Автор книги: Глеб Носовский
Жанр: История, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 22 (всего у книги 60 страниц)
Данный рассказ Геродота краток и туманен, однако соответствие с русской историей здесь все-таки просматривается.
• «Безумный» Камбис соответствует «безумному» Ивану Грозному. У Камбиса есть брат Смердис, вероятно МЛАДШИЙ, поскольку Камбис уже стал царем Персии, но опасается, что ему на смену придет его брат, то есть близкий родственник. В русской истории царевич Дмитрий считается сыном «Грозного», то есть тоже близким родственником. Он, естественно, МЛАДШЕ «Грозного».
• Согласно Геродоту, царю Камбису «приснилось», будто Смердис стал царем и голова его касается неба. В русской версии Дмитрий действительно был объявлен царем и занял престол. Этот факт звучит во всех трех отражениях «истории Дмитрия». В версии XVI века бояре присягнули Дмитрию – сыну «Грозному». В версии XV века, Дмитрий, сын Елены Волошанки, был возведен на русский престол. Наконец, в версии XVII века, «Лже»-Дмитрий стал царем Руси.
• В «древне»-греческом рассказе царь Камбис посылает своего преданного человека Прексаспа убить Смердиса. Посланец аккуратно выполняет приказ. Смердис убит.
В русской версии Борис Годунов якобы посылает в Углич своего доверенного человека – Михаила Битяговского со спутниками, и тот убивает юного Дмитрия. Кстати, «античное» имя СМЕРДИС могло получиться искажением имени ДМИТРИЙ, а именно, Дмитрий = ДМТР → сМРДс = Смердис. Трагически погибают и «два других Дмитрия». Кстати, появление буквы С в начале имени СМЕРДИСА может являться следом слова САМОЗВАНЕЦ, которым тенденциозно прозвали «Лже»-Дмитрия романовские историки. То есть СМЕРДИС = С(амозванец) ДМИТРИЙ.
• По Геродоту, обстоятельства смерти Смердиса современники излагали двояко: либо был убит на охоте, либо его УТОПИЛИ. В русской версии XVI века младенец Дмитрий действительно УТОНУЛ, «выскользнув» из рук няньки. В версии XVII века «Лже»-Дмитрий был убит.
• Переворот, организованный Есфирью в метрополии Руси-Орды, опирался на ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКИХ реформаторов. Сильно огрубляя ситуацию, можно говорить здесь о начале борьбы Запада против Востока. Любопытно, что такая же расстановка сил наблюдается и в «античной» истории Смердиса. Комментаторы говорят следующее: «Геродот сообщает здесь официальную персидскую версию. Камбис убил Бардию, а затем отправился в поход на Египет. В это время, воспользовавшись НЕДОВОЛЬСТВОМ ВНОВЬ ПОКОРЕННЫХ ПЕРСАМИ ОБЛАСТЕЙ (то есть Западной Европы – Авт.), маг Гаумата захватил власть… МАГ ОПИРАЛСЯ НА ЗНАТЬ ЗАПАДА. Противниками Гауматы был Гистасп и ЗНАТЬ ВОСТОКА» [16], с. 515, комментарий 21. Таким образом, и здесь Запад противостоит Востоку.
Итак, соответствие «античного» рассказа с русскими летописями достаточно заметно. При этом надо постоянно иметь в виду, что дошедшие до нас русские первоисточники были тенденциозно отредактированы Романовыми. А Геродот, как западный европеец, писал, скорее всего, «глядя издалека» на события при московском дворе. Ясно, что далеко не все детали были ему известны. Кормился слухами и пересказами. Иными словами, каждая из версий может оказаться искаженной и неполной. Однако собирая теперь их вместе, мы освещаем темные события середины XVI – начала XVII века более ярким светом.
Напомним, кстати, что, согласно нашей реконструкции, юный ордынский царевич Дмитрий был захоронен на имперском кладбище Руси-Орды в африканском Египте, как один из последних русско-ордынских правителей Империи. Это – знаменитое захоронение юного «фараона» Тутанхамона, обнаруженное Г. Картером в начале XX века. См. подробности в книге «Империя», гл. 19:5.
11. Повторный рассказ Геродота об убийстве Камбисом «сына»Тема убийства юного ордынского царевича явно не давала покоя Геродоту. Наверное, в его время она бурно обсуждалась и потому обросла самыми разными версиями. Во всяком случае, Геродот буквально на следующей странице вновь возвращается к убийству царевича, однако на сей раз в несколько ином освещении. Вот его рассказ. Действующие лица в общем те же: царь Камбис, его верный придворный Прексасп и юный «сын», погибающий во дворце.
«А вот какие дела творил Камбис в своем безумии против других персов. Как-то раз царь, говорят, сказал Прексаспу, который был у него в великой чести и докладывал ему дела (сын его был виночерпием у Камбиса, а это также – великая честь)… "Прексасп! Кем меня считают персы? Что они говорят обо мне?". А тот отвечал: "Владыка! Они воздают тебе великую хвалу во всем, только говорят, что ты слишком пристрастился к вину"… А Камбис с гневом воскликнул: "Стало быть, персы считают меня пьяницей и безумцем?… Смотри, говорят ли персы правду или сами лишились рассудка! Если я попаду СТРЕЛОЙ В САМОЕ СЕРДЦЕ ТВОЕГО СЫНА, который стоит там перед дверьми, то ясно, что речь персов – вздор. Если же я промахнусь, то, значит, персы говорят правду и я не в своем уме". С этими словами царь натянул свой лук и ПУСТИЛ СТРЕЛУ В МАЛЬЧИКА. И когда тот упал, то ПРИКАЗАЛ РАССЕЧЬ ЕГО ТЕЛО и осмотреть рану. Стрелу нашли в сердце, и Камбис со смехом и радостью обратился к отцу мальчика: "Прексасп! Тебе ясно теперь, что я не безумец, а вот персы – не в своем уме. Скажи-ка мне, видал ли ты на свете еще такого прекрасного стрелка, как я?". Прексасп же, видя, что ПЕРЕД НИМ БЕЗУМЕЦ, и в страхе за свою участь, сказал: "Владыка! Я думаю, что даже сам бог не может так хорошо стрелять, как ты!"» [16], с. 149.
Здесь у Геродота, вероятно, тесно переплелись две ордынские темы. Первая – убийство юного царевича Дмитрия, будто бы по приказу Бориса Годунова. Напомним, что подросток Дмитрий, в угличской версии XVI века, был ЗАРЕЗАН НОЖОМ. Нож якобы вспорол ему бок. Аналогично, Геродот говорит, что мальчику-персу сначала был нанесен неожиданный удар стрелой, после чего ему тут же РАССЕКЛИ ТЕЛО. По-видимому, «геродотовская стрела» – это и есть «угличский нож». Причем в обеих версиях говорится о РАССЕЧЕНИИ ТЕЛА мальчика или юноши.
Вторая ордынская тема – убийство Иваном «Грозным» своего собственного сына Ивана Ивановича. Этот сюжет – один из самых известных в романовской версии русской истории. Разгневанный Иван «Грозный», не владея собой, наносит удар ОСТРЫМ ПОСОХОМ В ВИСОК СЫНУ. Тот падает, истекая кровью, и вскоре умирает. Вспомните, например, известную картину Ильи Репина, где талантливо изображена именно эта знаменитая сцена.
Аналогично, в рассказе Геродота РАЗГНЕВАННЫЙ персидский царь Камбис наносит смертельный удар сыну Прексаспа СТРЕЛОЙ прямо в сердце. И там и там подчеркивается ГНЕВ ЦАРЯ, приводящий его к безумному поступку – убийству сына. Своего собственного, или сына ближайшего придворного.
Отметим также, что в обеих версиях несчастный подросток или юноша погибает В ЦАРСКОМ ДВОРЦЕ. То есть не на войне, не на охоте, не в походе, а именно в дворцовых покоях.
12. Затем Геродот еще раз возвращается к истории Есфири = Елены ВолошанкиКак мы понимаем, история Есфири была знаменита в кругах реформаторов эпохи XVI–XVIII веков. Именно дворцовый переворот в столице Руси-Орды, организованный с помощью еретички Есфири = Елены Волошанки, подтолкнул начало Великой Смуты. Поэтому мятежники очень любили этот сюжет, многократно описывали его, смаковали подробности. Писали пьесы, рисовали картины, ставили спектакли, создавали музыкальные произведения, оперы. В результате история Есфири размножилась в нескольких летописных вариантах, которые мы сегодня и обнаруживаем на страницах «античной классики». Геродот также уделил много внимания данному сюжету. Как мы сейчас увидим, сообщив об истории Есфири в самом начале жизнеописания Камбиса, он вновь возвращается к ней, но уже в разделе о «злодеяниях Камбиса».
Вот интересный рассказ «древне»-греческого летописца. Завершив повествование об убийстве Смердиса, Геродот сообщает следующее.
«Это было, как говорят, первое злодеяние Камбиса. Затем он умертвил свою сестру. Она сопровождала царя в Египет, И КАМБИС ЖИЛ С НЕЙ, ХОТЯ ОНА БЫЛА ЕГО РОДНОЙ СЕСТРОЙ по отцу и по матери. А взял он ее в супруги вот как. Прежде ведь у персов вовсе не было обычая вступать в брак с сестрами. КАМБИС ВОСПЫЛАЛ СТРАСТЬЮ К ОДНОЙ ИЗ СВОИХ СЕСТЕР И ЗАДУМАЛ ВЗЯТЬ ЕЕ В ЖЕНЫ ХОТЯ БЫ ВОПРЕКИ ОБЫЧАЮ. ДЛЯ ЭТОГО ЦАРЬ СОЗВАЛ ЦАРСКИХ СУДЕЙ И СПРОСИЛ, НЕТ ЛИ ЗАКОНА, РАЗРЕШАЮЩЕГО ПО ЖЕЛАНИЮ ВСТУПАТЬ В БРАК С СЕСТРАМИ. А царские судьи – это знатные персы – выбирались [на эту должность] пожизненно или пока их не уличат в каком-либо беззаконии. Они судят тяжбы между персами, толкуют законы и обычаи предков и разбирают все сложные дела. Так вот, судьи отвечали на вопрос Камбиса, сообразуясь с законом и соблюдая собственную безопасность: НЕТ ТАКОГО ЗАКОНА, РАЗРЕШАЮЩЕГО БРАК С СЕСТРОЙ, НО ЕСТЬ, КОНЕЧНО, ДРУГОЙ ЗАКОН, КОТОРЫЙ ПОЗВОЛЯЕТ ЦАРЮ ДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТО ЕМУ УГОДНО. Таким образом судьи не нарушили закона из страха перед Камбисом, но, чтобы самим не погибнуть, оберегая [отеческий] закон, они нашли другой, более благоприятный для его желания жениться на сестре. Так Камбис вступил в брак с любимой сестрой, но все же немного спустя он взял в жены и вторую сестру. Младшую же из этих сестер, которая сопровождала его в Египет, он убил.
О ее смерти, так же как и об убиении Смердиса, есть два разных сказания. Эллины рассказывают, что Камбис велел стравить львенка со щенком. Супруга его также смотрела на эту борьбу. Когда щенок стал ослабевать, то другой щенок, его брат, сорвался с цепи и бросился на помощь и таким образом они вдвоем одолели львенка. Камбис с удовольствием смотрел на борьбу, а супруга рядом с ним проливала слезы. Заметив это, царь спросил, почему она плачет. А та отвечала, что плачет, видя, как щенок пришел на помощь брату: она вспомнила при этом о Смердисе, зная, что за него никто не отомстит. За эти-то слова, говорят эллины, Камбис и велел умертвить ее. Египтяне же передают, будто царица, сидя с царем за столом, взяла кочан салата, ощипала его и спросила супруга, какой салат красивее, ощипанный или пышный [с листьями]. А когда царь отвечал, что с листьями красивее, царица сказала: "Ты поступил с домом Кира, как я с этим салатом, – ты сделал его пустым". Тогда Камбис, распалившись гневом, бросился на нее. А та была беременной, родила преждевременно и скончалась.
Такие неистовства творил Камбис со своими родными» [16], с. 148.
Опять-таки свидетельство Геродота запутано и туманно. Однако в нем вполне различимы элементы истории Есфири при Иване «Грозном».
• Жена персидского царя Камбиса впадает в немилость. Она плачет. Царь в гневе даже бросается на нее. В результате жена Камбиса погибает. Геродот подчеркивает, что при этом между женой Камбиса и царем разгорелся конфликт: она упрекнула его в опустошении дома Кира, а царь Камбис в ответ воспылал гневом.
В русской истории женой царя-хана Ивана III, то есть отражения «Ивана Грозного», была Софья Палеолог. «В семье великого князя РАЗГОРЕЛСЯ ЗНАЧИТЕЛЬНЫЙ ПО СВОИМ ПОСЛЕДСТВИЯМ КОНФЛИКТ. Причины его до конца не ясны… ОПАЛЕ ПОДВЕРГЛАСЬ И ВЕЛИКАЯ КНЯГИНЯ СОФЬЯ… ПОБЕДУ ОДЕРЖАЛО ОКРУЖЕНИЕ… ЕЛЕНЫ СТЕФАНОВНЫ» [81], с. 99. Как мы уже неоднократно говорили, именно Елена Стефановна Волошанка ЗАЙМЕТ МЕСТО царицы Софьи, хотя и неофициально. Именно Елена войдет в Библию под именем Есфири.
Официальную опалу царицы Софьи историки датируют якобы 1497 годом [81], с. 99, однако начало этих событий относят якобы к 1490 году, когда умер сын Ивана III. Именно начиная с 1490 года «предубеждение москвичей против "римлянки" Софьи… усилилось» [74], с. 116. Великая княгиня Софья бежала на Белоозеро вместе с боярынями [74], с. 116. ОПАЛА ЦАРИЦЫ СОФЬИ длилась несколько лет, якобы до 1499 года. На самом же деле, повторим, события происходили столетием позже, в середине XVI века.
• Подчеркивается, что у Камбиса было ДВЕ ЖЕНЫ (две сестры – Роксана и Атосса). Одну он оттолкнул от себя и даже убил. Другой женой была Атосса. О ней сообщается следующее: «Властная Атосса не могла примириться с оскорблением, нанесенным ей Камбисом. АТОССА ИНТРИГОВАЛА ПРОТИВ КАМБИСА, вышла замуж затем за мага, а после его убийства договорилась с Дарием… и стала его супругой» [16], с. 575, комментарий 23.
Скорее всего, «античная» Атосса – это и есть библейская Есфирь = Елена Волошанка. Кстати, имя АТОССА близко к имени ЕСТЕР = Есфирь. Здесь мог быть переход Т-Ф ввиду двоякого прочтения Фиты.
Как мы уже отмечали в книге «Библейская Русь», гл. 7:28, Библия называет Есфирь также Гадассой (Есфирь 2:5–7). Но ведь библейское ГАДАССА и «античное» АТОССА практически тождественны. Более того, в комментариях к «Истории» Геродота, сообщается, что имя Атосса по-персидски звучало как ХУТАУСА [16], с. 554. Здесь Геродот говорит об Атоссе, считая ее дочерью Кира, женой Камбиса, мага Гауматы – Лжесмердиса и Дария. Но имена ГАДАССА, по Библии, и ХУТАУСА, по Геродоту, практически совпадают. Таким образом, как Плутарх, так и Геродот, именуют Есфирь практически тем же именем, которое упомянуто и в Библии.
• И «древне»-греческая и русская версии согласно отмечают, что в женитьбе Камбиса-Грозного было нечто предосудительное. По Геродоту, Камбис вынужден как-то обходить персидские законы, чтобы сочетаться браком с сестрой, или даже с двумя сестрами. А по русским летописям, Иван III «Грозный» берет себе в любовницы при еще живой жене супругу своего сына Ивана Молодого, то есть Елену Волошанку = Есфирь. В обеих версиях фактически говорится, что «это было нехорошо». И что это вскоре привело к тяжелейшей смуте.
• Далее Геродот сообщает интересную деталь. Оказывается, чтобы вступить в брак с сестрой, царю Камбису пришлось обратиться к СУДЬЯМ ЗА РАЗРЕШЕНИЕМ. Те, понятное дело, разрешили, хотя и колебались между законами и совестью. Но, ясное дело, решили, что лучше разрешить, чем быть казненными.
Аналогичный сюжет известен и в истории «Грозного». Как мы говорили в книге «Библейская Русь», гл. 7, Иван III покаялся, удалил от себя жидовствующих, примирился со своей прежней женой Софьей. Этот уникальный эпизод – покаяние царя, как-то связанное с женой и с отказом от ереси, ПОВТОРЯЕТСЯ ПОЧТИ В ТОМ ЖЕ ВИДЕ и в истории Ивана IV «Грозного», уже в XVI веке. Как только кончилась опричнина в 1572 году, и как только вместе с ней прекратилось засилье лютеран при царском дворе, в Москве был созван церковный собор [39], т. 9, гл. 3, столбец 114. «На соборе первенствовал НОВГОРОДСКИЙ архиепископ Леонид (по-видимому, оригинал Геннадия, относимого сегодня к XV веку – Авт.)… СМИРЕНИЕ ВЕЛИКОГО ЦАРЯ, как сказано в деяниях сего собора, глубоко тронуло архиепископов и епископов: они проливали слезы, болезнуя о ВИНЕ И ВИНОВНОМ. Читали устав Вселенских соборов; рассуждали и положили утвердить брак, ради теплого, умильного ПОКАЯНИЯ ГОСУДАРЕВА, с заповедью не входить Иоанну в храм до Пасхи… обязывались молиться за Царицу Анну» (там же, столбцы 114–115).
В изложении романовского историка Н.М. Карамзина остается на самом деле совершенно непонятным, в чем же именно каялся Иван IV Грозный. Формально дальнейший рассказ Карамзина означает следующее. ИВАН IV РЕШИЛ ВСТУПИТЬ В НЕЗАКОННЫЙ ЧЕТВЕРТЫЙ БРАК. И очень сильно в этом раскаялся. Раскаялся настолько сильно, что церковь, увидев такое серьезное покаяние, НЕ МОГЛА НЕ РАЗРЕШИТЬ ЦАРЮ ВСТУПИТЬ В БРАК. Но тут же наказав царя за что-то. Причем было заявлено, что такой брак является страшным беззаконием. И собор пригрозил «ужасною церковною клятвою всякому, кто подобно Иоанну дерзнет взять четвертую жену» [39], т. 9, гл. 3, столбец 115. А вот Ивану неслыханное беззаконие якобы разрешили. Карамзин так и пишет об этом четвертом браке: «Неслыханное дотоле в России ЦЕРКОВНОЕ БЕЗЗАКОНИЕ» (там же, столбец 114).
Скорее всего, геродотовский рассказ о разрешении, данном судьями царю Камбису на вступление в брак, это – отражение сюжета о разрешении на вступление в брак из истории Ивана «Грозного».
• По Геродоту, царь Камбис женится на РОДСТВЕННИЦЕ, а именно, на своей сестре. В русской версии, царь Иван III Грозный тоже делает своей любовницей РОДСТВЕННИЦУ – СУПРУГУ СВОЕГО СЫНА Ивана Молодого, то есть Елену Волошанку = Есфирь.
Итак, перед нами – неплохое соответствие геродотовской и русской версий.
13. История русского митрополита Филиппа на страницах Геродота. Филипп увещевает Грозного, а Крез увещевает КамбисаГеродот излагает далее следующую историю.
«ИЗ-ЗА ТАКИХ ЗЛОДЕЙСТВ Крез, лидийский царь, решил обратиться к Камбису со словами УВЕЩЕВАНИЯ: "Царь! Не подчиняйся всецело юношескому пылу но сдерживайся и властвуй над собою. Благоразумие – благотворно, а предусмотрительность – свойство мудреца. А ты убиваешь людей – своих же сограждан, хватая их без всякой веской причины, и умерщвляешь даже детей. Если и далее будешь так поступать, то берегись, как бы персы не восстали против тебя. Отец твой Кир строго наказал мне НАСТАВЛЯТЬ ТЕБЯ и давать советы, какие я признаю полезными". Так советовал Крез из расположения к царю. А Камбис возразил на это такими словами: "И ты еще смеешь давать мне советы! Ты, который так "хорошо" управлял своей страной и дал такой "удачный" совет моему отцу… Ты погубил и себя, дурно управляя своей страной, и Кира, который внимал твоим советам. Но не радуйся: я давно уже искал случая добраться до тебя". С этими словами Камбис схватил лук, чтобы застрелить Креза, но тот успел отскочить и выбежал [из покоя]. Так как Камбис не смог поразить Креза стрелой, то приказал своим слугам схватить и казнить его. Слуги, однако, зная царский нрав, скрыли Креза. Они надеялись, что Камбис раскается и станет разыскивать Креза и тогда они получат награду на то, что сохранили жизнь лидийскому царю. Если же царь не пожалеет о своем поступке и не спросит о Крезе, тогда они успеют его умертвить. И действительно, спустя немного времени Камбис потребовал к себе Креза, а слуги, узнав об этом, объявили ему, что лидийский царь еще жив. Тогда Камбис сказал, что очень рад этому, но тех, кто его спас, он все же не оставит без наказания и казнит. Так царь и сделал» [16], с. 149–150.
Обратимся теперь к русским летописям.
В жизнеописании «Грозного» видное место занимает история митрополита Филиппа, попытавшегося усмирить царя, увещевать его и прекратить казни. Это не удалось, и Филипп в конце концов был замучен. Вот краткий рассказ о его трагической судьбе.
В разгар опричнины казни пошли косяком. «И ВОТ НА ЗАЩИТУ ЭТИХ НЕВИННЫХ ЖЕРТВ СМЕЛО ВЫСТУПИЛ ПРОТИВ ГРОЗНОГО ЦАРЯ СВЯТИТЕЛЬ ФИЛИПП, выбранный самим Иоанном на московскую митрополию… Филипп происходил из боярского рода Колычевых…
В молодости своей он состоял при великокняжеском дворе, и Иоанн, будучи еще ребенком, знал его лично. Скоро Филипп, наскучив миром, постригся и, пройдя через самое суровое подвижничество в Соловецком монастыре, был поставлен в нем игуменом; в этом звании он быстро стяжал себе известность…
В 1566 году государь вызвал Филиппа в Москву и объявил о своем желании видеть его на митрополичьем столе. Последний ответил, что согласен при условии уничтожения опричнины. Царь разгневался, однако настоял на своем, причем Филипп, принимая новый высокий сан, обязался особой записью: «в опричнину ему и в царский домовой обиход не вступаться, а после поставления за опричнину и за царский домовый обиход митрополии не оставлять».
Но, конечно, Филипп не отказался от исконного права русских святителей печалиться за несчастных, что не замедлило привести его к полному разрыву с Иоанном. Между ним и царем стали происходить по окончании обедни разговоры вроде следующего…» [53], кн. 2, с. 501–502.
Далее А. Нечволодов цитирует длинный спор Филиппа с «Грозным». Мы опустим подробности, приведя лишь пару цитат. Филипп пытается увещевать царя, говоря, в частности, так: «От века не слыхано, чтобы благочестивые цари волновали свою державу, и при твоих предках не бывало того, что ты творишь; у самих язычников не происходило ничего такого» [53], кн. 2, с. 502.
Иван Грозный ему отвечает, например, следующее: «Что тебе, чернецу, за дело до наших царских советов? Разве ты не знаешь, что ближние мои встали на меня и хотят меня поглотить? Одно тебе говорю, отче святый, молчи и благослови нас» [53], кн. 2, с. 502.
Противостояние Филиппа и Грозного нарастало. Поводом к окончательному разрыву послужил следующий, на первый взгляд, мелкий случай. 28 июля 1568 года Филипп служил в Новодевичьем монастыре, когда туда прибыл царь с опричниками, причем один из них был в тафье. Возмущенный святитель сказал об этом Грозному, но опричник успел спрятать тафью, а царя уверили в том, что Филипп, дескать, все это выдумал. Грозный разозлился. Масла в огонь подлили многочисленные недоброжелатели Филиппа. Кончилось тем, что «во время службы в Успенский собор явился боярин Алексей Басманов с толпой опричников; он громко прочел приговор церковного суда, по которому Филипп лишался пастырского сана, а затем опричники с бесчестием вывели святителя из церкви и, посадив на сани, отвезли в обитель Св. Николы Старого, на берегу Москвы-реки. Толпы народа бежали за Филиппом, проливая слезы. Через восемь дней его перевели в Тверской Отрочев монастырь. Общепринято думать, что Филипп был задушен через год в этом монастыре свирепым Малютою Скуратовым… Имеются также сведения, по которым Филипп был отправлен в Александровскую слободу и уже там замучен. Во всяком случае, вполне достоверно одно, что Филипп постоянно печалился об осужденных, неустрашимо высказывал Иоанну порицание за его жестокости и образ жизни и за все это перенес страдание. Православная церковь причислила его к лику святых» [53], кн. 2, с. 503.
Сравним данный рассказ с «античным».
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.