Читать книгу "Ничего cвятого"

Глава 13

Священная Католическая Империя.

Рим.

Аэропорт «Санкти-Апостоли».

15:49.

Рим встретил привычным дуновением теплого ветерка, ярким приветливым солнцем и шумом самого большого города Империи. Если первые две вещи встречались не только Риме, то последнее являлось отличительной особенностью. Еще бы, двадцать миллионов жителей, как никак. И, это только тех, кто постоянно проживает на территории города. Вместе с приезжими вполне возможно все тридцать. Отсюда и постоянный шум, становящийся спустя несколько дней привычным незаметным фоном, отсутствие которого кажется чем-то ненормальным. Правда, Пабло ни на что из этого не обратил внимания – ни на теплый ветер, ни на яркое солнце, ни на шум главного города Империи. Да спустись с неба легион ангелов во всем своем великолепии, он бы и то не заметил. На данный момент его занимало совсем другое – предстоящая проверка. Одно дело перемещаться по Империи, как инквизитор – еще заранее знаешь, что все двери перед тобой заочно открыты. Немного другое, как законопослушный гражданин – есть некоторые неудобства, да и двери многие закрыты, но в целом никаких серьезных проблем. И совсем другое, когда ты самый разыскиваемый преступник, официально объявленный врагом Церкви. Тут, какой стальной выдержкой не обладай, хочешь-не хочешь, а ноги начнут непроизвольно подгибаться.

По освещенному белым прожекторным светом телескопическому трапу, Пабло вместе с сотнями других пассажиров проследовали из самолета в здание аэропорта. Если раньше контроль, как таковой осуществлялся лишь для иностранных граждан, и в меньшей степени для жителей колоний, то теперь, в свете последних событий, строгая проверка проводится для всех без исключений.

Пройдя по длинному широкому коридору, с весящими на стенах портретами прошлых Пап и кардиналов, Пабло спустился по эскалатору в основной зал и с самым безразличным видом пристроился к одной из очередей, ведущих к контрольно-пропускному пункту.

Безразличие на лице – внутри же, бушующее пламя.

Священная Католическая Империя.

Рим.

Аэропорт «Санкти-Апостоли».

Помещение внутренней службы безопасности.

15:56.

Антонио Ванолли закинул руки за голову, и сделал круговое движение, разминая затекшую шею. Суточная смена подходила к концу и очень скоро вместо душной каморки с мерцающими в полумраке экранами, потными коллегами и воистину бесноватым начальником, он окажется на мягкой подушке в обнимку с одеялом. Он бы конечно с радостью обнял кого другого, но на личном фронте в последнее время сплошные неудачи. Ну ладно, не в последнее, а вообще. Но да это не так важно, на самом деле. Одеяло мягкое и теплое, так что нет повода горевать.

Антонио скосил глаза вправо. Коллега, телосложением походивший на перекормленного и вдобавок беременного бегемота разинув пасть, в которую без особых проблем уместится собор Святого Петра, протяжно зевал. Жуткое зрелище. Антонио даже передернуло, и он поспешно отвернулся.

Ладно, что там слева? Оказалось, ничего интересного. Другой коллега, несколько меньших размеров, но тоже сильнее так нормы, с хрюканьем пожирал огромный кусок пиццы.

Дьявол! А вот он сегодня ел холодные макароны.

Пробубнив себе под нос нецензурное ругательство, за что вполне можно было загреметь на пару суток в инквизиторий, Антонио повернулся обратно к экрану, с благой внутренней целью возобновить наблюдение за подконтрольным ему сектором аэропорта, и едва не подпрыгнул на месте. Красный квадрат мигал над одним из лиц, медленно продвигающихся к контрольно-пропускному пункту.

Антонио завис на пару секунд, после чего подобрал упавшую на колени челюсть и вдавил красную кнопку сигнала тревоги.

Священная Католическая Империя.

Рим.

Аэропорт «Санкти-Апостоли».

15:58.

Очередь медленно, но верно продвигалась вперед, и Пабло начал успокаиваться. Он уже прошел достаточное количество камер. Во всяком случае, достаточное для идентификации. Если до сих пор патрулирующие аэропорт имперские стражники его не скрутили, значит маскировка удачно выполняет свою функцию. Собственно, другого от нее не ожидалось. Камеры в аэропорту заточены под лица и голос – те параметры, которые он изменил. Лицо с помощью силиконовой маски, голос с помощью голосового процессора. Вот появись они в Алькасаре, или Цитадели, такой номер бы не прокатил, поскольку там система идентификации заточена не только на стандартные лицо и голос, но и на движение. Походку конечно тоже можно изменить, вот только риск где-нибудь-таки проколоться чрезвычайно велик. Хватит пары секунд, как система, уловив занесенное в базу движение подаст сигнал. Когда-нибудь такие системы внедрят повсеместно. Когда-нибудь… Пока же, можно пользоваться ее изъянами, раз оказался в списке злейших врагов Империи.

Еще один человек прошел контроль, и был пропущен за турникет. Еще один шаг на пути к… чему?

Инквизитор и сам не знал.

Священная Католическая Империя.

Рим.

Аэропорт «Санкти-Апостоли».

Помещение внутренней службы безопасности.

15:59.

Появившийся начальник службы безопасности аэропорта несколько секунд вглядывался в экран, считывая данные, после чего хлопнул Антонио по плечу и зычным басом проревел:

– Молодец! Отличная работа!

Антонио скромно кивнул. Да, он такой. Самый молодец из всех молодцов. Не, ну правда. Не говорить же, что всю работу за него сделала электронная система, а сам он едва не проворонил предупреждающий сигнал. Правильно. Об этом лучше молчать. Хотя, начальник все равно уже не обращал на него внимание. Поднеся рацию к губам, он раздавал указания.

Антонио посмотрел на экран, где человек помеченный в красный квадрат медленно продвигался к КПП.

Добро пожаловать в Рим, что называется.

Добро пожаловать…

Священная Католическая Империя.

Рим.

Аэропорт «Санкти-Апостоли».

16:00.

До турникета с проверяющими там документы стражниками оставалось три человека, когда боковым зрением Пабло обнаружил выбивающееся из общего фона движение. Трое стражников, одетых в черную униформу с эмблемой Империи на груди, двигались по боковому проходу, держа путь в их сторону.

Сердце замерло, пропустив следующий удар, а затем забилось с удвоенной силой, продолжая увеличивать обороты.

Неужели его обнаружили?

Но, как?

Быть такого не может…

Где он прокололся?

Или в свете последних событий внедрили дополнительные системы безопасности, идентифицирующие походку человека?

Вот же…

Стража тем временем прошла две других очереди и остановилась у той, где находился Пабло. За ним толпилось еще с десяток человек, а потому у него еще оставалось несколько драгоценных секунд в запасе на принятие решения.

Пабло глянул вправо, где Анжелина уже беседовала со стражником на соседнем КПП, передавая ему документы. Здесь вроде все нормально.

Так, а что с другой стороны?

Ничего хорошего. Еще пятеро стражников, спешащих своим коллегам на помощь.

Ну, точно по его душу. Восемь стражников на одну персону – надо находиться в списке врагов Империи, не иначе. Для обычного преступника хватило бы и пары стражей.

Дьявол.

Дьявол!!!

Что делать? Что ему делать?

Бежать?

А, смысл?

Здание аэропорта мгновенно перекроют, и рано или поздно, хотя по опыту скорее рано, его загонят в угол. Получается, результат тот же, как если он будет стоять на месте. Разница лишь в потраченных нервах, да сильно обозленных стражниках. То есть, расклад не в его пользу.

Позади уже раздавались окрики стражей, требующих посторониться и освободить проход.

Господи… – Пабло закрыл глаза, делая глубокий вдох, а затем выпуская воздух. – Господи, Ты знаешь, что я люблю тебя…

Он открыл глаза. Решение было принято. Не будет сопротивление. Или бегства. Или еще чего-то схожего. Раз его так быстро раскрыли, значит на то воля Создателя…

Пабло уже поднял руки вверх и начал оборачиваться назад, когда мимо промчался один из стражников, а за ним другой. Мимо! На беглого инквизитора ни один из них не обратил внимания. В полном недоумении Пабло развернулся обратно, взглядом следя за их перемещением. Стражники подбежали к затравленно озирающейся прямо у контрольно-пропускного пункта женщине, мгновенно повалили на пол, заводя руки за спину. К этому моменту туда подоспела и остальная группировка. Женщина завизжала, попыталась вырваться, но удар тяжелого ботинка по голове моментально охладил ее порыв. Широкоплечий стражник с бугрящимися даже под формой мышцами рывком за волосы поднял ее на ноги и пинком отправил к коллегам. Двое стражей подхватили ее под руки, и повели обратно от КПП.

Пабло перевел дух, облегченно выдохнул и расслабленно улыбнулся. Значит Бог его не оставил…

Священная Католическая Империя.

Союзные округа Шотландии под управлением папского легата.

Архиепископство Святого Андрея.

Квайт-плэйс.

10:12.

Городок Квайт-плэйс, как и ожидалось не представлял собой ничего примечательного. Расположенный в пологой долине между высокими холмами, он точно прятался от остального большого мира, не желая покидать установленные природным ландшафтом границы.

Антуан остановил внедорожник Конгрегации, реквизированный у стерлингского отделения во временное пользование, на вершине крутого холма, неподалеку от въезда в город. С этой точки Квайт-плэйс, расположенный внизу, открывался точно на ладони и просматривался с самого своего начала, от въезда, до самого конца.

Антуан остался в автомобиле, проверяя некую свою теорию, о которой отказался распространяться до появления первых результатов, Рикардо же взял бинокль и вылез наружу, решив получше изучить городок.

Центральное место в Квайт-плэйс, как и полагалось занимала площадь с католическим собором. Собственно, другого собора здесь быть и не могло. Собор представлял собой стандартное готическое здание из темного камня и отдельно стоящую башню колокольни. Учитывая общую малоэтажную застройку, наверняка шпиль башни виднелся из любой точки города. С холма сложно было определить его высоту, но вероятнее всего отметку в пятьдесят метров башня пробивала. Дальше от площади лучами расходились основные улочки с преимущественной одно-двухэтажной кирпичной застройкой. Здания выше можно было посчитать на пальцах одной руки. Каменное здание неподалеку от собора, явно относящееся к управлению Квайт-плэйс. Еще одно, тоже неподалеку от собора, но с другой стороны, принадлежало либо Торговой Гильдии, либо Торговому Дому – по одной наружности сложно определить, а вывеску загораживало соседнее здание. Оставшиеся два здания выше двух этажей скорее всего являлись частными владениями богатеев местного разлива. Таким образом, Квайт-плэйс вряд ли мог кого-то заинтересовать. Обычный провинциальный шотландский городок, с историей насчитывающей меньше сотни лет. Лично для него, как для инквизитора интерес могла представлять лишь арка при въезде в город. Вернее, не сама конечно арка – сложенная из кирпича та могла заинтересовать разве что каменщика, и то, своей кривизной – а нацепленный вверху приветственный плакат. Стандартная фраза «Добро пожаловать!», и ниже библейский текст. Вот он, как раз и представлял интерес. «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал, дабы чего не попросите от Отца во имя Мое, Он дал вам. Евангелие от Иоанна, 15:16».

Рикардо усмехнулся, покачал головой, еще раз навел окуляры бинокля на арку с плакатом, перечитал текст заново и снова усмехнулся. Хитрожопые ушлепки, не иначе. Очень умно придумали. Текст из Евангелия – и ведь не придерешься. Текст, как текст. В каждом городе Империи на улицах находятся подобные щиты с текстами из Писания, Святых отцов, или учителей церкви. Вот и тут, обычный текст. Ничего противозаконного. Вот только, в том то и дело, что текст ни разу не обычный. Данный отрывок один из любимых текстов осужденного и казненного еретика Кальвина, и его последователей. Таким образом, приветственный баннер сразу же превращается в орудие распространение ереси, и много объясняет, как о жителях города, так и о его руководстве.

Ладно…

Может обер-инквизитор Стерлинга прав, и именно здесь они могут наткнуться если не на самого Пеллегрини, так на кого-нибудь из его ближайших сподвижников.

Рикардо отнял бинокль от глаз, развернулся и уже направился к внедорожнику, когда из него вылез Антуан с лэптопом в руках и весьма довольным лицом.

– Есть! – напарник махнул ноутбуком и возбужденно подпрыгнул на месте. – Есть! Я нашел!

– Хм… – Рикардо неопределенно хмыкнул, не разделяя энтузиазма брата-инквизитора. У него попросту не было оснований его разделять, поскольку что именно тот нашел Рикардо понятия не имел.

– Кажется я знаю место, куда нам следует заглянуть в первую очередь!

А, вот это уже интересно.

Антуан поставил лэптоп на капот внедорожника и поднял экран. Его пальцы тут же забегали по клавиатуре.

Рикардо обошел напарника, закинул бинокль на заднее сиденье, после чего пристроился рядом с парижским инквизитором. На экране высвечивалась карта Квайт-плэйса, залитая желто-красными пятнами. Какие-то части города были бледно-желтыми, какие-то красными, а некоторые и вовсе бордовые. Были и смешанные участки, где все цвета перемежались между собой.

– Карта потребления электроэнергии. – пояснил Антуан.

Мог бы этого и не делать. Рикардо прекрасно знал на что смотрит, так как, и сам не раз подобным занимался в алькасаре.

– Так, – он медленно кивнул, всматриваясь в изобилующую пятнами карту. – давай рассказывай, что удалось обнаружить?

– Вот смотри! – Антуан ткнул пальцем куда-то в середину, залитую огромным багровым пятном с небольшими красными прожилками. – Здесь расположен собор, здание городского управления, отделение Банка Тамплиеров и здание Торговой Гильдии…

– Значит все-таки Гильдия…

– Что?

– А? Ничего… – Рикардо махнул рукой. – Ты продолжай…

– Ладно. – Антуан вернулся к карте. – Вполне понятен высокий расход этих зданий в потреблении электроэнергии. По крайней мере, значительно большем, чем остальная часть города. – он коснулся клавиатуры лэптопа и сдвинул карту в сторону. Где-то на окраине, противоположной от въезда со стороны Стерлинга, среди бледно-желтых пятен красовалось темно-бордовая клякса. – Не понято вот это…

– Ммм…

И, правда весьма странно.

– Я проверил здание по городским декларациям. Оно принадлежит некоему Стенли Бербаумену, ничем не примечательному гражданину, занимающемуся земледелием.

– Вон оно как…

– Ага. Спрашивается, для чего обычному земледельцу столько же электроэнергии, сколько потребляет четырехэтажное здание управления и трехэтажное здание Гильдии? Куда он ее девает? Жрет, что ли?

Рикардо снова хмыкнул и осклабился.

– Думаю, такие вопросы имеет смысл задать лично самому Бербаумену. Заглянем к нему в гости на чашку чая, а?

Точно местонахождение – секретно.

Время – секретно.

На одном из столов полутемного зала, где за сотнями мониторов сидели десятки наблюдателей, раздался пронзительный звук телефона. Рука мгновенно схватила трубку и поднесла ее к уху.

– Вас вычислили. Пора сворачиваться. Расчетное прибытие гостей – не более десяти минут. Запускайте фазу дезактивации.

Рука положила трубку обратно, и нажала на встроенную в деревянную панель стола сигнальную кнопку. Помещение тут же наполнилось пульсирующим звуком сигнала тревоги.

Менее десяти минут хватило, чтобы пронестись по полупустым улицам Квайт-плэйс и выехать на окраинную дорогу, ведущую к выезду из городка. По обе стороны дороги тянулись большие владения фермерских хозяйств с преимущественно одноэтажной застройкой. Одна из них, та что справа, не доезжая сотни метров до границы Квайт-плэйс принадлежала Стенли Бербаумену. Аккуратный деревянный забор, ухоженная территория за ним с коротко подстриженной травой и клумбами ярких цветов, одноэтажный продолговатый кирпичный дом, и виднеющиеся за ним деревянные хозяйственные постройки. Типичный дом земледельца, коих они уже видели с десяток даже не в Квайт-плэйс, а только на этой улице. Типичный дом, потребляющий нетипично много энергии…

– Как будем действовать? – задал вопрос Антуан, снижая скорость, когда до усадьбы оставалось не больше десяти метров.

Рикардо на миг задумался, а потом растянул губы в зловещей усмешке.

– Не нравится, мне этот городишко, Тони. Ох, как не нравится. Не думаю, что здесь в большой цене вежливость. – инквизитор вытянул руку, указывая на закрытые деревянные ворота. – Прямо туда, ладно?

Антуан в ответ хищно улыбнулся и переключил передачу.

– Ладно.

Внедорожник взревел, набирая утерянную в последние секунды скорость. Стрелка спидометра быстро поползла вверх, приближаясь к сотой отметке.

– Держись! – крикнул Антуан, выворачивая руль вправо. Внедорожник Конгрегации послушно свернул на подъездную дорожку, ведущую к сомкнутым створкам ворот.

Правда совет был излишним. Рикардо итак вцепился в ручку, ожидая столкновение.

Кажется, их никто не ждал. Во всяком случае, ворота так и остались закрытыми.

Ну и ладно.

Им же веселей…

Секунда.

Другая.

Внедорожник подпрыгнул на ухабе и бронированным передом усиленным стальным бампером, предназначенным как раз для тарана, соприкоснулся с деревянными воротами. Последние отлетели внутрь, расколовшись на несколько частей.

Внедорожник приземлился на четыре колеса, нащупал сцепление с землей и понесся дальше по территории усадьбы.

– Туда! – Рикардо вытянул руку, указывая на длинную во всю ширину дома террасу, по которой бежал какой-то парень в светло-голубой рубахе с явным намерением скрыться из виду.

Инквизитор схватил висящий на панели микрофон и поднес его к губам.

– Святая Инквизиция! Немедленно остановитесь! Святая Инквизиция!

Парень не только не остановился, а напротив, увеличил темп и через секунду скрылся в доме.

Удивительно – чего он так?

– Тормози!

Антуан послушно вдавил педаль тормоза в пол. Рикардо кинуло вперед на приборную панель, но он успел ухватиться за ручку, останавливая инерционное движение.

– Пошли!

Схватив лежащий в бардачке служебный пистолет GMA, Рикардо выпрыгнул из внедорожника и кинулся к ступеням, ведущим в дом. Когда он уже взлетал на площадку перед дверью, сзади громко хлопнули – Антуан последовал за ним.

Ладно, теперь почти рутина, сопровождаемая правда вспрысками адреналина в кровь. Такая вот обыденная работа инквизитора, и ничего с этим не поделать.

Пинком распахнуть дверь, запрыгнуть внутрь, припасть на колено и нырнуть в сторону. Теперь быстро осмотреться, отмечая самое основное: широкая прихожая, справа закрытая дверь, слева арочный проход ведущий судя по всему в столовую, впереди длинный коридор упирающийся в сплошное полотно двери. Вот как раз из-за нее донесся звук бьющегося стекла, сопровождаемый приглушенными проклятьями.

– Святая Инквизиция! – рявкнул Рикардо, направляя оружие на закрытую дверь. Сам же переместился вправо, прячась за стенным выступом от возможного обстрела. Антуан занял позицию слева, выставив перед собой GMA. – Выходите с поднятыми над головой руками! Немедленно!

Тишина.

Секунда, другая…

Ну да, а чего еще стоило ожидать? На самом деле преступники зачастую довольно тупые создания. Когда тебя вот так зажимают в угол, самое верное решение – сдаться по первому же приказу. Во-первых, избежишь физической боли при возможном ранении в ходе дальнейшего задержания. Во-вторых, отсутствие сопротивления при аресте зачтется в плюс, и может положительно сказаться при вынесении приговора. Но нет, подавляющее большинство предпочитает бороться до конца, даже когда это становится абсолютно бессмысленным занятием. Идиоты, не иначе. Или, как будет сказано в официальном рапорте – союз с сатаной окончательно помрачил его рассудок…

Рикардо глянул на напарника и махнул ему рукой, призывая двигаться вперед. Тот все правильно понял. Осторожно выдвинулся из-за стены и быстрой бесшумной перебежкой преодолел расстояние, отделяющее его от двери, остановившись сбоку – так, чтобы в случае если преступник откроет огонь, оказаться вне зоны поражения. Рикардо следом проделал тот же маневр. Благо, дверь за которой скрывался преступник не имела глазка, а значит он не мог наблюдать за их перемещениями.

Хорошо.

Дальнейшие действия за годы службы отработаны до автоматизма. Сначала – прислушаться. Рикардо прижался к стене, вслушиваясь в доносящиеся за ней звуки. Первые секунды ничего не было слышно, и инквизитор подумал уже, что преступник покинул помещение через теоретически возможный другой выход, но затем ухо уловило еле слышный шорох.

Ага!

Значит он там.

Либо прячется, либо выжидает. Хотя скорее, и то и другое.

Наверняка, в его голове полный хаос, среди которого он пытается придумать план действий на случай штурма помещения. Ничего, они ему устроят сюрприз.

Рикардо глянул на напарника и поднял большой палец вверх, что означало – порядок, он там.

Дальше – все очень просто. Достать светошумовые заряды, активировать таймер на десять секунд, рывком распахнуть дверь, закинуть устройство, захлопнуть дверь и отбежать на несколько шагов назад, продолжая держать выход на прицеле.

Рвануло!

Под дверью полыхнуло ослепительно-белым. Одновременно с этим послышался звон разбитого стекла – окна не выдержали такого надругательства – а за ним истошный крик.

Да-да, светошумовой заряд далеко не детская игрушка. Напротив, весьма и весьма неприятная штука. Еще с час перед глазами будут круглые пятна, в ушах звенеть ультразвук, а голова раскалываться от дичайшей боли. Зато для тех, кто использует подобные приспособления – просто небесное блаженство. Если до этого для обезвреживания противника приходилось рисковать собственной шкурой, имея все шансы увеличить массу тела за счет инородных тел немалого калибра, то теперь та же задача по обезвреживанию становится до неприличия легкой. Войти в помещение, повалить полностью дезориентированного противника на пол, защелкнуть наручники, и все – дело сделано. Никакого тебе риска. Никакого свинца в брюхе.

Инквизиторы так и сделали. Рикардо сильным пинком снес дверь и нырнул в комнату. На полу битое стекло, не сумевшее пережить разрыв снаряда; справа перевернутые стулья; чуть дальше, у стены разбитая ваза; но самое главное – посреди комнаты мечущийся из стороны в сторону тот самый парень в голубой рубахе, что не пожелал изначально послушаться приказа Инквизиции и остановиться. Ага, так обычно случается. Не хотят по-хорошему, а потом плачут, сетуя на жестокое обращение. Спрашивается, а кто виноват? Ответ всегда один – инквизиторы. Ну-ну. Себя то не хочется обвинить, да?

Сейчас вблизи, Рикардо удалось рассмотреть беглеца. Оказалось, никакой это не парень, а вполне уже в возрасте худощавый мужчина. Сложно сказать, сколько ему лет, поскольку на данный момент лицо преступника искажала болезненная гримаса, из ушей текли струйки крови, глаза же хоть и выпучены, явно ничего не видят. И, как он вообще не отключился? Не иначе, как чудом. Только вот вряд ли Божьим – не иначе тут замешаны дьявольские силы. Ага, так и напишем в отчете.

– Берем! – одними губами произнес Рикардо, повернувшись к напарнику. Почему губами? Сам не знал. Сейчас вполне можно было кричать во весь голос – оглушенный преступник все равно бы ничего не услышал.

Дальше дело техники и отработанных до автоматизма действий: подхватить дезориентированного беглеца под руки, уложить на пол лицом вниз, надеть на руки и ноги наручники – чтоб точно не убежал, когда оклемается. Затем детальный осмотр усадьбы Бербаумена и уже по его итогу планирование дальнейших действий. Если ничего не обнаружится, отвести задержанного в замок святого Колумба, где с пристрастием допросить. Ну а если они наткнуться на что-то стоящее, вроде законспирированной ячейки еретиков, или массовую расчлененку, или дьявольские обрядовые предметы, или… в общем, все в этом роде, следует – вызов основных сил, доклад Великому Инквизитору и заслуженные лавры победителя.

Ну ладно, с лаврами перегнул. По плечу конечно похлопают, но не более… Собственно, они же служат во благо Церкви, а не собственных амбиций. Как там, девиз Ордена Тамплиеров, являющейся матерью, возрожденной в эпоху Темных Времен, инквизиции? Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу! Вот-вот. Так что, никаких лавров. Только благоговейное смирение.

Священная Католическая Империя.

Рим.

16:44.

Стоя на балконе, Пабло внимательно осматривал лежащую внизу улицу. Стандартная для Нового Рима с его многоэтажной застройкой, шестиполосная магистраль с плотным движением автотранспорта. А все потому, что единственным местом в Империи, где передвижное средство вроде машины не являлось предметом роскоши был именно Рим. По-другому просто никак – все же двадцать миллионов населения, и более пяти тысяч квадратных километров. Скоро придется вводить воздушный транспорт для передвижения, так как наземный уже давно не справляется. Особенно в старом городе.

На противоположной стороне улицы возвышались небоскребы разных Гильдий, Палат и Компаний – всего, что имело связи с экономикой и торговлей в Империи. Убедившись в отсутствии подозрительных элементов, вроде припаркованного у тротуара автомобили Конгрегации, или наблюдателя с биноклем, Пабло вернулся в комнату и задернул плотные шторы. После прохождения контроля в аэропорту они сразу же направились в район Нового Рима, где еще заранее для них был забронирован номер в одном из Постоялых Домов. Если бы Пабло и Анжелина путешествовали по легальным документам, в один номер их бы не заселили. Более того, за одну только такую попытку их скорее всего сдали бы в руки Инквизиции, которые начали бы детально копать – почему это они хотят переночевать в одном номере, тогда как не связаны брачными, или семейными узами? Может, отрицаете Таинство брака? Или откровенно плюете на заповеди Господни? Может имеете еретический уклон? И так далее… Пабло самому не раз приходилось иметь такой разговор с нарушителями святых законов Империи. Вот только, по поддельным документам они муж и жена, потому совместный номер им представили без каких-либо вопросов. Причем возможность быть все время вместе было одним из требований Пабло к Пеллегрини. Сотрудничество сотрудничеством, а выпускать Анжелину из виду инквизитор не собирался. Не заслуживает она такого доверия. Да вообще, никакого.

На данный момент Анжелина сидела на кровати, сосредоточенно стуча пальцами по клавиатуре лэптопа.

– Твой информатор добыл нужную нам информацию? – спросила она, не отрываясь от работы.

– Еще не узнавал. – буркнул Пабло, беря с прикроватного столика пластиковую бутылку воды. Открутив крышку, он сделал несколько глотков воды. В Толедо далеко не мягкий климат, тем не менее сорокоградусная жара, как сейчас в Риме, довольно редкое явление, к которому он не привык. Вот и замучила жажда.

– Так надо узнать. – Анжелина подняла глаза от экрана и уставилась на инквизитора.

– Сам знаю. – зло огрызнулся Пабло, беря лежащий на том же столике телефон и направился к выходу. – Будь здесь.

– Ты куда? – встрепенулась Анжелина.

– Будь здесь! – повторил Пабло уже прикрывая за собой дверь в номер. Полутемный коридор, застеленный мягким ковром, пустовал, чему инквизитор очень обрадовался. Лишние уши сейчас совершенно не нужны.

Голос на том конце раздался спустя всего два коротких гудка.

– София Патаки, КТП, слушаю.

– Это я.

Молчание. Всяко лучше, чем возглас «Красс», как в прошлый раз.

– Удалось нарыть интересующую меня информацию?

– Удалось.

– Есть что-то интересное?

– Немного.

– Расскажешь?

– Выписки финансовых операций, договора, декларации по движимому и недвижимому имуществу. Ну… Собственно все, на данный момент…

– Отлично. Перешлешь мне?

– На официальный аккаунт?

– Очень смешно. Тот, что я передал тебе в прошлый раз.

– Ладно.

– Софи, спасибо тебе! Большое спасибо!

– Не надо…

– Надо! – Пабло включил лязгающий металл в голосе, какой обычно использовал для подавления любого несогласия. Такой способ работал почти в ста процентах случаях. Сработал и сейчас. По крайней мере, женщина не стала дальше спорить. – Ты должна знать: я не имею отношения к тому, в чем меня обвиняют. Все улики сплошная фабрикация. Ты должна это знать, Софи. Я невиновен. Я не убивал Папу.

– Я знаю… И верю тебе…

– Хорошо. До связи тогда.

– С Богом.

В трубке щелкнуло и воцарилась мертвая тишина. Пабло так и остался стоять на месте в темном коридоре, думая о том, как все же низко использовать человека, подвергая его опасности, и при том зная, что он тебе не откажет, поскольку любит. Да-да, Софи была в него влюблена. Наверняка, она считает, что для него это секрет… Вот только, Пабло не просто так был неофициальной легендой Конгрегации. Он очень хорошо разбирался в людях, в их чувствах, в их действиях, в их мыслях, в их мировоззрении, в конечном итоге. Потому он прекрасно знал о чувствах, которые питает к нему София. Забавно, но незадолго до своего вынужденного бегства, он собирался ее уволить. Сейчас же – тупо использовал женщину, понимая какие для нее будут последствия в случае раскрытия.

Ах да, если он вернется в Толедо, восстановив свое имя, то все равно ее уволит. Ибо, человек предающий Конгрегацию из-за какой-то там любви, не может дальше в ней оставаться. Даже, если она поступает правильно. На данный момент директивы более чем ясны – Пабло Красс предатель и враг Церкви. София же в обход всего идет на контакт, и оказывает помощь врагу. Вообще, за такое по-хорошему следует не только уволить, но и казнить. Вполне возможно так и придется поступить.

М-да…

Все это как-то с его стороны мерзко, низко и подло…

Какое еще дно ты пробьешь, Пабло Красс?

Какое?

Священная Католическая Империя.

Королевство Испания.

Толедо.

Толедский алькасар – штаб-квартира Конгрегации по делам и защите веры.

8 этаж – зал аналитики и боевого планирования КТП.

16:53.

– Хорошо. До связи тогда.

– С Богом!

София положила трубку, прерывая связь и приложила руку к своему сердцу. Оно билось в истерике, намереваясь вырваться из костяного плена грудной клетки.

Пабло ей доверяет. Никому больше. Только ей. Одной ей. И она попросту не имеет права подводить его. Быть может тогда у них будет шанс…

– Весьма интересно, с кем ты сейчас говорила? – прозвучавший за спиной скрипучий голос, больше походивший на скрежет тупой ножовки о металлическую трубу, заставил подпрыгнуть на месте.

Софи развернулась на стуле и потрясенно покачала головой, смотря на стоящего рядом с ее рабочим местом куратора – невысокого худощавого слегка сутулого священника с проседью в волосах, морщинистым лицом и ничего не выражающими водянистыми глазами.

– Ффух, вы напугали меня, отче.

Отец Иезекииль, одетый в стандартную для огненных братьев ордена Святого Педро Николаса черный балахон с красным крестом в пламени на груди, являющийся руководителем отделения финансовой безопасности, еще раз оглядел ее с ног до головы, точно видел впервые и повторил вопрос: