Читать книгу "Время Странника. Хроника Гирода"

Глава 10
ТРАУР НА ПЛОЩАДИ

Не согрешишь – не покаешься.

Зоя, «Яма» А.И.Куприна

Снег уже таял под напором солнечного тепла. Вода стекала с крыш домов, ручьи текли по людным дорогам. Сегодня было тепло и этому теплу радовались только дети. Жилые дома в Прималоне состояли из трех-четырех этажей, чаще строились из обычного кирпича, кто был побогаче могли взять себе дом из гранитного камня. На первых этажах обычно основывались магазины и лавки, но не у всех. Последний этаж обычно служил чердаком, но кто-то делал из него комнату. Все зависело от того, кто как живет.

Площадь девяти огней уже была полна народу. В центре стоял памятник первому императору Россигарда Иоанну Симплексу, густобородый крупный мужчина, восседавший на гнедом коне и держащий над головой свой меч с широким лезвием. Статуя была сделана из бронзы и стояла на пятнадцатиметровом мраморном монументе.

Названа была Площадь девяти огней так, потому что от нее шли девять главных проспектов столицы. Ее огромное пространство не могло не удивлять и не восхищать приезжих. Тут всегда собиралось полно народу, все-таки главная площадь столицы.

Кайс стоял в синем мундире со знаком лорда-защитника напоказ перед памятником императору и любовался предком Берты, который основал Россигард, создал целую империю и умер от руки своего товарища Филиппа. Но то были лишь слухи. Сегодня он так и хотел, чтобы его замечали. Оружие тоже было при нем: шпага, спрятанный в тайном кармане стилет и револьвер с шестью патронами.

Рядом с Ловкачом стоял другой приметный тип с половинкой сердца на плече. Касьян был одет в средний доспех. А оружие у него было помощнее, чем у лорда-защитника, – меч имперской стражи. Ну и еще можно учесть магическую силу.

Довольно странно и подозрительно, что защитники правительницы вместе ходят по площади, но ничего удивительного не было: Императрица собиралась встретиться со своими подданными на площади, а куда подозрительней было бы, если б ни одного защитника на площади не ошивалось.

Народ собирался на площадь встречать свою Императрицу, которая должна с минуты на минуту подъехать. Поэтому Кайс уже был готов к тому, что готовили экстремисты. В его глаза уже попались пару подозрительных личностей. Они явно были взволнованы и настороженны. По виду простые люди, возможно рабочие или ремесленники. Но их взгляд выдавал испуг и злость с долей неуверенности. Кайс подметил, что, скорее всего они под наркотой, поэтому от них можно ждать чего угодно.

– Милорд, – пробормотал Касьян, – вы уверены, что теракт будет?

– Да, – спокойно ответил ему Кайс. – Это стопроцентная информация.

– Просто я… не особо уверен в этом.

– Посмотри на тех двух. – Кайс бросил взгляд в сторону мужчин, которые нервно разговаривали между собой, посматривая на них и постоянно проверяя свои карманы. – Они не спускают с нас глаз. Да не смотри ты на них в открытую! Заподозрят неладное. Когда литиномобиль99
  ¹ Литиномобиль – автомобиль с двигателем на литиновой основе. В Империи Россигард литиномобили могли позволить себе только высшее общество, военные и полицейские органы. Более бедные использовали дилижансы (кареты), велосипеды и в редких случаях паромобили.


[Закрыть] въедет на Площадь, они подойдут к нам, чтобы, если что, убрать помеху. Другой вопрос: надо найти тех, кто захочет покуситься на саму Императрицу.

Касьян молча слушал лорда-защитника и уже взглядом высматривал террористов.

– Я попробую применить заклятие «Око пустоты», но боюсь, оно заберет у меня половину сил.

Касьян тихо прочел заклинание и его взгляд потускнел. Он стал всматриваться в людей резко и быстро, пока заклятие держалось. Кайс старался не отвлекать его от дела и продолжал прикидываться любопытным стражником, высматривающий в статуе какой-нибудь подвох и глазеющий по сторонам, будто начеку.

– Есть, – улыбнулся полумаг. – У одного, того светлого, под рубашкой пояс на жидкой основе.

– Конкретней, – произнес Кайс.

– Смешение нитроглицерина с кизельгуром.

– Динамит значит. – Кайс посмотрел на светлого мужчину: худой, уставший, судя по мешкам под глазами. – Касьян, контролируй его. При активных действиях устрани так, чтобы было минимум жертв со стороны гражданских.

– Слушаюсь. – Полумаг-стражник отправился в сторону мужчины, но перед этим сказал: – У тех двоих наганы1010
  ² Наган – револьвер с меньшей массой и с более коротким стволом.


[Закрыть] в карманах.

Кайс услышал его. Он понимал, что по виду эти двое не были военными, скорее идиотами, раз пытаются убить Императрицу Россигарда и ее лорда-защитника.

И вот он услышал глухой звук двигателя.

Литиномобиль, окруженный дюжиной всадников. Плавная, грациозная машина с вытянутым капотом, на котором основался золотой феникс, покрытая золотом, крыша из черной кожи, с резиновыми колесами (по две пары впереди и пара сзади, под кабиной). Изящная как сама власть в руках по виду хрупкой, но в душе сильной и справедливой правительницы.

Украшали эту царскую повозку традиционные узоры в виде языков пламени и стволов растений с их многочисленными лепестками по бокам кузова, на капоте и на дисках. Ловкач даже усмехнулся, что несколько якобы подготовленных человек попытаются свергнуть власть законной повелительницы всей Империи.

И кому может мешать Императрица? Наверное, как всегда завистникам и тем, кто не любил монархию. Правила она справедливо, даже смогла уладить отношения с Мизрахом на семь лет… до недавнего времени.

И кому нужна была смена власти? Революция нынче просто неуместна в стране, особенно, когда надвигается новая буря.

Двое революционеров, которые все это время нервно следили за лордом-защитником, двинулись к нему. Светловолосый смертник резко сменил направление и пошел в сторону приближающейся к центру Площади машины, по ходу расталкивая людей, собравшихся увидать свою Императрицу. Его заменил другой анархист, вышедший из толпы. Так сказать, рокировка пешками.

Полумаг поспешил следом за светловолосым мужчиной, по пути доставая колбочку со странной жидкостью. Он быстро выпил ее до дна и отбросил колбу в сторону.

Важная вещь для полумага, которая должна быть у него при себе – зелье восстановления магической энергии. Проще говоря – зелье силы.

Травяная магия – специализированная форма магии, которая использует власть растений. Это царство зелий, благовоний, ароматических масел, ванн, настоев и отваров. Актом травяной магии может быть простое натирание цветной свечи ароматическим маслом, возжигание ее и визуализация в соответствии с нужной целью. Немногие маги пользуются данным видом колдовства, ибо это считается языческой ересью, что преследовалось инквизицией. Это не относилось только к зелью силы, так как его мог приготовить даже простой человек, разбирающийся в травах, а войнам-полумагам в битве оно просто необходимо.

Двое подошли уже настолько близко к Кайсу, что он не стал скрывать, будто не знает об их намерениях. Он вытащил шпагу из ножен и, пока первый из экстремистов доставал наган из кармана, рубанул его по руке, отрубив кисть с пистолетом. Кровь запачкала тающий снег на Площади, и Кайс добил кричащего от боли горе-революционера, схватив его за голову, приближая к себе и перерезав его шею лезвием шпаги глядя тому прямо в глаза. Второй, не ожидая такой молниеносной реакции и такого поворота событий, выстрелил в защитника Императрицы, который укрывался мертвым телом первого экстремиста. Ловкач сделал несколько выстрелов из своего револьвера из-под подмышки мертвеца, которого использовал как щит, расстреляв анархиста.

Толпа кричала и ревела от ужаса. Люди разбегались кто-куда и не думали о том, что кто-то покусился на Императрицу – сейчас их волновала своя собственная жизнь. Позади народа находились два трупа, да еще и раздался мощный взрыв рядом с литиномобилем Императрицы, сопровождаемый криком: «СМЕРТЬ БЕРТЕ!». Толпа бежала куда глаза глядят, не собираясь понимать кто хороший, а кто плохой, в панике сбивая друг друга с ног.

Взрыв раскинул всех находящихся рядом с машиной. Сама повозка немного потемнела от нагара, но и только всего. Голубая пыль магического щита рассеивалась. Благо, но все были живы, кроме светловолосого смертника, вместо которого осталось только кровавое пятно.

Стражи были оглушены, контужены, ранены. Но не убиты. Ударная волна сбросила несколько всадников на землю. Касьян лежал у машины, когда та двинулась в безопасное место, весь в чужой крови и что-то бормотал себе под нос. Кайс подбежал к нему и наклонился перед ним на колено, хваля того за совершенный подвиг:

– Молодец парень, ты герой.

– Я потратил всю свою силу на то, чтобы закрыть его в вакуумном щите, – кашлял полумаг кровью, – и, надеюсь, все живы.

– Все. Ты всех спас.

– Ценой своей жизни. Я приблизился вплотную и… я умираю.

Его взгляд говорил о том, что он гордится собой и готов уйти на покой, как настоящий воин, павший в битве.

– Рановато собрался, Касьян, – ухмыльнулся Кайс. – Жить будешь. У тебя всего лишь бок пробит.

– Всего лишь. …Я весь в крови.

– Это кровь того идиота, который пытался взорвать пустую машину. Видишь, у меня у самого весь костюм и лицо в крови анархиста.

– В смысле пустую? – Его взгляд очумел, и он попытался встать на ноги через боль, сжимая зубы. – Вообще никого там не было?

– Ты думал, я позволю Императрице поехать на площадь, зная, что готовится теракт?

– Значит, все проделанное мной – зря?

– Нет, не зря. Ты спас многих горожан и стражников. Они думали, что играют в свою игру, но ошиблись. Теперь мы узнаем, кто готовил покушение. Они тут не единственные, скоро остальные объявятся, и мы их схватим. А там и узнаем, кто стоит за всеми. Но лучше будет, если останется в секрете то, что Императрицы и вовсе здесь не было. Эй, подойдите… – Кайс остановил пару стражников и отдал им приказ: – Ему нужно в лечебницу, подготовьте его. Пусть парня подлечат. Этот стражник – настоящий герой.

Наверное, Касьян понял, что лорд-защитник Кайс Эмберский сделает все, чтобы защитить свою Императрицу. И за это он его сильно уважал.

Из бегущей от взрыва толпы, выбежала еще тройка революционеров, вооруженные одноручными стальными мечами. Они напали на стражников и те, в свою очередь, оборонялись.

– Взять их живьем, – скомандовал Кайс, не обращая внимания на крики безумных дураков, решившие сменить власть в Империи таким наиглупейшим образом. – Я же говорил, они сейчас полезут.

Механизированная лодка плыла к дворцу. Кайс мигом же помчался доложить о том, что все прошло успешно. Ведь никто не пострадал, кроме революционеров.

Лорд-защитник тяжелыми и быстрыми шагами направлялся к дворцу. Пока большая часть стражи и полицейских разбиралась на Площади девяти огней с терактом, оставшаяся часть находилась здесь. Справа в саду он увидел лысого мужчину, сидевший за столиком в одиночестве в беседке, играл в шахматы сам с собой и неторопливо попивал виски.

– А, господин Эмберский, – его глаза злобно блестели черным цветом, увидев перед собой Кайса, – я слышал, что вы прибыли в Прималон и теперь вижу вас здесь лично. Слухи не врут. Императрица сказала про то, как вы избавляете наш город от террористов. Но почему вы здесь, коли они там?

– Я тоже рад вас видеть, господин Витман, – сухо ответил Кайс с долей иронии, подойдя к нему ближе. – Такой же вопрос я бы хотел задать и вам. Но, боюсь, вы уйдете от ответа.

– Разумеется, – ответил Ульманас Витман с коликой иронии. – Я же не лорд-защитник… более. У меня другие обязанности.

Витман встал и протянул руку для рукопожатия. Недоверчиво, но Ловкач пожал ее, и это беспокойство заметил Ульманас.

– Не желаете сыграть в шахматы?

– У меня встреча…

– Полно, – ответил Ульманас Витман. – Наша дорогая Берта никуда не денется, да и вы, думаю, больше не убежите.

Как же он не любил Витмана, этого старого, облезлого павлина. Но Берта верила и доверяла ему, с ее мнением приходилось считаться.

– И как прошло ваше пятилетнее путешествие в никуда?

– Очень захватывающе, – ответил Кайс, сделав ход конем, поедая очередную пешку Ульманаса. – Много нового узнал, многому научился. Хороший отпуск.

– Я рад, что вам понравилось. – Ульманас съел слоном коня, который убрал на своем пути жалкую пешку.

– Думаю, вам бы понравилось не меньше.

– Не сомневаюсь. Пока вы развлекались с барышнями из Свободных Земель, дела в Империи Россигард немного ухудшились, как вы заметили. Но, наверное, вы в курсе недавних событий, не так ли?

Ульманас Витман, бывший лорд-защитник Вячеслава Симплекса, ныне был лордом-регентом Империи. Берта доверяла тому человеку, которому ее отец доверил свою жизнь. Но не так сильно как Кайсу. Старик не сильно изменился, только состарился, отрастил тонко стриженную черную бородку вокруг рта и стал еще более неприятен лорду-защитнику, чем раньше.

– Почему Берта доверила вам свою дочь? – Кайс ладьей сбил белого коня Ульманаса. – В няньки подались?

– Я просвещаю маленькую миледи, – довольно ответил ему Ульманас. – Объясняю ей основы ведения внешней политики и рассказываю о двух сторонах нашей внутренней политики, об потенциальных врагах и союзниках. А что касается няньки, так у Элики есть бонна.

– Не рановато ли девочке знать, кто ее враг. Все в этом мире изменчиво.

– Ей уже не десять лет, она должна знать правду.

– Какую же, господин Витман? – уточнил Кайс, съедая своей единственной ладьей второго коня Ульманаса.

– А такую, – Ульманас заметно вспылил, что ему бывало свойственно, но обычно в боях, а не во время игры в шахматы, – что союзников у Империи нет, маги строят свои козни, Мизрах наступает, а в стране бардак. Какой раз покушаются на Императрицу? Восьмой, только за этот год. И кто за этим стоит?

– Недовольные, – со всей серьезностью ответил Кайс.

– Но вы ведь тоже недовольны ей, не так ли, господин Эмберский? – Его черные глаза смотрели прямо в глаза собеседника, пожирая их своей темнотой и жестокостью. – Отправить отряд на уничтожение Темного, подвергнуть гибели всех, да еще и не послать подкрепления, когда помощь нужна была необходима.

– Где сейчас Императрица? – проигнорировал его атаку Кайс.

– Во дворце. Ждет хорошую новость, которую вы ей сейчас объявите. – Ульманас Витман залпом осушил бокал с виски, сделал ход и безразлично встал из-за стола. – Сегодня хороший день, господин Эмберский. Шах и мат. Звезды говорят, что он удачлив для каждого из нас. Не находите мою мысль истинной?

– Не скажу, что для всех.

– И не говорите.

Лорд-защитник не глядя в сторону уходящего человека, которого не шибко уважал и доверял, поднялся и пошел к дверям дворца. Около дверей стояло два часовых стражника. Увидев защитника Императрицы, они отдали честь и пропустили его во дворец.

Внутри, в зале у лестницы было очень красиво: над всем залом висела большая красивая люстра, лестница сделана из мрамора, свет от люстры освещал весь зал. Кайс услышал шаги, которые перешли в бег и на втором этаже у самой лестницы увидел девочку лет двенадцати в красивом голубом платье с белым фартучком. Волосы ее были средней длины, темные и держались красивой белой заколкой в виде цветка сбоку. Она увидала Кайса и с радостным криком бросилась к нему навстречу. Он же, опустился на одно колено и обнял ее, когда она подбежала.

– Ка-а-айс! Я так рада тебя видеть! – Глаза девчушки были синими как у ее матери, нос был немножко курносый, видать в отца, который умер до ее рождения. – Кассандра! Иди скорее сюда! Кайс вернулся! Рассказывай, где ты был?

– Элика, потерпи немножко. Я все тебе успею рассказать.

Снизу стала спускаться девушка. Кайс узнал ее по светло-русым волосам, черным лосинам и по кожаным сапогам. Он помнил ее дерзость и ненависть в глазах, всю ее брань и его разразил приступ смеха.

– Кассандра. Вот он – Кайс Эмберский. Мой самый лучший друг.

– О-очень п-приятно с вами познакомится, м-милорд, – промямлила девушка себе под нос. В ее глазах уже не было ненависти, а был лишь страх и стыд. Она узнала его. Того, кому нахамила. Мужчина, выходивший от цирюльника, с которым столкнулась по своей глупости, когда опаздывала, дабы встретить Элику на вокзале. – Наслышана.

– И мне приятно, госпожа…

– Кассандра Бранкова.

– Знакомая фамилия.

– Верно, Кайс. – К их разговору присоединилась Берта, одетая в красивое длинное белое платье и на небольших каблуках. На ее оголенных плечах красовалась пуховая накидка из песца. На груди она заколола красную розу – эти цветы Берта любила больше всего. Голову украшала белая шляпка. – Кассандра Бранкова дочь капитана чистильщиков – Андрея Бранкова. И новая бонна1111
  ¹ Бонна (фр. Bonne – прислуга) – воспитатель детей более старшего возраста. Так же бонна занимается с детьми учебными предметами.


[Закрыть] Элики. Можно поговорить с тобой Кассандра?

Пока Берта ушла в сторону разговаривать о чем-то с Кассандрой, Элика взяла за руку Кайса и повела его наверх.

– Ты не представляешь, как я скучала по тебе.

– Я тоже скучал по тебе и твоей маме, Элика.

– Иногда я думала, что ты не вернешься, и я тебя никогда не увижу. – На глаза Элики навернулись капли слез. Но видно было, что девочка не хочет показывать свою слабость и отдернула голову, словно избавлялась от дурных мыслей. – Ты нужен мне, Кайс.

– Элика, – Кайс остановился, встал на колено перед ней и вытер с ее глаз слезы, – знай, я больше никогда тебя не брошу.

– Правда?

– Обещаю.

Она обняла его. Крепко. Со всей своей любовью.

Все, что понял Кайс в этот момент, это то, что он знал, где его дом и кто его семья. Эта единственная ценность, ради которой он будет бороться до конца, и защищать ценой своей жизни.

– Ты не представляешь, что произошло за те пять лет, восемь месяцев, двадцать два дня, которых тебя не было.

– Ты и дни считала? – удивился Кайс.

– Конечно, – улыбнулась она, глядя, как он поднял брови. – Удивлен?

– Еще как.

– Так, – она взяла его за руку и повела по коридорам. – В общем, многое изменилось, столько всего интересного произошло…

«Госпожа Авлицкая» оставалась пребывать в порту Прималона. В своей каюте, которая служила одновременно и кабинетом, адмирал Ганс фон Бюррер принимал своего коллегу и давнего друга генерала Андрея Старкова – сына Олеся Старкова, который был генералом еще при Вячеславе Симплексе.

– Здравствуйте, генерал. – Ганс налил Андрею выдержанный ром, который высоко ценился знатоками-мореплавателями. – Хорошо, что мы встретились.

– Разумеется. – Ганс посмотрел на красивого и статного генерала и подумал про себя: «Нравятся ли Роксане такие мужчины?». Генерал Старков выглядел куда мужественнее своего отца: крепкое телосложение, чисто выбритый, коротко стриженные седые волосы. – Дела, я так понял, касаются Мизраха.

– Совершенно верно. И не только.

Ганс отвел глаза в сторону и сфокусировался на картине своей жены. Андрей заметил это и повернулся, чтобы тоже насладиться красотой женщины-архивенефика, хотя бы на картине. Нарисованная Роксана, как и в жизни, выглядела безумно красивой. Особенно выделялись ее изумрудно-зеленые глаза. Страстный, жесткий взгляд чародейки. Красное платье не покидало ее даже на изображении – Рокси неизменима вкусам. Художник отметил все ее самые главные черты.

– Она прекрасна, – отметил генерал, – и зная ее характер – властолюбива до чертиков.

– Все мы не без греха.

– Сейчас идет сложная ситуация во внутренней политике страны. Нам еще надо решить вопрос, касающийся защиты границ. – Он выпил бокал с ромом и сожмурился. – Крепкая, зараза! От этого Мизраха одни проблемы. Я слышал про инцидент с Бельном.

– Вы ознакомились с моим отчетом, генерал? – поинтересовался Ганс.

– Несомненно. Скажу больше: я единственный, кто воспринял его всерьез. Это серьезная проблема, реальная угроза. Неизвестно, что задумал Мизрах. Поэтому… предлагаю отправить на территорию Свободных Земель наших разведчиков, чтобы выяснить планы мизшет на Империю и собственно сами Свободные Земли. Кто знает, может они покусятся на Мориссию и Десландию.

– Поддерживаю ваше предложение. Но вот насчет атак на Мориссию и Десландию – поспорю. Я связывался с представителями этих стран, они заверяют, что на их границы мизшеты не залезали.

– Понимаю вашу обеспокоенность. Адмирал, вы, как и я, – патриот своей родины. Я все сделаю, чтобы защитить Империю снаружи и изнутри.

– Не сомневаюсь, генерал.

– Усложняет дело то, что Мизрах находится под управлением царицы Шанди и ее… серпинтов, как я полагаю, которые являются последователями Архидемона. Ваше исследование о классах серпинтов является полезной информацией для нас.

– Правда? – вспомнил Ганс насмешки его близких друзей. – Многие так не считают.

– И это большая ошибка, – ответил ему Старков. – Теперь мы знаем, кто у них командир и сражаться с ними станет проще. Мы знаем по кому наносить удар. Мои люди уже проинформированы, ведутся лекции. Это на случай войны, а я уверен, что она не за горами.

– Ладно, – Ганс хлопнул в ладоши и растер их, – надо отправляться домой. Моя женушка заждалась своего морячка. Еще раз благодарю, что восприняли меня всерьез.

– Бросьте, адмирал. Мы с вами в одной упряжке и надо помогать друг другу.

Андрей улыбнулся Гансу, пожал его руку и сказал напоследок:

– Красивая у вас жена, но я бы не женился на ней ни за какие деньги.

– Это еще почему? – нахмурился Ганс, решив, что сейчас услышит в адрес Роксаны какую-то очередную гадость.

– Я ее боюсь, – скромно ответил генерал и ушел прочь.

Колонны.

Большие колонны в зале для гостей создавали атмосферу надежности и дружелюбности, а еще делали зал шикарным местом для того, чтобы спрятаться. За ними и прятался от угрозы Ловкач. Нельзя было, чтобы его заметили. Иначе это конец…

Он чувствовал, что она рядом, слышал ее шаги, сопение. Кайс не должен был попадаться ей на глаза, иначе игру в прятки он проиграет.

Элика не заметила его, и это дало ему возможность подойти к ней сзади, но она услышала его и обернулась:

– Все, Кайс! Ты проиграл!

– Мало места для пряток.

– В большом дворце мало места? – Элика скрестила руки на груди и подняла правую бровь. – Умей проигрывать, Кайс!

– Проигрывать я как раз умею, – с улыбкой ответил ей Кайс. – Просто играть надо на улице.

– Верно, – рассмеялась она. – Но почему тогда ты играл со мной здесь?

– Может… потому что твоя мама во дворце и…

– Кайс. Хватит прикрываться моей мамой. Из тебя бездарный политик. Дебаты ты проиграл.

– Ладно, – пожал плечами Ловкач. – Я сдаюсь, я проиграл.

Они вместе посмеялись и медленно пошли гулять по огромному дворцу. Проходя гостевые комнаты, они любовались произведением искусства Элики. С левой стороны висели ее картины (она серьезно занималась живописью и довольно удачно для своего возраста): дворцовая беседка; Башня Света, на фоне которой люди малюсенькие, словно муравьи; человек в черной одежде с необычной маской на лице. Последнее привлекло внимание Кайса.

– Как мама разрешила тебе повесить эту картину здесь? – удивился Ловкач, осматривая мрачную картину с загадочным человеком. – И откуда у тебя этот образ?

– Мама не разрешала. Но сегодня с утра она приказала прислуге повесить ее здесь.

– Интересно. Мама твоя странно себя ведет.

– Ну конечно, – Элика закатила глаза и показушно прикрыла лицо ладонью, – ты же здесь, Кайс. Не глупи!

Но, честно говоря, Кайса эта картина пугала. Маска у мужчины весьма необычная: левая половина ее изображала череп, а правая – человеческое лицо.

– Он мне снился, – со всей серьезностью ответила Элика. – Пришел за мной, когда я нуждалась в помощи. Не помню, где я была, и что со мной стало, но я чувствовала опасность. И тут пришел он: человек-смерть, призрак. Все его боялись, абсолютно все. Но не я. Он… служил мне и защищал.

– Интересно. А этот попугай на правой стене…

– Это старика. Пойдем!

Параллельно ее картинам висели картины натурфилософа, медика и по совместительству художника Льва Марградского, чей прадед основал университет прикладных наук. Его картины не отступали от произведения искусств Элики и выделялись своим стилем реализма с изумительно подобранной палитрой красок. Господин Марградский даже писал картины для важных особ. И картину Роксаны Авлицкой, которая висела на корабле в кабинете Ганса фон Бюррера, писала его рука.

У своего кабинета их ждала Берта. Она стояла одна. Кассандры рядом не было.

– Ну-с, – улыбнулась она. – Я вижу, вы хорошо проводите время вместе.

– Моя Императрица, хочу доложить вам, что все прошло успешно, – сказал ей Кайс о ситуации, произошедшей на Площади.

– Элика, почему ты задерживаешь Кассандру? Она ждет тебя в твоей комнате.

Девочка поклонилась, как требует этикет в Империи, и удалилась учить вместе со своей бонной языки.

– Кайс, – продолжила Императрица разговор без лишних ушей, – мне надо с тобой поговорить. Пройдем на веранду.

Они вместе спустились вниз, и пошли к веранде. На веранде находился чайный столик, стулья, явно сделанные в антикварном стиле. Опорные столбы веранды так же были обвиты, как и беседка, диким сельвиком, который не боялся морозов. Берта не стала закрывать двери, подошла к Кайсу поближе, поцеловала его и прижалась к груди, словно это был их последний день.

– Я люблю тебя.

Кайса это застало врасплох. За всю жизнь Берта говорила эти слова только один раз, когда выходила замуж за князя. И теперь.

– Ты снова выходишь замуж? – попытался пошутить Кайс, но неудачно. Берта проигнорировала его слова.

– Просто хочу, чтобы ты знал это, – как-то грустно ответила Берта и подошла к столику, положив на него свою руку, и набивая пальцами какой-то неизвестный Кайсу ритм. – Хорошо, что ты приехал именно сейчас.

– Берта, – Ловкач подошел сзади и положил руки ей на плечи. – Я передумал. Тебе нужен лорд-защитник.

Императрица повернулась к нему и улыбнулась. В ее глазах сверкали слезы.

– Не мне, Кайс. Ты нужен Элике.

Их губы вновь сплелись в поцелуе, останавливая время и делая окружение неважным и лишним. Ничего вокруг не было, только он и она. Вместе.

Открыв глаза, Кайс не хотел отказываться от сладкого и нежного прикосновения к губам Берты, но ему пришлось. Она не открывала глаз и лишь только мелодично шептала:

– Будет не честно, если я тебе не скажу…

Он перестал обнимать ее, тут же осмотрел взглядом веранду и ближайшую территорию. Императрица смотрела на своего лорда-защитника как на параноика и напуганное животное, и эта настороженность напугала Берту. Кайс вытащил шпагу из ножен, и она спросила:

– Что происходит?

– Стражи нет. Смена происходит не больше минуты. Но их никого нет!

Это произошло незаметно: откуда не возьмись, появились два человека во всем черном с металлическими масками, напоминающие профиль сокола. Оба в руках держали рапиры. Кайс с легкостью ушел от моментального и необдуманного выпада пируэтом, схватил руку убийцы и рубанул сверху шпагой по шее.

Кровь обрызгала его мундир, и Кайс пропустил удар с ноги в живот от второго, но успев откатиться назад, блокировал укол в грудь. Берта ударила обидчика в затылок вазой, взятой с чайного столика. Та разлетелась вдребезги об голову убийцы. Кайс произвел колющий удар в грудь. Шпага пробила грудную клетку убийцы. Обидчик упал на колени, и после проявления крови Кайс вытащил шпагу из груди уже мертвого нападавшего, вытерев кровь с клинка о его черную одежду. Берта стояла за спиной Кайса и из-за него настороженно смотрела на трупы неизвестных.

– Отлично, – раздался голос Ульманаса, вошедший на веранду. – Убийцы сами были убиты. Право, вы отличный лорд-защитник, Эмберский.

Ловкач огородил Берту, направив острие шпаги в сторону Ульманаса, которому никогда не доверял. И не зря.

Позади Императрицы, откуда не возьмись, появился незнакомый мужчина, тоже в черной одежде, но без маски сокола, который схватил ее под руку и повел в сторону Ульманаса. Кайс хотел было рвануть и прибить его, но не смог пошевелиться – Витман блокировал его заклятием оцепенения. Перед Ловкачом появился еще один человек в маске сокола, который прошел мимо, не замечая его.

«Телепортация, – понял Кайс. – Тогда вот почему все прошло без шума. Витман, ты пожалеешь об этом!».

Убийца достал флакончик с какой-то темной жидкостью, вылил на двух своих мертвых дружков и те растворились, словно их и не было, сожранные черной жидкостью. Лишь бурлящие пузыри остались после них и запах гари, повисший в воздухе.

На веранду зашла Элика, напевая песню, и Кайс сразу же крикнул ей, чтобы она бежала прочь. Императрица крикнула тоже самое. Элика так и поступила, побежав, что есть мочи, увидав неизвестных ей людей.

– Идиоты, ловите девчонку! – вскрикнул Ульманас.

В этот момент Берта ударила незнакомца в лицо кулаком, Кайс освободился от заклятия встревоженного Ульманаса, едва он чуть расслабился, и атаковал его. Регент же оттолкнул Ловкача магическим ветром. Кайс выронил шпагу и убийца без маски толкнул Императрицу с такой силой, что она упала, ударившись о стол и сбив собой стулья, а после легко подскочил и подобрал оружие Ловкача.

– Девочка у нас, – проговорил певучим голосом убийца, обаятельно улыбнувшись Берте.

– Хорошо, – произнес господин Витман, озираясь на Кайса. – Пришло время кончать со всем этим.

Кайс встал на ноги, но Ульманас произвел режущий удар своей саблей по краю его левого плеча. Открытая рана не помешала Кайсу вложить в правый кулак всю свою силу и врезать Ульманасу прямо в нос. Тот свалился на спину, роняя саблю и захлебываясь кровью из своего сломанного носа.

Мужчина без маски приблизился к Императрице, которая не прекращала выкрикивать имя своей дочери, и пронзил ее насквозь оружием лорда-защитника. В груди у Кайса всполохнул огонь ярости, который был в нем последний раз, когда убили его мать. Мужчина вынул кровавую шпагу, отбросил ее куда подальше и толкнул Берту бегущему на него Кайсу. Затем убийца исчез, успев перед этим поклониться и улыбнуться Ловкачу:

– Счастливого дня, господа.

Ловкач поймал Берту, положил свою любимую на пол, придерживая ее голову своей рукой. Второй рукой он пытался остановить кровь, которая хлыстала из раны и залила своим красным цветом все ее белое платье. Его руки дрожали, понимая, что происходит.

– Нет, пожалуйста. Не уходи. Не надо. Берта, любимая. – Его слезы капали ей на грудь, а глаза покраснели, так же как и ее платье. – Все будет хорошо. …Пожалуйста, не уходи от меня.

– Элика… – в глазах Берты виднелась слабость. Смертельная слабость. По ее щеке протекла всего лишь одна слезинка. – Элика… Она не должна…

Императрица не смогла договорить. Стиснув зубы от напряжения, ее взгляд потускнел, а сердце перестало биться. Императрица умерла. На руках своего же лорда-защитника.

Кайс закрыл ее веки ладонью, обнял ее бездыханное тело, прижав ее голову к себе. Он посмотрел на нее в последний раз, больше он никогда не увидит ее лица, не прикоснется своими губами к ее устам, не почувствует тепло ее любви. Его слезы продолжали падать на бледное лицо правительницы.

Кайс позабыл обо всем. В его темном коридоре появилась еще одна женщина, которую он потерял.

Удар по голове обескуражил его, но Ловкачу было все равно. В его ушах стоял звон, в глазах все плыло. Рядом с ним, лежащим и разбитым, покинувшая этот мир Берта Симплекс, а в глазах предатель Ульманас и скулистое лицо убийцы, совершивший смертельный удар по всей Империи Россигард.