Текст книги "Фактор агрессии"
![](/books_files/covers/thumbs_240/faktor-agressii-49237.jpg)
Автор книги: Василий Орехов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 19 (всего у книги 35 страниц)
– Антон! – яростно рявкнул полковник Понтекорво.
Перекошенная физиономия биомеханика наконец появилась в люке. Он вывалился из брюха жука головой вперед и, сгруппировавшись, кувыркнулся по крыше, после чего резво откатился в сторону.
– Поберегись! – завопил он, закрывая голову руками.
Все дружно бросились врассыпную. Повинуясь заложенной биомехаником программе, челнок перевалился через край крыши, распахнул траченные кислотой стратосферные крылья и уже в падении на полную мощность врубил двигатель. Воздух дрогнул, в лицо разведчикам ударила тугая волна горячего воздуха – маршевый стремительно набрал тягу. Потеряв равновесие, ревущий челнок тяжело соскользнул вниз, но уже через пару секунд вновь показался над срезом крыши, решительно устремился вперед и скрылся из виду за соседним небоскребом.
– Я задал ему свободный режим, – доложил Антон. – Манта расстреляет его, как только он появится над крышами. Надеюсь, это немного отвлечет ее и даст нам фору.
– Отлично, – Мигель Понтекорво кивнул. – Значит, теперь наша задача – рассредоточиться и затеряться в городе… – Он осекся, почувствовав, как поверхность под его ногами вдруг повело, словно при землетрясении.
Стоявших на крыше людей мотнуло из стороны в сторону, так что никто не сумел удержаться на ногах. Ветхий небоскреб с трудом пережил столкновение с массивным транспортником, а динамический удар мощной плазменной струи стал последней соломинкой, переломившей спину верблюду. Поперек крыши прозмеилась зигзагообразная трещина, отделившая одну часть группы полковника Понтекорво от другой; она росла прямо на глазах и через несколько мгновений достигла полуметра в ширину. А потом та половина здания, на которой оказались сам Понтекорво, майор Блэк и доктор Каплан, накренившись, с чудовищным скрипом и треском начала медленно проваливаться в бездну.
Глава 20
Небоскреб
Амос издал приглушенный вопль и, не удержавшись, покатился по плоскости крыши, угол наклона которой неумолимо увеличивался. Падать ему пришлось бы долго, если бы вцепившийся в корни обломанной солнечной батареи полковник, изловчившись, не поймал его другой рукой за шиворот возле самой дыры в проломленном ограждении, куда аналитик уже совсем было собрался нырнуть. Высунувшись с края крыши, который только что был ее серединой, Фред Купер с бессильным отчаянием смотрел, как лысый майор Блэк, безнадежно оскальзываясь, изо всех сил карабкается в его сторону на четвереньках по встающему дыбом полимерцеллюлозному покрытию. Массивному негру все же удалось добраться до разделявшей их трещины, однако к этому времени край крыши Купера уже возвышался метрах в двух над его головой. Майор сгруппировался, напрягся, однако прыгнуть так и не рискнул: оттолкнуться как следует из такого неудобного положения у него все равно не получилось бы, а не зацепившись с первой попытки за торчащую по линии разлома арматуру, он наверняка кувыркнулся бы с двухсотметровой высоты. Поэтому Блэк предпочел остаться в рушащейся части здания, возможно, надеясь на то, что в ближайшие несколько секунд ему представится более удобный случай спрыгнуть с этого поезда, отправляющегося прямо в ад. А может, уже вообще ни на что не надеясь…
– Ребята!.. – жалобно крикнула Лара Розен, глядя на удаляющиеся фигуры разведчиков.
Купер с досады изо всех сил хватил кулаком по покрытию крыши, понимая, что абсолютно ничего не может сделать в сложившейся ситуации. Операция едва началась, а они уже потеряли половину команды, причем наиболее дееспособную половину. Смогут ли они завершить свою миссию втроем? Вряд ли Империя сумеет прислать сюда другую разведгруппу, пираты наверняка заинтересуются невероятными подвигами простых заложников, захваченных на прогулочной яхте, и в следующий раз уже будут настороже. Похоже, сейчас в клубах желтоватой пыли погибали не полковник Понтекорво, майор Блэк и доктор Каплан. Сейчас там погибала надежда Империи.
Секунд-капитан Тихонов смотрел вниз молча, на его лице обозначились желваки от крепко стиснутых челюстей. Как ни крути, а именно он только что убил своих руководителей и друзей, пусть даже и невольно, запустив жука в автономном режиме. Впрочем, такова специфика полевой работы в разведке. Многим резидентам доводилось убивать своих коллег в интересах Империи не косвенно и случайно, а совершенно осознанно и собственноручно – ситуации в нелегальной деятельности возникают порой самые драматические, и к этому полевому агенту следует быть готовым с самого начала. Рисковать приходится на каждом шагу, и в расчеты при разработке подобных операций всегда закладываются пятидесятипроцентные потери. Однако все эти соображения не очень утешали Антона. А самое главное, в обваливающейся части здания наверняка осталось множество мирных людей – пиратам ведь тоже нужен обслуживающий персонал. Разумеется, имперский офицер должен быть готов унитожить любое количество мирного населения в стане противника, если того требует стратегическая необходимость. Об этом предпочитали не говорить вслух за пределами воинских частей и не упоминала имперская пропаганда, но каждый офицер во имя интересов Империи готов был даже уничтожить любое количество мирного населения родного государства. И все же считать себя морально готовым к такому в теории куда проще, чем на практике.
Майор Блэк вскинул правую руку – то ли прощаясь с боевыми товарищами, то ли на что-то указывая. Тихонов поднял руку в ответ. В любом случае теперь он оставался в группе старшим по званию, и командование переходило к нему. Досматривать финал трагедии было совершенно ни к чему – это наверняка окончательно деморализовало бы остатки группы. Поэтому он с тяжелым сердцем раскрыл рот, чтобы скомандовать оступление, когда ситуация вдруг снова резко поменялась – в который уже раз за сегодняшний безумный день.
Просев еще метра на четыре и вздыбив плотное облако желтоватой пыли, обваливающаяся секция небоскреба внезапно с протяжным гулким скрипом замедлила свое неудержимое сползание в бездну, а потом и вовсе замерла, неожиданным толчком едва не сбросив с края крыши полковника Понтекорво и вцепившегося в него аналитика. Вырабатываемая строительными термитами полимерцеллюлоза кроме своей фантастической дешевизны и относительной крепости имела еще одно примечательное свойство: под большим давлением ее пласты в результате молекулярной диффузии намертво слипались друг с другом, что позволяло легко и быстро чинить городские здания, поврежденные в результате аварий и войн уличных банд. Нижняя часть рушащейся многоэтажной секции сползала сейчас по оставшемуся незыблемым основному массиву небоскреба, создавая чудовищное трение между слоями строительного материала, и в конце концов силы притяжения между молекулами по всей поверхности разлома возобладали над силами планетарного тяготения. Видимо, именно это и пытался показать Блэк, ощутивший, что скольжение обваливающейся части небоскреба стало более плавным и замедленным.
Когда перекошенная крыша под ногами замерла, Понтекорво, до этого не рисковавший дергаться на движущейся поверхности, чтобы не выронить Каплана, тут же принялся карабкаться вверх, подтягивая доктора за собой. В конце концов сумев дотянуться до первой солнечной батареи на своем пути, тот ухватился за нее и дальше уже двигался самостоятельно.
– Не может быть! – радостно заорал вниз Тихонов.
– Спускайся сюда, Тони, – ласково проговорил негр, – мне не терпится добраться до твоей обезьяньей морды, скотина!
– Отставить, – негромко произнес Понтекорво. – Антон все сделал правильно.
– Я же не спорю, – пожал плечами Реджеп. – Я тоже все сделаю правильно. Как учил инструктор на спарринге.
Добравшись до люка, ведущего внутрь здания, полковник задрал голову.
– Итак, задача остается прежней, – хладнокровно проговорил он, словно и не сползал только что вместе со зданием в двухсотметровую бездну. – Рассредоточиться и затеряться в городе. Первый пункт мы, кажется, уже успешно выполнили. Теперь каждая группа уходит из здания самостоятельно. Связь через коммуникаторы. Занимаем плацдармы, затем разрабатываем план дальнейших действий. Тихонов старший.
– Подотрешь бравым десантникам носики, если что, – добавил майор Блэк.
– Слушаюсь, – без энтузиазма ответил бородатый биомеханик. Похоже, он предпочел бы работать под руководством опытного разведчика, чем возглавлять группу.
– Все, уходим! Живо!
Понтекорво, Блэк и Каплан по одному исчезли в люке.
– Нам тоже надо двигать, – заявил Тихонов. – И чем скорее, тем лучше.
– Забавное у нас вышло путешествие по Райскому Поясу, – проговорил Купер. – Увлекательное, как и обещал рекламный ролик.
– Вполне в моем вкусе, – криво улыбнулась Лара. – Хотя позагорать я бы теперь ради разнообразия тоже не отказалась.
Где-то вдали раздался мощный взрыв, в нескольких кварталах ближе к центру города взмыл в небо гриб плазменного взрыва.
– Челнок, – озабоченно сообщил Антон. – Скорее! Истребитель может вернуться.
– Не желаешь сразу подтереть нам носики? – произнес Купер, спускаясь в люк. – Что первым делом должен делать опытный агент, попав в такую нестандартную ситуацию?
– Ну, предварительно как минимум пять лет отучиться в Академии, – рассудительно ответил секунд-капитан. – А потом постоянные тренировки, тренировки, тренировки…
Они быстро спустились на технический чердачный уровень. Здесь бодро жужжали водопроводные насосы-механоиды, бурчал что-то неразборчивое отопительный биоморф, разбегались во всех направлениях костяные и протеиновые трубы. Одной из стен больше не было, и перед разведчиками открывалась панорама пиратской столицы с высоты птичьего полета.
– Видок у нас тот еще… – сказал Купер, с сомнением поглядывая на пляжные шорты Лары.
– Добро пожаловать в пиратскую республику – страну неограниченной свободы! – сказал биомеханик. – Вряд ли мы кого-то сумеем удивить здесь своими костюмами. Хотя ты прав, одеты мы не совсем по погоде, и это может быть подозрительно. Впрочем, думаю, многие сейчас выскочили из квартир приблизительно в таком же виде…
Они спустились еще на пару технических уровней, которые оказались затянуты не густым, но очень вонючим дымом. Эти этажи были завалены всяким хозяйственным хламом – отработанными инкубаторами для термитов, старой скорлупой мирмекоидных яиц, клубками засохших осветительных лишайников, упаковками от протеиновых катализаторов. По окончании работ строительная организация не слишком озаботилась тем, чтобы убрать за собой мусор. В любой колонии Внутреннего Круга первая же государственная комиссия лишила бы такую компанию лицензии.
Широкоплечему Куперу в загроможденном пространстве двигаться было не очень удобно – то и дело приходилось протискиваться, наклоняться, тогда как проворный коротышка-биомеханик никаких трудностей не испытывал. Проворный, как уж, он двигался впереди, крутя головой по сторонам.
– Чисто, – сообщил Тихонов, прислушавшись. – Скорее всего, народ сейчас сломя голову драпает из аварийного здания. Неплохо бы влиться в эту толпу – для правдоподобия…
Перепрыгнув через очередной мусорный завал, он приблизился к двери на следующий уровень и коснулся сенсора на стене. Огромная запорная мембрана, преграждавшая путь на следующий уровень, послушно раскрылась. Несмотря на причиненные стартом челнока разрушения, биомеханизмы здания продолжали жить и исправно реагировать на команды.
В коридоре этажом ниже тоже было пусто. Завеса дыма стала немного гуще. В конце коридора виднелся служебный червелифт, индикатор готовности которого мерцал зеленым. Однако пользоваться им в то время, как здание буквально рассыпалось на куски, было нельзя: имелась серьезная вероятность застрять в шахте.
Из двери перед лифтом доносилось негромкое человеческое бормотание. Антон показал жестами: надо проверить!
Они с Купером бесшумно скользнули по стене в направлении подозрительной двери, Лара Розен последовала за ними. Распластавшись за притолокой, Фред осторожно высунул голову в раскрытый дверной проем.
Помещение оказалось небольшим, метров пять на четыре – по меркам Звездного Легиона прекрасный жилой отсек на несколько десантников, однако по меркам граждан Метрополии тесновато даже для ванной. Вдоль стен располагались сенсорные пульты и кресла операторов, управлявших техникой в здании. Все кресла, кроме одного, были пусты. В крайнем от двери сидел парень лет двадцати в оранжевой робе биомеханика.
– Ситуация стабильная, – скучным голосом докладывал он по селектору, не заметив присутствия чужаков. – Утечку активной органики на чердаке перекрыл. Вы там справляетесь?
– С трудом, – акустическая мембрана на пульте вибрировала с таким оглушительным дребезжанием, что было невозможно разобрать даже, мужчина отвечает или женщина. – Паника, давка страшная. Когда седьмой сектор очистится, врубай противопожарные системы, а то задохнемся тут к дьяволу!..
Тихонов жестом приказал Куперу присесть за пультом справа, сам укрылся слева от лифта. Мастер-сержант больше привык маскироваться на местности, в такой тесноте при своих габаритах он ощущал себя скованно. Впрочем, тактике действий в городских условиях их в Легионе тоже обучали.
Арагонский биомеханик показал умолкшей мембране неприличный жест, после чего откинулся на спинку кресла и принялся водить пальцем по сенсорной панели, вперившись в монитор.
Фред посмотрел на напарника. Тот весь был как взведенная пружина, готовый к немедленному действию – маленький, собранный, смертоносный. Купер помахал рукой, привлекая его внимание, и молча показал: позволь мне, командир. Тихонов кивнул.
Мастер-сержант беззвучно выдохнул, бросая свое тело вперед. Диспетчер едва начал оборачиваться на шорох за спиной, отреагировать у него уже не осталось времени – кулак десантника молниеносно впечатался ему в висок, вышибив парня из кресла. Арагонец распластался на пульте, скатился с него на пол и замер, болезненно постанывая в беспамятстве.
– Ты не смог убить его с первого удара?! – поразился Антон. – Чему вас учат в вашем десанте?
– Я не собирался его убивать, – негромко ответил Купер. – Человек не бежит без оглядки от смертельной опасности, а сидит на рабочем месте и контролирует биосистемы, чтобы не случилось аварии, пока соседняя часть здания рушится, а внизу народ в панике рвется к выходу. Если человек, кем бы он ни был, поступает как полноправный гражданин Империи, самоотверженно спасая чужие жизни, он заслуживает снисхождения.
– Да этот вольный брат тебя первым и продырявит из бластера, как только ему представится такая возможность! – вспыхнул Тихонов. – Сломай ему шею и оплакивай потом со всем снисхождением!
– Вольные братья не работают на низкооплачиваемых должностях. Для них он такой же огранин, каким был я для жителей Метрополии еще две недели назад. Ничего я ломать не буду.
– Тогда это сделаю я.
– Не надо, гражданин капитан.
Фред стоял между оглушенным арагонцем и биомехаником имперской безопасности. Его поза не выглядела угрожающей, однако было очевидно: мимо него разведчик к диспетчеру не прорвется.
– Говорил мне Понтекорво, что с тобой будут одни проблемы, – вздохнул Тихонов. – Купер, ты же прекрасно знаешь, что нам нельзя оставлять свидетелей!
– А он не свидетель, – заявил мастер-сержант. – Он ничего не видел и очнется, когда мы уже покинем здание.
– Купер, – тихо сказал Антон, – сейчас я сломаю ему шею, и если ты попытаешься мне помешать, это будет мятеж против командира.
– Расстреляете на месте, гражданин капитан? – криво усмехнулся Фред.
– Ты не сможешь мне помешать устранить свидетеля, – проговорил Тихонов. – Я сломаю ему шею прежде, чем ты успеешь среагировать.
– А я буду помогать гражданину мастер-сержанту, – внезапно вступила в разговор молчавшая до этого Лара Розен. – Двоих десантников победить будет сложнее.
Капитан госбезопасности молча смотрел на них.
– Ну, вот что, – проговорил он наконец. – Я не слышал ничего из того, что тут только что было сказано. Не знаю, как полковник Понтекорво, а я ничего не слышал. Черт с ним, с вашим героическим арагонцем, пусть живет и благодарит своего ангела-хранителя по имени Фред. Я вполне понимаю и разделяю ваши чувства, десантники, я тоже уважаю чужую доблесть. Но есть кое-что более важное, чем наши чувства. Это – безопасность нашей родины. Если неповиновение старшему по званию и неподчинение прямому приказу повторится, я буду вынужден наказать вас по всей строгости законов чрезвычайной ситуации. Ясно?
– Так точно, сэр! – хором ответили легионеры.
Присев на корточки, Купер придирчиво осмотрел робу биомеханика.
– Тебе его размер точно не подойдет, – усмехнулся Антон, усевшись в опустевшее кресло диспетчера и пробежав пальцами по сенсорной панели. – А вот твоей подружке будет впору. Только неизвестно, служат ли тут женщины биомеханиками. Все же пиратское логово, а у них отношение к дамам немного… как бы это сказать… патриархальное. Женщина может быть либо домохозяйкой, либо проституткой…
– Он и тебе будет почти впору, – заметил Фред. – Может, чуть великоват. Не будем рисковать насчет патриархального отношения.
– Я, квалифицированный биотехник и биомеханик, надену робу пиратского диспетчера? – картинно оскорбился капитан. – Ты шутишь!..
– По-моему, это ты шутишь, брат, – раздался в ухе у каждого голос полковника.
– Шучу, конечно. – Тихонов брезгливо посмотрел на распростертого арагонца. – Купер, раздевай его сам, если не хочешь, чтобы я под шумок его укокошил. Я пока включу систему пожаротушения, как просили, а то подумают, что диспетчер сбежал, пошлют сюда аварийную группу…
Прежде чем раздевать несчастного арагонца, мастер-сержант при участии Лары быстро обыскал помещение.
– Похоже, оружия тут нет, – недовольно заметил он, закончив осмотр.
– Нам не штурмовать город надо, а затеряться в нем, – напомнил Антон, набирая что-то на невидимой виртуальной клавиатуре.
– Непривычно как-то на вражеской территории без оружия.
– Это разведка, брат десантник. Привыкай.
– Я вроде бы нашла кое-что, – сказала Лара.
Это были шкафчики, в которых диспетчеры на время смены оставляли свою повседневную одежду. Взломав их по очереди, Купер выволок наружу куртку из кожи неопознанного биоморфа:
– О! Вот это, кажется, мой размерчик!
– Штаны тоже поменяй, – посоветовал Антон, не отрываясь от пульта. – Тут не круизная яхта. Кстати, раз уж мне впору роба этого гаврика, значит, подойдет и его одежда. Покопайтесь, там наверняка должна быть…
Не теряя времени, Купер переоблачился из легкомысленного туристского наряда в одежду местного жителя – черные штаны, выращенные на арагонском заводе, тонкий серый свитер из какой-то растительной ткани и светло-коричневую куртку. Биомеханик, переодеваясь, успевал время от времени тыкать пальцем в сенсорную панель. Лара не смогла подобрать себе ничего по росту, на что капитан Тихонов глубокомысленно заметил:
– Ладно, оставайся как есть. В здании наверняка живет немало проституток, работающих на дому. Сойдешь за одну из них. Вроде как выскочила в чем была…
– Спасибо за доверие, гражданин капитан, – саркастически отозвалась девушка.
– Все, система пожаротушения работает, двигаем дальше, – объявил Антон. – Верхние уровни уже очищены от людей, сейчас эвакуация идет в районе семидесятого. Нам надо догнать толпу и смешаться с ней.
На связь вышел Блэк.
– Мы на шестьдесят третьем уровне, – сообщил он. – Давка чудовищная. Похоже, спускаемся в другое крыло, никаких технических помещений по пути не встретили. Так что по нам не ориентируйтесь, у вас может быть совсем другая ситуация внизу.
– Понятно, – отозвался Тихонов.
Они выбрались в коридор, и биомеханик попытался активизировать мембрану двери, ведущей на лестницу. Однако та даже не шелохнулась. Он попробовал еще раз – тщетно.
– Что за черт? – удивилась Лара.
– ДНК-замок, – отозвался Антон. – Простейший. Фред, тащи-ка сюда своего покойничка.
Однако даже когда ладонь бесчувственного диспетчера приложили к настенному сенсору, ситуация не изменилась. Замок пискнул, сигнализируя, что принял генетическую пробу, но внушительная запорная мембрана, перекрывшая выход на нижний уровень, осталась на месте.
– Не работает, – озадаченно произнес Купер.
– Вижу, вижу… – пробормотал Тихонов, потирая подбородок. – Не нравится мне это. Рискнем воспользоваться лифтом – хотя бы на пару этажей…
Однако лифтовые сенсоры тоже никак не отреагировали на манипуляции капитана невзирая на зеленый сигнал готовности к работе.
– Так-так… – призадумался биомеханик. – Засада, ребята.
– Что такое? – напряглась Розен.
– Похоже, биомеханики заблокировали доступ лифтов на эвакуированные этажи, чтобы никто сдуру сюда не заехал. И теперь я, кажется, понимаю, с чего это вдруг ваш диспетчер проявил такой героизм. На самом деле старшие просто заперли его здесь своей ДНК-пробой, чтобы продолжал корректировать работу биотехники здания. Видимо, пообещали вернуться через пару минут, когда проверят наверху поврежденные коммуникации…
– Мы там никого не встретили, – заметила Лара.
– Правильно. Они, небось, дунули отсюда быстрее жителей, взвалив всю ответственность на молодого дурачка.
– Тогда нужно взломать дверь на лестницу! – предложил Фред.
– Без специального оборудования не получится, – сосредоточенно проговорил Антон. – Мембранные двери – это самое крепкое, что есть в этих термитниках.
– А если взломать замок через пульт? – поинтересовалась девушка. – Перебором генетических комбинаций?
– Радость моя, ты знаешь, сколько миллиардов комбинаций у человеческого генома? Тем более у испорченного генома жителей Обитаемых Секторов? Раскодирование может занять несколько дней. – Биомеханик поднял руку к уху, в котором сидел внедренный крошечный передатчик. – Кажется, мы очень серьезно влипли, ребята.
Резиденция Кандавла Малфоя, главы контрразведки Вольной Республики Арагона, располагалась за городом, но любая информация о происходящем в государстве поступала сюда мгновенно. Так было заведено еще до инцидента с Мистером Марадьюком, а после имперского десанта скорость прохождения заслуживающих особого внимания данных была удвоена. Поэтому экстренное сообщение от вольного брата Бабакиери о странном происшествии со сбежавшими имперцами попало на монитор Малфоя раньше, чем челнок с беглецами пронесся над базой противоорбитальной обороны. Разумеется, от внимания руководителя контрразведки не ускользнуло, что среди захваченных туристов находились Фред Купер и Лара Розен, уцелевшие при разгроме имперского десанта на Арагоне, – в отличие от простых пиратов вольный брат Малфой довольно внимательно мониторил доходившие до Арагоны новости Метрополии и сразу сравнил присланные изображения беглецов со своей базой данных. Без сомнения, присутствие на атакованной прогулочной яхте двух небезызвестных легионеров могло быть поразительным совпадением – ничто не мешало им в самом деле отправиться в отпуск в Райский Пояс, – но верховный контрразведчик предпочитал в каждой случайности видеть злой умысел врагов, и эта стратегия чаще срабатывала, чем нет.
В течение четверти часа на ноги была поднята вся агентурная сеть, работавшая с ненадежными элементами среди гражданского населения, способными укрыть вражеских лазутчиков, патрулям были переданы инструкции по поиску и задержанию беглецов, был проанализирован доклад пилота единственного выжившего в столкновении с коварными имперскими агентами истребителя-псевдоманты. В последнее время на карту оказалось поставлено слишком многое, чтобы без боя позволить имперским муявриям вырвать у Арагоны грядущую сокрушительную победу над угнетателем Галактики и лишить брата Малфоя заслуженного триумфа. В кабинет руководителя службы безопасности непрерывно поступали доклады от аналитических групп, машина контрразведки работала на полную мощность, хотя внешне ее глава оставался, как обычно, спокоен и холоден. Лишь сузившиеся глаза выдавали в нем азарт охотника, почуявшего дичь – и уже положившего палец на спусковой крючок.
Сидя в своем кабинете, Кандавл Малфой без особой спешки изучал карту города, на которую красной пунктирной линией была выведена траектория полета челнока от пересечения черты города до падения после обстрела истребителем-псевдоскатом. Мозг руководителя контрразведки, разогнанный усиленной дозой наркостимулятора, почти кипел, но на лице это не отражалось никак.
Полученные данные свидетельствовали о том, что беглецам выжить не удалось: в той полужидкой каше, в которую превратились разъеденные кислотой внутренности псевдожука, не смог бы выжить даже мирмекоид. Но подозрительный Малфой звериным чутьем ощущал подвох. Не должно так быть, как любил выражаться воровской бог Мабута. Вражеские агенты определенно знали, что делали, и Кандавл отказывался верить, что они так глупо подставились над столичными крышами после того, как за считаные секунды виртуозно расправились с двумя истребителями, не имея на борту никакого оружия. Он отдал подчиненным приказ считать беглецов живыми до тех пор, пока не сделает другого указания. В результате аналитики из кожи лезли, пытаясь вычислить место возможной высадки имперцев.
Наконец на основе временно́й диаграммы движения челнока по траектории один из аналитиков отследил тридцатисекундную задержку на крыше жилого небоскреба на окраине. Оттуда, кстати, как раз поступил сигнал о том, что здание неожиданно начало саморазрушаться. Само по себе такое происшествие не было запредельной редкостью для пиратской столицы, но в сочетании с другими факторами давало обширную пищу для размышлений. На карту лег яркий оранжевый крестик, после чего Малфой передал штабу сил самообороны Девятого микрорайона распоряжение о немедленном и полном контроле эвакуации из здания Термитник Е-171 на Тридцать четвертой улице. В качестве поддержки туда же была направлена спецгруппа захвата «Зеро», подчинявшаяся лично главе контрразведки.
Понтекорво, Блэк и Каплан торопливо спускались вниз. Догоняя толпу обезумевших от страха жителей по перекошенным лестницам полуобвалившейся секции небоскреба, они заскочили на один из опустевших этажей и переоделись в одежду, найденную в брошенных квартирах. Теперь принять их за беглых туристов было сложно. Но основой маскировки, конечно, являлось правдоподобное поведение в соответствующей ситуации, а не внешность. Умение перевоплощаться не хуже профессионального актера было одной из основных дисциплин для разведчика-нелегала, преподаваемых в Академии Имперской Безопасности.
Когда они наконец догнали людскую волну, стремительно катящуюся вниз по лестнице, яростно взревевший Блэк, нырнув в толпу, начал пробивать себе путь к выходу кулаками. Понтекорво, ввинтившись вслед за ним, метался и отчаянно орал, его пихали другие орущие, обезумевшие от страха люди, Каплан с бешеными глазами хватал его за шкирку, волок за собой, полковник от него отбивался… в общем, разведчики не делали ничего, чего не делали бы окружающие, поэтому совершенно сливались с толпой.
Беснующееся человеческое стадо несколькими рукавами вытекало в вестибюль первого этажа и здесь утрамбовывалось, не в состоянии покинуть здание так же быстро, как жилые этажи. Огромные патрульные биоморфы, занявшие позиции снаружи, пронзительно ревели и выли, заменяя сирены, вытекающий из вентиляции дым сгущался, давка усиливалась. Двери толпа давно вынесла, но даже без них четыре узких дверных проема в фасаде не позволяли всем желающим немедленно выбраться на улицу. Люди падали и уже не могли подняться, их затаптывали насмерть. Ближе к выходу не было видно плит пола – пробираться наружу приходилось прямо по мертвым телам.
Оказавшись в смертельно опасном столпотворении, имперцы разом прекратили паясничать и практически одновременно развели чуть в стороны согнутые в локтях и сжатые в кулаки руки, защищая свои грудные клетки и почки от чрезмерного сдавливания. Блэк откинулся назад, постарался максимально навалиться всем весом на напирающих сзади, почти лег на них, чтобы им сложнее было прижимать его к движущимся впереди; Каплан и Понтекорво, которым недостаток массы не позволял провернуть такой же трюк, набрали в грудь побольше воздуха, чтобы толпа вдруг не стиснула их на выдохе, и напрягли все мышцы, чтобы в том случае, если внешнее давление станет нестерпимым, можно было получить на мгновение драгоценную передышку, просто расслабившись. Приемы выживания в толпе тоже были прекрасно знакомы им по Академии.
Майора Блэка вопящая толпа еще на лестнице понемногу оттеснила от Понтекорво и Каплана; в вестибюле она унесла его далеко вперед, и он, протиснувшись через вышибленные двери, первым из разведчиков вывалился на свежий воздух вместе с другими собратьями по несчастью. Однако оказавшись снаружи, он сразу пожалел об этом. Метрах в пятидесяти от выхода стеной стояли патрульные морфы, похожие на огромных мокриц. Только у мокриц не бывает на спинах орудийных башен, составленных из сверхпрочных костяных позвонков и ребер. Жерла симбиотических механоидных бластеров были направлены на толпу. Монстры шипели, трещали, угрожающе поворачивали орудия, преграждая путь в переулки счастливчикам, которым удалось выбраться из смертельной ловушки аварийного термитника. Плотно перекрыв улицу с обоих направлений, они образовали узкий коридор в перпендикулярный проспект, в который медленно втекали очумевшие в давке жители небоскреба и за пределы которого не мог вырваться никто. Еще дальше вдоль проспекта выстроились, едва сдерживая рвущихся с поводков киноидов, блюстители порядка из «сил самообороны». В этом дешевом небоскребе жили в основном мелкие сутенеры, проститутки, полунищие семьи работников местного комбината по выращиванию биологических объектов, погонщики наземных грузовых морфов и шестерки из уличных банд, поэтому полицейские не собирались рисковать собственным драгоценным здоровьем, пытаясь разрулить пиковую ситуацию в вестибюле, – они просто не давали спасшимся разбежаться.
– Тут кордон! – яростно крикнул Блэк – его голос в окружающем оглушительном реве и стоне не был слышен даже ему самому, поэтому можно было особо не скрываться. – Толпу гонят вправо по улице!
– Понял! – ответил Каплан.
– Быстро гребем к стене! – скомандовал Мигель Понтекорво. – Доктор, старайтесь не угодить в двери. Блэк, всю обстановку докладывай сразу по мере изменения!
– Есть, шеф, – ответил майор.
Аналитику и командиру группы удалось добраться до стены, просто перестав сопротивляться напору толпы. В двери, распихивая друг друга, лезли самые сильные и наглые, поэтому тех, кто не мог с таким же остервенением ломиться в сторону выхода, течение людской массы выбрасывало прибоем по обе стороны от дверей. Тут в основном сгрудились женщины, дети и старики, до которых никому не было дела.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.