образу какой-то нежный и сказочный вид. Леона заплела волосы в косу и подкрасила губы блеском – ничего не говорило о том, что она может разодрать первому встречному глотку.

– Ты похожа на фею, – хихикнула Клэр, обведя пальцем ее внешний вид. – Но тебе идет.

Леона грациозно сложила руки на груди. Образ завершали короткие ажурные перчатки – настоящее произведение искусства, сотканное лучшими мастерами Асхая.

– Посмотри на свое, – кивнула Леона на кровать. – Ощущение, будто в твоей комнате наблевал единорог. Но если без шуток, в нем ты будешь похожа на конфету, и Нэш тебя точно съест. – Клэр почувствовала, как по щекам пополз румянец. – Я ему не позволю, не переживай.

– Спасибо, – безрадостно пробурчала она.

Сказав, что пошла собирать цветы, Леона покинула спальню. Теперь они остались вдвоем – Клэр и розовое облако, на которое она бросала косые взгляды.

Последний раз нечто настолько красивое она надевала на открытый прием в Меридиане. Только тогда Клэр пошла на него, чтобы спасти отца, а от сегодняшнего приема зависела судьба всего мира. По словам Вальхаллы, конечно. Клэр так и не поняла, зачем им встречаться с королевской семьей.

Приняв ванну, Клэр надела платье и подошла к зеркалу.

Летящая ткань нежно-розового цвета спускалась до самого пола. Плечи были открыты, а от лифа отходили четыре ленты, которые мягко спадали на предплечья, завязываясь в бант. Кружевной корсет приподнимал грудь, придавая ей объема. Клэр завязала на шее розовую ленту, прикрыв затягивающийся ожог, и добавила серебряный кулон в форме птицы.

«Феникс, что ли?»

Видимо, этот наряд был послан ей самой Вальхаллой. Или королевской семьей.

– Нашла! – воскликнула Леона, ворвавшись в комнату. Она держала в руке букет миниатюрных цветов, розовых и голубых. Клэр видела такие впервые. – Если быть фейками, то от начала и до конца.

– О, ты хочешь подарить их королю и королеве?

Леона поморщилась.

– Еще чего. Поворачивайся. – Она покрутила пальцем. – Буду делать из тебя цветочную фею.

Когда Леоне что-то приходило в голову, ее не мог остановить никто. Поэтому она усадила Клэр на кровать, расчесала ее кудрявые волосы и начала вплетать цветы в косы.

Мортон наблюдала за ней через зеркало, размышляя над тем, какой заботливой она может быть. Кто бы мог подумать, что та девушка, смотрящая на нее свысока, как на ничтожество, станет ее спасательным кругом. Кто бы мог подумать, что Леона будет обрабатывать ее раны, вплетать цветы в косы и обнимать перед сном, когда станет слишком страшно.

Клэр знала: Льерс что-то сломал в них, но что-то и починил.

Через пару минут раздался восторженный голос:

– Готово!

И на ее глаза навернулись слезы.

В другой день Клэр бы порадовалась тому, что они идут на королевский прием в настолько роскошных, дорогих нарядах. В жемчуге и цветах. Но ожог на шее продолжал пульсировать, а открытые участки тела пересекали синяки и царапины. Шрам на щеке Леоны, которым наградил ее один из ведьмаков, нисколько не портил внешность, но говорил сам за себя.

Они не впишутся во всю эту придворную атмосферу. Они раненые зверьки, которых выпустили из клетки на потеху зрителям.

– Спасибо, – прошептала Клэр, поймав через зеркало ласковый взгляд Леоны.

– Дамы, нам уже стоит выдвигаться! Чего вы тут…

Дверь распахнулась – и в проеме замер ошарашенный Нэш.

– Во имя Богини Красоты…

– Ее не существует, Коффман, – весело фыркнула Леона.

Но он даже не посмотрел на нее: все внимание Нэша притянула смущенная его реакцией Клэр.

– Так, я пойду поговорю с тем громилой, а вы… – Лайонкор проскользнула к двери и, прищурившись, оглядела командира. – Держите себя в руках. Ясно?

Нэш бездумно кивнул, неотрывно смотря в глаза Клэр. За его спиной раздался звук закрывающейся двери.

– Ты выглядишь… – Он замешкался, затем сделал пару шагов вглубь комнаты. – Прекрасно. Ты невероятно красива, Клэри.

Она сложила руки на груди и скрестила ноги, чтобы не выдать волнения. Улыбнувшись одним уголком рта, Клэр мягко произнесла:

– Ты тоже.

Она действительно не могла отвести от него взгляд. Нэш впервые за время их знакомства надел черный костюм и белую рубашку. Фейцам его наряд, скорее всего, покажется странным: они предпочитают более яркие оттенки и летящие ткани. Но черный по-особенному подчеркивал его высокие скулы и кудрявые волосы. А голубые глаза, что продолжали изучающе скользить по ее изгибам, придавали ту самую нотку озорства и добродушия, что так любила в нем Клэр.

«Любила?»

Нэш сложил крылья за спиной, отчего по комнате пробежался приятный шелест, и медленно подошел к Клэр. Внутри что-то неприятно зашевелилось, но она заставила себя остаться на месте, не поддаваясь той стороне разума, что была искажена и изуродована.

В груди Клэр словно жил червь, который пожирал органы, когда она давала себе минутную передышку и слабину. Он просыпался и начинал вгрызаться в ее сердце, будто говоря: «Вспомни, кто ты. Слабая девчонка, которая ищет защиту в каждом, кто проявляет к ней хоть каплю доброты. Дочь наркоманки и изменника, неспособная постоять за себя».

– Могу ли я… – Клэр встрепенулась, когда Нэш остановился в шаге от нее, – обнять тебя?

Пальцы сильно сжали предплечья.

– Что? – Нэш слабо улыбнулся на ее вопрос, говоря этим, что ей не послышалось.

Клэр опустила влажные ладони и провела ими по мягкой ткани платья. Один раз. Второй.

– Да, можешь.

В ту секунду, как его руки обвили ее талию, все гнетущие мысли испарились. Нэш словно был одеялом – воздушным и легким, которым укрываешься прохладной ночью. Он осторожно положил ладони на ее поясницу, затем медленно провел одной до лопаток и остановил ее там.

Глубоко вдохнув, Клэр уловила запах Нэша – мыло, свежескошенная трава и аромат после дождя. Он окутал ее, словно кокон, разрушая все стены и неосознанно выстроенные границы. Клэр крепче прижалась к его телу и положила голову на грудь.

Опустив подбородок на ее макушку, Нэш хрипло произнес:

– Ты мне нравишься, Клэри. Очень сильно нравишься. И я не знаю, смогу ли когда-нибудь избавиться от этого чувства. От желания, чтобы оно… было взаимным.

Она слышала, как громко бьется его сердце. Да и ее в эту секунду могло разорваться от эйфории, вызванной его словами.

– Тебе и не нужно от него избавляться. – Клэр слегка отстранилась и подняла на него взгляд. – Ты тоже нравишься мне, Нэш Коффман. И всегда очень нравился. Но пойми, что…

– Этот громила выломает дверь, если вы сейчас же не выйдете!

Нэш мягко обхватил ее щеки и с чувством прошептал:

– Но что? Что мне нужно понять?

– Мне нечего тебе предложить, Нэш. У меня ничего нет. Я слаба, понимаешь? Не могу постоять ни за себя, ни за дорогих мне людей. – Клэр тяжело сглотнула и перевела взгляд на расстегнутую пуговицу его рубашки. – После школы я никуда не пошла учиться, поэтому последние годы просто сидела дома. Я постоянно думаю, что мне не место в Альянсе. В кругу людей, который в несколько раз сильнее меня как физически, так и морально. Просто я… – Она крепко зажмурилась, пытаясь не обращать внимания на то, как чувствуются на коже его руки. – Вокруг тебя правда есть девушки куда лучше. Зачем тебе я?

Нэш прижался лбом к ее лбу. Он тяжело дышал, словно ему не хватало воздуха. Клэр слышала, как за дверью продолжает ворчать Леона.

– Любовь моя, ты…

Но он не успел договорить, потому что Умбра не выдержал и с грозным видом ворвался в спальню.

– Я все понимаю, но прием начинается с минуты на минуту, а нам еще ехать до Воздушного дворца!

Нэш последний раз заглянул в ее глаза и произнес тихим бархатистым голосом, от которого у Клэр подкосились колени:

– Мы не закончили.

Он вышел из комнаты, а Леона послала ему вслед убийственный взгляд.

– Чертов Коффман…

* * *

Когда они подъехали к Воздушному дворцу, Клэр распахнула рот и просидела так минут пять, пока карета не пересекла кристальный мост. Она прижалась щекой к окну, пытаясь запомнить каждую крупицу того, что представляла собой столица Асхая.

– Прикрой рот, – пробормотала Леона.

– Не могу, – прижав ладонь к губам, с придыханием ответила Клэр.

Потому что Воздушный дворец на самом деле был… сказочным.

Свет заходящего солнца отражался от витражных окон и, словно калейдоскоп, заливал внутренний двор всеми цветами радуги. По обе стороны от брусчатой дороги, растянувшейся от моста до внутренних ворот, высились сочные деревья с распустившимися почками – лиловыми, бирюзовыми, нежно-оранжевыми. Это место походило на одну большую оранжерею, словно сошедшую с картины великого художника. Светлячки, как яркие звезды, превращали вечернее небо в холст, а по воздуху, щекоча ноздри, гуляли душистые ароматы.

– Волшебный, – слетел с губ Клэр шепот восхищения. – Удивительный. Невероятный…

– Ты мне льстишь, Клэри. Давай оставим это до дверей спальни, – широко улыбнулся Нэш, на что она фыркнула:

– Мечтай.

Его победная ухмылка принесла с собой осознание.

Поддразнивания, наигранная легкость, расслабленная поза… Все это – его способ привести Клэр в чувство. Нэш хотел, чтобы она вновь дала ему отпор.

Уголки губ неосознанно потянулись вверх. Она мысленно поблагодарила его за приложенные усилия – даже если они не возымеют должного успеха.

Карета остановилась, и их компания, выйдя на теплый воздух, двинулась пешим ходом ко дворцу.

– Так много гостей, – отметила Клэр, обведя взглядом придворцовую площадь, где было не протолкнуться. – Фейцы такие… другие.

– Их также называют воздушным народцем. – Леона показала пальцем на девушку и парня, что пролетели над их головами в замок. – Каждый асхаец примыкает к одному из четырех дворов: в зависимости от стихии, которой обладает. Может показаться, что главенствует двор воздуха, но это не так. Каждый из них как отдельное, равное другому государство.

Нэш схватил ее за палец и проворчал:

– Это неприлично, Лайонкор.

– Ой, давай, расскажи мне о приличиях!

– Еще одно слово…

– Каждый из них как отдельное, равное другому государство! – громко повторила Клэр, привлекая к себе внимание.

Однако она привлекла внимание не только Леоны и Нэша, но и компании спешащих на прием фейцев. Они повернулись на ее голос и… застыли на месте. Их взгляды путешествовали по черным и белым крыльям Нэша и Леоны, затем переместились к Клэр и тамплиеру, который шел позади, наблюдая за обстановкой.

Их позы выдавали настороженность. Сейчас, когда на континенте началась война – а точнее, массовое истребление, под которое попали и асхайцы, – было сложно доверять чужакам. Учитывая, что один из командиров Альянса сражается на стороне Дафны…

Да, они имели на это полное право.

Клэр тяжело сглотнула. Если бы ей сказали, что она может доверить свою жизнь одному человеку, она выбрала бы Илая. Клэр преподнесла бы ему на ладонях свое сердце – и не потому, что Нэш, Эстелла, Аарон или Астра этого не заслуживают.

Просто она знала, что Аттерес погиб бы с ее сердцем в руках. Потому что верность – отражение его души.

– Все в порядке, – вывел ее из размышлений спокойный голос Нэша. Он положил руку ей на поясницу и совсем немного подтолкнул. – Они не жаждут крови. Просто опасаются.

Леона пожала плечами.

– Хоть кто-то.

Они обошли широкий фонтан, украшенный всевозможными цветами, и поднялись по лестнице к входу во дворец.

Клэр снова открыла от изумления рот.

Огромный, просто невероятных размеров зал был полностью выполнен в небесно-голубом цвете. С высокого потолка свисали кристальные люстры, заливающие пространство мягким светом. От них во все стороны струились ленты голубой ткани, благодаря которым зал и впрямь становился воздушным. Колонны с витиеватыми узорами уводили прямо к высоким окнам, с которых открывался вид на цветущий сад.

Обзор загородила чья-то высокая фигура.

– Любовь моя, не стой посреди прохода.

Командир обхватил ее подбородок большим и указательным пальцами, заставив закрыть рот. У Клэр снова сбилось дыхание, когда он наклонился чуть ближе… Еще ближе… И еще… А затем Нэш мягко поцеловал ее в кончик носа и, схватив за руку, потянул в центр зала.

Клэр не скоро привыкнет к проявлению его чувств.

Они пробирались сквозь компании фейцев, следуя за Леоной и Умброй. Услышав его имя, Лайонкор подавилась воздухом и кое-как сдержала смех.

Клэр оглядывалась по сторонам, скрывая улыбку. Фейцы на самом деле излучали тепло и спокойствие, граничащее с некой безмятежностью. Они колоссально отличались от рондданцев: и более мягкой внешностью, и изящными движениями, и голосами, напоминающими пение птиц. Клэр задерживала взгляд на их заостренных ушах и трепещущих крыльях, представляя, что бы она делала, имея возможность летать.

– Не стоит вестись на внешний облик, – повернувшись к ней, сказал Нэш. – Фейцы хоть и добры, но коварны. Они с легкостью заставят тебя страдать, а потом будут утешать и делать вид, что ты и есть причина всех бед.

Клэр вздохнула, продолжая держать его за руку и двигаться в неизвестном направлении.

– Они не убивают, а издеваются. Я поняла.

– Им нравятся эмоции. А особенно, – он выдержал короткую паузу, – эмоции смертных. Поэтому держись поблизости. Хотя я уверен, ты сама дашь им отпор.

Клэр неосознанно вскинула подбородок, принимая его похвалу. А затем ее сердце сжалось от волнения, потому что они вышли к постаменту с двумя тронами.

– Остановитесь! – Длинноволосый феец, что держал в руках список гостей, преградил им путь. – Имена?

– Коффман, Лайонкор и… – начал Нэш, но его прервал мелодичный женский голос:

– Будь добр обращаться к нашим почетным гостям с уважением, Ленцио. Они здесь по милости короля и королевы. – Из-за спины фейца выплыла хрупкая фигура. – Точнее, по моей милости.

– Прошу прощения, Ваше Величество, – откланялся он.

Клэр застыла, беззастенчиво пялясь на королеву Ферраси.

«О, Боги милостивые…»

Лайонкор приподняла полы платья и сделала реверанс, а Нэш и Умбра слегка поклонились. Все взгляды обратились к Клэр. Опешив, она последовала за Леоной и повторила ее движение, но вышло у нее, честно говоря, не так изящно.

– Спасибо за приглашение, Ваше Величество, – сладким голосом протянул Нэш.

Королева Ферраси изучающе наклонила голову, отчего ее длинные светло-голубые волосы скользнули по открытым плечам.

– Я давно хотела встретиться с вами: еще с того момента, как до нас дошла весть о падении стен. Драган предлагал полететь на обращение потомка Солнца в Меридиан, но мы посчитали это… весьма опасным шагом.

– Но ведь асхайцы, ваш народ, были там. В шаге от упомянутой опасности, – вырвались из Клэр слова, которые некоторые посчитали бы упреком.

Королева скользнула по ней оценивающим взглядом. Блеклые глаза с золотистым ободком остановились на шее – прямо на розовой ленте, что скрывала шрам от ожога. Клэр сложила руки в замок, выдерживая немигающий взгляд.

– Ты права. Но ведь Асхай когда-то заключил с Сенатом союз. – В голосе Ферраси послышались насмешливые нотки, однако она говорила не с пренебрежением. Скорее, ее слова, как и поведение в целом, были пропитаны любопытством. Ферраси напоминала пантеру, прощупывающую почву. Друзья или враги? – Как говорят смертные: всеобщей правды не существует. Каждый видит ее такой, какой хочет видеть.

Клэр мысленно закатила глаза.

«Видимо, на Эрелиме все говорят загадками, чтобы казаться самыми умными».

Будь она правителем, первый ее указ звучал бы так: «Хватит, черт возьми, пудрить своим людям мозги!»

– Но мы ушли от сути.

Королева резко развернулась, отчего полы ее роскошного серебристого платья, украшенного драгоценными камнями, заскользили по полу. Она привлекла внимание двух мужчин, разговаривающих на постаменте около трона, и воскликнула:

– Драган! Альянс прибыл!

Клэр была уверена, что к ним подойдет феец справа. Он был крупным, с непроницаемым выражением лица и хоть прозрачными, но темными крыльями. У фейца слева они были лиловыми и такими тоненькими, словно могли в любой момент растаять. И как раз он оказался королем Драганом.

– Боги… – Клэр проглотила ком в горле. – Он ведь… болен.

На одной из ступенек король пошатнулся. Клэр не сразу поняла, что произошло дальше, но его словно подхватил поток воздуха. Драган принял устойчивое положение и продолжил спускаться, смотря на королеву взглядом, полным благодарности.

– Сила элементов, – прошептал ей на ухо Нэш. – Королю и королеве подвластны все четыре стихии.

Клэр перевела взгляд на Ферраси: в эту секунду фейка опустила руку и подхватила под локоть мужа. Видимо, именно она помогла ему устоять на ногах.

– Они любят друг друга, – с грустью отметила очевидное.

Фейцы послали друг другу мимолетные взгляды, в которых отчетливо читалась привязанность. Но в глазах Ферраси Клэр также уловила… страдания, которые сразу же были скрыты беззаботной улыбкой.

Она боялась. Она до безумия боялась за своего мужа.

– Сегодня в нашем дворце слишком много красивых дам. – Клэр пришлось навострить слух, чтобы уловить тихий голос короля. – Простите, командир Коффман, но вы сдаете позиции.

Драган сразу же ей понравился.

– Даже спорить не буду, – ответил Нэш, искоса взглянув на Клэр.

– Думаю, Вальхалла не раз упоминала, что мы пригласили вас не просто так, – продолжил король, поджав потрескавшиеся губы. Его кожа была светлой, практически белоснежной, из-за чего особенно выделялись кудрявые волосы иссиня-черного цвета. – Но нам нужна более уединенная атмосфера, если вы не против подождать и насладиться вечером. Мы знаем, у вас море вопросов…

– И мы готовы на них ответить, – подхватила его Ферраси. – Но помимо этого нам нужно кое-что вам… рассказать. – Ее голос стал на пару тонов ниже. – Пока вы на территории Асхая, ваши жизни под защитой наших дворов. Если честно, мы и не надеялись, что вы согласитесь на встречу…

– Если честно, у нас особо не было выбора, – пробурчала Леона.

Нэш предупреждающе дернул ее за ткань платья.

– Но Вальхалла убеждала, – королева бросила взгляд на Клэр, будто сама того не желая, – довериться вам. Пока что вы можете расслабиться, потанцевать, познакомиться поближе с Асхаем…

– У нас, кстати говоря, отменное вино. Я слышал, что ты, Нэш, любитель хорошей выпивки, – закашлявшись, хохотнул Драган.

Клэр напряглась. Сбоку от нее послышался сдавленный голос Нэша:

– Простите, но я завязал.

Она облегченно вздохнула, а король, словно опомнившись, сочувствующе склонил голову. Конечно, после произошедшего на переговорах в Льерсе Нэш больше никогда не станет пить алкоголь. И, по всей видимости, об этом уже знали все.

– Примите наши соболезнования.

Он молча кивнул.

– Тогда мы с Ферраси встретимся с вами через два часа в саду, – заключил Драган, низко поклонившись.

Получив утвердительный ответ, король и королева пожелали им хорошего вечера и вернулись к своим тронам.

– Они не такие, какими я их себе представляла, – отметила Леона, когда они вчетвером двинулись к столам с закусками.

– Это тебе не Вальхалла.

– Эй! – одернула Нэша Клэр. – Вальхалла самая понимающая и милосердная королева, которая только может стоять во главе Рондды. Ее стойкости и любви к своему государству может позавидовать любой правитель.

Она сама удивилась той пылкости, с которой говорила о Регинлейв.

Нэш загадочно улыбнулся и, подойдя ко столу, стащил с него виноградинку.

– Что смешного я сказала? – насупилась Клэр, даже не посмотрев на еду.

– Ты на нее похожа.

Ее брови буквально подлетели к линии роста волос.

– На кого? На Вальхаллу?

Нэш кивнул, бросив в рот еще одну виноградинку.

– Если она побреется налысо, точно будет похожа, – подхватила его Леона.

– С каких пор вы так спелись? Ты вообще говорила, чтобы я держалась от него подальше! – Клэр бросила на ангела обвиняющий взгляд.

Леона и Нэш переглянулись, собираясь пуститься в словесную перепалку, но их прервал гневный голос Умбры:

– Что ты сказал про мою королеву?

Клэр подавила смешок, наблюдая за тем, как Нэш закатывает глаза.

Но затем мир остановился.

На мгновение она почувствовала, как все вокруг перестает существовать. Клэр отшатнулась. Взгляд забегал по залу, пытаясь отыскать выход.

Потому что заиграла та мелодия.

Та мелодия, что она слушала три дня подряд в темнице.

Кровь.

Много-много крови.

Она тонула в ней, захлебывалась, умирала от нехватки воздуха. В ушах стоял шум, сквозь который доносились мелодичные ноты. Сердце неслось галопом, словно пытаясь пробить грудную клетку.

Кровь.

Много-много крови.

Клэр закричала, зажимая уши, чтобы не слышать песню. По шее заскользила какая-то жидкость. Словно в замедленной съемке она поднесла ладони к глазам и моргнула.

Кровь.

Много-много крови.

– Клэр! Что случилось?!

Ноги перестали чувствовать опору. Тело неистово задрожало, а зрение затуманилось. Перед глазами замелькали образы – из темницы, из прошлого, из кошмаров.

– Взгляни на меня, любовь моя. Пожалуйста, взгляни на меня…

—А ты… а ты…– Клэр даже не осознавала, как с ее губ срываются слова другой песни, – придешь к дереву, на котором повешен человек?..

Она почувствовала, как чьи-то ласковые руки баюкают ее, словно маленького ребенка, прижимая к теплому телу.

Ведьмак подошел к ней со спины и, склонившись, прошептал на ухо:

– Меньше всего мне нравится мучить именно тебя, но… как же красиво ты кричишь.

Клэр заплакала. По ее щекам градом полились слезы, смешиваясь с кровью.

– Помогите! – хрипло прокричала она, но ее никто не услышал. Ни Боги, ни звезды, ни мертвая мать. – Помогите!

– Я помогу тебе обрести свободу, мышонок…

Клэр завыла, пытаясь прогнать эти воспоминания.

Словно во сне она почувствовала, как кто-то сжимает ее руку. Пальцы наткнулись на холодный металл. И почему-то сквозь боль, страх и отчаяние она поняла, что это не оружие. Не кинжал, не нож и не стрела.

Это кольцо.

Ее кольцо, которое она однажды подарила.

– Вернись ко мне, – донесся до нее сломленный голос. – Любовь моя, вернись ко мне, пожалуйста…

И тогда Клэр смогла сделать короткий вдох, не подавившись кровью.

Его глаза стали ее якорем. Они напоминали безоблачное небо, на которое она любила смотреть с крыши одного из многоэтажных домов, жмурясь от солнца. Напоминали спокойную водную гладь и васильки – маленькие, но такие удивительные цветы. Клэр крепко ухватилась за голубизну, в которой плескалась тысяча эмоций, и заставила себя выпустить из легких воздух. Затем еще раз. И еще раз.

– Дыши.

Спустя пару минут ее дыхание стало выравниваться. Тело перестало так сильно дрожать, а взгляд начал медленно фокусироваться. Клэр смогла различить цвета: много зеленого, розового и желтого.

«Сад,– подумала она. – Мы в саду».

Когда Нэш опустил руки, пришло осознание: он закрывал ей уши. Они сидели под одним из деревьев. Клэр – на его коленях, а Нэш – прямо на земле. Он начал заботливо поглаживать ее спину, тихо нашептывая слова успокоения.

Однако, придя немного в себя, Клэр увидела, как сильно испугала его. Нижняя губа была искусана, по лбу катилась бисеринка пота, а дыхание прерывалось. Она впервые видела его в таком состоянии.

Клэр глубоко вдохнула.

– Ты, наверное, хочешь объяснен…

– Нет, – мягко прервал он, не отводя взгляда от ее глаз. – Я сразу все понял.

– Прости, что я тебе не рассказала, – прошептала Клэр, почувствовав вину.

Она начала заламывать пальцы, но Нэш ласково накрыл ее ладони своими.

– Не нужно передо мной извиняться. И объясняться не нужно. Это должен делать я. – Он закрыл глаза, спрятав от нее свои чувства. Но Клэр видела, как ему больно. – Я виноват во всем. Это из-за меня они погибли. Из-за меня вы с Леоной пережили… те мучения. Из-за меня, Клэри. Всегда только из-за меня.

Она энергично замотала головой, не принимая его заявления.

– Даже не смей произносить при мне этих слов, – с запалом прошептала Клэр, обхватив его щеки и заставив посмотреть на себя. – Это наш мир, Нэш. Это наш мир виноват в том, что люди гибнут, а цветы не распускаются. Мир сам изживает себя, пока мы страдаем от вины. Но нашей вины здесь нет. Мы делаем все, чтобы вернуть его к жизни. Вернуть золотые поля из легенд, вернуть счастье и будущее, где не существует понятия «власть». – Клэр покачала головой, закусив губу. – И я верю, что мир восстанет из пепла. А мы будем теми, кто построит на руинах нечто новое. То, чего еще никогда не существовало.

С его глаз медленно сошла пелена, а на губах заиграла легкая улыбка. Клэр неосознанно опустила на них взгляд.

– Люблю, когда ты такая разговорчивая.

Она толкнула его в плечо, широко улыбнувшись. Почему-то рядом с Нэшем все страхи испарялись, а на их месте расцветало что-то доброе и светлое.

Что-то любимое.

– Иди за мной.

Нэш резко поднялся, поставив Клэр на ноги, и потащил ее куда-то вглубь сада. Она пыталась поспеть за ним, но Нэш был выше, а его шаги – длиннее. Она семенила за его спиной, пару раз запнулась, но он постоянно возвращал ее в прямое положение.

– Куда мы идем?

Нэш остановился на небольшой поляне, которая со всех сторон окружалась деревьями. Тут и там росли цветы – от незабудок до распустившихся пионов. Повернувшись к Клэр, он осторожно положил руки на ее талию и сказал:

– Потанцуй со мной.

Она на мгновение опешила.

– Я… не умею.

– Я тоже, но всему нужно когда-то учиться.

В его взгляде отражалась мольба, и Клэр не смогла ему отказать. Да она и не особо хотела. Просто до этого ее никогда не приглашали на танец, а Нэш…

– Не думай. Просто танцуй.

Она неуверенно положила руки на его широкие плечи. Нэш прижал ее ближе, и Клэр постепенно расслабилась. Опустив голову на его грудь, она начала покачиваться из стороны в сторону, повторяя его движения.

– Я правильно делаю? – пробормотала Клэр.

– Правильно. – Нэш погладил ее по волосам, выдохнув: – Ты все делаешь правильно.

Только спустя пару секунд Клэр уловила мелодичное звучание, доносящееся из глубин дворца. Но ей не было страшно: никакой крови, никаких образов, никаких воспоминаний. Она чувствовала крепкую хватку Нэша, который показал ей, как выбраться на свет.

Хоть танец – обычное явление, Нэш сделал его чем-то особенным.

Лекарством, исцеляющим самые глубокие раны.