Читать книгу "Пашня. Альманах. Выпуск 2. Том 2"

А потом я лег на пол в свою неизменную теперь писательскую позу и начал делать бессвязные заметки – в основном, метафоры и эпитеты, которые казались мне добротными. Когда затек локоть, я перевернулся на спину и вдруг ощутил, точнее, почти не ощутил боли. Что-то натягивалось внутри при движении, как будто позвонки держались вместе на незатвердевшем еще клею. Но выстрелов, железа – этого не было. Я начал звонить Маргарите, потому что то, что она сотворила со мной, – помогло, на самом деле помогло! И мне нужно было сказать ей это! Но она прислала сообщение, что перезвонит. Однако мы так и не поговорили в тот день, потому что я вскоре крепко уснул.

Следующим утром боль вернулась, но все же без прежней свирепости. Голова держалась на железном столбе, но железо казалось… рассыпчатее, что ли.

С тех пор Маргарита «лечила» меня еще трижды. И после каждого раза мне ненадолго становится легче. Боюсь, что делаюсь зависимым от этой нескладной девочки, заполучившей сочинителя и бессовестно громящей его произведения. А эту историю получилось написать за одну ночь, в сущности, только благодаря ей.

Конечно, я поеду в Германию, но немного позже. Я заметил, что Маргарита обрадовалась, когда узнала, что я отложил поездку.

А может, мне вообще не стоит уезжать? И не этого ли она добивается?

Опять чуть не кончил вопросом! Злословы потом справедливо напишут: «Бессмертнов пародирует сам себя, он огрызается». Но что еще остается Бессмертнову? Все мои размышления так или иначе цепляются за вопросительный крюк.

Маргарита все-таки права: крупный план печальных глаз, и затем смена кадра – медленно отъезжающий поезд. В моем случае – пятящаяся ночная мгла. Хотя на самом деле никакой мглы тут нет.

Кимал Юсупов

«Вы знаете: «махалля» – это не просто район с частной застройкой. Махалля – это философия азиатской жизни. Это большая семья, где все, как на ладони. Тут не скроешь ни горести, ни счастья. Соседи знают порой такие детали, что диву даешься – откуда, как? В махалле самый строгий суд, но и самая быстрая взаимопомощь. Такой вот микрокосмос, если позволите. Я очень хорошо помню события тех лет, необычный был мальчик, конечно. Феномен, так сказать.

Началось все с цыганки. Она вошла во двор, глухо стукнув металлическим кольцом на ссохшейся деревянной калитке, никогда, по азиатской традиции, не запираемой. Цыганка огляделась, и, увидев стоящую у арыка молодую женщину, быстро заговорила:

– Ай, не бойся меня, погадаю, всю жизнь расскажу, судьбу опишу, – и вдруг запнулась.

Лайло, увидев цыганку, застыла с ведром в руке. За минуту до этого она набирала воду из арыка, текущего через весь двор, и разбрызгивала вокруг, чтобы прибить пыль и отогнать зной. Была чилля, а это, как Вам известно, самые жаркие сорок дней лета, в воздухе не было ни мановения ветерка, а желтая глина, которой был обмазан их домик, потрескалась мелкой сетью паутины.

Лайло поставила ведро и бросила тревожный взгляд в сторону топчана, стоявшего под старым тутовником в центре квадратного дворика.

Туда же смотрела внезапно замолчавшая цыганка. На топчане, где была постелена тонкая, выцветшая курпача, сидел мальчик, на вид лет пяти или около того. На нем была надета большая, не по размеру, белая рубаха с длинными рукавами, чтобы не сгореть во время жары и мягкая, вышитая красными нитками, тюбетейка. Мальчик играл угольком, который он нашел утром подле тандыра, где мать пекла лепешки. Он держал уголек в левой и водил им по ладошке своей правой руки, прочерчивая узоры едва наметившихся линий жизни, судьбы, сердца и ума.

– Деньги не возьму, родная, не бойся, дай ручку ребенка посмотреть, дай, все скажу, всю правду, – вновь заговорила цыганка и пошла в сторону топчана.

– Уходи, йодугар, уходи, – крикнула Лайло и кинулась к сыну.

– Я не ведьма, не бойся. У тебя ребенок меченный Богом. И так все вижу, все знаю, без руки. Он один из нас, он видящий, у него будет нелегкая судьба. Люди таких, как мы, не любят. Но видит он не так, как мы. Ему не нужна рука, чтобы понять линию жизни, он узнает ее из рисунка, который сделает сам. А потом он попытается изменить рисунок… Прощай, прощай, прощай.

И ушла, пропала за калиткой, словно и не было ее, словно это был мираж в поднимающемся от земли мареве в жаркий полдень. Только глухо стукнуло кольцо с уличной стороны калитки. Тук-так.

– Мавлон, жонгинамболам, дорогой мой, не бойся, мама рядом, – Лайло присела на край топчана, сняла с волос белую косынку, из-под которой выпало множество косичек, и прижала мальчика к себе.

«А через год была история с Шохбону – родной тетушкой мальчика. Шестилетний Мавлон, начав рисовать изогнутую линию угольком на дувале, превратил ее в портрет тетушки, да так, что сходства нельзя было не заметить. У нее были большие глаза и из них текли две бурные реки, словно весенняя вода с гор. В руках она держала большой ящик.

А через неделю вернулся сын тетушки Шохбону, служивший в армии, где-то далеко в Сибирском городе со странным названием Искитим. Он вернулся не сам, а в железном ящике, запаянном так, что местные сварщики не смогли его вскрыть, чтобы обернуть тело в саван, как подобает мусульманским традициям. Сын тетушки Шохбону погиб от случайно разорвавшейся гранаты во время учений. И слезы, словно две горные реки, все текли и текли из больших глаз тетушки Шохбону.

А потом был сосед, Санджар-ака, который разводил голубей и учил мальчика запускать горлицу в небо. Первоклассник Мавлон изобразил его в тетрадке по правописанию. Начатая буква «С» вдруг вытянулась в изогнутую линию и превратилась в Санждара-ака, который лежит на спине, а сверху на него падает машина. Санджар-ака работал на хлопкоуборочном комбайне и с каждой получки покупал десять билетов спортлото. Вот уже пятнадцать лет подряд он ждал чуда. В тот день, когда Мавлон, вместо домашней работы изобразил Санджара-ака, тот выиграл «Жигули» первой модели. От счастья случился разрыв сердца. Вот такой был мальчик, а потом они всей семьей куда-то переехали. В махалле ведь не любят тех, кто приносит плохую весть».

– Эту историю нам поведал некто Нишанов И. А., преподаватель истории, на тот момент проживавший в махалле «Чинор», на окраине города Бухары. Он оказался очень эмоциональным человеком и рассказал о своих воспоминаниях весьма красочно. Да, я тут заварил крепкий зеленый чай, угощайтесь, – и молодой следователь протянул дымящуюся пиалу собеседнику.

– Ну что ж, интересно конечно вас слушать. Но… ведь это все лирика. Да мало ли кто и что обо мне рассказывает, еще и про детство. Когда это было, да и было ли вообще, – ответил седой мужчина, и отхлебнул глоток «95-го» чая.

– Так это только начало, Мавлон Баходирович. В рамках следствия набралось порядочно фактов. Конечно, пришлось проявить фантазию. Чтобы люди не чувствовали себя скованно, им объявляли, что снимается телешоу, имитировали студию. Но взамен мы узнали массу интереснейших подробностей. Вот, например, что рассказывает директор средней школы №158, города Ташкента, Маркова В. А.:

«Мальчик перевелся в нашу школу во второй класс. Они переехали из Бухары, если не ошибаюсь. Я всегда была категорически против попыток родителей перевести ребенка в столичную русскую школу из провинции, ради какого-то мнимого престижа. Но его отец был, каким-то ценным специалистом и получил место на заводе „Электроаппарат“, так что мне звонили из ГорОНО, и пришлось уступить. Мальчик мне сразу не понравился, а у меня профессиональное чутье заслуженного педагога на проблемных детей. Так оно и вышло. Он, вы представить себе не можете, разрисовывал все тетради непонятными каракулями. Учителя жаловались на плохую успеваемость. У них была классная руководитель, Роза Хамзаевна, так вот только она одна души в нем не чаяла. Все говорила „у него искра Божья“. Какая искра, если он портил нам всю картину по успеваемости. И вот однажды, это уже был класс шестой, Мавлон нарисовал в тетради по русской литературе свою любимую покровительницу, Розу Хамзаевну, держащую за руку маленького мальчика, машущую вслед улетающей вдаль девушки. Летающая девушка на рисунке была подозрительно похожа на родную дочь классного руководителя. И сдал свою тетрадь на проверку с этим рисунком, вместо того, чтобы писать контрольную. Через день дочь Розы Хамзаевны родила маленького мальчика и сама умерла во время родов. В общем, я во все эти чудеса не верю, у нас в разнарядках от РайОНО нет никаких указаний, что делать, если дети предсказывают будущее. Но меры-то предпринимать надо. Тогда я вызвала родителей в школу и поставила им условие: или они переводят ребенка в другую школу, или он прекращает свои художества. Слава Богу, он перестал делать свои рисунки в учебных тетрадях и пугать мне учителей. Говорили, что он все равно что-то там калякает, завел, мол, себе отдельный альбом, но меня это уже не касалось. Так мы дотянули этого троечника до восьмого класса и со спокойной душой отправили его восвояси. В какое-то ремесленное училище он пошел, да главное что от моей образцовой школы подальше».

– Как видите, я буквально шел по вашим следам, Мавлон Баходирович, воссоздавая этот сюжет по крупицам. Нашел художественное училище в Ташкенте, куда вы поступили после школы. Я даже слетал в Питер и там пообщался с вашими однокурсниками по Репинской академии живописи. Вновь вернувшись в Бухару, продолжил распутывать нить этой странной истории. Директор краеведческого музея, настоятель мечети и многие другие, кто столкнулся с вами, рассказывают одно и тоже: вы входите в доверие к человеку, затем рисуете некие картины, а потом погибают люди.

Еще чаю будете? Что, сигарету? Да, курите, пожалуйста.

Мавлон сидел на стуле, откинувшись на спинку, и жадно затянулся сигаретой. У него были светло-голубые, водянистые глаза, которыми природа награждает некоторых таджиков. Говорят, что это потомки Македонского, стоявшего на озере Искандеркуль со своим войском.

– Продолжим? В рамках следствия мною были выявлены поразительные факты: некоторых из тех людей, которым вы предсказали смерть, – видели позднее живыми. Мы провели вскрытие нескольких могил – никаких останков обнаружено не было. Люди, похожие на тех, что умерли, находились затем в других городах с частичной потерей памяти. Мы провели колоссальную работу по поиску таких случаев, и нашли, например, умершую дочь вашей классной руководительницы. Она ничего не помнила, нашлась она в другом городе, без документов. ДНК анализ показал, что она и есть ранее умершая гражданка. И таких случаев не один, и не два.

Собственно расследование мы начали не потому, что вы занимаетесь некими предсказаниями, в наше время много развелось людей с экстрасенсорными способностями. Нам поступила информация о том, что эта история с воскрешениями стала известна иностранным спецслужбам, и за вами началась охота, а это уже дело государственного масштаба, когда за нашими гражданами высылают агентов иностранных спецслужб. Чтобы опередить их, мы и поместили вас временно в это учреждение. В Бухару срочно высланы наши сотрудники. Одного агента, активно искавшего вас, мы обработали буквально вчера. Он, конечно, прикидывается невинным мальчиком, и в своем рассказе он делает вид, что просто искал картину, развлекая нас ненужными деталями, которые нам известны и без него. Но его так называемый «шеф» нам известен. Это глава крупной немецкой частной сыскной конторы, нередко выполняющей заказы разведслужбы BND. Вот, что он говорит:

«Меня попросил мой шеф найти картину, которую он видел в Бухаре, когда был там с туристической поездкой. Сходи туда, не зная куда, найди то, не знаю что – было излюбленным заданием моего начальника, поэтому я без раздумий купил билет в Бухару. Я стоял на полупустынной улочке перед продавщицей семечек, тщетно пытаясь объяснить ей, что ищу хоть какого-нибудь художника. И вдруг справа от меня со скрипом распахнулась старая дверь, и из нее проворно выбежал немолодой мужчина в такой, знаете, майке-сеточке и калошах на босу ногу. Указательный палец левой руки он поднял вверх, а правой рукой поддерживал ладонь левой, словно бы нес олимпийский огонь. И тут продавщица семечек мне подсказала, что это директор местного краеведческого музея.

Не раздумывая ни секунды, я пошел вслед за ним. Оказалось, что у него был выходной, и он дома готовил плов, порезал палец и побежал в свою мастерскую за зеленкой. Я показал ему фотографию картины и спросил, как можно найти ее или автора. Директор музея распознал в фотографии картины автопортрет Мавлона. И посоветовал мне пойти на центральную площадь, где есть гиды, которые могут помочь мастерскую художника. У городской крепости Арк, стояла, нет, возвышалась женщина, объемами и ростом сравнимая с одной из башен крепости. Я подумал сначала, что это памятник, но оказалось, что она главный по экскурсиям в этом городе. Тут-то мне и «выдали» гида. Женщину звали Тамара Георгиевна. «Я заслуженный работник культуры, платят нам не очень, вот и приходится туристов водить», так она мне представилась.

Она быстро привела меня в нужное нам место. Во дворе медресе все двери были закрыты, кроме одной. Возле нее сидели двое мужчин, по виду отец с сыном, и что-то чеканили на серебристых тарелочках. Старший чеканщик тоже узнал на фотографии автопортрет Мавлона, но посетовал, что дверь от мастерской закрыта и у кого ключи он не знает. Ну, понятно же, все эти торговцы хотят сначала выжать из туриста, все что можно, а потом уже помочь. Я ему пообещал, что куплю пару его чеканных тарелочек и память к нему вернулась. Он вспомнил, что у Мавлона был подмастерье, и пошел ему звонить с городского телефона».

– Еще сигаретку? Как вы понимаете все эти персонажи: директор музея, гиды, чеканщики – наши сотрудники. И звонок мастера был сигналом.

Мы знаем если не все, то многое. У вас дар не только предсказывать будущие трагические события, но и способность менять их ход, пусть даже задним числом. Вы пишете еще одну картину, уже сознательно, и человек оживает. Как бы парадоксально это ни звучало.

Мы предлагаем вам сотрудничество, вы можете приносить пользу государству, Мавлон Баходирович.

– И какую же, позвольте, вы видите пользу? Подлейте-ка лучше еще чайку.

– Например, вы могли бы предсказывать покушения на президента. И в случае, если оно произойдет, – последующее воскрешение главы государства.

– Я впечатлен, вы действительно многое знаете. Но вы не поняли главного, молодой человек, прошу прощения, гражданин следователь. Я могу внести коррективы, если позволите так выразиться, только в жизнь тех людей, кто мне дорог. Если я не знаю человека, если меня ничего с ним не связывает, я не вижу его судьбу и не могу исправить. Кроме того, книга деяний, в которую ангелы записывают хорошие и плохие поступки – очевидно, переполнилась описанием моих грехов. И они решили, что пора завершать этот роман. У меня рак, мне осталось жить не более трех месяцев.

Да что мы все обо мне, да обо мне. Расскажите-ка немного о себе. Или… давайте наоборот: я попытаюсь угадать ваше прошлое, ведь я все-таки отчасти экстрасенс. Так сейчас, кажется, это называется. Вам тридцать лет, выросли вы в детском доме. Туда вас кто-то подбросил, родственников так и не нашли. Вам всегда хотелось узнать кто вы, и эта тяга к поиску привела в профессию сыщика. Вы успешны в карьере, у вас есть талант. Сейчас ваша супруга в положении, и у вас будет мальчик. Не бойтесь, никаких дурных вестей, все сложится хорошо. Мне кажется, что ваш сын будет обладать способностями к изобразительному искусству. Все, все, останавливаюсь, ведь я обещал говорить только о прошлом. А теперь прошу вас, сделаем перерыв, я не очень хорошо себя чувствую.

На следующий день Мавлону стало хуже, и он был переведен в тюремную больницу. А через неделю скончался. В кармане у него был найден странный рисунок. Он изобразил младенца в утробе матери. У младенца было лицо Мавлона. А беременная женщина на рисунке – была моей женой. Неожиданная догадка поразила меня. Я попросил коллег из медэкспертизы сделать анализ ДНК. Мои догадки подтвердились – Мавлон мой отец.

В конце пути он сумел изменить и свою судьбу. Теперь его душа продолжится в моем сыне. Он скоро родится, а я уже купил ему акварель и альбом.