Читать книгу "Сумерки / Жизнь и смерть: Сумерки. Переосмысление (сборник)"

19. Прощания

Видимо, Чарли не ложился, поджидая меня. По всему дому горел свет. Я соображал, как разрулить ситуацию, но в голове было пусто.

Эдит остановилась за моим пикапом, чуть поодаль. Все трое были предельно насторожены, сидели на своих местах, выпрямившись, как палки, вслушивались в каждый шорох, всматривались в каждую тень, изучали запахи, искали подозрительные следы. Двигатель умолк, я сидел тихо, а они продолжали прислушиваться.

– Ее здесь нет, – прошипела Эдит. – Выходим.

Элинор повернулась, чтобы помочь мне выпутаться из ремней.

– Не бойся, Бо, – негромко, но бодро убеждала она, – мы здесь в два счета справимся.

Я посмотрел на пугающе-красивое лицо Элинор, и мне вдруг стало грустно, как никогда прежде. Мы были едва знакомы, но, подумав, что я теперь не скоро увижу ее снова, я отчего-то расстроился. Я понимал, что это самое легкое прощание, которое мне придется вынести в ближайший час, и внутри у меня все сжималось.

– Арчи, Эл! – скомандовала Эдит. Они беззвучно скользнули в темноту и мгновенно исчезли. Я выполз из машины следом за Элинор, меня уже ждала Эдит.

– Пятнадцать минут, – еле слышно предупредила она.

Я кивнул, потом остановился.

– Скорее, Бо.

– Еще одно… – я наклонился и крепко поцеловал ее. – Я люблю тебя. И всегда буду любить, что бы ни случилось.

– С тобой ничего не случится, Бо.

– Присматривай за Чарли, ради меня.

– Обязательно. Скорее.

Я снова кивнул, бросил еще один взгляд на нее, взбежал на крыльцо и рывком распахнул дверь. Ворвавшись в дом, я с силой хлопнул дверью.

Мне вдруг стало ясно, что надо делать, и я заранее ужасался тому, что мне предстояло.

Чарли выглянул в коридор.

– Бо?

– Оставь меня в покое! – рявкнул я.

Я чувствовал, как увлажняются и краснеют глаза, и понимал, что должен выдержать – чтобы защитить Чарли, защитить Калленов, чтобы наш план сработал. Значит, будет легче не смотреть на Чарли.

Развернувшись, я взбежал по лестнице, грохнул дверью своей комнаты и заперся. Потом упал на пол и выдернул из-под кровати дорожную сумку. Из щели между матрасом и пружинным основанием кровати я выхватил завязанный узлом старый носок, в котором хранил наличные.

Чарли уже стучал в мою дверь.

– Бо, что с тобой? Что происходит?

– Я еду домой! – заорал я.

Я повернулся к комоду. Эдит уже была там, молча доставала охапки одежды и совала мне в руки. Я хватал, что мог, и запихивал в сумку.

– Значит, неудачно прошло свидание… – голос Чарли звучал растерянно, но уже спокойнее.

– Лучше не лезь, Чарли, – зарычал я.

– Она бросила тебя?

– Это я ее отшил!

Эдит никак не отреагировала на мои слова: она была полностью сосредоточена на своем деле. Одной рукой она смахнула мое барахло с верха комода прямо в сумку.

– Но почему? – удивился Чарли. – Она же тебе вроде как нравилась.

– Вот именно! Даже чересчур!

– М-да? Слушай, сынок, так не годится…

Эдит вжикнула молнией на сумке – видимо, время, отпущенное мне на сборы, истекло. Сумку она повесила мне на плечо.

– Жду в машине. Ну, давай, – шепнула она и подтолкнула меня к двери, а сама исчезла в окне.

Я отпер дверь и вышел, отпихнув с дороги Чарли. Спускаясь с лестницы, я сумкой сбил со стены картину.

Чарли бросился за мной и поймал за ремень сумки, заставив сделать шаг назад.

– Ты что, под кайфом, Бо? – настойчиво спросил он.

– Нет!

– Погоди, ничего не понимаю. Объясни, что стряслось.

Он цепко держал меня за ремень сумки. Я мог бы уйти без нее, но тогда в моей легенде появилась бы неувязка. Значит, придется действовать жестко.

Я развернулся к нему, надеясь, что мои красные глаза выглядят зло.

– Сейчас объясню, – пообещал я как можно более резким тоном. – Я только что провел отличный вечер с самой красивой девчонкой, какую только встречал, и мы говорили о будущем. Она видит его таким же, как ты. Собирается проторчать здесь всю жизнь. Хочет замуж, детей и никуда отсюда не уезжать. И на какую-то секунду мне вдруг показалось, что в этом есть смысл. Но я здесь завязну, здесь мне ничего не светит! Если я не сбегу сейчас, мне отсюда ни в жизнь не выбраться!

– Бо, не уезжай, – пробормотал он. – Ночь на дворе.

– Если устану, посплю в пикапе.

– Подожди хоть неделю, – все так же ошарашенно умолял он. – К тому времени Рене вернется.

Такого поворота я не ожидал.

– Что?..

Я в замешательстве замер, и у Чарли появилась надежда.

– Рене звонила, пока тебя не было. Во Флориде что-то не заладилось, и если к концу недели с Филом не подпишут контракт, они оба вернутся в Аризону. Помощник тренера «Гремучников» говорил, что у них вроде бы найдется место для еще одного игрока на шорт-стопе…

Я встряхнул головой, приводя мысли в порядок. С каждой секундой угроза для Чарли нарастала.

– У меня есть ключ, – пробормотал я и повернул дверную ручку. Он стоял совсем рядом, все еще цепляясь за мою сумку с растерянным лицом. Я больше не мог тратить время на споры с ним. И потому решился на запрещенный прием.

– Просто отпусти меня, Чарли, – процедил я сквозь зубы и распахнул дверь. – Не срослось, ясно тебе? Ненавижу, ненавижу Форкс!

Мои жестокие слова подействовали: Чарли отпустил мою сумку, его рука повисла. Рот открылся от удивления, в глазах отразилась острая боль. Я отвернулся и широкими шагами вышел за дверь. Лишь бы он не увидел, какое у меня сейчас лицо.

Я старался шагать быстро и зло, а мне хотелось припустить бегом. Двор казался заполненным зловещими тенями, хотя я был почти уверен, что у меня разыгралась фантазия. Почти, но не совсем. Зашвырнув сумку в кузов пикапа, я рванул дверцу. Ключ торчал в замке.

– Завтра позвоню! – крикнул я.

Я никогда не сумею объяснить ему свою выходку, ничего не смогу исправить. Заведя машину, я рванул с места.

Эдит взяла меня за руку.

– Останови машину, – велела она, когда и дом, и Чарли остались далеко позади.

Я не сводил глаз с дороги, мое лицо закаменело.

– Сам поведу.

Внезапно она скользнула ко мне на колени, вцепилась в руль и спихнула мою ногу с педали газа. Потом втиснулась в узкое пространство между моей ногой и дверцей машины и оттолкнула меня бедром. При этом пикап даже не вильнул.

– Ты не знаешь дорогу к дому, – объяснила она.

За нами вдруг вспыхнули фары. Я вздрогнул и уставился в заднее окно пикапа.

– Это Арчи, – успокоила Эдит и снова взяла меня за руку.

Закрывая глаза, я каждый раз видел Чарли в дверях дома.

– А следопыт?

– Она успела к финалу твоего представления. И теперь следует за нами на расстоянии примерно километра.

Я похолодел.

– А оторваться от нее нельзя?

– Нет, – но скорость она все же прибавила. Двигатель пикапа протестующе завыл.

Мой план больше не казался мне блестящим.

Я смотрел на передние фары машины Арчи, когда пикап вдруг содрогнулся, и черная тень возникла в кузове, за стеклом кабины.

– Эд!..

Мой душераздирающий вопль продолжался долю секунды – пока Эдит не зажала мне рот.

– Это Элинор!

Она убрала руку от моего рта и положила ее мне на колено.

– Все хорошо, Бо, – заверила она.

Мы мчались прочь из города на север.

– Не думала, что тебе настолько наскучила жизнь в маленьком городке, – как ни в чем не бывало, начала Эдит, и я понял, что она пытается отвлечь меня. – Мне казалось, ты вполне освоился здесь, особенно в последнее время. Может, я просто льстила себе, думая, что со мной твоя жизнь станет интереснее.

– Это был удар ниже пояса, – признался я, уставившись на свои колени. – То же самое сказала Чарли моя мать, когда бросила его. Даже если бы я ударил его, ему было бы не так больно.

– Он простит тебя, – заверила она.

Я закрыл глаза.

– Бо, все будет хорошо.

Я повернулся к ней.

– Если я не с тобой – не будет.

– Это же только на несколько дней. Не забывай, что ты сам так решил.

– От этого только тяжелее. Почему так получилось? Ничего не понимаю.

Она смотрела на дорогу, нахмурив брови.

– Это я виновата. Нельзя было подвергать тебя опасности.

Я схватил ее за руку.

– Нет, я не об этом. Да, я был с вами. Ну и что? Лоран и Виктору не было до меня дела. Так почему же Джосс решила прикончить меня? Почему именно меня, когда вокруг полно людей? – Я посмотрел на тень Элинор. – Разве я стою таких трудов?

Она поколебалась, прежде чем ответить.

– Сегодня я увидела, что творится у нее в голове, – негромко начала она. – И поняла, что вряд ли могла бы предотвратить то, что случилось, как только она учуяла твой запах. Так что отчасти это твоя вина, – она скосила на меня взгляд. – Если бы от тебя не пахло так немыслимо соблазнительно, ей тоже было бы все равно. Но когда я кинулась защищать тебя… словом, стало только хуже. Она не переносит, когда кто-то срывает ее планы, какой бы незначительной ни была добыча. Она считает себя охотником – точнее, лучшим из охотников. Все ее существование – это бег по следу, риск будоражит ей кровь. А мы вдруг бросили ей такой заманчивый вызов: большой клан сильных бойцов, и все разом встали на защиту единственного слабого звена. Ты себе представить не можешь, в каком она сейчас восторге. Это же ее любимая игра, а благодаря нам она только что стала намного увлекательнее, – с отвращением закончила она и тяжело вздохнула. – Но если бы я не вмешалась, она убила бы тебя на месте, – зло прошипела она.

– А я думал… для всех остальных я пахну не так… как для тебя.

– Да, не так. Но для каждого из них ты все равно остаешься непреодолимым искушением. А если бы ты привлекал кого-нибудь из их компании так, как привлекаешь меня, схватка разыгралась бы прямо в лесу.

Я вздрогнул.

– Видимо, теперь мне не остается ничего другого, кроме как убить ее, – пробормотала Эдит. – Карин будет недовольна.

– И я тоже, – шепнул я.

Она удивленно взглянула на меня.

– Хочешь, чтобы я ее пощадила?

Я заморгал.

– Нет… то есть да. Мне все равно, даже если она… умрет. Тогда станет легче, верно? Но я не хочу, чтобы ты… А вдруг ты пострадаешь?

Ее лицо стало суровым.

– За меня не беспокойся. Я не стану драться по правилам.

По звуку шин я понял, что мы переехали через мост, хотя реку в темноте не увидел. Значит, мы уже почти на месте.

– Как можно убить вампира? – понизив голос, спросил я.

С непроницаемым лицом она взглянула на меня, и голос вдруг стал хриплым.

– Единственный способ – разорвать его на куски, а потом сжечь их.

– А остальные двое будут драться вместе с ней?

– Мужчина будет. Насчет Лоран не уверена. Между ними нет тесных уз, Лоран с ними только ради удобства. Ей было стыдно за Джосс на поле…

– А Джосс и Виктор? Они попытаются убить тебя? – Я вдруг охрип, в горле запершило.

– Прекрати! Твое дело – остаться невредимым. Слушай, что говорит тебе Арчи.

– Но разве я могу не волноваться за тебя? И вообще, драться не по правилам – что это значит?

Ее полуулыбка не коснулась глаз.

– Ты когда-нибудь пробовал действовать, не раздумывая? Если не считать непроизвольных сокращений мышц, которые требуются, чтобы дышать и моргать, это очень трудно. Особенно в схватке. Я заранее узнаю все ее уловки, каждую брешь в ее обороне. Единственный, кто способен выстоять против меня, – это Арчи, поскольку он заранее видит все мои действия. Зато я знаю, как он намерен реагировать на мои действия, так что обычно все заканчивается ничьей. Элинор считает, что мы оба жульничаем.

Она немного расслабилась, как будто считала схватку со следопытом самой простой частью плана. Мое сердце ушло в пятки, желудок скрутился узлом.

– Так может, Арчи стоит остаться здесь, с тобой? – спросил я. – Если он дерется лучше остальных?

– Между прочим, Элинор все слышит. Она обижена и вообще не в восторге от этой затеи. Ей давно уже не случалось как следует поразмяться, не сдерживая себя. Она не допустит, чтобы я со своим жульничеством лишила ее такого удовольствия.

Мне стало немного легче, хоть это и было несправедливо по отношению к Элинор. Я снова оглянулся, но ее лица не рассмотрел.

– Она все еще следует за нами? – спросил я.

Эдит поняла, кого я имею в виду.

– Да. Но на дом не нападет. По крайней мере, сегодня.

Она свернула на невидимую в темноте подъездную дорожку, Арчи последовал за нами. Мы подъехали к самому дому. В окнах ярко горел свет, но его было слишком мало, чтобы рассеять лесной мрак. Двор затопили тени. Элинор открыла дверцу с моей стороны еще до того, как пикап остановился, сдернула меня с сиденья и бегом понесла к двери дома, словно гигантскую тряпичную куклу.

Она ввалилась в просторный белый зал, Эдит и Арчи догнали нас. Все остальные были в сборе и ждали на ногах. Лоран тоже мялась рядом. Ставя меня на ноги рядом с Эдит, Элинор негромко зарычала.

– Она идет по нашему следу, – прошипела Эдит, злобно взглянув на Лоран.

На лице Лоран застыло недовольство.

– Этого я и боялась.

Арчи метнулся к Джессамин и что-то зашептал ей на ухо. Вместе они взбежали по лестнице. Проводив их взглядом, Ройал подошел к Элинор. Его взгляд был напряженным, а когда случайно скользнул по моему лицу, стал и вовсе свирепым.

– Как поступит Джосс? – спросила Карин у Лоран.

– К сожалению, – ответила она, – когда ваша девушка бросилась защищать человека, это, как я и опасалась, подстегнуло Джосс.

– Ты можешь остановить ее?

Лоран покачала головой.

– Когда Джосс идет по следу, ее ничто не остановит.

– Мы остановим, – пообещала Элинор так, что стало ясно: она не шутит.

– Она создана, чтобы убивать; вы не справитесь с нею, – возразила Лоран. – За триста лет, что я живу на свете, я ни разу не встречала таких, как Джосс. Потому и присоединилась к ее стае.

Ее стая! Ну конечно, подумал я. А показная демонстрация лидерства на поле была просто уловкой.

Лоран покачала головой. Потом непонимающе взглянула на меня.

– А вы уверены, что оно того стоит?

Взбешенное рычание Эдит огласило зал, Лоран съежилась и отпрянула.

Карин посмотрела на Лоран.

– Боюсь, тебе придется сделать выбор.

Лоран поняла ее и на минуту задумалась. Поочередно обвела взглядом лица присутствующих, потом – ярко освещенный зал.

– Интересно было бы посмотреть, как вы тут живете, но влезать в эту драку я не стану. Я ничего не имею против вас, но и против Джосс не пойду. Пожалуй, отправлюсь на север, к тому клану в Денали… – она помедлила. – Не стоит недооценивать Джосс. У нее блестящий ум и непревзойденное чутье. Среди людей она чувствует себя так же свободно, как, видимо, и вы, и вряд ли станет действовать в открытую… Жаль, что здесь заварилась такая каша. Очень жаль. – Она склонила голову, но прежде бросила еще один озадаченный взгляд на меня.

– Ступай с миром, – степенно ответила Карин.

Лоран еще раз огляделась по сторонам и торопливо вышла за дверь.

Молчание продлилось меньше секунды.

Карин повернулась к Эдит.

– Близко?

Эрнест уже принялся действовать: коснулся рукой неприметного пульта, и тяжелые ставни стали со скрежетом закрываться, превращая стеклянную стену в металлическую. У меня отвисла челюсть.

– Километрах в пяти за рекой. Она сделала крюк, чтобы встретиться с мужчиной.

– Каков план?

– Мы отвлекаем ее, а потом Джессамин и Арчи увозят Бо на юг.

– А потом?

Голос Эдит стал ледяным.

– Как только Бо окажется вне опасности, мы откроем охоту на Джосс.

– Да, она не оставила нам выбора, – согласилась с мрачным видом Карин.

Эдит повернулась к Ройалу.

– Отведи его наверх и поменяйся с ним одеждой.

Ройал ответил ей изумленным взглядом.

– С какой стати? – спросил он. – Кто он мне?

– Рой… – пробормотала Элинор, кладя руку на его плечо. Ройал стряхнул ее.

Я не сводил глаз с Эдит, ожидая резкого ответа, но она удивила меня. Как ни в чем не бывало, она отвернулась от Ройала.

– Эрнест? – спокойно спросила она.

– Конечно.

Не теряя времени, он шагнул ко мне и подхватил на руки жестом пожарника. Не успел я опомниться, как уже поднимались по лестнице.

– Что теперь? – спросил я, когда он поставил меня на ноги в темной комнате на втором этаже.

– Попробуем запутать следы и отбить запах. Конечно, подействует это ненадолго, но поможет выиграть какое-то время. – Голос звучал приглушенно, он стаскивал через голову рубашку.

Я сдернул с себя свитер и протянул ему, он отдал мне рубашку. Просунув руки в рукава, я принялся снимать джинсы, которые тоже обменял на брюки Эрнеста. Они оказались немного коротковаты мне, но в целом подошли. Одевшись, он потащил меня обратно в коридор. В моей одежде Эрнест словно стал моложе, штанины моих джинсов ему пришлось подвернуть. В коридоре мы встретились с Арчи, который нес в руке кожаную сумку. Они взяли меня под локти с обеих сторон и почти понесли бегом вниз по лестнице.

Видимо, за время нашего отсутствия внизу все уже было решено. Эдит и Элинор готовились к отъезду, у Элинор на плече висел тяжелый с виду рюкзак. Карин протянула Эрнесту какой-то маленький предмет, потом повернулась и вручила Арчи такой же – совсем крошечный серебристый мобильник.

– Эрнест и Ройал поедут на твоем пикапе, Бо, – проходя мимо, сказала она. Я кивнул, с опаской покосившись на Ройала. Он негодующе уставился на Карин.

– Арчи, Джесс, вам «мерседес». На юге тонированные стекла не помешают.

Они согласно кивнули.

– Мы берем джип.

Карин встала рядом с Эдит, и когда я вдруг понял, что на охоту отправятся именно они, меня замутило. Как это вышло? Почему они прислушались к моим словам? Это же явная ошибка!

– Арчи, они клюнут на приманку?

Все повернулись к Арчи, а он закрыл глаза и застыл совершенно неподвижно. Через несколько секунд его веки поднялись.

– Джосс пойдет по вашему следу, мужчина – за пикапом. После этого мы сможем улизнуть – Голос звучал уверенно.

– Едем. – Карин направилась в сторону кухни.

Но Эдит вдруг шагнула ко мне. Она посмотрела на меня огромными золотистыми глазами, переполненная словами, которые уже не успевала сказать мне, потом подняла руки и взяла в них мое лицо. Я наклонился и запустил пальцы в ее волосы. На краткую долю секунды ее твердые ледяные губы прижались к моим.

А потом все кончилось. Она отстранила меня, ее глаза стали пустыми и мертвыми еще до того, как она отвела от меня взгляд.

Охотники уехали.

Мы остались на местах, никто за мной не следил, я смотрел в ту сторону, куда ушла Эдит. Казалось, с моего лица содрали кожу. Глаза жгло.

Пауза затянулась. Арчи снова закрыл глаза. Потом в руке Эрнеста завибрировал телефон, и Арчи сразу кивнул. Эрнест стремительно поднес телефон к уху.

– Пора, – объявил он. Ройал вышел за дверь, не удостоив меня ни единым взглядом, а Эрнест, проходя мимо, коснулся моего плеча.

– Береги себя. – Его шепот словно остался висеть в воздухе после того, как оба выскользнули за дверь. Взревел мотор моего пикапа, и вскоре его шум затих вдалеке.

Джессамин и Арчи ждали. Арчи поднес телефон к уху еще до того, как он завибрировал.

– Эдит говорит, что мужчина идет по следу Эрнеста. Я подгоню машину. – Он скрылся в темноте, в том же направлении, куда ушла Эдит.

Мы с Джессамин посмотрели друг на друга. Она стояла в противоположном от меня конце прихожей.

– Знаешь, ты ошибаешься, – сказала она.

– То есть?

– Я понимаю, каково тебе сейчас. Но ты этого стоишь.

Мне по-прежнему казалось, что с меня медленно сдирают кожу.

– Если с ними что-нибудь случится, они пострадают напрасно, – прошептал я.

– Ты ошибаешься, – с улыбкой сказала она.

Арчи беззвучно возник в дверях, подошел ко мне и протянул руку.

– Можно? – спросил он.

– Ты первый, кто спросил разрешения, – пробормотал я.

Арчи вскинул меня на плечо тем же приемом пожарника, как Эрнест до него, Джессамин прикрывала нас со спины. Мы вылетели за дверь, оставив включенным яркий свет в доме.

20. Нетерпение

Проснувшись, я растерялся. Мне понадобилось больше времени, чем обычно, чтобы вспомнить, где я нахожусь.

Безликая комната могла быть только гостиничным номером. Об этом явно свидетельствовали лампы у кровати, прикрученные к тумбочкам, и длинные шторы из той же ткани, что и покрывало на кровати.

Я попытался вспомнить, как сюда попал.

В памяти всплыла черная машина со стеклами, затонированными темнее, чем у лимузина. Двигатель работал почти бесшумно, хотя мы мчались по ночным автострадам, вдвое превышая разрешенную скорость.

Потом вспомнился Арчи, сидевший рядом со мной, а не впереди, с Джессамин. Помню, как я вдруг осознал, что он играет роль моего телохранителя и считает, что переднее сиденье находится слишком далеко от меня. Я думал, от этого опасность наконец станет реальной, а она ощущалась как нечто бесконечно далекое. За себя я беспокоился меньше всего.

Всю эту длинную ночь я вынуждал Арчи просматривать будущее и комментировать его, выдавая странный «поток сознания». Для меня не было незначительных подробностей, меня интересовало абсолютно все. Он терпеливо рассказывал мне, как движутся по лесу Эдит, Карин и Элинор, и хотя ориентиры, которые он упоминал, были незнакомы мне, я жадно ловил каждое слово. А потом Арчи возвращался к тому, с чего начинал, и принимался описывать ту же последовательность действий иначе, когда в результате очередного решения будущее менялось. Так повторялось раз за разом, уследить за всеми поворотами было невозможно, но это и не заботило меня. Главное, чтобы Эдит и Джосс не сошлись в одном и том же месте.

Иногда Арчи переключался на рассказ о будущем Эрнеста. Они с Ройалом направлялись в моем пикапе на восток. А это означало, что рыжий вампир до сих пор идет по их следу.

Арчи испытывал трудности, когда я просил его посмотреть будущее Чарли. «С людьми сложнее, чем с вампирами», – объяснил он. И я вспомнил, как однажды Эдит сказала то же самое обо мне. Мне показалось, что это случилось давным-давно, а на самом деле прошло всего несколько дней. Дорога дезориентировала меня, и я утратил счет времени.

Я помнил, как солнце взошло над невысокой горой где-то в Калифорнии. Его лучи слепили мне глаза, но я изо всех сил старался держать их открытыми. А когда случайно закрывал, то видел мысленным взглядом непрерывно сменяющие друг друга образы, бесконечное слайд-шоу. Пусть уж лучше солнце жжет глаза, чем еще раз видеть такое. Беспомощное выражение на лице Чарли… оскаленные зубы Эдит… яростный взгляд Ройала… красные глаза следопыта, взгляд которых обращен на меня… мертвые глаза Эдит после прощания…

Я не закрывал глаза, а солнце двигалось по небу.

Помнится, голова отяжелела и в то же время стала казаться очень легкой – к тому времени мы миновали горный перевал, и солнце, которое теперь светило нам в спину, заиграло на черепичных крышах Финикса. У меня не осталось сил удивляться тому, что трехдневный путь мы проделали за один день. Я тупо смотрел на раскинувшийся перед нами город, постепенно узнавая знакомые места: низкорослые креозотовые кусты, пальмы, зеленые поля для гольфа, очертаниями напоминающие амеб, бирюзовые пятна бассейнов. Наверное, мне полагается чувствовать себя здесь, как дома.

На шоссе косо падали тени пальм – более четкие и резкие, чем мне помнилось, но их было слишком мало. В такой тени не спрячешься.

– В какой стороне аэропорт, Бо? – спросила Джессамин. – С тех пор, как мы сели в машину, она впервые подала голос.

– Давай дальше по шоссе I-10, – машинально ответил я. – Мы будем проезжать мимо него.

Мне понадобилось несколько лишних секунд, чтобы уловить скрытый смысл ее вопроса. От переутомления мозг работал как в плотном тумане.

– Мы куда-то летим? – спросил я у Арчи. Что там дальше по плану, я забыл. Но тут что-то было не так.

Как мы въехали на развязку, ведущую к международному аэропорту Скай-Харбор, я еще помнил, а как покинули ее – уже нет. Видимо, тогда мой мозг и отключился окончательно.

Но теперь, порывшись в памяти, я обнаружил смутные воспоминания о том, как выходил из машины. Солнце как раз скатилось до линии горизонта, одну руку я закинул на плечо Арчи и вяло переставлял ноги. Арчи почти тащил меня на себе.

Этой комнаты я вообще не помнил.

Я взглянул на цифровой будильник на тумбочке: он показывал три часа, но дня или ночи? Ни единого лучика света не пробивалось сквозь плотные шторы, но комнату ярко освещали лампы.

С трудом поднявшись, на негнущихся ногах я добрел до окна и отдернул шторы.

Снаружи было темно. Значит, три часа ночи. Окно моего номера выходило на пустынный участок шоссе и новую крытую автостоянку у аэропорта. Почему-то я немного успокоился, – совсем чуть-чуть, – определив время и место.

Я оглядел себя: на мне по-прежнему были рубашка и чересчур короткие штаны Эрнеста. Пошарив взглядом, я заметил на низком комоде свою дорожную сумку.

От тихого стука в дверь я вздрогнул.

– Можно войти? – спросил Арчи.

Я перевел дыхание.

– Конечно.

Он вошел и внимательно посмотрел на меня.

– Пожалуй, тебе не мешало бы еще поспать.

Я покачал головой.

Бесшумно метнувшись к окну, он тщательно задернул шторы и обернулся.

– Выходить нам нельзя, – предупредил он.

– Ладно. – Мой голос звучал хрипло и срывался.

– Хочешь пить? – спросил он.

Я пожал плечами.

– Все нормально. А как ты?

Он улыбнулся.

– Сносно. Я заказал тебе еду, она в соседней комнате. Эдит напомнила мне, что пища тебе требуется гораздо чаще, чем нам.

Я встрепенулся.

– Она звонила?

– Нет. – Он увидел, как я сник. – Это было еще до отъезда. Она завалила меня инструкциями. Пойдем, поешь что-нибудь.

Он вышел из комнаты, не слушая мои уверения, что я не голоден. Я потащился следом.

К спальне примыкала гостиная. Из телевизора доносился низкий гул голосов. Джессамин неподвижно сидела за столом в углу и без малейшего проблеска интереса смотрела новости. Арчи остановился возле нее и провел ладонью по ее медовым волосам.

– Что нового? – спросил я.

– Эрнест и Ройал в Форксе. Рыжий не стал их преследовать.

Я открыл рот, но Арчи опередил меня.

– Твоего отца стерегут. Через эту охрану рыжему не пробиться.

– Чем он занят?

– Рыщет по городу; похоже, ищет тебя, даже в школе побывал.

Я вытаращил глаза.

– Он напал на кого-нибудь?

Арчи покачал головой.

– Похоже, они зациклились на тебе.

– А Эдит?

– Злится, конечно. Они с Карин решили напасть на следопыта, но она повернула обратно и сейчас направляется на север. Они пытаются ее догнать.

Я застыл, не зная, как быть.

Эдит гонится за Джосс. Да, с ней Карин и Элинор, но Эдит бегает быстрее всех…

– Съешь что-нибудь, Бо. Эдит страшно злится, когда ее распоряжениями пренебрегают.

На журнальном столике обнаружился поднос с несколькими тарелками под крышками из нержавейки. Мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать совету Арчи. Я сел на пол рядом со столом, снял крышку с первой тарелки и начал есть. Наверное, я все-таки проголодался. В пути мы ни разу не останавливались, чтобы перекусить.

Пока я ел, мои спутники сидели молча и неподвижно. Я смотрел в телевизор, но не понимал, что творится на экране. Это новости? Рекламный ролик? Тарелки постепенно опустели. Вкуса еды я так и не почувствовал.

Когда есть было больше нечего, я уставился в стену.

Я видел только, как Эдит несется по лесу – быстрее гепарда, быстрее пули. Она наверняка настигнет следопыта первой.

В голове у меня зазвучали слова Лоран: «Она создана, чтобы убивать, вы с ней не справитесь».

Внезапно Джессамин очутилась рядом со мной, ближе, чем обычно.

– Бо, – успокаивающим голосом заговорила она, – тебе не о чем беспокоиться. Здесь тебе ничто не угрожает.

– Знаю.

– Тогда почему же тебе страшно? – голос звучал удивленно. Она чувствовала мои эмоции, но не понимала их причины.

– Вы же слышали, что сказала Лоран. Джосс – прирожденный убийца. А если что-нибудь пойдет не так, и им придется разделиться? Если что-нибудь случится хоть с кем-нибудь из них – с Карин, Элинор… Эдит… – я осекся. – Если этот чокнутый рыжий ранит Эрнеста… Разве я смогу жить дальше, зная, что это моя вина? Никому из вас не следовало рисковать жизнью ради…

– Стоп, Бо, остановись! – перебила Джессамин так быстро, что разобрать слова было непросто. – Ты не о том беспокоишься, Бо. Можешь мне поверить, никому из нас опасность не угрожает. Тебе и без того непросто, не добивай себя напрасным беспокойством. Выслушай меня! – потребовала она, заметив, что я отвел взгляд. – У нас сильная семья. Мы боимся только одного – потерять тебя.

– Но с какой стати вам…

Арчи подошел и обнял Джессамин за талию.

– Эдит почти столетие была одинока, а теперь нашла тебя. Мы жили с ней довольно долго и потому, в отличие от тебя, заметили, насколько она изменилась после встречи с тобой. Если она тебя потеряет, думаешь, кто-нибудь из нас сможет в ближайшие сто лет смотреть ей в глаза?

Моя совесть немного утихла. Но несмотря на то, что охватившее меня спокойствие казалось совершенно естественным, я догадывался, что здесь не обошлось без участия Джессамин. Наверняка она применила ко мне свои способности.

– Знаешь, я все-таки решусь, – добавил Арчи. – Хоть Эдит и не просила об этом.

– О чем?

Он усмехнулся.

– Трудно объяснить; ты подумаешь, что я не в своем уме… Время имеет для меня особое значение – не такое, как для тебя или Джесс, или еще кого-нибудь, – Джессамин усмехнулась и дернула его за ухо. – Поэтому тебе мои объяснения покажутся бессмысленными. Но с моей точки зрения мы уже давно друзья, Бо. В первую же секунду, как ты стал частью жизни Эдит, мы провели вместе сотню часов. Вместе смеялись над вспыльчивостью Эдит, вместе доводили Ройала так, что он готов был бежать из дома куда глаза глядят, вместе бодрствовали по ночам, слушая рассказы Карин…

Я уставился на него, он пожал плечами.

– Вот таким я вижу мир.

– Так мы друзья? – изумленно переспросил я.

– Лучшие друзья, – заверил он. – Я видел, как мы стали лучшими друзьями. Здорово, правда? Моя любимая сестра влюбилась в моего лучшего друга! По-моему, я перед ней в долгу.

– Хм… – Я не знал, что сказать.

Арчи рассмеялся.

Джессамин закатила глаза.

– Вот спасибо-то, Арчи! Я едва успокоила его!

– Нет, все хорошо, – возразил я. Может, Арчи и соврал, чтобы мне стало легче, но так или иначе, способ сработал. И если ему захотелось помочь мне, тем лучше. Если все это не только ради Эдит.

– И что же нам теперь делать? – спросил я.

– Будем ждать известий.

День выдался слишком длинным.

Мы так и не вышли из номера. Арчи позвонил администратору и попросил не присылать горничную для уборки. Окна оставались зашторенными, телевизор – включенным, но никто его не смотрел. Периодически мне приносили еду.

Прикол, но рядом с Арчи я вдруг почувствовал себя свободно. Как будто рассказ о нашей будущей дружбе сделал ее реальностью. Арчи сидел в кресле рядом с диваном, на котором я растянулся, и отвечал на все вопросы, которые раньше я не решался задать. Иногда он отвечал раньше, чем я успевал открыть рот. Это было немного странно, но я понял, что так все остальные чувствуют себя в присутствии Эдит.

– Да, – подтвердил Арчи, пока я думал, как спросить его об этом. – Именно так. Хотя она старается не злоупотреблять чтением мыслей.

Он рассказал мне о том, как проснулся вампиром.