Читать книгу "Ничего cвятого"

– Здесь все инструкции, плюс обещанный маршрут движения папского кортежа со всеми возможными изменениями.

Исполнитель взял протянутый конверт.

– Он точно будет в оговоренной точке?

– Точно. Мы позаботимся об этом.

– Да, но…

– Этот момент – головная боль других людей. Ваша задача – быть на условленном месте.

– Понял.

Черное тонированное стекло поднялось, мотор взревел, внедорожник взвизгнул шинами и понесся вперед.

Исполнитель сунул конверт во внутренний карман плаща и направился к своему автомобилю. Сегодня Папа прилетает в Женеву. Добро пожаловать, Святейший отец. Вас ждет огромный сюрприз…

Священная Католическая Империя.

Королевство Испания.

Толедо.

Толедский алькасар – штаб-квартира Конгрегации по делам и защите веры.

8 этаж – зал аналитики и боевого планирования КТП.

13:04.

Пабло молитвенно сложа ладони, смотрел прямо перед собой на прозрачную стенку, за которой хорошо просматривался зал аналитики и боевого планирования Контртеррористического подразделения Конгрегации. Впрочем, ничего из происходящего там, внизу инквизитор не видел. Он вообще ничего не видел – пребывая совершенно в ином, нематериальном мире. Только прибитый ко кресту Иисус и медленно вытекающая кровь из пробитого ребра. Иисус сказал Свое слово – теперь уже дело за ним самим.

Дело за ним…

Да, дело! – он не должен бездействовать, продолжая пребывая в прострации. Нет, нужно идти вперед. Причем, если он хочет добиться успеха, а он несомненно хочет, надо действовать решительно, и самое главное – быстро. Очень быстро. Одна ошибка, один промах, один просчет – и, все. Крови избежать не получится, а результат при этом будет весьма сомнительным.

Потому… – Пабло вновь воссоздал перед глазами образ кровоточащего распятия.

Боже, дай мне силы. Позволь мне быть твердым, мужественным и не отступать от принятого решения. Будь со мной. Веди меня. Не оставляй меня в одиночестве. Через Своего пророка Ты говорил: «Будешь ли переходить через воды, Я с тобою; через реки ли, они не потопят тебя; пойдешь ли через огонь, не обожжешься, и пламя не опалит тебя.» И, я верю Тебе, Господи. Но… Помоги моему неверию…

Пабло открыл глаза. Сомнений больше не оставалось. Только холодная решимость. Осенив себя крестным знаменем, инквизитор поцеловал деревянное распятие, неизменно лежащее на столе рядом с мониторами и нажал одну единственную клавишу на подсвеченной красной подсветкой клавиатуре, отправляя всем заранее определенным сотрудникам экстренный сигнал, и требование для тех, кто в данный момент находится в здании, незамедлительно собраться на совещательной площадке перед центральным экраном зала аналитики на восьмом этаже. Спустя всего несколько секунд, Пабло с высоты своего кабинета увидел, как внизу началось движение – несколько человек двинулись по направлению к указанной площадке.

Хорошо.

Пабло рывком поднялся на ноги. Как раз в этот момент в кабинет заглянул встревоженный Рикардо.

– Дон Пабло! В чем дело? Что произошло?

– Поступила новая информация! – Пабло взял со стола папку и махнул ею в воздухе, точно данный жест сам по себе давал все ответы на заданные вопросы. – Идем!

Рикардо посторонился, освобождая проход.

– Какого рода информация? О взрыве базилики?

– Лучше! В Толедо засекли Артуро Гати!

– Что???

Пабло начал спускаться по лестнице в основной зал и потому не видел выражение лица помощника, но по тону голоса мог определить: выпученные глаза и по-идиотски приоткрытый рот.

– Как? Кто засек?

– Информацию мне предоставил мой информатор из местных еретиков.

– И, ты ему доверяешь? – в голосе инквизитора первого ранга проскользнули скептические нотки.

– Конечно же нет. – Пабло переступил последнюю ступень и окунулся в водоворот звуков, запахов и людей. На самом деле, он любил находится внизу, среди сотрудников, впитывая в себя заряженность рабочей атмосферы самого большого подразделения КТП в Империи. Очень часто она помогала сосредоточиться, как бы парадоксально это не звучало. Да, шум; да, сотни голосов; да, постоянно мельтешение перед глазами – но! – ему все эти факторы помогали, а не мешали. Вот такой поразительный феномен.

– Тогда? – не отступал Рикардо.

– Что ты имеешь ввиду? – Пабло конечно же прекрасно понимал подтекст вопроса помощника, но решил не торопить с ответом.

– Почему экстренный сигнал? Может сначала проверить информацию? Поговорить с информатором, к примеру. Скажем, здесь – алькасаре. Сам ведь знаешь, как часто в застенках они начинают говорить совсем иное…

Пабло знал, вот только ответить не успел – к ним присоединился брат Данило – среднего роста мужчина в черном одеянии с красным крестом на груди объятым пламенем, что сразу же относило подошедшего к Ордену святого Педро. Брат Данило не был инквизитором в прямом смысле слова, однако выполнял те же функции, поскольку Игнисианцы, еще со времен Педро Николаса являлись своего рода форпостом Инквизиции. Отсюда и название – огненные братья.

– Экстренный вызов, дон Пабло? – спросил тот с неприкрытым намеком на объяснение.

– Сейчас все узнаете! Терпение, братья!

Быстрым шагом они прошли по центральному проходу между рабочими рядами и остановились на полукруглой площадке прямо перед экранированной стеной, огражденной от общего зала невысоким – примерно на уровне пояса – полупрозрачным пластиковым барьером. Здесь их дожидалось порядка десяти сотрудников КТП, состоящих в основном из руководителей боевых и аналитических отделов. Каждый в полном техническом вооружении – с планшетом либо лэптопом; и каждый с выражением тревоги на лице. Еще бы, если глава КТП в лице Пабло Красса включал экстренный сбор – значит дело и правда было даже куда более экстренным, чем распятие Христа. Так шутили – и, несколько сотрудников уже провели с неделю на нижних уровнях, когда подобная ересь дошла до ушей начальства.

Предвосхищая целый поток вопросов, Пабло в предостерегающем жесте поднял руку.

– Сначала я сообщу вам суть проблемы. После, если останутся какие-то вопросы, готов их выслушать, договорились?

Дождавшись понимающих кивков, Пабло открыл папку, вынул оттуда прямоугольный снимок стандартного размера и с помощью магнитных зажимов, прикрепил его к доске, стоящей слева возле заградительного барьера.

– Артуро Гати, правая рука Данте Пеллегрини, один из лидеров так называемой Церкви Суверенного Царя, более известной как радикальная секта «Дети Виноградаря», бывший священник обвиненный в растлении детей, вероотступник и соответственно один из самых разыскиваемых преступников Империи. Сегодня со мной на связь вышел один из информаторов, занимающий не самое низкое положение в местной общине «Детей Виноградаря» и сообщил о прибытии Артуро Гати в Толедо. Причем, причина которую указал информатор сама по себе является подтверждением правдивости его слов, поскольку становится понятно – просто так Гати рисковать бы не стал. Он прибыл в Толедо для организации побега находящейся в алькасаре Анжелины Кустас. Звучит вроде как бредово, однако вполне в духе последователей Пеллегрини. В качестве доказательства своих слов, информатор прислал снимок. – Пабло кивнул на закрепленную фотографию. – Как видите, по одному только изображению можно с легкостью идентифицировать местонахождение Гати. Площадь Хуанело у Алькантарского моста. Тем не менее, подлинность снимка еще предстоит установить. Эльза, – инквизитор вынул еще одно фото из папки и протянул стоящей рядом с Рикардо женщине. – вот. Займись этим. Немедленно!

Эльза, занимающая должность младшего руководителя в одном из подотделов, схватила снимок, кивнула и выскользнула с площадки, быстро растворившись среди рабочих рядов. Пабло же продолжил излагать.

– Помимо снимка мой информатор дал координаты нынешнего местоположения Гати. – инквизитор сделал паузу, давая осмыслить только что выданную информацию. – Вы должны понимать следующее: у нас нет времени полностью проверить слова информатора. Может ли это быть дезинформацией? Да. Может ли это быть ловушкой? Безусловно. Однако, мы не можем игнорировать такого рода данные. Слишком велик риск упустить Гати, если мы будем тянуть, проверяя и перепроверяя слова информатора. Потому я полностью принимаю на себя ответственность за решение начать операцию, и конечный ее итог. Действуем по стандарту: Серхио, руководишь воздушным наблюдением. Подними наши птички в воздух и выведи их на эти точки. – Пабло протянул сотруднику листок с указанными координатами. – Ромелу, Франк, Винисиус, формируйте боевые группы. На вас силовой захват и обеспечение прикрытие. Опять же, ничего не выдумываем. Действуем по отработанной схеме. Две группы идут на захват, одна прикрывает. Данило, на вас общее руководство операцией снаружи, а Рикардо будет контролировать всю операцию отсюда, с КТП. Если информация и координаты верны, сегодня один из худших предателей Церкви окажется нашим постояльцем. Постарайтесь организовать ему максимально достойный прием. Все! – Пабло хлопнул в ладоши, распуская экстренное совещание. – По местам!

Вызванные через экстренное оповещение сотрудники КТП начали расходиться. На месте остался только сам Пабло и Рикардо. Последний выжидающе уставился на начальника. Пабло прекрасно понимал, о чем тот хочет спросить.

– У меня другая задача. Необходимо транспортировать Анжелину Кустас в Цитадель.

– Зачем? – удивление помощника было вполне натуральным. Впрочем, иной реакции ожидать и не следовало. Он бы сам отреагировал именно так.

– Не знаю, я не выяснял. Как видишь, времени на длительные разговоры у меня не было. Полагаю, они приняли во внимание стремление руководства «Детей Виноградаря» вернуть Кустас и теперь сильно заинтересовались ее персоной. Ну, или полагают что в Цитадели она будет в большей безопасности. – Пабло пожал плечами. – В любом случае, маршал уже принял решение о переправки ее в Цитадель.

– Бред, какой-то… Они ведь должны понимать, что в алькасаре нашей заключенной ничего не угрожает.

– И я о том же. – Пабло недовольно скривил губы. – Думаешь, я в восторге? Да, я в бешенстве! Но… – он махнул рукой. – разбираться будем позже…

– Может поручить транспортировку брату Данило? Все же на кону стоит не обычная облава, а поимка правой руки Пеллегрини! Если операцию возглавишь ты, ребятам на местах, да и всему подразделению будет гораздо спокойнее…

Вроде бы теплые слова, но Пабло вдруг захотелось послать помощника куда подальше. Раньше он как-то не обращал внимание на его занудство. Похоже, стоило. Усилием воли сдержав первый порыв раздражения, инквизитор максимально спокойно ответил, хотя и чувствовал, как в голосе лязгает металл.

– Я ведь не вездесущий Бог, верно? Я не могу всегда физически присутствовать рядом. Значит КТП Конгрегации должно уметь справляться без меня. Даже с такими тяжелыми задачами, какая стоит перед нами сегодня, это ясно?

Лицо Рикардо вспыхнуло. Он явно не ожидал подобной отповеди.

– Да, я понимаю, дон Пабло.

– Хорошо. Тогда принимай командование операцией и постарайтесь обойтись без жертв среди наших братьев. – Пабло хлопнул брата-инквизитора по плечу. – Надеюсь, что к моему возвращению Гати будет на третьем уровне. Не подведи меня, ладно?

Не дожидаясь ответа, Пабло зашагал по проходу в противоположный конец зала, где находилась лифтовая площадка. Дальше предстояло действовать на максимальных скоростях.

Священная Католическая Империя.

Королевство Испания.

Толедо.

Толедский алькасар – штаб-квартира Конгрегации по делам и защите веры.

Нижний, третий блок одиночных камер.

13:25.

Анжелина с упорством отгоняла от себя страшные мысли, но они с не меньшим, а скорее даже большим остервенением продолжали взламывать защиту, с явным конечным намерением подчинить ее личность полному контролю панического ужаса. И, надо признать, сил бороться практически не оставалось. Если поначалу план, предложенный Данте, не смотря на наличие белых пятен, казался ей реализуемым, то еще вчера начали закрадываться серьезные сомнения. Сейчас же эти самые сомнения начали перерастать в уверенность.

Она ошиблась.

Очень сильно ошиблась.

Нет, ну правда – какая же она дура, раз решилась подписаться на подобную авантюру. Господи… На что она рассчитывала? Что Пабло дрогнет? Пабло? Красс? Тот самый, что не пожалел своих родителей и друзей, отдав тех в руки Инквизиции? Чем она думала, соглашаясь на операцию Данте? Чем? Тем, что стоит на кону? Но если она останется здесь, то… ей-то какая разница? А, все к тому идет. Еще позавчера согласно первоначальному плану она должна была оказаться на свободе. Не оказалась. Как и вчера. Как и сегодня. Ни к чему хорошему это промедление привести не могло. Если Пабло сразу не пошел на их условия, то скорее всего не пойдет на них никогда.

Что же данный расклад значит для нее?

Анжелина содрогнулась, ощутив, как заныл живот, стягиваемый тугими узлами. Ее участь уже предрешена, не иначе, а предстоящий Церковный суд лишь формальность.

Рассчитывать на помилование? А, мог бы на него рассчитывать Иуда, предстань он сейчас перед инквизиторским судом? Очень смешно. Вот и ей, о помиловании думать не стоит. Учитывая ее сознательное отречение от католической веры, плюс интеграция в еретическую общину, плюс участие в нападении на конвой, а значит покушение на жизнь сопровождавших конвой инквизиторов… – нет, здесь будет бессилен даже родной отец, хоть он и является королем Польши. Для нее участь решена – и, костер еще самое лучшее из того, что может ожидать. Боже… Никто ее теперь не спасет… Ей…

Анжелина вздрогнула и замерла, заслышав гулкий звук шагов, доносящийся из коридора. Стража делает обход? Да вроде рано. Может все же…

Господи, помилуй меня, пусть это будет…

Шаги замерли у ее камеры. Раздался тихий электронный писк, после чего загудели приведенные в движение запорные механизмы. Несколько секунд, и сплошная металлическая дверь медленно отъехала в сторону.

На пороге стоял тот, кого она ожидала увидеть – инквизитор первого ранга с особыми полномочиями, Пабло Красс. Вот только, пришел он как спаситель, или как палач?

Шагнув вперед, инквизитор схватил ее за плечо, с силой дернул вверх, поднимая с настила, развернул к выходу и, наклонившись к уху свистящим шепотом объявил:

– Уходим!

Глава 8

Священная Католическая Империя.

Швейцарский союз, под управлением Папского легата.

Женева.

Аэропорт имени святого Беата из Лунгерна.

13:43.

В момент соприкосновения шасси самолета с бетонной поверхностью посадочной полосы Папа Урбан Х молился. Он очень ясно осознавал – без Божьей помощи в ближайшие дни не обойтись. Никак. Может кто-то думает, что, находясь в Риме он не знает реальную ситуацию на местах, на других территориях Империи – но такие люди сильно ошибались. Он знал. Прекрасно знал. Поэтому и принял решение предпринять поездку в Женеву, специально приурочив ее к такой важной дате. День Спасения Церкви – не пустой звук. Особенно для него. Разные священники по-разному проводят свободное время. Кардинал Луис Чавес к примеру, любил сидеть за шахматами, Великий Инквизитор Рубен Рохо коллекционировать предметы древности, а кельнский архиепископ выращивать домашние растения. Он же, и в свободное, и не свободное время посвящал глубокому изучению и тщательному анализу церковной истории, потому доподлинно знал – 23 июля 1545 года действительно был днем Спасения Церкви, как единого неразделенного Тела Христа. Изучая документы, хранящиеся, как в архивах папской библиотеки, так и архивах крупных Орденов, а иногда и частных библиотеках, еще будучи простым священником Марио де ла Круз впервые по-настоящему осознал весь ужас Темных Времен Реформации. Продолжая углубляться в ту эпоху, он каждый раз с содроганьем думал о том, каким бы был мир, не встань тогда Святой Педро на защиту Церкви…

Мир без Евхаристии. Мир без Таинства Покаяния. Мир без Священства. Мир без настоящей Церкви, как таковой. Темный холодный мир, наполненный – нет, даже переполненный разделениями, противоречиями, враждой и в конечном итоге, богоборчеством. Мир ересей. Мир безнадежности и пустоты.

Разве может такой мир вообще существовать? Разве имеет он право на дальнейшее функционирование?

Папа Урбан Х в этом сильно сомневался. Физический мир по замыслу Творца с самого начала создавался как нечто, неразрывно связанное с миром духовным, а тем самым связующим звеном после эпохи Ветхого Завета является Церковь. Если же Церковь уничтожить – а, Реформаторы направляли все свои усилия именно на уничтожение, – то, что получится? Одинокий физический мир без связи с духовным и миллиардами погибших душ. Пустота, тьма, безнадежность – вот то, что пытались принести реформаторы. И вот то, против чего встал Святой Педро Николас. Если бы не он, то все они до сих пор жили бы сейчас в эпоху Темных Времен. Хотя возможно, и времен бы уже никаких не было. Мир бы попросту не сумел прожить без Таинств. Потому Торжество «Спасения Церкви» праздник не менее важный, чем Рождество и Пасха. Особенно сейчас, спустя такое время, когда память о Темных Временах начала угасать. Особенно здесь в Швейцарском союзе, где силу набирают нехорошие тенденции. Потому он и выбрал Женеву, чтобы еще раз напомнить о том, что именно произошло более пятисот лет назад, и от какой катастрофы уберег их Святой Педро.

– Святейший отец! – в дверь кабинета тихо постучали и внутрь заглянул кардинал Чавес. – Мы в Женеве. Возле аэропорта собралось несколько десятков тысяч. Они ждут вашего появления!

– Хорошо, Луис. – Урбан Х устало вздохнул и прикрыл глаза. – Хорошо. Еще минута. Одна минута. Мне нужно помолиться…

Исполнитель стоял в толпе встречающих и наблюдал, как понтифик медленно спускается по трапу самолета. Люди, до того наблюдающие за римским епископом в благоговейной тишине начали приходить в возбуждение, а затем и вовсе кричать, хлопать и выкрикивать свои просьбы. Кто-то начал протягивать вперед руки, кто-то осенять себя крестным знанием, а кто-то и вовсе молиться. Исполнитель же просто стоял и смотрел, ни разу не разделяя восторг окружающих. Он сам не мог сказать – зачем здесь находится? Поглядеть на главу католической Церкви, и по совместительству Императора Священной Католической Империи? Ну конечно же нет. Простое любопытство? Такой ерундой в его профессии не страдают – иначе проживешь максимум пару дней. Тогда, зачем? Очень хороший вопрос, но, увы – без ответа.

Исполнитель внимательно наблюдал, как Папа Урбан Х замер примерно на середине спуска, и осенил собравшихся крестным знаменем. Толпа охнула и склонилась в почтительном поклоне. Исполнитель решил не выделяться – склонил голову и осенил себя крестным знаменем. Все же, как никак, а благословение Папы не пустой жест. Он ведь не еретик, а самый настоящий католик. То, что не исповедовался уже лет десять, и водит дружбу с врагами Церкви? Всего лишь профессиональные издержки. По сути же своей – он гораздо ближе к католичеству, чем к, тем же «Детям Виноградаря», чей заказ исполняет.

Дальше – ничего интересного. Когда Папа спустился с трапа его обступили плотным кольцом швейцарские гвардейцы, осуществляющие охрану, а спешно подогнанный автомобиль заслонили бронетранспортеры Ордена Тамплиеров. Не сказав встречающим ни слова, Папа сел в продолговатый автомобиль «Санкти-Петри» – единственный автомобиль подобной марки, выпускаемый специально для наместника Святого Петра, и кортеж медленно покатил к центру Женевы, где располагались кафедральный собор и штаб-квартира местного отделения Конгрегации.

Толпа издала протяжный разочарованный вздох – они явно ожидали другого. Значит, идиоты. Папа Урбан Х на престоле не первый год, и даже не десятый и всем известно – он не слишком то любит публичный выступления. Тем более, импровизированные. Таким образом, ожидать чего-то большего – глупая мечта. Она ожидаемо не сбылась. Исполнитель постоял с минуту в раздумьях, а затем, довольно активно работая локтями, начал прокладывать себе дорогу назад.

Они еще встретятся с понтификом.

И, очень скоро.

Священная Католическая Империя.

Королевство Испания.

Толедо.

Толедский алькасар – штаб-квартира Конгрегации по делам и защите веры.

8 этаж – зал аналитики и боевого планирования КТП.

13:26.

Рикардо терзали – нет, не смутные, а вполне реальные сомнения. Он пытался проследить их путь и понять: откуда они, что является первопричиной, но искомый момент все время куда-то улетучивался, оставляя лишь слабый шлейф в виде сильно тревожащего ощущения какой-то неправильности. Да, именно так. Чувство – точно есть что-то во всей этой истории неправильное. Но вот, что именно – не понятно. Как инквизитор, Рикардо прекрасно понимал – руководствоваться одними ощущениями неприемлемо. Любое ощущение должно подкрепляться вполне конкретными фактами. Если не так, значит ощущения ничего не стоят. За редким конечно исключением. Был ли этот момент тем самым исключением? Опять же – не понятно. Сегодня вообще был день непонятности.

– Отец Рикардо! – к нему подошла женщина в коричневом платье простого стандартного покроя. Николь Круз, куратор отдела, отвечающего за обеспечение связи и спутниковой поддержки во время операций. Между прочим, Николь забралась на довольно-таки высокую для своего пола должность, уступая лишь Кейт МакНелли, главе Лондонского КТП. Однако, Кейт в принципе невероятный феномен плотно замешанный на хитросплетениях политических интриг.

– Да? – инквизитор вынырнул из раздумий и уставился на Николь, пытаясь сообразить, чего она от него хочет.

– Группы Ромелу и Винисиуса на местах. Франк обеспечивает надежность тылов. – пояснила куратор отдела и указала рукой на центральный экран, где застыло изображение указанного информатором Пабло места предполагаемого укрытия Артуро Гати сделанного с высоты птичьего полета. – Они ждут ваших указаний для дальнейших действий.

– Моих указаний… – медленно проговорил Рикардо, точно пробуя слова на вкус. И дело совсем не в непривычной роли руководителя КТП. С этим как раз полный порядок. Он инквизитор первого ранга, как никак, и за плечами не один десяток операций, среди которых есть как успешные, так и провальные. Дело совсем в другом. Группы ждут его указаний, а вот он категорически не уверен в своей готовности. Внутри слишком много сомнений и принимать однозначное решение в таком положении…

– Отец? – Николь выразительно приподняла брови, явно не понимая причины замешательства своего руководителя. Впрочем, не она одна. Рикардо заметил, как сидящие на местах сотрудники КТП замерли, явно наблюдая за своим начальником.

Проклятье!

Натянуто улыбнувшись, Рикардо взял со стола, временно выделенного в общем зале специально под эту операцию, наушник со встроенным микрофоном и закрепил его в правом ухе. Он принял решение. Да, оно чрезвычайно рискованное и возможно потом, когда он потеряет должность в КТП, а церковное начальство сошлет его куда-нибудь на острова к диким народам, он будет о нем жалеть, но сейчас… Сейчас надо действовать.

– Говорит инквизитор первого ранга Рикардо Бизе! Всем группам оставаться на местах! Просто наблюдаем! Повторяю, оставаться на местах! Не предпринимать никаких действий без моего прямого приказа. В случае изменений, доложить и запросить разрешение на вмешательство! Как поняли?

Дождавшись доклада руководителей групп о принятии указаний, Рикардо круто развернулся и едва ли не бегом направился к своему кабинету, игнорируя ошарашенный взгляд сотрудников. Пабло с минуту на минуту может покинуть алькасар!

Нужно торопиться!

Священная Католическая Империя.

Королевство Испания.

Толедо.

Толедский алькасар – штаб-квартира Конгрегации по делам и защите веры.

Нижний, третий блок одиночных камер.

13:27.

– Вперед! – Пабло толкнул закованную наручниками Анжелину к лифтовой площадке. Сопровождающий их стражник неспешной походкой направился к электронной панели. Мало того, что он шел, точно беременная на последнем месяце слониха, так еще и карточки не оказалось на положенном месте. Пабло чуть не взвыл от злости.

– Нам нельзя задерживаться! – рявкнул он, делая шаг вперед. – Хочешь оказаться здесь на следующие пару лет? – стражник вздрогнул, его лицо побелело буквально за секунды. – Хочешь? Нет? А, я могу устроить!!!

– Дон… дон Пабло… Я… – движение стража конгрегации стали хаотичными, а лоб покрылся испариной.

Еще называется, элита из элит…

Дерьмо сатанинское, не иначе.

– Заткнись!!! – Пабло локтем отпихнул его от электронной панели и указал на Анжелину. – Стой рядом с ней! Вздумает выкинуть какой-нибудь дьявольский фокус, вырубай не думая!

– Есть, дон Пабло! – стражник вытащил из кобуры пистолет и настороженно взглянул на стоящую со скованными руками женщину. – Она ведьма?

– Хуже.

Пабло вытащил пластиковую карточку внутреннего пропуска и приложил ее к считывателю. Дождавшись, пока экран мигнет зеленым, нажал кнопку вызова. За сомкнутой черной створкой раздался скрежет подъемного механизма. Инквизитор взглянул на наручные часы с предварительно включенным таймером.

Долго.

Слишком долго.

Дьявол!!!

В прибывшей лифтовой кабине находился другой стражник. Почтительно отступив в сторону, он вопросительно глянул на инквизитора.

– Первый этаж.

Стражник нажал соответствующую кнопку и приложил свой пропуск к внутренней панели. Раздался электронный писк, створка с жутким лязгом закрылась, кабина дрогнула и начала движение вверх.

На первом этаже Пабло вытолкнул Анжелину из кабины, грубо схватил ее за локоть, притянул к себе и прошипел:

– Жить хочешь? Тогда шевелись!

Подойдя к турникетам на выходе, Пабло сунул приказ высунувшемуся из кабины стражнику прямо в его мясистое лицо.

– Транспортировка заключенной в Цитадель!

– Какая еще заключенная? – охранник уставился на него широко раскрытыми глазами.

– Эта! – инквизитор пихнул Анжелину вперед, и она едва не налетела на стражника. – Видишь?

– Вижу… – продолжая тупо глазеть на Пабло, ответил охранник.

– Отлично. Забирай приказ, открывай внешние ворота, и пусть к выходу подгонят мою «Санта-Марию».

– Есть, дон Пабло!

Охранник скрылся в кабине. Спустя пару секунд металлические створки, преграждающие путь, раскрылись, освобождая проход.

– Идем! – Пабло схватил Анжелину за руку и потащил вперед.

Теперь оставалось только выбраться за стену алькасара, а дальше затеряться в городе дело техники. Особенно, когда основные силы брошены на фальшивую приманку.

Священная Католическая Империя.

Королевство Испания.

Толедо.

Толедский алькасар – штаб-квартира Конгрегации по делам и защите веры.

8 этаж – зал аналитики и боевого планирования КТП.

13:31.

Рикардо сидел в кабинете потрясенно уставившись на экран лэптопа, не в силах поверить в пришедший ответ.

Такого просто не может быть!

Нет, правда не может.

Наверняка просто кто-то допустил досадную ошибку.

Да, наверное, именно так.

Нужно все перепроверить, а потом еще раз, и…

Должно же быть этому какое-то разумное объяснение…

Да, разве…

Хотя, стоп! С другой стороны, он ведь не просто так затеял проверку – были сомнения. И, как сейчас оказывается, инквизиторское чутье не подвело. Только что, благодаря ответу на посланный по экстренной связи запросу, они подтвердились.

Рикардо снова взглянул на экран. В прибывшем из Цитадели ответе на запрос о переводе заключенной Анжелины Кустас, говорилось: «Заключенная Анжелина Кустас, под (номер) должна с (дата) содержаться в алькасаре, Толедо, Испания. Информации о переводе не имеется».

Два простых предложения, но как много они значат в сложившейся ситуации. Выходит, не было никакого перевода Анжелины. Как, скорее всего, не было и информации об Артуро Гати. Все это – лишь способ отвлечь внимание ради одной единственной цели – вывести из алькасара Анжелину Кустас. Выходит, Пабло Красс перебежчик и работает на врага? Получается…

Стоп!

Рикардо тряхнул головой. Стоп! Размышления о случившемся оставим на потом, сейчас необходимо действовать!

Набрав комбинацию, он нажал кнопку запуска сигнала тревоги, одновременно с этим поднимая трубку телефона внутренней связи.

Пабло Красс не должен покинуть алькасар!

Циклопических размеров ворота уже начали движение, когда тишину разрезал пронзительный пульсирующий сигнал тревоги. Пабло выругался и встретился глазами с сидящей на соседнем сиденье, с по-прежнему скованными руками Анжелиной.

– Похоже, меня раскрыли!

– Так чего замер? – завизжала заключенная, а в ее глазах отчетливо проступил дикий ужас.

Еще бы – вот она свобода, так близко, рукой подать и совсем не в переносном смысле, но – одно мгновение, ворота начнут обратное движение, и она станет также недосягаема, как планеты в другой галактике. – Давай, вперед! Жми на педаль!!!

Пабло хищно оскалился. Створки ворот впереди замерли, перестав расширять проход. Расстояния было вполне достаточно для внедорожника – вот только, никто не спешил поднять шлагбаум, по-прежнему преграждавший путь. В зеркало заднего вида инквизитор увидел, как из будки охраны вышли двое стражников – в руках они держали штурмовые винтовки, а направление оружие невозможно было спутать. Их цель – внедорожник. Створки ворот тем временем дрогнули и начали движение в обратном направлении.

– Пабло!!! – Анжелина закричала и бросилась к нему. О ее намерениях судить было сложно – что она могла сделать, да к тому же со скованными руками – тем не менее, выяснять конечную цель ее порыва, инквизитор не стал. Просто заехал локтем по лицу, отчего заключенную отбросило в противоположную сторону. Больно ударившись о стенку, она охнула и затихла, сверля своего единственного на данный момент союзника ненавидящим взглядом.

– Не высовывайся! – процедил Пабло сквозь зубы, переключаясь на заднюю передачу.

Заунывный пульсирующий сигнал тревоги неожиданно стих. Вместо него послышался громогласный голос Рикардо Бизе.

– Пабло, у тебя нет шансов! Сдайся сейчас, и мы сможем тебе помочь!

Помочь – ага, как же! Сейчас, впервые за тридцать лет, Конгрегация стала последним местом, где он станет искать помощь.

– Держись! – рявкнул Пабло своей спутнице и вдавил педаль газа до упора. «Санта-Мария» дернулась назад, и стоящие там стражники бросились в рассыпную. Проехав с десяток метров, инквизитор нажал на тормоз, одновременно переключая передачу. Внедорожник взвизгнул шинами, по инерции проехал еще метр и на мгновение замер. Один из стражей, оказавшийся сбоку от водительского окна поднял винтовку и прокричал какие-то указания. Пабло покачал головой, махнул ему рукой и нажал на педаль газа. Долю мгновения шины прокручивались, ища сцепление с поверхностью, затем «Санта-Мария» рванула вперед, стремительно набирая скорость. Рикардо Бизе продолжал вещать, перемежая угрозы с обещаниями, но Пабло его не слушал. Внедорожники Конгрегации, не смотря на вес из-за бронематериала, имели самые мощные в Империи движки, благодаря чему разонялись до сотни за пять секунд. Махина, весом в семь тонн на скорости в сто километров час? Недурно, правда? Заграждение из шлагбаума, в таком случае, перестает быть большой проблемой.