Читать книгу "Трудно быть человеком. Цикл «Инферно». Книга седьмая"

Глава 93. Окраина

Хоть Лилит и не желала смерти Инферно, ей пришлось выбирать из двух зол наименьшее. Чтобы лишить Инферно возможности догнать Рейчел, она его продержала во сне как можно дольше, но так, чтобы не навредить ему. Хотя, очнувшись, насчет вреда, он бы с ней поспорил. Невыносимая боль в суставах с одной стороны его обрадовала, так как боль свидетельствовала о наличии защитной сетки на костях, но с другой, из-за застоя в организме, боль была дикой и самое главное сковывающей. Но самым страшным недугом для него оказалась головная боль, которая мешала сосредоточиться и вообще здраво мыслить, не говоря уже об анализе ситуации:

– Рейчел…

Ему так же пришлось выбирать между болью и возможностью отыскать Рейчел. Если таблетки из аптечки Майка, которые он сразу принял от головной боли, способствовали в поиске Рейчел, то тюбик с обезболивающим от боли в суставах сильно бы рассеяли его внимание, от чего пришлось воздержаться:

– Ну, спасибо, Рейчел…

Инферно изначально не собирался засиживаться на вынужденной стоянке в подвале и потому был готов сразу его покинуть. Накинув рюкзак на плечи, и уже на ходу проверив пистолет, Инферно быстро взял след Рейчел и выдвинулся по нему в её поисках. Несмотря на городскую местность, выследить её оказалось куда легче, чем нагнать. Благодаря заросшим травой и кустами улицам у Инферно был четкий след, который его привел к обычному дому из района «Одноэтажной Америки»:

– И что она тут только забыла?

Проникнув в дом, у Инферно глаза разбежались от того количества следов, что оставила в нем Рейчел, которая буквально все полки протерла от пыли своими рукавами, собирая с них фото. Пройдясь по дому, эти самые фото он нашел в детской на втором этаже. Следы Рейчел его привели к детской кроватке, вокруг которой были разложенные все собранные фото и подушка, на которой она явно сидела – «Ну и куда ты собралась…». Просмотрев фотографии с полок и альбомы, счастливой семьи с младенцем, Инферно так и не понял странного интереса Рейчел к этим людям. Хоть фотографии и выцвели, а некоторый буквально рассыпались в руках, тем не менее, всех фигурантов скромной и явно необщительной семьи он все же смог разглядеть, а самое главное никого из них не узнать – «Может просто мимо проходила?».

Как и Рейчел, мимо дома так же не смогли пройти восемь человек, которые прибежали на шум:

– Да говорю же, я точно что-то слышал…

Головорез – Да не бывает такого, чтобы дважды на одном месте свезло.

– Глянь. Входная дверь выбита…

– И чё?

– А то, что мы заднюю выбили в тот раз, а не переднюю, дебил.

– Точно. Мы ж, этой сучке, так сказать, сзади же зашли…

Отхватив затрещину по затылку от старшего, головорез пригнулся:

– Прикусили язык придурки и в обход пошли. Спугнете и эту, сами потом догонять будете, усекли?

Головорезы кивнули и побежали в обход дома, как и вторая пара головорезов, но уже, с другой стороны. Благодаря той же растительности на улицах, что утонули в траве, Инферно услышал их, чему так же обрадовался – «Значит, я только воли лишен, но почему? Да, мне плевать на этот мир, но всё же. Жить-то я хочу, тогда какого хрена?». Эти рассуждения его еще сильнее запутали, тогда он решил воспользоваться народной мудростью – «Все познается в сравнении». Скинув рюкзак, Инферно пошел вниз, попутно сравнивая два мира, два кошмара, первый Жнеца, второй Рейчел. Жнец всем своим существом ненавидел Инферно, тем не менее, при жизни, память о которой как раз-таки и хранила его кровь, Жнец был больше озабочен своей персоной, как и своими страхами. Рейчел же, как показал опыт, меньше всего боялась за то, кем станет или каких выгод упустит, всё её страхи были направлены внешне и сконцентрированы на тех, на кого возлагала большие надежды, кто не имел право не справиться – «Твою мать…». Осознав причину своей слабости, Инферно выругался про себя, поминая Рейчел недобрым словом, и подытожил утренней фразой – «Ну спасибо, Рейчел… просто огромное спасибо. Удружила, так удружила. Надеюсь хоть яйца-то у меня на месте».

Перепрыгнув последний лестничный пролет, Инферно резко выскочил в коридор, где застал четырех головорезов врасплох:

– А вы еще кто?

Головорезы опешили от неожиданности и уже начавшегося разочарования:

– Эээ…

Инферно – Понятно, уроды значит.

Головорез оскорбленно завизжал и пошел на Инферно с ножом:

– Ты кого уродом наз…

Инферно резко перехватил руку головореза с ножом, вывел на болевой и прижал к стене, с его же ножом у горла:

– Пока так постой…

Головорезы еще не успели понять, что произошло, как Инферно их сразу загрузил новой задачей, пока не очухались:

– А вы, уроды, старшего вызовите…

– Вызовите?

– Мы тебе что, спиритологи или кто там…

Инферно их тупость, что словесная, что ярко выраженная на их мордах откровенно надоела:

– Тогда вы мне нахер не нужны.

Вскрыв глотку своему заложнику, Инферно сразу с размаха метнул его затупленный нож в морду его приятеля. С ходу сократив численность противника вдвое, Инферно выхватил свой нож и приятно прищурился на секунду от его звука при выскальзывании из ножен. Головорезы, боевую стойку бойца не оценили и кинулись на него, как он и предполагал, по уровню заточки их ножей, пользуясь только выпадами, а вернее нелепо тыкая ножами в его сторону. В два счета вскрыв обоим артерии и оценив их скудные что экипировку, что вооружение, Инферно скинул их на пол дальше корчиться, а сам направился к остальным на улицу:

– Кто старший?!

Как и четверка до этого, оставшиеся головорезы его не ожидали увидеть, тем более живым:

– Ты кто такой?

– Ясно…

Вычислив старшего, Инферно метнул нож ему в ногу, чтобы после за ним не бегать:

– Ааа!!!

Головорез – Мочи падлу!

Инферно усмехнулся:

– Ну, попробуйте.

Самый здоровый и по совместительству явно самый тупой воспринял иронию бойца на свой счет и, выхватив мачете с ножом, побежал на Инферно, который недолго думая, выхватил второй нож и метнул его ему навстречу. Пробив голову громиле, Инферно подбежал к его падающей туше и перехватив его колющие самоделки, метнул их в его недалеких собратьев, которые уже вовсю бежали от непонятной жертвы, которая вместо того чтобы умереть, убивала уже их, притом с необычайной и доселе невиданной легкостью:

– Тупая деревенщина…

Вытащив свой нож из морды громилы, Инферно направился с ним к Старшему, который хоть и перестал орать, но всё ещё корчился от боли:

– Ты труп сука! Мои корешааа!!!

Инферно мгновенно перехватил его руку с ножом, которым он пытался защититься и сломав её в трех местах, вонзил нож в плечо второй руки, чтобы окончательно его обезвредить:

– Ааа!!!

Точно не зная, стоит ли ожидать еще кого, Инферно схватил Старшего за шкирку и утащил обратно в дом, где ему было явно удобнее обороняться, случись что:

– Посиди пока тут, о жизни подумай… о том, что мне ответить…

Сам Инферно поднялся за рюкзаком и на этот раз осмотрелся из окон, чтобы с высоты второго этажа разглядеть по примятой траве направление откуда пришли бандиты – «Похоже, что город и им не нужен, так как пришли они явно с его окраины или вообще из леса… Куда ни глянь везде деревья, это хорошо, легче затеряться, да и с дистанцией боя не ошибся… Хотя ошибся, у этой деревенщины, похоже, ничего кроме вил и ржавых ножей нет… мне же легче».

Более-менее сориентировавшись в ситуации и выждав достаточно, чтобы убедиться, что никто их больше не потревожит, Инферно спустился вниз и приступил к допросу:

– Сука! Урою! Мра…

Ударом с ноги по морде, Инферно заткнул его:

– Уймись деревня, для тебя уже все кончено…

– Зубами загрызу!!!

– Зубами значит…

Инферно не понравилась манера переговоров Старшего, который не то чтобы был крепким орешком, а скорее диким и отбитым на всю голову. Разговор явно не клеился и Инферно пропустил ознакомительную часть, сразу приступив к активным действиям, надеясь все же образумить глупца:

– Ааа!!!

Выхватив пистолет, он подкинул его, и, перехватив за ствол с размаха выбил Старшему добрую половину зубов рукоятью пистолета:

– Ааа!!!

Инферно – Если с зубами вопрос решен, приступим, наконец, к делу…

Но Старший все не унимался и продолжил в том же духе, правда теперь невразумительно и максимально невнятно, шепелявя через слово, что в конец уже достало бойца:

– Где девушка?!

На этот раз Старший сменил дикую ярость, на дикий смех:

– Пошла по рукам твоя крош…

Теперь в Инферно разожглась неукротимая ярость, которая тут же разбила морду ублюдку, что посмел коснуться Рейчел:

– Урою, мразь!!!

Совладав со своими эмоциями, Инферно взял себя в руки и, не теряя больше времени на явно бесполезный допрос, обыскал Старшего. Из всего хлама, что он вытряхнул из его карманов, подобрал он только связку ключей и блокнот с карманной картой. Бегло просмотрев записи и отметки на карте, Инферно сообразил, что к чему и выдвинулся к первой же отметке.

Но уйти, не попрощавшись, он все же смог, как и отказать себе в удовольствии воздать подонку по заслугам. Схватив полуживого Старшего за шкирку, он выволок его из дома и уволок к месту, которое приметил еще на подходе. С размаха перекинув через себя Старшего, Инферно уронил его на муравейник, обитатели которого в миг всполошились и накинулись своим бесчисленным множеством на агрессора, обгладывая все его тело по крошечным кусочкам:

– Ааа!!!

Как бы невыносимо больно ни было, кричать, а именно открывать рот, Старшему точно не стоило:

– Жри, мразь!!!

Вырвав свои ножи из его охваченного муравьями тела, Инферно ушел, обреча подонка на ужасную участь.

Еще до наступления глубокой ночи, Инферно добрался до лагеря бандитов на их же ржавом корыте, ужасно неисправном подобии джипа. Не сильно всматриваясь, кто именно за рулем, часовой на вышке свистнул своим, и те открыли ворота, тут же попав под колеса:

– Сдурел что ли?!

– Опять напились!

– Что, бабу привезли теперь все мож…

– Какую еще бабу?

– Ой…

Крики головорезов прервал незнакомец, который вышел из их машины и закричал:

– Где девушка?!!!

Крик незнакомца всполошил весь лагерь, что состоял из ветхой пятиэтажки и парой пристроек к ней с боковой стороны в виде сторожевой вышки и бетонных стен с воротами. Тугая ткань, брезент и просто лохмотья, что висели на окнах вместо стекол, начали распахиваться любопытными со всех этажей, которые выглянули поглазеть на небывалый нонсенс:

– Ну, нихера себе!

Лидер местной банды, посмотрев на незнакомца оценивающим взглядом, решил, что понял, кто именно вторгся в его угодья и жестом велел выдохнуть своим нерадивым цепным псам:

– Это же надо, прям с Олимпа, сошел к нам… ну или где вы там отсиживаете свои задницы. Кстати, а где твои сияющие доспехи, по дороге обронил?

Инферно ни слова не понял, да и не хотел вникать в местные бредни совершенно чуждого для него мира и выплеснул ярость, что его душила уже не первый час в крике о том единственном, что его волновало:

– Где девушка?!!!

– Да угомонись ты наконец. Найдем тебе и девушку, и мальчика, и даже козочку, так что поднимайся и перетрем что к чему…

Головорез – Император, а как же Горбатый с Керосином, которых он грохнул? Они же… как его… а, во, невосполнимая потеря для нашей империи…

Император – Опять вы все перепутали. Это я невосполнимая потеря для нашей империи, а они, как и вы, навоз для этой самой империи. А теперь разбежались по постам… Ну же поднимайся, зуб даю, тебя никто не тронет.

Инферно же его миролюбия не разделял и сразу прояснил ситуацию:

– Зуб?! Да я тебе всю челюсть вырву, если с ее головы хоть волос упал!!!

Так называемый Император сильно удивился его тону, не особо вдаваясь в его суть, а ожидая от незнакомца благодарности и лояльности в будущем, но никак не агрессии, особенно на ровном месте:

– Где твои манеры? Ты же цивилизованный чело…

– Просрали вы свою цивилизацию! А я – Инферно!!!

Выхватив ножи, Инферно направился прямой наводкой к главному входу, чем уже не на шутку напугал Императора, который даже попытался вспомнить, ради чего незнакомец вообще пришел. Вредная привычка не слушать никого, кроме себя, которой он всегда кичился, утверждая, что занимаемое им положение обязывает его прислушиваться только к себе, теперь обернулась против него. Пока он пытался вспомнить чего незнакомцу надо, тот перерезал всю охрану у входа в его, так называемый дворец, и продолжил, судя по крикам, лить кровь дальше на пути к нему:

– Чего вы встали, дебилы?! Остановите его! Защитите своего Императора!!!

Хоть Инферно и был лишен воли в этом мире, что был кошмаром Рейчел, его ярость никуда не делась и с её похищением, распалилась как никогда прежде, заставив напрочь забыть о своей уязвимости и убивать всех на своем пути, всех, кто повинен в её исчезновении, не щадя ни себя, ни тем более их:

– Где Рейчел?!!!

Вломившись с боем на первый этаж дворца, что больше походил на притон, что по обстановке, что по вони, Инферно застал врасплох всех его обитателей, которые явно не ожидали нападения и все еще не видели в нем угрозы:

– Рейчел, Рейчел, шмара теперь твоя Рейчел, как и любая девка в этих краях…

От пульсации своей крови, всё, что дальше говорил головорез, Инферно не слышал, только свою кровь, что бурлила от ярости, что вызвала непоправимая трагедия, которая сорвала все рамки дозволенности, превратив бойца просто в обезумевшего зверя:

– Ааа!!!

Словно с цепи сорвавшись, Инферно накинулся на подонка, что сказал ему это, вонзив один нож в ключицу, чтобы зафиксировать, а вторым просто выпотрошил его, стремительными ударами ножа в бок, пока толпа их обоих не сбила с ног, прибив к стене:

– Сдохни мразь!!! Сдохни!!!

Пытаясь достать до незнакомца, головорезы не только его порезали, но и друг друга, что посеяло хаос в их и без того, слабо организованные ряды. Проще говоря, этот сброд начал огрызаться друг на друга, пока Инферно не пришел в себя от пары порезов и уже сам начал отвечать, но в отличие от сброда, технично и наубой.

Проредив толпу, Инферно вырвался из окружения, оставив позади себя больше раненных, чем убитых. Истошный визг более трех десятков человек сильно подорвал боевой дух головорезов, что не привыкли к какому-либо сопротивлению, тем более от одиночки:

– Демон!!! Он один из ни…

Инферно было уже плевать кто перед ним, головорез или мирный обитатель этой помойки, он резал всех и каждого:

– Где она?!!! Где Рейчел?!!!

Те немногие, что успели сбежать, а именно семь человек из почти сотни, что согнали с верхних этажей и стражников с улицы, уперлись в металлическую дверь на второй этаж, что тут же загремела под их паническими ударами по ней:

– Впустите нас!!!

Инферно не собирался останавливаться и, отдышавшись, пошел за ними, но тут же упал на колено от того, что нога подломилась, отчего он, наконец, обратил внимание на своё ослабленное состояние. Поиски и переживания о Рейчел его сильно вымотали, а его ярость, что он выплеснул в бою, сожгла все силы, ослабив его до предела, до трясущихся рук от перенапряжения. Сильный голод усилил мольбу слабого и истощенного тела остановиться и пожалеть себя, накормить и дать выспаться, что Инферно взбесило еще сильнее, тем не менее, это была не просьба, а скорее ультиматум его же изнеможённого организма. Но Инферно даже в таком, хоть и новом, и давно забытом, состоянии, остался верен себе:

– Да пошло оно!

Убрав ножи в ножны, он выхватил пистолет и встал на ноги, переполненный решимости, во что бы то ни стало прикончить всех подонков и главное найти Рейчел, в каком состоянии она бы ни была, прекратив этот кошмар.

Сильный грохот по двери сменили оглушительные звуки одиночных выстрелов, что вселили ужас уже в тех, кто прятался за дверью:

– Громобой! У него громо…

Отстрелив замок, Инферно выбил дверь и пристрелил всех, кто прятался за ней, так же, как и Император, не особо вникая, что за бред они там несут.

Если первый этаж был откровенной помойкой, то следующие три этажа были набиты всякого рода хламом, который местные считали полезным, а некоторые вещи, даже жизненно необходимыми. На этом все отличия и заканчивались. Ни электрического освещения, ни теплоснабжения, ни даже санузла у них не было. Судя по зловонному запаху, что Инферно не в силах был стерпеть, каждый раз проходя мимо шахты лифта, именно она была отхожим местом. Но все это вызывало лишь омерзение, на четвертом же этаже, Инферно охватило уже совсем другое чувство, а именно волнение. Сняв факел со стены, он начал срывать плотную ткань с дверных проемов, что служила дверью и освещать помещения, всматриваясь в лица измученных, а зачастую уже смирившихся от отчаяния и безысходности, девушек, чья участь была самой незавидной в этом убогом месте. Среди более двадцати комнат, он так и не разглядел ни в ком из них Рейчел, да и честно говоря, был рад этому, потому что это был уже не кошмар, а настоящий ад. Время и Джи убедили Инферно, что ни ему судить Рейчел и как бы он к ней не относился после её приказа пустить корабль ко дну, такой расплаты он ей точно не желал – «Лучше уж пуля, чем такое…».

Последний этаж так же мало чем отличался, разве что хламом поценнее и в основном механического характера, а в остальном, та же помойка. Судя по сорванному брезенту с окна, ведущего к пожарной лестнице, все обитатели этажа сбежали, все, кроме того, кто ему был нужен. Император, как и подобает капитану, не стал покидать тонущий корабль подобно крысе, а предпочел более достойную кончину, если это слово вообще уместно употреблять в данной действительности, растоптанной мечты и забытых надежд.

По дрожащему голосу, что напевал какую-то песню, Инферно, понял, что это не запись на проигрывателе и не ловушка, а скорее проводы на тот свет, хоть и в весьма своеобразной манере. Приоткрыв дверь, Инферно вошел в комнату Императора, который, ощутив невыносимый ужас, перестал, наконец, фальшивить и залпом выпил то пойло, что до этого хотел лишь пригубить. Сильно поморщившись, он развернулся на кресле и положил мутный стакан на свой затертый стол. С явным усилием, Император поднял свой взгляд на Инферно и будто на последнем издыхании быстро проговорил:

– Я не знаю, кто такая Рейчел и тем более, куда её увезли…

Эта фраза далась ему явно с трудом, так как он тут же взмок и, откинувшись на кресло, сильно поморщился, закрыв глаза, явно ожидая смерти, что сильно удивило Инферно:

– Эй, придурок. Даже не рассчитывай на легкий конец… И что значит «ты не знаешь», если даже твой сторож знал о девушке?

– Вот у него бы и спросил, но теперь не выйдет, ведь ты всех убил…

После очередной скороговорки, Император сильно поморщился, закрыв глаза, прячась будто страус, а Инферно, поняв, что гнев его приведет лишь к трупам, что ему точно не ответят, убрал пистолет и попытался прояснить ситуацию:

– Ты в этой дыре старший?

Император, открыв один глаз, быстро ответил и снова закрыл глаза:

– Да.

– Послушай, дебил, если тебе глаза мешают, только скажи…

– Нет, не мешают, нисколечко…

– Тогда хватит себя вести как идиот, и проясни, наконец, ситуацию!

– Я…

– Да мне насрать кто ты и что у вас тут творится. Меня интересует только то, что меня приведет к Рейчел, девушке, которую у меня похитили… Кто те уроды, что похитили Рейчел?

– Боюсь, как ты хочешь, не получится…

Инферно достал пистолет, что Императора заставило мигом засуетиться:

– Я покажу, покажу, и ты сам все поймешь.

– Показывай.

Встав со своего кресла, тощий паренек лет не более двадцати семи подбежал к школьной доске, на которой от руки была нарисована карта разными мелками:

– Вот.

– Что, вот?

– Зеленым выделенный кусок мой, а охотники относятся ко всем и в первую очередь к Мужику.

– Так ты здесь не один такой урод?

– Я не… то есть нет, не один, нас много… И я как бы не один из их столпов. Я названный, а не избранный, так что моё положение в этой иерархии весьма шатко.

Видя недовольство незнакомца, Император поспешил оправдаться:

– Видишь ли, как ты хочешь, не касаясь ничего, объяснить тебе, что ли будет трудно…

– Сука, ладно, объясняй, как есть. Как так вышло, что стражник знал больше тебя?

– Элементарно. Меня назначил Альфа в этот лагерь, так сказать ради стабильности. Я умею решать вопросы и объединять людей путем компромиссов. Решать их проблемы и сводить все воедино я хоть и умею, но решить вопрос со своим авторитетом, так и не смог. Клеймо названного извне, а не избранного насельниками лагеря из их числа, несмываемо и облагается некими ограничениями. Существенными я бы сказал…

– Ты мне всю биографию собрался рассказывать? Ближе к делу, кто её похитил?

– Да не знаю я. Даже если бы я и был избранным, такие дела, особенно с ценным товаром охотники со стражей решают между собой. У них особый статус так сказать и все об этом знают. Они на короткой ноге лично у Альфы, чтобы ценный товар точно до него дошел, а не потерялся по пути среди наших, что избранных, что тем более, названных…

– Твою мать… А журнал есть какой-то на вахте или что у вас там?

– А толку-то, они же писать не умеют…

Инферно снова достал пистолет:

– От тебя толку не больше…

– Стой-стой, ты ведь рыцарь, да?

– Опять ты за свою ересь…

– А тебя разве за что-то другое изгнали?

– Изгнали? Послушай, придурок, я не знаю, что у вас тут происходит и честно говоря знать не хочу, так что, каждый раз, когда ты углубляешься в описание того дерьма, в котором вы увязли, ты рискуешь словить пулю…

– Пулю? Это ты про громобой ведь так?

– Достал со своим бредом…

Инферно достал пистолет и выстрелил у его уха, сильно оглушив при этом, после чего прижег его лоб раскалённым дулом:

– Ааа!!!

Бросив его на пол, Инферно убрал пистолет и пару раз дал ему по морде, чтобы сбить панику с его лица:

– Доступно объяснил?! Хочешь еще что-нибудь узнать обо мне?!

– Нет! Нет! Не хочу!

– Чудно, а теперь марш к доске и нарисуй маршрут до этого самого Альфы.

– Что? Зачем? То есть тебе не нужно идти к нему. Даже с громобоем тебе не пробиться на его завод. Его владения окружают стаи диких собак, которых специально человечиной подкармливают.

– А дальше?

– Дальше? Дальше смерть…

– Нет, придурок, что дальше стай собак идет?

– Тебе через них не пройти, не хватит деталей и снаряжения для громобоя…

– Выбирай, либо ты сам забываешь о своем мнении, либо я тебя заставлю забыть о нем, прострелив тебе колено. И поверь, на него точно хватит и деталей, и запчастей, и топлива, и всего того, что вы себе навоображали к нему. Усек?

– Да-да, конечно.

– Ну и?

– Дальше ограждение под искрой…

– То есть электричество есть?

– Искра, он её запитывает все наши машины, если слушаешься, конечно. И руку на пульсе, скажу тебе, держать он умеет…

– Дальше.

– Ну если ты умеешь летать, дальше тебя ждет стража в панцирях…

– В бронежилетах? У них тоже есть громобои?

– Броне… не знаю что это, а громобоев ни у кого нет. Только у тебя. Для одних, это миф о безграничной власти, для других ересь…

– Насрать. Что за панцири? Доспехи что ли?

– Нет, нет, нет. Доспехи, это величие воинов, а панцири, это жалкое их подобие из металлолома.

– Как скажешь. И много у него таких, стражников?

– Сотен пять всегда на заводе держит…

– Твою мать…

– Но если нужно, может и пару тысяч собрать. Я же говорю, у него все охотники прикормлены и по его зову, в течение двух-трех дней, все как один придут.

– Дней?

– Ну да. Пока посыльные все лагеря объедут, пока охотники остановятся в них на привал и узнать последние указания и новости, пока сами доедут, того и глядишь, пара дней пройдет.

– Связи, значит, нет…

– Как нет? Мы все на крови поклялись ему в верности… И зачастую, на крови своих близких, так что эта связь нерушима.

– И куда ты свою ломаную линию вывел?

Император, дорисовав маршрут, который ушел за территории банд и их лагерей, и обрезался на краю доски, положил мел и ответил:

– Никто не знает, где его завод находится.

– То есть как? Откуда ты тогда знаешь, как там все устроено?

– Потому что я жил там. То есть меня схватили в лесу, наверное, как и твою Рейчел и привезли к нему, в качестве товара, знатока письменности и многих рукописей. Не знаю, откуда ты, но я с Асгарда, и Альфа ценит таких превыше всех, если конечно не женщина. Их он…

– Лучше заткнись…

– Так вот, хоть я там и провел много лет, где именно завод находится, я не знаю. Знаю лишь, что в той стороне, но посыльные и охотники точно знают, во всяком случае, приближенные и заслужившие доверия.

– Гребанное Сомали какое-то, переполненное дегенератами разной степени паршивости.

– Сомали? Ты оттуда пришел?

Видя, что незнакомец не смягчился, Император снова отступил, чтобы не получить очередное уточнение, рискуя в этот раз оглохнуть уже на оба уха:

– То есть я хотел сказать, даже посоветовать, позволь мне тебя представить Альфе. Человек твоих навыков ему будет крайне полезен. Белый, сильный, искусный убийца, да еще и со здоровыми зубами, да тебе цены нет. Ты займешь достойное место среди нас, а если отдашь ему громобой, в миг получишь любой лагерь, который только захочешь…

– Мою женщину он отдаст взамен на громобой?

– Конечно!

Инферно выхватил пистолет и приставил его дулом к голове Императора:

– А теперь повтори и в глаза смотри, сука.

– Я… э…

– Хватит блеять как баран! Отдаст Рейчел за пистолет или нет? Отвечай!

– Нет! Нет… если Альфа, на что глаз положил, то это уже его, пока не сломается или…

– Лучше заткнись… хотя…

Инферно не сдержался и сам его заткнул, прямым ударом с ноги по морде, отрубив его.

Достав блокнот с картой, Инферно подошел к доске и сделал пометки, срисовав маршрут с доски, который до этого отсутствовал на карте – «Похоже, что эти ублюдки, приближенными не были и не знали маршрут до завода, а значит Рейчел передали тем, кто знал… а значит она уже у этого урода… ну мразь, только коснись, я тебе… я тебя… Сука!!!».

Несмотря на всю ярость, изнеможенное тело взяло своё, да и уныние, сильно разбавленное отчаянием, следовало по пятам за Инферно, уморив его окончательно, когда тот подбирался к следующему лагерю, который был укреплен уже серьезнее, чем предыдущий притон. Осматривая местность с холма, оценивая свои шансы и риски на вторжение, беря во внимание все, что можно использовать, особенно ландшафт местности, Инферно не заметил самого главного, как его сморило в сон, прямо в траве, в которой он лежа прятался:

– Только не ты. Верни меня, мать твою!

Лилит, не оборачиваясь, легким движением руки, притянула Инферно к себе, к краю выступа на холме, на котором он уснул:

– А я тебя и не держу… но признаюсь, отрадно видеть, что хоть что-то способно тебя сдержать… и особенно приятно видеть, как ты ничего с этим поделать не можешь, ведь ты всего лишь человек… Еще не раз ты раскаешься в том, что отверг моё предложение…

– Как и ты, что оставила меня в живых, потому что как только я доберусь до тебя…

– Как? Вот ключевое слово… не «доберусь», а «как»… Да и с чего бы тебе силы на такое тратить, особенно сейчас, когда у тебя их буквально нет… Ведь это не я шепнула Рейчел покинуть тебя. Свобода воли человека для меня не пустой звук, это догма, которую чтит всякий, кто познал тайну бытия… И это не я упустила её, а ты…

– Если бы не ты…

– Что! Если бы не я? Так говоришь, как будто знаешь, о чем… Не в этот раз, так в другой, но она бы сбежала… и самое главное для меня, обрекла бы на гибель не только себя, но и тебя…

– Нихера! Пока я жив, Рейчел не умрет, ты слышишь?! Не умрет!

– А ты сам-то себя слышишь? Было время, ты сам хотел, даже мечтал её со свету сжить…

– Это не твоё дело…

– А я ведь тебя предупреждала… даже дважды, получается. Когда говорила, что женское сердце не обманешь… и что ты всегда будешь привязан к своему миру, пока не избавишься от самых близких для тебя его насельников… Тебя не только сердце влечет к Рейчел, но и родство общей реальности… Но не бойся, когда она умрет, тебе станет легче…

– Скорее ты подохнешь, тварь!

– Скорее у того бандита, что угрожал тебе тогда, как ты мне сейчас, было больше шансов причинить тебе вред, чем у тебя причинить мне вообще что-либо… Не шути со мной, мальчик, ведь я всегда могу заставить тебя пожалеть…

Инферно одернул себя, понимая, что ему с ней точно не тягаться:

– Понял тебя…

Но Лилит оказалась строгим учителем:

– Нет, не понял, но я проясню…

Щелчком пальцев она ввергла их во мрак, что вихрем их окутал и перенес туда, откуда все началось:

– Вот эта цыпа… и совсем одна.

Узнав голос подонка, которого уже скормил заживо рою муравьев, Инферно не пожелал видеть, за что именно его приговорил:

– Хватит, я же сказал, что понял тебя…

Но Лилит оказалась непреклонной и, рассеяв мрак, явила всю картину случившегося, как Рейчел схватили, а после изнасиловали, убедив друг друга, что Альфа не заметит, учитывая нравы местности:

– Да он скорее не поверит, что такая шикарная девка целёхонькой столько проходила…

Рейчел – Пустите мрази!!!

Головорез – Заткнись, шалава!

Старший – Ладно, ладно. Ваша, правда. Давай её сюда…

Головорез – Чур я второй! Больно девка горя…

Инферно – Урою!!!!!

Но как ни пытался Инферно, все его замахи и удары пролетали сквозь наглые и довольные морды подонков, что изнасиловали Рейчел:

– Ааа!!!!!

Чтобы окончательно не свести с ума Инферно, Лилит растворила воспоминания этого мира, очередную его трагедию и подошла к Инферно, что остался сидеть на коленях от своего бессилия:

– Бойся своих желаний, Инферно, ибо они приведут тебя к гибели, так или иначе… Тебе её не спасти, всё уже кончено…

– Нет… Нет! Я тебе не верю, это все уловка, уловка! Ведь так? Так? Правда? Скажи, что это уловка!

– Не лги себе, а лучше подумай… Даже если ты найдешь её, разве она сможет жить после этого? Разве она не захочет смерти? Ты пытаешься её спасти или обречь на еще большие муки, ведь боль, какой бы она отвратной не была, можно еще стерпеть, но не унижение, которое будет преследовать теперь её всегда.

– Рей… Рейчел сильная… она выдержит… выдержит всё, что угодно…

– Да? Это твоя, правда? В неё ты веришь? Тогда почему так робко, пожалуй, как никогда прежде, ты её произносишь?

– Покажи мне, где Рейчел сейчас.

– Бойся своих желаний, Инферно… Ситуация для Рейчел не изменилась, лишь количество любовников, но не их качество… Долго она у Альфы не протянет… Для садиста по своей натуре, сильный характер Рейчел, это просто подарок небес, который он непременно сломает, притом не брезгая ничем… Оставь её, Инферно… если тебя это утешит, ей недолго осталось…

Инферно был опустошен, чем тут же воспользовалось отчаяние, которым был пропитан этот мир, даже за гранью своего бытия и которое переполнило его собой:

– Рейчел… Рейчел… Рейчел…

Но даже по ту сторону реальности этого мира, Инферно так же не обладал волей, чтобы не то, чтобы сопротивляться, а чтобы хотя бы разозлиться. Лилит же не оставила попыток продолжить свою игру и предложила Инферно: