Текст книги "Хвост фюрера. Криминальный роман"

Ты добился, чего хотел

Не думал и не гадал Георг, когда садился в автомобиль, что его самого спеленают, да так быстро, что он и опомниться не успеет.

Альбина после отъезда Вадима, вспомнила, что в её телефоне записан номер Марты, и она сразу связалась с ней.

– Марта я тебя не разбудила? – спросила она.

– Спать ужасно хочу, но не спится, – ответила Марта, – сейчас приму снотворное и прилягу.

– Не спеши пока? Я знаю, кто ты, и знаю, кто такой Георг. Но не знаю за твоей спиной или вы все вместе похитили Ольгу, – Вадима жену.

– Вот этого я предусмотреть не могла, – спокойно проговорила в трубку Марта.– Думаю, с ней ничего страшного произойти не может. Георг трус и подонок с атрофированными мозгами, и он дохаживает последние дни на свободе. Возможно, даже завтра его арестуют? Но поверь мне? – Я ни при каких обстоятельствах не связана с Георгом по этому делу, хотя догадывалась, что Вадиму грозит опасность, поэтому и хотела поговорить с тобой на эту тему.

– Я это поняла, но поздно. Вадим сейчас поехал к твоему мужу обменивать Пифагора, на Ольгу. Сейчас они едут по кировской трассе в сторону Семёнова.

– Тогда я знаю, где они держат Ольгу, – уверенно сказала Марта.– На этой трассе есть посёлок «Дружба», с бросовым домом одного нашего знакомого. Только там она должна быть. Но ты не унывай и связь со мной не теряй? Звони мне каждый час. А я со своей стороны пробью Ольгино место нахождения. Узнаю действительно она там или нет.

– Хорошо, – согласилась с ней Альбина.

Марта не легла спать, а сделала звонок на Ольгин телефон, где услышала голос Панды, тут она и поняла, насколько положение Ольги и Вадима усложнилось.

Не дожидаясь, когда ей позвонит Альбина, она первая связалась с ней.

– Мне эта ретроспекция с Пифагором не нравится, – сказала Марта Альбине, – только мы с тобой можем повлиять сейчас на ситуацию. Не будем бить в барабаны, давай обратимся к Севе. Он только пальчиком пошевелит, и Георг в лучшем виде предоставит нам Ольгу. А может даже и Вадима придётся выручать?

– Полностью с тобой согласна, – приняла её предложение Альбина, – я Вадиму об этом уже говорила, но он к криминалу не особо благоволит. А милиция таких ляпсусов второпях может натворить, что завтра твой Георг заплатит выкуп и продолжит тянуть жилы с Вадима. Я сейчас позвоню дяде Севе, и мы с тобой встретимся на том берегу Волги.

– Подъезжайте к теплоходу «Калинин», Георг был ночью там, – в двадцать первой каюте с девочкой забавлялся. Думаю, она ещё в каюте находится. Надо её расспросить, возможно, мой муж ей что-то рассказал, о своих планах на сегодняшний день. Я буду вас ждать рядом в летнем кафе.

Марта не стала прихорашиваться, влезла в лёгкие шорты и на плечи накинула клетчатую блузку похожую на мужскую сорочку. Когда она на такси подъехала к теплоходу «Калинин» то джип Серого уже стоял там. Кроме него в салоне сидел Артист и ещё один мужчина примерно тридцати лет с угрюмым лицом.

– Вы так быстро приехали с того берега? – удивилась Марта, – я думала, мне вас ожидать долго придётся. Тогда пошли в номер?

– Садись в машину, – открыл перед ней дверку Сева.

Она покорно села на заднее сиденье около угрюмого мужчины и положив руки на плечи артисту, спросила:

– А где Альбина?

– Присутствие Альбины здесь совсем не обязательно, – вместо Севы ответил Серый, – как и твоё тоже. Сейчас поедешь вместе с Севой к себе домой, и будете дожидаться там Ноля. Вдруг мы разъедемся. Вот это Юра Занос, – кивнул он на угрюмого мужчину, – он знает и Панду хорошо и с твоим мужем знаком. До Дружбы мы знаем, как добраться, а найти в деревне бросовый дом, раз плюнуть.

– Георг здесь на теплоходе утром был, – сказала Марта.

– Возможно, и был раньше, а сейчас, кроме трупа молодой девушки и криминалистов в двадцать первой каюте нет никого.

У Марты сразу засаднило сердце, запылали щёки и на глазах появились слёзы:

– Девушка чернявая? – шёпотом спросила она.

– Этого мы не знаем, – отрезал Сева, – мы туда не заходили. Убийство или несчастный случай произошёл с ней, это прокуратура установит, и уж милиция в любом случае на твоего мужа выйдет. Может и не сегодня, а завтра это точно! Он тут фигура заметная. Наша задача сейчас опередить цириков. Твой пархатый муж залез в воровской карман. Он нагрел несколько фирм, которые мы опекаем. Возможно, он и не знал, кого на обезжиренную пищу сажал, но сейчас это значения никакого не имеет. Наша сейчас задача опередить ментов. Если они его отыщут вперёд нас, то мы с него ничего не получим.

– А Вадима с Ольгой спасать? – недоумённо спросила Марта.

– Всё будем делать параллельно, – объяснил Сева, – но телефон его пока молчит. Не исключено, что он сейчас в погребе где-то сидит.

– Можно проще сделать, – предложила Марта, – я звоню Георгу и вызываю его домой или сюда. Скажу, в квартиру не могу попасть, так – как ключ потеряла. Он обязательно на всех парах примчится сюда.

– Стареть мы с тобой брат стали, – взбодрённый такой подсказкой, одарил артист Серого широкой улыбкой.– совсем из головы выпали достижения научно технического прогресса. – Давай Марта звони ему? – заторопил он.– Скажи, что ждёшь его в ресторане «Викинг», там мы его под белые ручки и прихватим. Время уже десять часов значит, ресторан открыт.

Они отъехали от Набережной, и вскоре Марта сидела в глубине зала ресторана, совершенно одна. Артист со своими друзьями наблюдали за Нолём на улице из салона джипа.

Марта не трепетала от страха, она знала, что своими действиями не предаёт своего мужа, а просто-напросто закапывает живьём ненавистного ей человека, преступника, которого терпела больше трёх лет. Ей надоело перед ним притворяться и изображать любящую жену. Она давно таила внутри себя план, как технически правильно уничтожить его. И вот этот день настал!

«С этими ребятами он одними тумаками и деньгами не отделается, – размышляла Марта, – его они разведут по полной программе. Заберут у него всю его недвижимость. Ну и пускай, я голой не останусь. У меня дом есть, квартира и вилла в Черногории. Не пропаду. Надо только на время Берту приостановить с походом в прокуратуру. Пускай Сева выпотрошит Ноля до последнего пёрышка, а потом уж и в прокуратуру можно сходить. А я за это время должна с Вадимом объясниться. Уверена, что всё хорошее в моей жизни будет, то, что связано именно с ним!»

Георг вошёл в ресторан взъерошенный и возбуждённый. Рубашка нараспашку, на волосатой груди словно маятник, качается золотой кулон с изображением шестиконечной звезды. Он шёл к Марте быстро и уверенно, не чувствуя себя виноватым за утренний конфуз на теплоходе. В руке нёс, словно корону Российской империи фигурку Пифагора.

– Я сказал, что своего добьюсь! – поставил он перед Мартой фигурку.– Смотри, каковы камушки? – отодвинул он шумно стул и сел на него.– Хоть это и не синий бриллиант Хоуп, но красоты скажу, тоже невиданной! Поверь мне, я эту науку частично проходил. Таких бриллиантов тебе точно не приходилось видать! Заживём теперь с тобой, как шахи! Сворачиваем все дела здесь и вперёд за счастьем в Черногорию!

Марта без единого слова доедала салат из свежих огурцов и, изобразив на лице безразличие, отодвинула от себя Пифагора и принялась пить кофе:

– Ты очень последователен, ничего не скажу. Просто молодец! – вымолвила она, – но принесёт ли Пифагор тебе радость, это вопрос?

– Ты что Марта, да это бешеные деньги! – привстал он со стула.

– Верю, – сверкнула она своими глазами, – но и верю в то, что этими бешеными деньгами ты никогда не воспользуешься. Ты добился, чего хотел! Ты знаешь, что тебя по городу разыскивают воры в законе?

– Не – не – не может быть Марта? – заикаясь, произнёс он.– Ты разыгрываешь меня и мстишь за свою девочку.

– Девочка уже не моя, – она на небесах и думаю, свою душу, Гуля богу отдала при твоей активной помощи. В данный момент в каюте работают следственные органы.

– Она сама поскользнулась на мокром полу. Я в её смерти не виноват! – на его лице появился испуг и притворная наигранность

– Мне ты можешь не рассказывать эти сказки. Девчонке жить бы да жить, – на третий курс института перешла, а ты изверг навеки закрыл её веки.

– Меня мало волнуют её веки, я тебе клянусь в её смерти, я не виноват, – постучал он кулаком себя в грудь.– Ты лучше признайся мне, – насчёт воров ты пошутила?

– Мне не до шуток сейчас, – снисходительно посмотрела она на него, – ты мне говорил, что Вадима прощупал от пяток до корней волос, считал его слащавым интеллигентом, а теперь посмотри, кто за ним стоял, – и она кивнула на приближавших трёх авторитетов.

Георг и повернуться не успел, как две тяжёлые руки припечатали его голову к столу.

– Ключи от машины Нольбаум? – требовательно протянул свою руку Юра Занос, откуда – то узнавший первоначальную фамилию отца Георга.

– В кармане, – словно в конвульсиях забилось его тело.

– Смотри не обделайся от страха, – сорвал с него золотой кулон Сева, – ты нам пока чистый нужен. А ключи от своей машины Марте отдай, ей незачем слушать наши разговоры. Пускай домой едет.

Серый, остановил свой взгляд на античной фигурке. Синие переливающие лучи ударили ему по глазам. Он, как пригвождённый смотрел на Пифагора, не трогаясь с места, но быстро отошёл от оцепенения и без излишних расспросов взял его со стола:

– Времени нет восторгаться этой красотой, – посмотрел он на Марту, – но вещь стоящая, тут вопросов нет. Я её сам передам Вадиму.

– Как хотите, – сказала Марта, – но только сделайте, так чтобы я этого ублюдка, хотя бы неделю не видала, – кивнула она придавленную руками голову Ноля.

– По ситуации видно будет, – сказал Серый, – возможно и дольше не увидишь.

– Спасибо! – улыбнулась она Серому, и чтобы слышал Георг, громко сказала:– Передайте Вадиму, чтобы равновесия не терял и, что я жду его у себя дома!

Марта сама залезла к Георгу в карман и, достав ключи, покинула ресторан, при этом, не делая попытки, обернутся назад. Она знала, что ни на его судебный процесс, ни тем более в тюрьму на свидание к нему не придёт. Для Марты больше Георг Ноль не существовал. Она настраивала себя на другую жизнь. Ту жизнь, которая будет переполнена счастьем и взаимной любовью.

Георга после её ухода завели в машину, и он показал дорогу к дому, где находились под охранной, осуществляемой Пандой, Ольга с Вадимом.

Панду застали врасплох. Когда они зашли в дом, тот в это время он тешился над безжизненным телом Ольги. Вадим в это время связанный катался по полу.

Его сразу освободили, а Панда получил от Севы сильный удар в шею, отчего тот опрокинулся на пол и начал корчиться от боли.

– Её надо в больницу, – сказал Серый, пощупав на руке Ольги пульс, – она тяжёлая – может не выжить. А нам эта проблема не ко двору. Менты обязательно дознания будут проводить, как да что? Тогда придётся и этих тварей сдавать в их руки, – полоснул он грозно своими глазами на Георга. – Что будем делать?

– Спасать нужно девчонку в первую очередь, – заявил Сева, – воровской закон он для тебя святой, а я могу его и обойти, и никто мне предъяву не сделает. Я уважаю, ваши законы Серый, но я анархист и у меня есть свои понятия на такие ситуации.

– Я отвезу её в больницу, – склонился Вадим на колени перед Ольгой и, увидав в углу несколько свежих пустых бутылок, произнёс:– Да она пьяная.

– Это Панда её поил и издевался над ней, – взвыл Георг, – я ему категорически запретил её и пальцем трогать. Мне Пифагор только был нужен, больше ничего.

Тут зашевелился Панда, и со стоном держась рукой за шею, сделал попытку встать, но удар он видимо получил такой сильный, что он вновь свалился на пол и лёжа, показывая пальцем на Георга, сказал:

– Врёт он всё, – это он меня на передовую послал. Сказал, чтобы я сегодня замочил Ольгу, а потом собирался обчистить квартиру журналиста. А Ольга действительно пьяная, она одна литра полтора водки выпила.

– Ну, вот проблема снята, – обрадовано сказал Сева, заглянув Серому в глаза.

– Я бы в любом случае эту проблему разрешил, – кашлянул в кулак Заслон, – я этих волков Ноля с Пандой собственноручно бы запряг в телегу и с кнутом бы погнал до ментовки, – он подошёл и замахнулся на Георга, но бить не стал.

Вадим в этот миг хотел подойти к Георгу и взглянуть ему в глаза, но чувство омерзения к этому трусливому и жалкому человеку остановило его. Серый же обошёл вокруг Ноля и, посмотрев, как тот дрожит от страха и изворачивается, не выдержал, свалил Георга ударом ноги на прогнивший пол:

– Зачем тебе этот Пифагор? – покрутил он перед распластавшимся Георгом фигуркой.

Георг, встал на колени и протянул руки вверх, будто обращается с мольбой к богу:

– Мне он не нужен больше. Этот бюст раньше Гитлеру принадлежал и за него любой коллекционер может заплатить миллион долларов, а то и больше!

– Кучерявая сумма, – сказал Серый и, передав Пифагора Вадиму, спросил:– Ему стоит верить?

– По моим данным да, – ответил Вадим.– Мне её унаследовал дед Глеб, она у него хранилась с середины шестидесятых годов, а вчера баба Наташа мне этого Пифагора вместе с письмом передала.

– Это мы уже знаем, – сказал Сева, – Альбина нам некоторые подробности рассказала. А ты сейчас отвезёшь Ольгу домой, не забудь сегодня навестить Марту. Она очень просила.

Вадим довольно улыбнулся и, посмотрев последний раз в синие глаза Пифагора, возвратил его Серому:

– Мне он тоже больше не нужен, – возьмите его себе!

…Через десять дней с высокого холма за городом старая восьмёрка угодит в Волгу. Когда машину извлекут из воды, то в ней обнаружат два трупа. Один из них принадлежал Георгу, второй Панде. В их крови судебно-медицинская экспертиза обнаружит повышенное содержание спирта в крови.

Следствие же на основании этой экспертизы поставит свой вердикт:

«Водитель находился в нетрезвом состоянии и не смог справится с управлением, что привело к смерти, как водителя, так и пассажира».

После своего освобождения Ольга пролежала две недели в постели, а когда отошла от болезни, и тяжёлых мыслей не выясняя никаких отношений с Вадимом, собрала свои вещи и уехала к себе на родину в Кострому. Во всём, что произошло с ней, – в этом она обвиняла только себя.

Эпилог

Прошло более полутора лет после всех этих событий. Марта с Вадимом за это время не только посетили Загс, но и обвенчались в церкви. У них родилась маленькая девочка Настя, крёстной матерью которой стала Альбина. Мать свою Вадим похоронил незадолго до рождения дочки. Вадим по-прежнему занимался своим бизнесом. С наступлением лета они собирались выехать в Черногорию и нередко заостряли этот вопрос за ужином. А пока они по выходным дням вместе с семейством Альбины навещали бабу Наташу и Карпа. Ловили там рыбу и варили уху. От бабы Наташи Вадим узнал, что Севу приговорили за какие-то тёмные дела к длительному сроку заключения, а Серый был убит и найдён в Волге запутанным в сетях. В его убийстве обвиняли бывшего работника ГАИ Боровика, который после совершённого им преступления скрылся вместе с Пифагором в Австрии. Вскоре просочился слух от Берты, которая работала в уголовном розыске, что и тело Боровика выловят в водах Дуная, и дальнейшая судьба античного костяного и загадочного философа, казалось бы, на этом уже и оборвалась. Но письмо, полученное Вадимом от Анны, омыло его сердце жгучей и холодной волной, от чего он почувствовал тяжесть в голове и нервную дрожь в руках. Несколько раз Вадим перечитывал письмо один а потом прочитал его для Марты.

Здравствуй Вадим!

Не знаю начал ты заниматься своим расследованием по поводу Пифагора, или нет, но на всякий случай хочу тебе скинуть некоторую информацию, которая думаю, вряд ли тебе поможет разобраться в исторической сущности чернильницы. Но отрезвить твою голову и избавиться скорее от Пифагора, – думаю, эта информация непременно должна!

…Перед новым годом получила известие через Интернет от французских служителей искусства, знающих при жизни и Кнута Гамсуна и Константина Бранкузи и многих других знаменитостей. Хочу тебе сообщить, что их слова отчасти подтверждает точку зрения генерала Беркутовая, что чернильницу Пифагора изготавливал именно Константин Бранкузи. По их простой и немудреной рекомендации я в этом убедилась сама. Советую и тебе так – же проверить своё воображение:

Положи фигурку в горизонтальное положение и приглядись внимательно. Перед тобой будет лежать не античный математик, а настоящий мужской фаллос. Подобных работ у Бранкузи было не мало, чем и недовольна была порой общественность, но он на это не обращал внимания. Это был самобытный художник и не хотел быть похожим ни на кого.

Далее хочу тебе сообщить, и передать их послание не только слово в слово, но и о каждой букве не забуду. …В начале второй мировой войны Бранкузи из Парижа выезжал в Констанцу, где посетил местный некрополь. Ты, возможно, не знаешь такой важной детали, но фигурка помимо синих бриллиантов начинена, чьим – то прахом, имеющим дьявольскую силу. (Об этом мне рассказывал дядя Глеб) Это многому даёт объяснения: – возможно в Пифагоре находится прах самого Дракулы или ему подобных людей. Все драгоценные камни обладают неведомой колдовской силой, но синие бриллианты эта отдельная тема. Основываясь на гипотезу специалистов в минералогии с мировым именем, смею утверждать, что синий бриллиант счастья человеку не приносит. Все обладатели таких драгоценных камней погибали загадочной смертью. То, что именно Кнут Гамсун подарил Пифагора Гитлеру, это стоит под вопросом? Некоторые мои сведения имеют большие расхождения.

Например:– Лоне Шарль, – старый фотограф, а так же бывший партизан французских Маков передаёт мне, что с довоенных времён находился в приятельских отношениях с французским скульптором Аалтоненом Вяйне (ныне покойным), так тот утверждает:

«Действительно, когда-то до войны, скульптор Аалтонен поделился с Бранкузи большим куском кости кашалота, для изготовления миниатюр. Это было при мне, но я сомневаюсь, что у Кнута Гамсуна и румынского скульптора были какие-то близкие отношения. Это были две противоположные личности. Мне по своей профессиональной деятельности приходилось делать фоторепортажи и того и другого, и не раз. И чтобы уловить дух общения между великим писателем и знаменитым скульптором я не обнаружил».

…Вадим этому человеку стоит верить. Он хоть и старый, но мозг у него вполне ясно работает!

…Второе послание я получила почтой, его прислал мне Плант Роже, – это старый искусствовед. (Сразу оговорюсь, ему тоже стоит верить) Он меня уверяет: «Возможно, ничего общего у этих двух людей и не было, но пути их однажды пересекались и сотворить из трёх компонентов идола смерти они могли, хотя Кнут Гамсун, – фанатично преклоняясь перед Гитлером мог не знать, что Бранкузи таким образом пытается спасти человечество от коричневой чумы и конечно главного палача Адольфа Гитлера, подарив ему при помощи писателя это смертельное проклятие. Бранкузи точно знал, что Гитлер тяготел к искусству и мало того сам писал картины акварелью. Одним словом смею вас заверить, что я их видал вместе в одном творческом обществе. А был ли у них совместный умысел мне не известно. Думаю, если действительно эта фигурка Пифагора стояла на письменном столе Гитлера, то аплодировать в большей степени надо скульптору Бранкузи. Сами посудите: если бы опальный писатель знал, какую бомбу он готовит Гитлеру, то чтобы обелить себя перед родным народом он бы смог на эту тему написать целую трилогию. Но к великому сожалению он после своей смерти даже никакой записки не оставил, что сделал, возможно, смертельный подарок Гитлеру. (Для него Пифагор был творением искусства, не больше). Спрашивается, а почему? Отвечаю, он был напуган после своего смелого некролога Гитлеру. Я его видал на судебном процессе в 1947 году. Мне показалось, что это был уже не творец, а выживший из ума старый человек».

…Вадим, опираясь на факты этих двух корифеев искусства, я считаю, тебе нужно аккуратней быть с Пифагором или совсем избавиться от него. Мировой истории пока доподлинно не известно ни о, истинной смерти Гитлера, ни о его приближённых, Геббельса, Бормана, – одни только домыслы. Геринг с Геббельсом были отравлены, – при каких обстоятельствах, истории это так же не известно? Но как бы то ни было все они мертвы! Кто его знает, а не держали – ли все они в руках этого самого Пифагора?

И ещё хочу напомнить тебе, что эти оба великих человека Кнут Гамсун и Константин Бранкузи прожили долгую жизнь. – Первый 93 года, второй 81. И оба они не прекращали работать до самой смерти. Кнут Гамсун после принудительного психиатрического обследования в девяносто лет издал свою последнюю книгу. Но старость его разительно отмечалась от старости скульптора. Работы Бранкузи были востребованы во многих странах мира, книги же Кнута Гамсуна, напроти, во многих странах просто не печатали или вовсе были запрещены. Он ушёл в могилу не зная, простило ли его мировое общество, за идолопоклонство к Гитлеру? А этой милости он очень ждал, особенно от норвежского народа!

…Вадим, думаю, прочитав моё письмо, ты сделаешь для себя верные выводы. Буду, рада узнать, что я тебе в чём-то помогла. А вообще думаю, все материалы есть в архивах КГБ. Ведь самые важные записи генерала Беркутова, которые он вёл, остались в этом грозном ведомстве. Предлагаю тебе обратиться к ним, глядишь, может тебя допустят до архива.