Текст книги "Крылья возмездия"

Глава 57
Битва за новый мир
Часть 4

Спустя неизвестное количество времени от начала наступления

Эстелла крепче сжала кинжал. Накинув на голову капюшон плаща, она вышла из тени.

Скрываться смысла не было.

Тишину нарушал лишь глухой стук падающих с водосточных труб капель. Грязь и мусор устилали потрескавшуюся брусчатку, а по обе стороны переулка тянулись ржавые контейнеры и битые ящики.

Идеальное место встречи.

– Как?

– Это у тебя лучше спросить. – Аркейн развернулся и, прищурившись, окинул ее пристальным взглядом. – Кто ты?

– Та, кому ты разрушишь жизнь, – прошипела Эстелла.

«Не смей вмешиваться в течение времени. Ни с кем не разговаривай. Не меняй ход событий. Тебя никто не увидит, но это Новый мир: он сам диктует правила. Малейшая оплошность – и ты проиграешь. Не смей показывать своего лица. Ослабь его, верни нити смертность и возвращайся на перепутье миров. Не смей. Его. Убивать».

Но ведь если она раз и навсегда оборвет жизнь Аркейна – прямо здесь, пока он не уничтожил мир, – все наладится? Одно движение, один бросок, и ее родители останутся живы. Клаудия останется жива. Эстелла не познает горечь утраты.

Она сжала кинжал и шагнула к нему.

– О, так ты хочешь меня убить, – усмехнулся Аркейн. – Весьма интересное развитие событий. Может, для начала представишься?

– Можешь называть меня своим возмездием.

По ее венам распространился божественный огонь. Ненависть заставила кровь вскипеть, перед глазами пронеслись отрывки воспоминаний. Родной дом. Алая кровь. Маленькая девочка, заползающая под кровать.

– Телла! Остановись!

Она замерла.

Голос мамы.

– Слишком громкие слова для обычной девчонки. Я отпущу тебя на все четыре стороны, если скажешь, кто твой заказчик. Сенат? Сколько они заплатили за мою смерть?

– Единственный заказчик – я сама.

Аркейн потянулся к поясу штанов. Из Эстеллы вырвался смешок. Он не сможет убить ее. Она и так балансирует где-то между жизнью и смертью, поэтому…

Вдруг ее тело прострелила боль.

– Черт…

И еще раз.

Эстелла выгнула спину, когда молния агонии пронеслась от пальцев ног к самой макушке. Перед глазами потемнело, кости затрещали, словно их крошили изнутри. Что происходит? Почему она чувствует боль? Она не должна… не должна… Ее продолжают удерживать на той стороне, но Камельера сразу сказала, что…

Глаза распахнулись, и в голову пришло осознание.

Ее тело перестало быть невесомым. Оно обрело плоть.

«Если что-то пойдет не так, ты станешь смертной. Станешь смертной по ту сторону, и кто угодно сможешь убить тебя».

Аркейн метнул в нее нож, пока в голове крутилось одно слово.

Проводники.

* * *

Спустя восемь дней от начала наступления

По лицу Фрэнка стекла струйка пота.

Хоть фактически они с Клэр не находились за завесой, их силы медленно высасывали. Фрэнк буквально чувствовал, как между ними тремя пролегает связующая нить. С каждой секундой она натягивалась, что заставляло Фрэнка… волноваться, мягко говоря.

Сидя на ледяной глыбе, он смотрел в один из порталов. За ним, под раскинувшейся ивой, лежало тело Эстеллы. Грудь была пронзена кинжалом, а доспехи полностью покрывала кровь.

«Чертова неудачница!»

– Она умерла? – спросила прародительница Трамонтана.

– Нет.

– Умирает?

– Нет.

– Умрет?

– Да заткнись ты уже! – сорвался Фрэнк. Ведьма сузила глаза, и он сделал глубокий вдох. – Прошу прощения, я просто… Нет, она не умрет. Я чувствую ее нить. Кинжалу потребовалась плата. Только эта упрямица даже не соизволила рассказать об этом раньше, – произнес тише, опустив голову на согнутые в локтях руки.

«Вернется ли она?»

Фрэнку оставалось только молиться.

Вдруг сбоку послышалось какое-то шарканье.

– Сядь, пожалуйста. Иначе я раскрою голову об эту глыбу. Свою, а не твою.

Однако никто ему не ответил.

Фрэнк резко развернулся и тут же ушел от атаки. Рука метнулась к поясу. Вытащив из ножен ангельский клинок, он вскочил на ноги и принял боевую стойку.

Мертвая ведьма лежала рядом, а перед ним стоял серафим. Фрэнк услышал над головой взмахи крыльев и понял: здесь их намного больше.

– Думали, Аркейн не узнает о вашем плане?

Фрэнк тяжело вздохнул.

– Надеялись.

Как только серафим совершил выпад, в ледяной разлом над головой влетело по меньшей мере двадцать ангелов. Но в эту же секунду за глыбами льда блеснула черно-алая сталь.

Они были не глупы. Решив перестраховаться, Альянс послал в каждое из трех мест по оборонительному отряду. И сейчас падшие, ангелы и ведьмы Трамонтана вновь схлестнулись с Небесной армией. Фрэнк был уверен, что они напали и на Молчаливую Цитадель. До островов Безвременья добираться тяжелее, поэтому Аркейн, скорее всего, решил сосредоточить внимание только на двух точках.

Одна из ведьм тут же рванула к порталу, не дав ему схлопнуться. Магия погибшей женщины начала развеиваться, и Фрэнк почувствовал, как связующая нить слабеет. Однако на ее место тут же встала другая ведьма – портал слабо вспыхнул, после чего вернул прежние очертания.

Боевые навыки Фрэнк оттачивал в крепости, поэтому сейчас с легкостью уходил от стремительных атак ангела. Их клинки со звоном сталкивались, выписывали круги, расходились и вновь сливались в смертельном танце.

Пару раз серафим все же смог ранить его. Фрэнк был крупнее, но противник – быстрее. А при таком раскладе исход боя ясен заранее. Ангел кружил вокруг него, пользуясь меньшим ростом, и целенаправленно лишал сил. Сначала жаром вспыхнуло бедро. Затем удар пришелся по предплечью.

Фрэнк отскочил вправо, но в следующее мгновение ангел выполнил обманный маневр.

Слева мелькнули золотые доспехи.

Он проглотил крик и зажал рукой вспоротый бок. Экипировка защищала туловище, но в ней были слабые места. Видимо, ангелы успели их выучить.

– Убейте ведьму! Портал должен быть закрыт!

– Раскомандовался, – прорычал Фрэнк, бросившись на противника.

Его силы были на исходе. От ранения нить между ним и Эстеллой натянулась еще сильнее. Ангел снова атаковал его – со всей злобой и ожесточенностью. Фрэнк не успевал уходить от ударов. Первая, вторая, третья рана окрасили экипировку в алый.

Разрушенное подземелье заполнилось криками, приказами и звоном оружия. Продолжая зажимать рану, Фрэнк вяло отмахивался от меча противника. Его дыхание стало поверхностным. Серафим решил перейти на ближний бой, чтобы добить его собственными руками.

Фрэнк успел бросить взгляд вправо, однако все, что он увидел, – черные пятна. Кто-то выкрикивал его имя. Черно-красная сталь промелькнула перед глазами, но золото тут же лишило ее жизни.

Внезапно серафим пропал из поля зрения. Фрэнк почувствовал удар в спину и завалился на живот, придавленный его натренированным телом. Щека ударилась о холодный пол, и рот наполнился кровью.

– Твои последние слова? – прошипел ангел на ухо, сжав его волосы в кулак. Короткий кинжал прижался к шее и пустил каплю крови.

Ему нельзя сдаваться. Нельзя! Если он сделает это, портал закроется и Эстелла не сможет выбраться наружу. Она навсегда останется по ту сторону, а Аркейн захватит Новый мир.

Ему нельзя сдаваться…

Фрэнк стиснул зубы и зажмурился.

– А твои?

Он распахнул глаза.

Эти слова сорвались не с его губ.

Фрэнк почувствовал, как пальцы ангела разжались, а тело перестало давить на него. Над головой послышался тихий хрип, который он так отчетливо различил в хаосе сражения.

Ангел завалился набок. Фрэнк тут же перекатился на спину и тяжело вздохнул, уже зная, кого увидит перед собой. Моргнув несколько раз, он перевел взгляд на стоящую рядом фигуру.

– Вовремя, старик…

Дагнар приподнял уголок губ.

Прямо над Эшденом, бросая в подземелье веревки, в пещеру с криками спускался… вольный народ. Кто-то просто спрыгивал с обрыва, перекатывался и тут же бросался на ангелов. Топоры, булавы, копья – они на самом деле были северянами. Жестокими. Закаленными.

– Что бы вы без меня делали, – хмыкнул Дагнар, протянув ему руку.

Поморщившись от боли, Фрэнк ухватился за его ладонь и поднялся. Нужно как можно скорее наладить связь между ним и Эстеллой. Фрэнк лишь наделся, что у Клэр дела обстояли иначе.

Вдруг к ним подбежала еще одна фигура. Женская, если судить по телосложению.

Отдышавшись, она откинула с лица капюшон мехового плаща.

И мир вокруг перестал для него существовать.

–Спасибо, что предупредил о подстроенной смерти, брат.

* * *

Спустя неизвестное количество времени от начала наступления

Эстелла успела отскочить, но нож пропорол ей бедро. Кровь проступила сквозь одежду и пятном расплылась на штанах.

Стиснув челюсти, Эстелла окутала сжатые кулаки божественным огнем. Тусклый свет фонарей едва пробивался сквозь тяжелые тени переулка, однако от ее магии пространство вспыхнуло, осветив вытянутое лицо Аркейна.

– Проворная, – произнес он, сузив глаза. – Только это тебя не спасет. Чернокнижница? Или ведьма?

– Богиня.

И она бросилась в атаку.

Аркейн был высоким, но ловким, поэтому каждый ее выпад встречал своим. Эстелла не просто так решила перейти в ближний бой. Наблюдая за его обучением у Мясника, она отметила, что он плохо дерется врукопашную.

С каждым ударом дыхание становилось все тяжелее. Тело ее не слушалось, руки подрагивали от усилий, но часто промахивались и не находили цель. Пот собирался в бисеринки, а затем скользил по лицу, заливая глаза.

Отсутствие проводника подкосило ее.

Что-то случилось с Клэр или Фрэнком.

Тем не менее это же привело ее в чувство. Она не может убить Аркейна. Не может вмешиваться в ход событий. То, что он увидел ее, уже могло пагубно сказаться на Новом мире. Ей просто нужно лишить его нить бессмертия. Как можно скорее.

Однако из-за того, что связь с Новым миром медленно угасала, ей не помогало даже божественное пламя. Аркейн уворачивался, скользил из одного темного угла в другой, как настоящая змея. Он уходил от ее огненных кулаков, не забывая наносить удары по открытым участкам тела.

Удар под ребра – и дыхание перехватило.

Удар в челюсть – и перед глазами вспыхнули звезды.

Удар. Удар. Удар.

Эстелла заметила блеснувшие в его руках кинжалы.

– Что же ты за наемница, раз не можешь устоять на ногах?

Схватившись одной рукой за сердце, а второй отражая выпады, Эстелла начала задыхаться. Кровь заскользила по подбородку. Мир по другую сторону завесы словно высасывал из нее душу. Или хотел навсегда оставить эту душу здесь.

Эстелла вскрикнула и закусила губу, когда первый порез пересек предплечье. Затем туловище. Бедро. Аркейн медленно кромсал ее, как тогда у Разлома. Это повторялось. Даже в другом времени, в другой эпохе он видел в ней цель для разрушения.

– Нужно было готовиться лучше, наемница. Недооценить врага – значит проиграть еще до битвы.

Сердце Эстеллы бешено колотилось, пока она пятилась, пытаясь держать в поле зрения темную фигуру Аркейна. Он медленно надвигался, его глаза сверкали злобой, а на искривленных губах играла победная усмешка.

– Какую часть тела отрежем первой? – сладко пропел Аркейн. – Думаю, можно начать с пальцев. Скажи мне, дорогая, кому так понадобилась моя смерть?

Эстелла споткнулась и упала на землю. Аркейн навис над ней, заслонив собой путь к отступлению. Она видела лишь безумие в его глазах и занесенный для удара клинок.

– Ты прав, Аркейн, меня послал Сенат.

Эстелла начала медленно отползать, но вдруг наткнулась на стену.

– Они всегда знали, кто работает на Мясника и пытается проникнуть в их систему, уничтожить правительство изнутри.

На короткую долю секунды Аркейн замер.

– Мы скрывались слишком хорошо. Не лги мне.

– Ты так считаешь? – рассмеялась Эстелла. – Да они обвели тебя и Венди вокруг пальца! Но знаешь… мне тебя немного жаль. Она единственная могла смотреть на тебя, не испытывая отвращения. Единственная видела в тебе что-то хорошее, если такое, конечно, осталось. Как вдруг – бам! – Эстелла хлопнула в ладони и немного безумно улыбнулась. – И ты убил ее…

Эстеллу одолевали сомнения, мысли крутились вокруг той сцены у замка правительства. Ее сознание словно разделилось – одна мечтала уничтожить Аркейна прямо здесь, а другая… понимала его.

Он ведь просто человек. Которого мир заставил пройти через боль.

Жестокий. Злой. Алчный. Но… человек.

– Я могу помочь тебе вернуть ее.

– Как? – громко засмеялся Аркейн, откинув голову. Смех этот был пронизан отчаянием и болью. – Как ты можешь вернуть мертвеца? Не делай из меня дурака, девчонка!

Его уверенность дала трещину.

И именно в этот момент Эстелла почувствовала на той стороне чью-то хватку – крепкую, но невидимую. Ее прерывистое дыхание пришло в норму, а сила скользнула в искалеченное тело, принявшись латать раны.

Проводник.

Но это был не Фрэнк. Эстелла чувствовала нить немного иначе. Словно та стала еще толще, еще могущественнее. В нее проникла уверенность, твердая непоколебимость, передаваемая с другой стороны завесы.

«Дагнар».

В груди расцвела надежда.

«Это Дагнар».

Отдавший свое бессмертие взамен на воспоминания Альянса. Эстелле не нужно было видеть его – она просто… чувствовала. Судьба словно специально привела его, смертного серафима, прямиком к Эстелле. Чтобы он помог ей, когда не могли другие.

– Я верну тебе ее только в том случае, если ты поклянешься не вступать в Сенат в следующем году.

– Откуда ты знаешь?

– Я знаю все. Веришь или нет, но я тоже теряла близких и отдала бы что угодно, лишь бы вернуть их. У меня нет такой возможности, но я готова предоставить ее тебе. – Выставив перед собой руки, Эстелла медленно поднялась. – Готов ли ты пожертвовать властью над всем миром ради одного человека?

Она видела в его глазах смятение. Аркейн колебался. На одной чаше весов находился самый близкий ему человек, а на другой – жажда мести. Жажда признания.

Она задержала дыхание. Торопящиеся секунды набатом били по голове.

Аркейн сразу же понял, что она не обычный человек. Эстелла надавила на свежую рану, и его израненное сердце проснулось после длительного сна. Не будь он так морально измотан, сразу бы лишил ее жизни, не вслушиваясь в предложение.

Но одна мысль о Венди заставила его усомниться.

От этого выбора зависело все.

– Да.

Короткое слово пролетело над переулком, расколов гнетущую тишину.

–Я выбираю ее.

Зелено-карие глаза, в которых раньше не отражалось ничего, кроме настороженности и злости, блеснули надеждой. Хрупкой, как птица, которая в любой момент может улететь далеко за горизонт.

Глубоко вдохнув, Эстелла достала из подкладки плаща кинжал.

Она сможет помочь Аркейну в прошлом, и тогда он не станет таким жестоким в будущем. Она вернет то, что у него отняли, – любимую девушку, что была единственным лучом света в самые темные ночи. Ведь так даже не придется ослаблять его нить.

Нужно просто помочь.

Эстелла взмахнула кинжалом – перед ними появился разлом в пространстве и времени. Вернув оружие в подкладку плаща и случайно коснувшись короны, обратилась к Аркейну:

– Обещай, что не вступишь в Сенат.

– Клянусь своей жизнью. – Он подступил ближе и кивнул на ее бок. – Но ты уберешь это. Прямо сейчас.

Эстелла напряглась. Она медленно опустилась на колени и, достав кинжал, положила его на брусчатку.

– И корону. У меня хороший нюх на артефакты, наемница.

Скрипя зубами, она выполнила и это его указание.

– Ты идешь первая.

– Не доверяешь мне? – усмехнулась Эстелла, хотя холод сковал конечности. Внутри все сжалось от напряжения, словно невидимая рука сдавила грудную клетку.

– Иди.

Прикрыв глаза, она помолилась мертвым Богам.

Следующие секунды пронеслись словно в замедленной съемке.

Сунув руку в подкладку и нащупав настоящий двусторонний кинжал, она бросилась в портал. Аркейн ступил прямо за ней, ничего не заподозрив. Эстелла даже не успела понять, где оказалась. Она молниеносно создала новый разрез и, представив перед собой ту подворотню, с разбегу прыгнула в него.

Сталь блеснула над головой.

А затем с чавканьем вонзилась в спину Аркейна.

Кровь залила дрожащие руки. Эстелла крепко сжимала кинжал чуть выше его сердца, пока от двух порталов веяло холодом: один находился перед Аркейном, второй – за ее спиной. Однако она видела только кровь. Красную. Человеческую.

– В спину.

Эстелла резко вынула кинжал и отпрыгнула на пару шагов.

Пошатнувшись, Аркейн развернулся к ней лицом. Его смешок сопровождала алая жидкость, окрасившая губы и подбородок. Глаза пытались разглядеть ее лицо под капюшоном плаща.

– Как героически.

«Когда его нить в прошлом ослабнет, тебе нужно будет закрыть врата и успеть выбраться в Новый мир. У тебя будут считаные секунды. Ослабнув в прошлом, он ослабнет в настоящем. Если не выберешься ты… Если что-то пойдет не так… поручи расправиться с ним кому-то другому с той стороны».

– Надеюсь, мы видимся с тобой в предпоследний раз, Аркейн. Последний закончится твоей смертью.

Создать муляж кинжала она решила заранее, еще на Певчих горах. Ведьмы Трамонтана постарались на славу. Самым важным было заменить их в подкладке плаща и не перепутать.

Подхватив с земли корону, Эстелла прошептала:

– До встречи, Аркейн.

Оказывается, у злодеев тоже есть своя история. И оказывается, злодеи тоже могут ошибаться, когда дело касается тех, ради кого они готовы уничтожить мир.

Глава 58
За завесой

Камельера

Дагнар Эшден очень вовремя решил отправиться на Ледяное плато. Если бы они медлили, исход битвы решился бы два дня назад. Им удалось одолеть легион ангелов и восстановить связь с Эстеллой. Так как Фрэнхольд ослаб, на его место встал Дагнар.

Камельера с замиранием сердца наблюдала за происходящим. Малаки держал ее за руку, пока где-то далеко, в другом пространстве и в другой эпохе, решалась судьба их потомков.

Войска Альянса были перегруппированы.

С помощью армады Беспечных и вольного народа Разлом удалось окружить. Сначала им с Малаки подумалось, что Аркейн больше не сможет создавать новых войдов, ведь врата буквально превратились в широкое море. Однако через мгновение вода стала иссиня-черной, а войды так и продолжали выбираться из Хеллира, выбрав новую цель – корабли.

Сверху на них обрушивался шквал огня. Копья, стрелы, бочки со взрывчаткой. Вольный народ и Беспечные неустанно отбивались от войдов вторые сутки, однако пара кораблей все же затонула. Теневые твари проламывали днища, забирались на палубы и рвали людей на куски. В черной-черной воде плавали окровавленные конечности, оторванные головы и множество других частей тела.

Командир Аттерес, атакующий отряд и асхайцы взяли на себя Небесную армию. Командир Коффман, рондданцы и ведьмы Трамонтана сражались с ведьмаками.

Прародительницам не было дела до того, что они выступают против своего же народа. Тот, кто посягает на не принадлежащую ему власть, лишается любого милосердия. Дорога им одна – смерть.

Лирнею все-таки ранили. Сам Аркейн. Он пробил защиту, выстроенную ведьмами и фейцами, и пронзил ее массивное тело теневой молнией. Цирее пришлось вернуться в горы, чтобы дракону оказали помощь целители. Когда они улетали, Лирнея заваливалась набок и из последних сил двигала крыльями.

Выживет ли она, не знал никто. Даже Камельера.

Командир Йоргенсен и силы Бездны нацелились на Аркейна. Он тоже сменил тактику. Превратившись в скопление теней, шнырял между рядами сражающихся и косил их, как настоящая Смерть. Пылающие не давали ему покинуть поле боя. Он отправил по следам Эстеллы, Клэр и Фрэнка легионы ангелов, однако только его сила держала врата в Хеллир открытыми.

Оставь он их – и войды исчезнут.

Камельера наблюдала за Новым миром вот уже тысячу лет. Она видела, как Конгломераты уничтожали Безымянное королевство, как истребляли драконов, как на Черной Пустоши погибал Икар, а Солнце сжигало его крылья. Камельера хотела, всей душой хотела оказаться там – среди ее отважных народов, – но понимала, что так поступать нельзя.

Поэтому могла лишь наблюдать.

Сражение за Новый мир длилось уже десять суток. За это время полегло много известных воинов, чьи имена будут навсегда запечатлены в книге, названной: «Как решалась судьба Нового мира: битва у врат в Хеллир».

Кира Роуэн – командир разведывательного отряда Альянса Пылающих.

Киран ДжейслИ – лучший воин атакующего отряда Альянса Пылающих.

Драган Иснан Хайберн III – двадцатый правитель королевства Вечной Весны.

Бриаксис Ладор – воин атакующего отряда Альянса Пылающих.

Корнелия Стамесс – предводитель ведьм-мятежниц из клана Полуночных.

Ривер Ваэтос – ученик Молчаливой Цитадели и известный воитель.

С каждой минутой надежда на возвращение Эстеллы Солари – Пламенных Крыльев – утекала сквозь пальцы.

А список погибших все пополнялся и пополнялся.

Глава 59
Битва за новый мир
Часть 5

Спустя неизвестное количество времени от начала наступления

Эстелла была здесь уже в третий раз. На перепутье Вселенных, миров или пространств – черт знает, как правильнее сказать. Но сейчас она была здесь одна. Никого вокруг. Столько миров, столько людей и нитей, а одиночество чувствуется намного сильнее.

Дугообразные арки тянулись до самого горизонта, хотя на самом деле его не существовало. Как не существовало и конца этого места. Оно являлось сосредоточением всего мироздания, и если раньше у Эстеллы от этого захватывало дух, сейчас невидимые стены давили на нее.

Она чувствовала, как нити Клэр и Дагнара помогают ей не рассыпаться на осколки. Не упасть на колени прямо здесь, перед неизвестностью и страхом смерти.

Эстелла не хотела умирать.

Откуда-то издалека к ней тянулась еще одна нить. Она сопровождала Эстеллу на каждом шагу. Невесомо гладила по щеке, передавая боль, любовь и бесконечную преданность. Ждала ее на той стороне, пока они оба сражались как за свои жизни, так и за жизни своих народов.

Эта связь принадлежала им с Илаем. Неразрывная. Вечная.

Эстелла двигалась по наитию – проплывала между арками к самому центру. Ее сердце словно знало, что нужно делать. По пути она разглядела двух нефилимов: они с опаской наблюдали за ней, будто в самом деле находились здесь, а не являлись простым отражением действительности.

Эстелла улыбнулась им, чувствуя, что видит их не в последний раз.

Врата в Хеллир были самыми громадными. Они нависли над Эстеллой, из-за чего пришлось запрокинуть голову. Арка имела иссиня-черный цвет – без излишеств, сотканная из грубого камня и бесконечной темноты.

Сделав глубокий вдох, Эстелла поднесла правую ладонь к сердцу.

– Помоги мне выжить и вернуться домой. – На последнем слове голос сломался. – Пожалуйста.

Она зажмурилась. По щеке скатилась слеза.

Много веков назад решение двух любящих сердец – Камельеры и Малаки – оставило отпечаток и на судьбе Эстеллы, что родилась спустя тысячу лет после их смерти. Каждый виток жизни, каждая простая встреча, радость и боль вели ее сюда – в место, где воедино слились правда и ложь, день и ночь, начало и конец.

Было странно осознавать, что она – когда-то обычная девушка – могла вернуть Эрелиму свободу. Построить справедливый мир, разрушив его до основания.

Ради тех, кто никогда этого не увидит.

Ради Ациса.

Ради Галатеи.

Ради Клаудии.

Ради Непокорных.

Ради Камельеры и Малаки.

Ради первого Конгломерата.

Ради Эрелима и всего Нового мира.

Эстелла сделала глубокий вдох и призвала огонь.

Медленно подняв обе руки, она с трепетом, словно в последний раз наблюдала, как меж пальцев вспыхивают крохотные язычки пламени. Сначала робкие и едва заметные, они постепенно разрастались, пожирая пространство с ненасытной жадностью.

Эстелла вытянула руки, чувствуя, как магическая энергия стекает по коже. Огонь пылал все сильнее, окутывая ее тело ярким, живым светом. Она ощущала пылающий жар, но он не обжигал, а наоборот – придавал сил и уверенности.

Окутав ее шею, грудь и плечи, языки пламени скользнули к ногам. Божественная сила овладела каждым кусочком тела. Эстелла делала глубокие вдохи и выдохи, чтобы не сгореть изнутри. Она чувствовала яростный жар, опаляющий щеки. Чувствовала, как остатки души ускользают, а на их место приходит что-то первобытное.

Первозданное.

Эстелла превратилась в истинное пламя.

Выступившие от боли слезы тут же превратились на ее коже в пар. Одежда полностью сгорела, а сталь расщепилась на молекулы. Осталось только ее тело, горящее в огне разрушения. Изо рта вырвался стон, когда ленты пламени обвили даже сердце.

Вот она – сила Бога.

Откинув голову, Эстелла закричала.

Пространство вспыхнуло мириадами солнц и звезд. Мироздание пошатнулось от ярости, с которой она выпускала наружу божественную силу. Та словно была диким зверем, спущенным с цепи. Воздух наполнился пронзительным ревом бушующего огня, ослепляя ярким, нестерпимым светом.

Глаза распахнулись – и она задохнулась от открывшегося вида.

Сотни, тысячи самых разных арок были расположены по кругу и вбирали в себя ее силу. Она очутилась в урагане света, тени, пронизывающего ветра, что вырывался из исполинских врат.

Они начали по очереди зажигаться. Как звезды, исчезнувшие с небосклона в день ее рождения.

Эстелла вскинула руку. Магия начала перетекать с нее к одной из арок, что была сделана из небесно-голубого камня. Она почувствовала, как божественная сила, переданная от Богини Солнца, медленно покидает ее. Вторая рука ринулась в сторону врат, сотканных из железа. Они вбирали ее могущество, ее жертву во имя свободы и любви, запираясь изнутри.

Эстелла запечатывала каждый проход. Черные, смолистые и на самом деле зловещие, врата в Хеллир дышали, насмехаясь над ней. Их поверхность подернулась рябью. Сквозь огненную пелену перед глазами Эстелла увидела сам Хеллир. Полчища войдов выбирались из него, чтобы уничтожить их континент, а затем и другие.

С губ сорвалось рычание.

– Сгорите!

Огненная мощь была неумолима. Она бурлила, пульсируя в венах, заставляя тело содрогаться. Казалось, его разорвет на части от этого невыносимого жара. Каждая клетка горела, мучительная боль отдавалась во всех уголках ее существа, заставляя захлебываться рыданиями.

Но Эстелла вскинула подбородок.

Она не сдастся. Никогда.

– Эс!

Мир остановился.

– Эстелла! Стой!..

Ее сердце сжалось от страха.

Только не она… Это не может быть она…

Развернувшись, Эстелла увидела Клэр.

Подруга бежала к ней со стороны одной из арок. Из Эрелима. Доспехи были покрыты копотью и кровью, на щеке виднелся свежий порез. Она не обращала внимания на ревущий вокруг огонь – бежала к ней со всех ног, словно пытаясь обогнать саму смерть.

– Что ты здесь делаешь? – вскрикнула Эстелла.

– Я не могла оставить тебя одну! – Клэр остановилась перед ней и сжала кулаки. Ее распахнутые глаза наполнились страхом, но вместе с тем – всепоглощающей уверенностью. – Я сделала свой выбор, Эс. Либо мы пройдем через это вместе, либо погибнем вместе!

– Ты смертная, Клэр! Это место… Оно просто уничтожит тебя.

Эстелла постаралась ослабить огонь, чтобы он не коснулся подруги, но тот вышел из-под контроля. Ураган пламени и света закружился вокруг них, и Клэр пришлось прикрыть глаза ладонью.

– Пожалуйста, Эс. Просто… пожалуйста. Мы с самого начала боролись со всем вместе. Я не переживу, если что-то с тобой случится. И мне сказали, что я могу тебе помочь.

– Кто? Кто сказал?

–Я,– раздался позади древний голос.– Не благодари, потомок.

Эстелла медленно развернулась.

Перед ней стояла Дафна – с мягкой улыбкой на губах и каким-то смирением в глазах. Огонь трепал красные локоны и полы ее белоснежного платья. От Богини исходило свечение, похожее на то, что она видела в воспоминаниях.

Клэр взяла ее за руку, слегка вздрогнув от опаляющего огня.

Эстелла прохрипела:

– Почему?

– Потому что только так я могу уйти туда, где мое место. – Дафна сделала шаг в их сторону. – К исчезнувшим Богам. Я хочу уйти навсегда, потомок. И только ты можешь помочь мне.

– Почему? – еще раз спросила Эстелла.

– Знаешь… я совершала много плохих поступков. То, что я снова оказалась в вашем мире, – некое проклятие, месть за то, что я с ним сотворила. Я давно говорила, что Эрелим перестал быть моим домом. – Ее фиолетовые глаза подернулись дымкой тоски. – Хотя дома, наверное, у меня никогда не было.

– Ты сама уничтожила Альянс много лет назад, а теперь хочешь помочь нам? – Эстелла фыркнула, и с губ сорвался виток дыма. – Да, знаю: после падения стен Аркейн приписал свои грехи тебе. Но ты предала своих людей во время восстания. Ты убивала народы в Старом мире. Ты погубила Богов, хотя за это тебе можно пожать руку. Почему же сейчас ты хочешь помочь нам, Дафна?

Богиня остановилась напротив них с Клэр. Эстелла даже не заметила, как сильнее сжала ладонь подруги.

– Твоя отвага, кое-где излишняя самоуверенность напомнили мне меня в прошлом. Я всеми силами желала добиться благосклонности Богов, но они отвергали меня. Я хотела изменений. Хотела помогать, а не разрушать, однако помощь обернулась хаосом и беспощадностью. К себе. Ко всему миру.

Каждое ее слово было пронизано горечью. Эстелла изумленно смотрела в лиловые глаза, чувствуя первозданную силу, опутавшую их души.

Приподняв уголок губ, Дафна скользнула по ней изучающим взглядом.

– Я наблюдала за тобой с возвращения с Драконьего перевала. И знаешь, Эстелла Старлайт… Ты была бы поистине справедливой Богиней.

Она осторожно протянула ей руку.

– Поэтому я помогу вам вернуться домой.

Эстелла смотрела на ее ладонь, а в голове мелькали сотни вопросов. Сомнение тяжким грузом лежало на плечах, заставляя нервно сжимать и разжимать свободную руку.

Но в глубине души она понимала, что выбора нет. Эстелла зашла слишком далеко, чтобы отступать.

– Почему ты думаешь, что я доверюсь тебе?

– Потому что ты знаешь, что без меня не вернешься обратно.

Повернувшись к Эстелле, Клэр тихо произнесла:

– Она сама помогла мне у Молчаливой Цитадели, когда на нас напал легион ангелов. И перенесла меня сюда, когда я почувствовала, что наша нить рвется. Если это единственная возможность вернуться домой, давай… попробуем?

Услышав ее успокаивающий голос, Эстелла улыбнулась.

– Против всего мира?

– Всегда.

И, собрав всю волю в кулак, она вложила свою ладонь в руку Богини Солнца.