Читать книгу "Ничего cвятого"

Дрожащими от волнения руками он вскрыл колбу и поднес горлышко к губам. В этот момент раздался страшный треск, и дверь отлетела в сторону, впуская внутрь плотное облако пыли, дыма и две быстро скользнувшие под занавесом фигуры.

Исполнителю оставалось только опрокинуть содержимое колбы в желудок, но он не успел. Сначала ударная волна взрыва отшвырнула его к стене, а потом сильный удар по голове отключил сознание. Последняя мысль, промелькнувшая в голове Исполнителя, была проклятьем в адрес инквизитора.

Священная Католическая Империя.

Рим.

15:57.

Бронированная «Санта-Мария» с визгом затормозила у выставленного перед Постоялым Домом «Аванта» оцеплением и Рикардо уже открыл дверь, когда телефон разразился противным сигналом вызова. Коснувшись закрепленного в ухе наушника, инквизитор нажал кнопку, открывая соединяющий канал.

– Инквизитор Рикардо Бизе! – обычное стандартное приветствие.

Звонившим оказался Великий Инквизитор. И, информация имела чрезвычайную важность. Пабло Красса уже не было в Постоялом Дворе. Он находился в другом месте. И, они точно знали где именно.

– По машинам! – рявкнул Рикардо в рацию, оповещая все задействованные службы разом. – Живо! У нас есть новые координаты, и мы не должны облажаться…

Священная Католическая Империя.

Рим.

Территория Святого Престола.

16:02.

Агент быстро перебирал деревянные бусины Розария, мысленно проговаривая далеко не молитву. Сейчас было не до обращений к Пресвятой Матери Христа. Скорее, нужно просить поддержки у совсем иных сил. Агент посмотрел на медленно сменяющиеся цифры. Лифт опустился уже на нижние уровни комплекса зданий Святого Престола – еще пара десятков метров, и они достигнут дна. Далее, все очень просто. По крайней мере то, что требовалось лично от него. Правда, он до последнего сомневался. Стоит оно того, или нет. Аргументы были, как за, так и против. Да чего уж там «сомневался», он и сейчас в тяжких раздумьях. С одной стороны, предательство Церкви, а с другой – благая цель, как для всего Тела Христова, так и для Империи. Как говорил его вербовщик, благая цель с лихвой омоет совершенный грех. И даже не один.

Агент хмуро воззрился на медленно отползающие в разные стороны хромированные створки. Лифт остановился на последнем, самом нижнем уровне, находящемся на уровне сотни метров под землей. Именно здесь, под громадным собором Святого Петра, Сикстинской капеллы, Апостольским дворцом и другими постройками территории Святого Престола, располагалось захоронение Святого Апостола Петра, первого епископа Рима, а за ним останки остальных, уже более сотни Пап. Не все они конечно сохранились, особенно если брать первые века Церкви, однако после Темных Времен Реформации, каждый из понтификов был погребен именно здесь, рядом с могилой Апостола, под собором Святого Петра. Кроме того, на нижнем уровне располагался Тайный Архив, состоящий из более чем миллиона экземпляров, начиная от древних рукописных текстов, и заканчивая относительно современными произведениями прошлого века.

Впрочем, ни захоронения Пап, ни архив на данный момент агента не интересовали. Его интересовал другая сторона, где старинная широкая лестница упиралась в древние ворота, соединяющие эту часть уровня с катакомбным тоннелем, ведущим в подземные лабиринты Старого Рима.

Выйдя из кабины лифта, агент поднял руку, смотря на мигающие красные цифры таймера. Оставалось меньше двух минут. Кажется, он немного запаздывал. Но не критично.

Оглядевшись, скорее по привычки, чем для надобности – ибо, в это время здесь никого быть не должно, он быстрым шагом направился по широкому каменному проходу, освещенному бледным желтым светом фонарей. Проход тянулся почти на километр, соединяя две части подземного уровня – и архив, в одной стороне, и Папский склеп, в другой. Его же интересовало боковое ответвление, куда он вскоре и свернул. Теперь совсем немного – бегом промчаться по короткому, в несколько десятков метров аппендиксу, свернуть вправо, еще тридцать метров под небольшим уклоном вверх, потом крутая лестница наверх с едва ли не сотней ступенек, еще небольшой проход и он на месте.

Тяжело дыша, агент вскинул руку с бегущими цифрами таймера на электронном браслете. Опоздание в три минуты. С той стороны, наверное, все на нервах. А, сам он? Что решил? Готов ли переступить грань и возможно обречь бессмертную душу на вечные мучения рад блага для будущих поколений?

Агент помассировал виски, чувствуя, как ко лбу подступает острая пульсирующая боль. Решение нужно принимать прямо сейчас, и при этом учитывать одно очень важное обстоятельство – назад пути уже не будет.

Агент замер, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Около минуты понадобилось для понимания – ответ внутри созрел, и уже давно. Тряхнув головой, дабы прогнать ненужные наваждения, он в два широких шага приблизился к массивным железным воротам и нажал на старый рычаг. С протяжным скрипом древнего, как сами постройки Святого Престола подъемного устройства, ворота начали медленно ползти вверх, открывая проход.

Спустя полминуты, когда вход оказался наполовину открыт, границу свободной территории и запретного мира перешагнули первые бойцы спецгруппы. Финальная фаза операции началась, и по плану она должна завершиться спустя всего несколько часов, после чего мир уже никогда не станет прежним.

Глава 16

Священная Католическая Империя.

Рим.

Конспиративная квартира Исполнителя.

16:04.

Пабло медленно вставлял пули в магазин пистолета, наблюдая за пришедшим в себя Пьером Клавье. Безопасник пытался выглядеть спокойным, однако по лицу то и дело пробегала нервная дрожь, выдавшая гигантское внутреннее напряжение. Еще бы, когда, очнувшись находишь себя крепко привязанным к стулу, а напротив тебя мрачный инквизитор, готовящий для тебя адскую пытку. Он бы и сам занервничал. Анжелина тем временем нашла гладильный аппарат, подсоединила его к электросети и теперь дожидалась, когда поверхность накалится до красна. Еще одна вещь, нисколько не способствующая внутренней гармонии.

Пабло вставил очередной патрон, хищно оскалился и встретился глазами с безопасником.

– Ты ведь понимаешь, что я все равно добьюсь от тебя ответов?

Тот ничего не ответил. Лишь крепче стиснул челюсть. Вроде бы не идиот, учитывая должностное положение в службе Имперской Безопасности, примерно соответствующее бывшему реальному положению самого Пабло в Конгрегации, и должен понимать кто перед ним, и на что способен.

– Знаешь, Пьер, мы конечно не в инквизитории, и я сильно стеснен в пыточном оборудовании, тем не менее думаю сумею тебя порадовать. – он всунул патрон в последнюю пустую ячейку, после чего вставил магазин и передернул затвор GMA. – Ты сильно поможешь мне, а самое главное самому себе, если ответишь на интересующие меня вопросы. Их несколько. Во-первых, каким образом ты причастен к убийству Папы? Во-вторых, кто именно стоял за организацией покушения? И, в-третьих, какие у вас еще планы?

Люди, оказавшиеся в положении безопасника ведут себя по-разному. Кто-то трясется от страха, в конечном итоге теряя сознание. Кто-то начинает бравировать и оскорблять допрашиваемого, показывая тем самым свою мнимую храбрость. Кто-то предпочитает и вовсе никак не реагировать. Пьер Клавье оказался из числа последних. На лбу выступили бисеринки пота, однако во всем остальном выражение лица осталось неизменным – равнодушие каменного истукана. Ну да, все же он агент Имперской Безопасности со стажем в двадцать лет, и глупо ожидать, что при первой угрозе он начнет рыдать и каяться во всех смертных и не очень грехах. Пабло и не ожидал. Он изначально понимал – тут придется поработать.

Ладно. Тогда, пожалуй, приступим.

Пабло сделал шаг к привязанному прочным силиконовым шнуром безопаснику и приставил дуло пистолета к коленной чашечке правой ноги.

– Знаешь последствия от выстрела в колено? Не смертельно. Пару месяцев и заживет. Однако боль просто адская. Да и хромота останется на всю жизнь. В общем, весьма неприятная, но зато очень эффективная штука. Ну как, будешь и дальше строить из себя каменного сфинкса, или все же поговорим?

Тело Пьера заметно напряглось, а по щекам скатились новые капли пота, оставляя за собой влажные следы. Может быть он бы и заговорил, но Пабло предпочитал показывать наглядный пример. Так почему-то лучше усваивается.

Сильнее вдавив дуло GMA в колено, инквизитор спустил курок. Глухой звук выстрела. Колено подпрыгнуло, а следом раздался дикий вопль. За ним еще один. И еще. Каким бы безопасник не был крутым спецом, выдержать боль от выстрела в коленную чашечку, не издав при этом ни звука, попросту невозможно.

– Больно, да? – Пабло участливо заглянул в наполненные слезами глаза Пьера. – А, так? – он надавил рукой на раздробленное колено. Безопасник дернулся на стуле и взвыл от боли. Ага, боль наверняка просто адская. Пабло не был садистом. Ему не нравилось причинять боль, тем не менее сейчас время для сентиментальных разговоров закончилось. Учитывая вопли Пьера очень скоро сюда прибудет городская стража. Вряд ли им понравится увиденное, а потому желательно к этому времени находится отсюда, как можно дальше, имея при себе необходимые для дальнейших действий ответы. Так что, извини дорогой Клавье, но придется тебе столкнуться с новыми порциями боли, если не умеешь отвечать мгновенно.

– Итак? – Пабло ткнул дуло GMA к здоровому колену левой ноги. – Хочешь еще?

Безопасник, чье лицо продолжало кривиться от боли, а из груди вырывался непроизвольный стон попытался изобразить на лице улыбку.

– Знаешь, Красс, а мне ведь тебя даже жалко… – прохрипел он и новая мучительная гримаса искривила его лицо.

– Вот как? – Пабло поднял брови в деланном изумлении.

– Ты рвешь и мечешь, пытаешься выбраться из расставленной ловушки, но не понимаешь очень простого факта…

– Да? И, какого же?

– Ты уже проиграл. – безопасник зашелся в лающем смехе, впрочем, быстро перешедшим в мучительный стон. Ага, сейчас любое телодвижение отзывается дикими отзвуками боли в раздробленном колене.

– Да неужели?

– Да, Красс. Ты проиграл. Вы все проиграли. Процесс запущен и теперь его уже не остановить.

– Может перестанешь говорить загадками, и выразишься более конкретно? Или мы можем приступить к дальнейшему дроблению твоего тела… – Пабло усилил нажим на левое колено.

Безопасник вздрогнул. Очевидно, ему совсем не хотелось повторения. Уже хороший признак. Не такой уж он оказался и стальной по выдержке. Или, ему просто нечего терять, и он не видит особого смысла в молчании. В любом случае, Пабло намеревался и тем и другим воспользоваться по максимуму.

– Скажи Красс, тебе когда-нибудь приходилось переступать через принципы, совершать ужасные деяния ради будущего блага?

Загадками безопасник говорить не прекратил… Что ж, его предупреждали…

– Дай сюда! – Пабло повернулся к напарнице, требовательно вытянув руку. Анжелина с готовностью отдала ему раскаленный утюг. Не колеблясь не секунды, инквизитор приложил покрасневшую гладильную часть к левой щеке Пьера. Раздалось шипенье, сопровождаемое диким истошным воплем. Подождав несколько секунд, Пабло отнял утюг от бьющегося в судорогах боли безопасника и наотмашь ударил того рукоятью пистолета по лицу. Из рассеченной брови побежала алая струйка крови.

– У меня не так много времени, Пьер. Тем не менее, его хватит чтобы я настолько изуродовал твое тело, что его не смогут восстановить даже наши предки лет так через двести, понятно?

Продолжая шипеть от боли, а бордовая щека за несколько мгновений покрылась кровавыми волдырями, безопасник кивнул.

– Тогда я слушаю.

– Гори ты в аду, Красс! – губы Пьера исказились в злобной усмешке. Ага, даже через боль он находил силы на кривлянье. Ну и дебил. Пабло размахнулся и раскаленным утюгом ударил по раздробленному колену. Новый крик боли. Еще один удар. Еще один вопль.

– Мне продолжать? – поинтересовался инквизитор, когда отзвуки крика стихли.

– Стой! – прохрипел безопасник. Пабло огляделся. Да вроде он никуда и не бежал. – Стой…

– Говори!

– Господи, Красс… Ты же инквизитор, мать твоя суккуб!

Вообще-то за оскорбление покойной матери можно было бы и прострелить еще здоровое левое колено, однако Пабло побоялся, что безопасник попросту отключится от болевого шока.

– И?

– Так включи уже наконец свои мозги!

– Не понял…

– Да чего тут непонятного? – Пьер дернулся в кресле и тут же взвыл от боли. – О, преисподняя!

– Нет, я все же прострелю тебе колено. – Пабло вновь приставил дуло GMA к здоровой ноге.

– Подожди! – новое телодвижение и новый болезненный стон. – Стой!

– Пять секунд, Пьер! Время пошло…

– Скажи, зачем убивать Папу? Какой в этом смысл?

Это не ответ, а вопрос, и, наверное, стоило все-таки спустить курок, но Пабло решил подождать.

– Из ненависти, допустим.

– На такое способны лишь безумные фанатики, не имеющие четкого плана развития. Ты же теперь понимаешь, что за ликвидацией Урбана Х стояли куда более разумные силы, чем радикальная секта, вроде «Детей Виноградаря».

– Верно.

– Так, ответь мне: зачем убивать Папу? Ради чего?

– Чтобы созвать конклав, и выбрать нового понтифика? – предположение прозвучало от Анжелины, которая подтащила свободный стул поближе к связанному безопаснику и уселась рядом с инквизитором.

– Уже ближе. – кивнул Пьер и поморщился от заливавшей глаз крови из рассеченной брови. – Действительно, ради созыва конклава. Однако дальше ты промахиваешься. Цель созыва конклава совсем не ради избрания нового понтифика…

– Стой! – Пабло даже соскочил со стула, чувствуя, как на грудь навалилась громадная каменная глыба весом никак не меньше, чем собор Святого Петра.

– Ты понял… – безопасник раздвинул губы в злой усмешке. – Теперь ты понял, Красс…

– О, Пресвятая Матерь наша… – Пабло опустился на стул, потрясенно взирая на ухмыляющегося безопасника. – Убийство Папы лишь инструмент для сбора всех кардиналов Католической Церкви в одном месте… А, дальше…

– Мы их уничтожим. – закончил Пьер Клавье, один из высших руководителей службы Имперской Безопасности, холодно глядя на потрясенного инквизитора. – Ужасное преступление, ради благой цели, помнишь Красс?

Священная Католическая Империя.

Рим.

Жилой дом на улице Сан-Мартино.

16:11.

Рикардо вылез из «Санта-Марии» и пристальным взглядом окинул семиэтажное бетонное сооружение, построенное еще в середине прошлого столетия. Вокруг дома уже выстроили плотный кордон из подогнанных бронетранспортеров, грузовиков Тамплиеров, и внедорожников городской стражи. За автомобилями выстроились бойцы, держа окна дома и выходы под постоянным прицелом.

– Они там? – инквизитор подошел к образованному на капоте одного из внедорожников своеобразному оперативному пункту.

Начальник римской гвардии, Мануэль Нойер утвердительно кивнул и ткнул пальцем в экран лэптопа, где на квадратной поверхности замерла красная точка.

– Сигнал от аккаунта продолжает поступать. Он точно там.

– Этаж?

– Пытаемся выяснить. – гвардеец шлепнул своей огромной ладонью по плечу стоящего рядом весьма хлипкого на вид парня, пальцы которого буквально летали по клавиатуре. Сразу видно, не гвардеец. Скорее всего, что-то вроде технаря, может аналитик – но, не более. От хлопка начальника парень охнул и едва не сложился пополам.

– Боже… – пробормотал он, вцепившись пальцами в корпус внедорожника.

– Спокойно… – миролюбиво проговорил Мануэль, убирая руку с его плеча. – Как у нас дела с более точными координатами.

– Сейчас! – пальцы технаря с удвоенной быстротой забегали по клавиатуре.

Рикардо между тем махнул рукой Антуану, подзывая парижского инквизитора к себе.

– Пусть стража готовится. Нам в любом случае предстоит войти внутрь. Разбей их на десятки. Один останется у заднего входа. Еще один будет контролировать внешний периметр. С последним мы войдем внутрь. Есть вопросы?

Антуан отрицательно мотнул головой. Вопросов не было. Вот и славно.

– Пятый этаж! – воскликнул технарь, от возбуждения подпрыгнув на месте. – Вот! – он ткнул пальцем в объемную прозрачную модель многоэтажки с мигающей точкой на уровне пятого этажа. – Устройство там, а значит и сам объект. Вернее, одно конечно не является неотделимым от другого, однако если…

– Стоп! – Рикардо поднял руку, останавливая занудный словесный поток парня. – Устройство на пятом этаже? Это точно?

– Да! Сигнал передается через…

– Стоп! – снова оборвал его инквизитор. – Ответа «да» вполне достаточно. Мы можем хотя бы приблизительно определить в какой стороне находится источник сигнала?

– Конечно! – технарь сверкнул широкой улыбкой с далеко не белоснежными зубами и склонился над лэптопом. – Информация уже есть… Так, секунду… О, нашел! Наиболее сильный сигнал, а, следовательно, его источник находится в восточной части здания, то есть… – он поднял голову явно пытаясь сориентироваться в пространстве. – То есть… О, волосатая задница сатаны… – парень даже отступил в сторону, но потом зажал рот рукой и испуганно взглянул на инквизитора. – Простите мастер инкви…

Рикардо досадливо махнул рукой. На данный момент сквернословие одного из сотрудников римской гвардии его заботили меньше всего на свете. Более того, он прекрасно понял с чем связана столь бурная реакция технаря. Восточная сторона здания окнами как раз выходила на улицу, где они образовали штаб, и наибольшее количество спецтехники. Вполне возможно прямо сейчас затаившиеся в здании преступники, а среди них бывший брат-инквизитор Пабло Красс, наблюдают за ними.

Глазами Рикардо нашел уровень пятого этажа и прошелся взглядом по окнам. Пабло Красса он не увидел, но да это не так важно. Протянув руку, инквизитор взял лежащий на том же самом капоте мегафон. Пора дать Пабло знать о своем тут появлении.

Священная Католическая Империя.

Рим.

Конспиративная квартира Исполнителя.

16:15.

Пабло Красс поморщился, заслышав доносящийся снаружи голос Рикардо Бизе. Тот говорил стандартные для такой ситуации вещи, какие сам Пабло за свою долгую службу в Конгрегации произносил не один раз. Все они сводились к достаточно банальным вещам: «Именем Святой Инквизиции, предупреждаю о…» – и далее перечисление всех видов наказаний за неподчинение. «Не стоит оказывать сопротивление, для вашего же физического и душевного состояния. Призываю выйти добровольно, совершить искреннее покаяние, и…» – в общем, обычные увещевания, на какие ведутся те, кому есть что терять. В его же случае, данная схема работать не могла. Тем не менее, увещевательная часть в случае окружения преступника превосходящими силами являлась обязательной к исполнению директивой, потому Рикардо довольно нудным безэмоциональным голосом выполнял служебный долг, наверняка осознавая всю его бесполезность. Что ж, для них же лучше – есть время придумать дальнейший план действий. Хотя, чего тут придумывать – выход из данной ситуации только один – бежать!

– Я ведь говорил, вы уже проиграли! – подал голос, привязанный к стулу Пьер Клавье. – Лучше сдайся своим коллегам по-хорошему Пабло, и возможно у тебя еще останется шанс на спасение. Учтут твои былые заслуги перед Церковью, так сказать…

На слова безопасника инквизитор не обратил никакого внимания. Подойдя к окну, он осторожно, отодвинув плотную штору на пару миллиметров, выглянул наружу. Перед зданием выстроился плотный кордон из автомобилей, полностью блокируя любое движение на смежных с жилым домом улицах. Кроме того, Пабло увидел, как стройной колонной ко входу в многоэтажку от бронетранспортера Конгрегации выдвинулся штурмовой отряд стражей Конгрегации, объединенный с римской гвардией и небольшим подразделением храмовников.

Дело дрянь. Полная дрянь.

Нужно готовое решение. И, как можно скорее.

– Уже? – правильно поняв выражение его лица, задала вопрос Анжелина, при всей стрессовости ситуации, сохраняющая полную адекватность.

– Да. Штурмовой отряд в двадцать человек. Думаю, они разобьются на десяток и начнут прочесывать нижние этажи. Время пошло на минуты.

– Нужно уходить! – сообщила очевидную вещь его напарница.

Ага, а он-то собирался лечь на диван и со спокойствием млеющего на солнце гиппопотама дожидаться гостей.

Тем не менее, Анжелина права. Уходить нужно. И, на самом деле, еще пару минут назад. В любом случае, многого сейчас не придумаешь. Если путь вниз отрезан, то остается только одно направление – наверх. Куда он заведет – непонятно. И все же, это лучше, чем совсем ничего.

– Идем! – Пабло подхватил с пола металлический кейс, принадлежащий Пьеру и направился к выходу.

– Постой! – остановила его Анжелина.

– Ну что еще? Нам нужно спешить! Штурмовая группа уже на нижних этажах!

– Да, но… – напарница кивнула на привязанного к стулу безопасника. – Что с ним?

– Эмм… То есть?

– Ну… – Анжелина пожала плечами. – Оставим его в живых?

Пабло увидел, как напряглось тело безопасника при словах напарницы. Действительно, насколько безопасно оставлять за спиной такого врага? Того, кто причастен к убийству Папы. Того, кто причастен к предстоящей, еще более сатанинской по своему существу акции устрашения. Того, кто в силу своего положения обладает колоссальным административным ресурсом. Насколько разумно оставлять ему жизнь.

Решение пришло за какую-то долю мгновения.

Неразумно.

Вынув пистолет из кобуры, инквизитор направил его на безопасника. Тот открыл рот, пытаясь что-то сказать, но было поздно. Время для разговоров закончилось. «Меч Архангела Михаила» слега вздрогнул, а на череп истинного, в отличие от Пабло предателя разлетелся на несколько составных частей, забрызгав светлые шторы кровавыми брызгами и ошметками головного мозга.

Теперь все. Можно не оглядываясь бежать наверх.

Священная Католическая Империя.

Рим.

Жилой дом на улице Сан-Мартино.

16:17.

Рикардо вместе с группой стражей поднимался по лестничному пролету, преодолевая третий этаж, когда наверху раздался выстрел. На мгновение инквизитор замер, прислушиваясь к отдаленному эху, а затем сорвался с места. Звук прозвучал с верхнего, пятого этажа, и нет никаких сомнений, кто именно его произвел. В несколько крупных прыжков Рикардо преодолел десять ступеней, на лету перемахнул через небольшой квадратный пролет, и на той же скорости осилил следующие десять ступеней. Так, теперь он на более широком пролете. Впереди бетонная арка, выкрашенная в светло-бежевый цвет, а сбоку красуется большая красная цифра четыре. Четвертый этаж. Пройдя через арку попадаешь в просторный коридор, тянущийся сквозь по длине всего здания. Примерно на середине происходит развилка, поскольку проход пересекает еще один перпендикулярный коридор, образуя таким образом крест.

Вот только его интересовал следующий этаж, пятый. Согласно полученным технарем данным, сигнал исходил оттуда, да и выстрел прозвучал выше, чем четвертый этаж. Не останавливаясь, Рикардо пересек площадку, ухватился за поручень, рывком подтянул тело, пролетая сразу три ступени. Как раз в это время наверху послышался топот ног – кто-то выбежал на лестничную площадку и побежал наверх.

– Пабло! – прошипел инквизитор, и сделал дополнительный рывок, двумя шагами преодолевая оставшиеся семь ступеней до пролета. На скорости завернув, Рикардо впечатался в стену, оттолкнулся от нее ногой и взлетел на площадку пятого этажа. Топот ног никуда не делся – беглецы как раз заворачивали на второй лестничный пролет, ведущий к шестому этажу. Краем глаза инквизитор успел заметить мелькнувшую фигуру. Слишком быстрое и смазанное изображение для точной идентификации, тем не менее лично для него увиденного было более, чем достаточно. Это Красс, не иначе. Не останавливая движение, Рикардо поднес руку к правому уху с закрепленным там наушником, и нажал кнопку для передачи сигнала.

– Беглецы пытаются уйти на крышу здания! Поднимайте вертушки, срочно! Как приняли?

В ухе тут же раздалось подтверждение. Приказ поняли и приняли к исполнению.

– Антуан, снимайтесь с запасного выхода и бегом на пятый этаж. Осмотрите помещение, где они укрывались. Там звучали выстрелы. Если есть раненные, необходимо тут же оказать медицинскую помощь!

Парижский инквизитор тут же подтвердил принятие приказа. И, кажется в его голосе звучала неподдельная радость. Ну да, торчать у запасного выхода, когда все основные события происходят вдали от тебя, такое себе занятие.

Покончив с указаниями, Рикардо сделал несколько рывков, выжимая из тела максимум возможностей. Шестой этаж. Еще один пролет. Седьмой этаж. Дальше бетонная лестница вела на широкую площадку, упирающуюся в дверь. Та вела на крышу, и на данный момент была распахнута. Пабло Красс сумел выбраться на крышу здания.

Дьявол!

Передернув затвор GMA, Рикардо кинулся к раскрытой двери. Крыша семиэтажного дома не представляла собой ничего особо примечательного – плоская поверхность с высоким бетонным парапетом по периметру, гудящими стальными коробками трансформаторов, и двумя невысокими кирпичными строениями, ведущими на этажи. Как раз из одного он сейчас и выбрался. Беглецов удалось заметить сразу. Их было двое – Пабло Красс, и как оказалось, ни разу не Данте Пеллегрини, как они предполагали, а Анжелина Кустас. Сейчас, эти двое бежали по бетонному парапету, приближаясь к противоположному концу здания.

– Стоять! – Рикардо вскинул оружие, направляя его в их сторону. – Святая Инквизиция! Стоять!

Обернулся только Красс, и то на мгновение. Женщина же продолжила бежать, лишь увеличив скорость при его окрике.

Дьявол!

Можно было бы конечно устроить тут стрельбу, вот только у его противников, судя по выстрелам на пятом этаже, тоже имелось при себе оружие – это раз, а во-вторых, в приоритете необходимо захватить противников в живых. Во всяком случае, Пабло Красса. Анжелину же, если придется можно и пустить в расход.

– Красс, стой на месте! – предпринял Рикардо еще одну попытку, срываясь с места.

Нет. Пабло слушаться не стал. Вслед за спутницей, он увеличил скорость и спустя несколько секунд исчез из виду, перепрыгнув на крышу соседнего, более низкого здания.

– Ааа, черт! – Рикардо поднес руку к закрепленному в ухе наушнику. – Они на крышах, слышите? Красс и Кустас на крыше! Где долбанные вертушки?

Ответ его не порадовал. Совершенно не порадовал. До подлета летательной технике еще около пяти-семи минут. Слишком много времени, чтобы Красс с его умениями мог найти себе укрытие. Придется пока обходиться своими возможностями.

Ладно.

Засунув пистолет обратно в кобуру, Рикардо взлетел на бетонный парапет, набрал скорость и в прыжке преодолел три метра, разделяющие оба здания. В воздухе он увидел, как Пабло и Анжелина пересекают крышу здания, перепрыгивая через стальную сетку заграждения.

Ну держись, Красс! Когда ты будешь в моих руках, мы с тобой поговорим.

Очень обстоятельно поговорим…

Священная Католическая Империя.

Рим.

Крыша многоэтажного здания.

16:22.

– Туда! – Пабло в прыжке обогнал Анжелину, и махнул рукой на белое железное заграждение в виде перил, тянущееся вдоль всей крыши. Сбоку от нее было достаточно места для того, чтобы продолжить бегство и не сорваться вниз.

Перемахнув в один прыжок через ограду, Пабло побежал вперед, мельком глянув вниз. По улице, издавая заунывные звуки мчались несколько автомобилей городской стражи. Наземное сопровождение, так сказать.

Черт, с этим надо что-то делать. Еще и прицепившийся сзади Рикардо, гори он в адском пламени…

Увеличивая скорость, инквизитор оттолкнулся ногами от края, совершая прыжок на крышу соседнего здания. Расстояние между ними было совсем невелико – не более двух метров, что для Рима вполне обыденное явление, потому при приземлении даже не пришлось гасить скорость, кувыркаясь по бетонной поверхности. Данная крыша представляла собой совершенно плоскую поверхность, с невысоким техническим сооружением, занимающим большую часть площади. Не останавливаясь, Пабло с разбега запрыгнул наверх, набрал в легкие воздуха разгоняя тело на максимальную скорость. Он прекрасно знал, что их ожидает впереди – большой проем одной из улиц между зданиями. Такой с обычного наскока не возьмешь. Можно конечно свернуть в сторону и продолжить бегство по соседним плотно прилегающим друг к другу зданиям, но тот же Рикардо без проблем сможет следовать за ними. Их же цель – как можно быстрее оторваться, пока не нагрянула воздушная гвардия.

На глаз расстояние между зданиями составляло примерно метров так семь-восемь. Глотнув воздуха, Пабло мощно оттолкнулся ногами от края парапета, бросая тело вперед. В ушах засвистел воздух, а перед глазами на секунду все размылось. Расчет оказался верным, хотя и на грани. Ему удалось приземлиться на самом краешке соседней крыши. Секунду он балансировал, после чего при очередном волнообразном движении, ухватился за металлическое заграждение, восстанавливая равновесие. Не будь его тут, падать бы бывшему инквизитору Пабло Крассу с высоты пятого этажа. Анжелина приземлилась спустя несколько секунд. Причем, в разы удачней – во-первых, с запасом, а во-вторых, сразу же мертвой хваткой уцепилась в ограждение. Оно и понятно – вес у нее куда меньше его —, следовательно, расстояния преодолеваются легче.

Перед тем, как перемахнуть через перильный барьер, Пабло глянул назад. Рикардо бежал по крыше технического помещения, даже и не собираясь снижать скорости. Скоро он будет здесь. Вот же…

– Бежим!

Крыша данного здания разительно отличалась от своего соседа, представляя собой сплошной лабиринт из парапетов, длинных труб, гудящих трансформаторов и массивных антенн. Взобравшись на узкий парапет, отгораживающий основную часть крышу от отвесной двадцатиметровой пропасти, Пабло пробежал несколько метров, с трудом сохраняя равновесие. Затем спрыгнул и помчался наискосок, прямо к кубическим надстройкам и генераторам. Взобравшись на один из них, инквизитор в прыжке перемахнул через металлическую трубу, оттолкнулся от поверхности, приземляясь на соседнюю бетонную возвышенность неизвестного предназначения, после чего спрыгнул вниз на основной уровень крыши, находясь уже на другой части здания. Пабло обернулся, ища глазами свою спутницу. Та выполняла тот же маневр.

Ладно, останавливаться нельзя.

Инквизитор обогнул тихо гудящий трансформатор пробежал несколько метров по открытому пространству. Дальше либо перемахивать через парапет, и прыгать прямо с пятого этажа на землю, поскольку с этой части до соседнего подходящего по уровню здания несколько десятков метров, либо…

– Туда! – махнул он рукой, подбежавшей Анжелине, указывая вправо на бетонную надстройку. Учитывая наличие двери с большим висячим замком, помещения вероятнее всего использовалось, как хозяйственное хранилище инструментов для работающих со всей этой кучей антенн, трансформаторов и генераторов, рабочих.