Читать книгу "Время Странника. Хроника Гирода"

Луна не была на их стороне. По небу плыли тучи, которые периодически закрывали лунный свет, не давая ему освещать тусклый темный двор. Фаеру показалось, что в темноте промелькнул чей-то силуэт. Но он не воспринял это всерьез. А зря.

Другой фаер заходил вокруг на месте, не понимая, что скребыхнуло за его спиной, а затем взорвался как праздничный фейерверк. Не успел его товарищ толком обернуться, как перед ним взвел руки вперед человек с оголенным торсом. Фаер отлетел с большой силой в стену паба, сделав в ней дыру, ломая шаткие деревянные двери.

Марградский не доработал костюмы – они слишком поддавались давлению при сильной взбучке. Лестница, ведущая в комнаты, загорелась, как и деревянный пол паба. Это не могло остаться без внимания воинов. Двое латников пробежали сквозь огонь во двор, но попались в магическую ловушку, словно приросли к земле ногами. Перед их глазами промелькнул чей-то силуэт, и они оба свалились с перерезанными глотками, выпуская струи теплой алой крови.

Муравейник был разрушен. Все воины выскочили из горящего здания, готовясь к бою, но их все еще не отпускал хмель. «У дяди Гарри» разгорался так же сильно, как и совсем недавно музей Марты. Механическая паукообразная машина двинулась во двор, не используя прожектор, – огонь горевшего здания освещал все в округе. Перед ошарашенным лицом машиниста появился человек, с такой злобой в глазах, что она могла спалить весь Прималон сразу. Восемь ударов стилетом в сердце сделали свое дело, чтобы убить машиниста и остановить страшную машину.

Солдаты разошлись по улице, готовясь к атаке неизвестного. Но удара в лоб не было. Стрелки, перебравшиеся на крыши для удобной позиции, свалились с них, так и не узнав, кто их столкнул. Несколько солдат забравшиеся глубоко в тень тоже стали жертвами стилета. По одному Кайс расправлялся с ними, используя такой мощный прилив силы, что он даже пьянил его.

– Я чую энергетику, – произнес броненосец с символом полумага на плече. Он поднял руку, затем резко опустил, сжав в кулак, и перед ним вылетел человек со стилетом в руке. – Попался.

Он кинул в Кайса наэлектризованный шар, но тот, не долетев до него, растворился в воздухе.

– Моя очередь, – улыбнулся Ловкач.

Из его рук вылетел огонь, превратившийся в пар. Теплый воздух проник внутрь тяжелых доспехов и разгорелся. Дым повалил из воина, и он сварился как курица в супе, в своих же доспехах.

Теперь Кайс был окружен, он был уязвим и пойман.

– Сука, – выкрикнул кто-то из солдат. – Никак ты не сдохнешь.

Оставалось около пяти человек. Они взяли в плотное кольцо Ловкача, готовясь разорвать его на куски, но этого не произошло. Энергия, похожая на молнию, ударяла по ним всем, сжигая их на месте. Кайсу тоже досталось, – его стилет притянул энергию как проводник, но получил всего-то только ожег ладони. Кайс обошел дымящихся мертвецов, встречая идущего к нему на встречу Дуката.

– Что это было? – спросил у него Ловкач.

– Арам постарался, – улыбнулся шеф «Свободных детей Империи». – Использовал громоотвод как литиновый столб, поменял полярности и подключил генератор. Энергия била по всему металлическому, поэтому-то эти твари сгорели.

Ловкач попробовал пошевелить металлическими пальцами, но это вызвало у него жуткую боль в руке. Его ладони были красными, словно кожу сдирали с него, но он не собирался из-за этого тратить время, – его итак не было.

Паб «У дяди Гарри» за это время сгорел, но благо огонь не перебросился на соседние здания. Квартал Огней становился только беднее. Теперь здесь ничего не осталось, кроме пустоты.

Мирта оплакивала убитых солдатами отца и лежавшую рядом с ним сестру. Тарвен Дирг и Эндрю Валлком лежали рядом под простынями, но их оплакивать никто не собирался. Именно они связались с тем, кому не стоило было доверять. Они втянули в смертельную игру многих, кто поплатился за это жизнями. Они нашли это укромное место и привели сюда смерть.

Прошло около двух часов. Паб окончательно догорел. Арам с выпивающим натурфилософом занимались каким-то общим делом, исследуя на столе труп оскверненного в ангаре. Интересно было знать, откуда они нашли труп, и кто для них убил оскверненного. Дукат подкидывал монетку, не зная, чем себя занять, а Мирта успокоилась, после того, как ее отца и сестру похоронили у берега реки, где любил оставаться наедине Кайс. Теперь это их место для того, чтобы обрести покой.

В дверь ангара постучались, а затем вошли Механик с Тилем. За ними шли еще несколько простых людей, среди которых Кайс узнал Лэнса. Механик держал свернутый в медвежью шкуру длинный предмет.

– Очень рад вас видеть, милорд, – улыбнулся Тиль Кайсу. – Во здравии.

– Тиль… я же просил…

Они обнялись, и Тиль проговорил весьма расстроено:

– Если бы я в тот день остался с тобой, то не позволил бы генералу такой наглости.

– Главное, что ты жив, друг, – улыбнулся Кайс. – Вот, кто достоин быть лордом.

– Как и вы, милорд.

Впервые Кайс улыбнулся тому, что его назвали «лордом». Все подержали слова Тиля, Лэнс сказал, что Кайс вдохновил всех на подвиги ради жизни. Ловкач никогда не искал славы, титулов, но ему было приятно, что простые люди как он сам верили и уважали его.

– Люди все спрашивают, откуда у вас магическая сила? – настороженно спросил Лэнс у Кайса.

– Передай людям, что это все штучки замечательного ученого Арама Денермо, который создавал устройства и магические предметы для меня.

– Слушай, Кайс, – обратился к нему Механик. – Риччи просил передать тебе кое-что.

Под медвежьей шкурой находился двуручный меч идеальной формы и ковки. Работа Риччи была вне всякой похвалы. Кожаные ножны мастерской работы, весьма удобны, Странник легко вылезал из них, но при этом крепко держался внутри, словно по волшебству. Клинок украшали руны, а навершие было в форме огня, рукоять обмотана красной кожей. Риччи отдал Кайсу меч, а значит, время Странника уже настало.

Сет видел, куда идет небольшая группа людей и спросил у рядом стоящего Алекса:

– Ты знаешь их?

– Не вижу…

Перед ним была кирпичная стена, поэтому тролль поднял его и посадил себе на плечи.

– Да. Знаю.

– Иди к ним.

– Без тебя, Сет, – аккуратно спустился с тролля Алекс, – я не пойду.

– Почему?

– Я хочу, чтобы они знали, что ты не монстр, что ты спас мне жизнь.

Тролль немного побурчал, но все же согласился пойти с парнем. Они шли следом за людьми, посмотрели на сгоревший паб и направились в сторону ангара. Некоторые из них заметили большого монстра и в панике побежали прочь, пока перед Сетом не появился мужчина с серебряным клинком в руках. Но через долю секунды он убрал меч в ножны.

– Здравствуй, Сет.

– Кайс.

– Что привело тебя? – Он обернулся, наблюдая реакцию остальных компаньонов.

Из-за спины Сета вышел Алекс, с перевязанным плечом и рукой. Вид у него был немного уставший и ослабленный. К пареньку подбежали Лэнс и Механик, не обращая внимания на огромного тролля рядом с ним. Они помогли парню пройти в ангар, а Кайс подошел к Сету и поблагодарил его:

– Спасибо, что спас его.

– Он пытался защитить Императрицу. Девочка сдалась, чтобы его не тронули. Благородно. Может стать заменой тебе.

– Посмотрим, – ухмыльнулся Кайс. – Ну-с тролль, бывай.

– Прощай, лорд-защитник.

Ловкач вернулся в ангар и Механик тут же обратился к нему:

– Какие будут действия?

– Я следил за ними. Собираются отплывать из Прималона, – влез в разговор Тиль. – Бегут как крысы с тонущего корабля.

– Скорее, как короли из осажденного замка, – подметил Дукат.

– Я покажу порт, но это было несколько часов назад. Нам их не догнать.

– Не скажи, – поправил его Механик. – Есть у меня один человек, который перед своим уходом согласился нам помочь.

Все готовились к финальному бою, но Кайс не разрешил многим вступать, объяснив тем, что это не их война. Лэнс остался с Механиком и с другими своими товарищами по оружию. Арам и натурфилософ занимались каким-то опытом с оскверненным, не отвлекаясь на остальных. Дукат заявил, что отправляется в Антелию, где на данный момент нет правителя. Он предупредил, что у его двоюродной сестры есть внебрачный сын от Иллиаджио Барканда, у которого вовсе не было детей. Ребенок считался единственным родовым наследником княжества, пускай и бастардом. Со своими связями Венедикт собирался посадить на трон Антелии своего племяшку. Удивительно, что у рыжего бандита с улиц есть родственники, да еще такие, которые могут стать главными персонами Антелии.

Лишь только Алекс просился взять его с собой, уговаривая Кайса, что сможет сражаться и стрелять из лука. На негативный ответ парень заявил, что тогда он проникнет на борт самостоятельно, и его упрямство убедило Ловкача изменить свое решение. Подготовка к бою была скорее с моральной точки зрения, чем физической.

Только Кайс и Алекс выступили с неизвестным соратником, готовясь пролить кровь за свою Императрицу, за свою родину. И этим соратником оказался тот, от кого помощи Кайс никак не ожидал – капитан Ганс фон Бюррер.

Чем темнее становилось, тем тяжелее плыть.

Луна освещала всю палубу корабля «Госпожа Авлицкая», но наплывший, откуда не возьмись туман заставил снизить скорость. Проходя через небольшие островки, генерал заметил, что они ходят по кругу. Этот островок в виде маятника попадался им уже в третий раз.

– Твою мать, – выругался Старков, взглянув на моряков. – Почему мы ходим по кругу как портовые шлюхи?!

– Генерал, – подошел к нему старший матрос с широкими баками и красным носом, – ребята хотели бы знать, кто капитан этого судна?

– Здесь я и капитан, и генерал, и мамка твоя! Отвечай на заданный вопрос.

Матрос покосился на него, не понимая в чем дело. Морячков на корабле было много, но здесь находились и воины генерала, что ухудшало их ситуацию.

– Ты оглох?! – взял его за шкирку генерал.

Санское море было не дружелюбным сегодня, – нагнавшая буря заставила покачаться громадное судно по волнам. И чем больше становилась волна, тем сложнее кораблю было прорываться через морскую стихию.

– Генерал, – подошел к Андрею Старкову его лучший воин из восточной страны – Мугифас. – Поглядите.

Он протянул ему подзорную трубу и указал в сторону островков. Через туман генерал заметил черные паруса и развивающийся черный флаг с белой буквой «А», позади которой соединялись три кольца.

– Мрак! – выкрикнул Андрей, собираясь пойти в бывшую каюту адмирала фон Бюррера за Императрицей Эликой. – Готовьтесь к залпу. На нас идут пираты.

Один солдат генерала вздрогнул, из его рта потекла кровь. Пробитый штыком он свалился вниз на палубу, а матрос, убивший солдата, нацелился на генерала из удобной трехлинейки, до этого удачно спрятанной.

Пуля прошла мимо.

Моряк промахнулся из-за того, что Мугифас повалил своего генерала на палубу, отдавая тут же приказ перебить всех моряков. Выбежавшие воины сцепились с «морскими псами», вооруженные абордажными крюками, топориками, шпагами и винтовками, созданные Механиком. Удобные трехлинейки с вместительностью до семи патронов. Они были готовы к бою с людьми генерала.

– Не дайте им добраться до тяжелых орудий корабля, – выкрикнул Мошка, вступая в схватку с латником.

Этот бой Мошка выиграл, как и следующие два. Ему даже удалось воткнуть штык в глаз солдату в тяжелом доспехе. Но встреча с Мугифасом стала для Мошки последней. Здоровяк держал свое верное оружие, которым порубил на множество частей сотни врагов. Мугифаса не страшили пули, не пугали люди. Он был камнем, который мог только служить орудием. Нодати2626
  ¹ Большой меч (от 1 метра и до 1,5—1,8 метров), носившийся за спиной. По форме клинка нодати напоминает шашку, однако рукоять у неё прямая и длинная, что позволяет использовать двуручный хват. Навершие отсутствует, что затрудняет фехтование одной рукой. Небольшой изгиб клинка и острый конец позволяют наносить также и колющие удары.


[Закрыть] гиганта выбил трехлинейку из рук матроса, и пронзил его живот насквозь, при этом перевернув лезвие на сто восемьдесят градусов и выдернув меч из тела сверху, разрезая мышцы и кости бедного Мошки. Он был разделан как туша теленка, а его кровь растеклась по всей палубе, смоченная соленой морской водой.

Бой на корабле был не проблемой для опытных воинов генерала, поэтому они стали одерживать верх над моряками. Но пиратский корабль подходил все ближе и ближе. Старший матрос с красным носом выпил микстуру рядом с мощнейшими орудиями корабля, дабы не дать расстрелять линейный корабль пиратов. Он покраснел, на его лице появились вены, и со словами: «За Императрицу!», взорвался. Взрыв был как от пороховой бочки, который вывел орудия из строя, но «остатки» моряка-самоубийцы теперь были разбросаны повсюду.

Большой линейный корабль пиратов подошел вплотную. Начался абордаж.

Впереди виднелся бывший корабль Ганса – «Госпожа Авлицкая». Такую крепость будет трудно захватить, но благо на палубе боевого фрегата все последователи капитана фон Бюррера и они готовы устроить диверсию. Кайс находился на марсе, который моряки называли «вороньим гнездом», так как это была смотровая вышка, причем единственная, как правило, на основной – грот-мачте. Он всматривался в корабль, который должен полыхнуть и утонуть вместе с телом капитана. Но нет, там Элика, поэтому для Ловкача было важно попасть на корабль до того, как он затонет.

На нем была куртка из драконьей кожи, одетая на голое тело. Его лоб украшала черная повязка, а за спиной красовался Странник.

Ловкач спустился по канату вниз на палубу нового корабля Ганса – «Морская фурия». После того, как корабль был похищен у Империи и лично у флагмана Витмана-младшего, капитан велел переделать «линейку»: сделать его более мощным и быстрым. На носу корабля находился гарпун, корпус был покрыт бронзой, а также под водой были два винта для большей скорости корабля – сюрприз от Механика. Винты работали от парового двигателя, из небольшой трубы вываливал дым. Куда проще, чем доверять ветру. «Морская фурия» имела таран и ледокол в одном лице – грозное оружие, если идти на корабли в лоб.

Взрыв раздался на вражеском судне, а значит, нельзя было медлить. Кайс выкрикивал матросам, чтобы не вздумали обстреливать корабль с Императрицей на борту. Только абордаж. Другого выхода у них не было.

Алекс явно нервничал: воевать в морском сражении, да еще в бурю. Многие бы на его месте испугались. Но он старался выглядеть на фоне Кайса не хуже. Простреленное плечо немного болело, но травы Арама и медицинская помощь господина Марградского творили чудеса. Парень наблюдал за Ловкачом, понимая, что перед ним стоял другой человек, не тот, что был в его деревне. Многое изменилось с того времени, страшнее всего, что в Кайсе проявлялась темная сущность: жестокая, беспощадная и злая. Он понимал, на какую жестокость пойдет этот мужчина ради достижения своей цели.

Отношения Ганса и Кайса были натянутыми после событий на балу. Все же Ганс согласился помочь Тилю, о том, что Кайс будет присутствовать на борту его корабля, никто не знал. Но сейчас капитан вел себя так, словно забыл, что Ловкач убил его супругу. Они старались не пересекаться друг с другом и не обмолвились ни словом. Возможно, он понимал Кайса и просто не хотел признать то, что он был прав. Роксана предала их ради власти, пытаясь убить, посылая убийц, используя смертельные заклинания. Ганс тоже изменился: маску весельчака и добряка просто напросто сожгли, нацепив на него намордник отчаяния и безысходности.

«Морская фурия» подошла вплотную к вражескому кораблю с красивым названием, именуемый в честь некогда могучей чародейки Империи Россигард, которой, на данный момент, уже не было в живых. Квартирмейстер Фиалка отдала команду цеплять крюки.

Начался абордаж.

На палубе «Госпожи Авлицкой» творилась самая настоящая бойня. С линейного корабля пиратов на тарзанках прилетали матросы и рубились с солдатами генерала. Среди моряков был и Кайс. Он проскакивал мимо секир и мечей, рубил вены и кости Странником, таким острым как бритва. С дальней дистанции его прикрывал Алекс, стрелявший из лука по тем врагам, которые находились за спиной Ловкача.

К каютам было не подойти.

Воины окружали, не давая проходу, но Кайс легко крутил мечом, стараясь держать дистанцию. Кто-то гнал на него как сумасшедший и падал со смертельными ранениями. Они знали, кто перед ними и старались держаться подальше.

Кайс – бывший лорд-защитник, человек, чью голову невозможно просто подать на блюдечке. Он избегал смерти, за это она забирала тех, кто был рядом с ним. Но теперь Ловкач приносит ей дань, жертву – тех, кто становился у него на пути.

Воины разошлись, когда к нему вышел Мугифас. Лучший воин генерала перерезал многих матросов, срубая им головы, руки и даже туловища.

– Он мой, – вышел вперед к восточному воину Ганс, видавший смерть своих ребят. – А вы идите за генералом.

Капитан был серьезен как никогда раньше. И зол не меньше. Он посмотрел на Алекса и сказал ему:

– Действуй, парень. И не пасуй.

Ловкач и Алекс пошли прочь, пробиваясь к каюте адмирала через солдат. Воины устали от этой битвы, понимая, что ее они не выиграют.

Мугифас не стал делать из этого поединка шоу. Сняв шлем, он показал свое лицо: лысая голова, узкие глаза, небольшой нос, кожа имела желтоватый оттенок. Его брови были опущены вниз, а сам он смотрел прямо на Ганса. Капитан был одинакового роста с ним и одинакового телосложения, хотя у Мугифаса больше проявлялся мышечный рельеф.

Оружия их отличались. У восточного воина был длинный изогнутый меч, у Ганса его абордажная сабля и пара револьверов. Силы неравны, но у фон Бюррера преимущество в скорости. Тяжелые доспехи только мешали Мугифасу.

Воин пошел в атаку и Ганс в первые же секунды понял, что недооценил врага. Несмотря на тяжелую броню, он двигался очень быстро, а капитану пришлось уворачиваться и отбиваться от нодати. В пируэте Мугифас нанес удар в корпус Гансу, и капитан, отбивая удар, упал. Воин замахнулся над ним, но фон Бюррер вытащил револьвер и выстрелил в него, потратив все патроны в барабане, расстреливая броню.

Мугифас стал быстро отстегивать доспехи, не давая шансов Гансу очухаться. Плотный и тяжелый металл, отличный сплав защитили его от выстрелов, но грудь и ребра разболелись не на шутку. На палубу свалились нагрудник, кольчуга, латные рукава. Теперь воин оставался с мощным голым торсом. От его плеча вниз по руке до самой кисти, проходила татуировка дракона, на что отвлекся вставший на ноги Ганс и пропустил удар. Револьвер улетел в воду, а сам капитан отошел к мачте, закрывая резаную рану на руке.

Последовали новые атаки. Ганс оборонялся, отступая назад. Когда Мугифас подошел слишком близко, они столкнулись клинком к клинку, пытаясь достать друг друга. У капитана оставался еще один револьвер. Он вытащил его и из ручки пистолета выскочил серебряный клинок, которым Ганс пробил бок воину генерала. Мугифас отступил назад, а капитан выстрелил по нему, но тщетно: воин, улыбаясь ему в лицо, увернулся и спрыгнул в морскую пучину.

Темная вода от бушующих волн попадала на палубу, смывая кровь убитых. Погода ухудшилась, пошел сильный дождь, а волны бились о корабли, создавая трясучку, словно их пытался потопить морской змей2727
  ¹ Морской змей – один из представителей драконидов, живущий в Хладном океане. По виду походит на огромного угря.


[Закрыть], на которого начали охоту местные браконьеры. Раненый Ганс видел, как волны уносили мертвых, как его ребята сражались за надежду и как раненый, но живучий восточный воин уплывал, не обращая внимания на шторм.

Кайс шел только вперед, прорываясь через солдат, – в буквальном смысле слова прорезал себе дорогу. В прыжке он выкинул руку со Странником прямо в латника, вскоре свалившийся с пробитой грудной клеткой. Ловкач и Странник подходили друг другу, дополняли каждого, желали крови своих врагов и получали желаемое. Алекса за спиной не было, но Кайс даже был рад этому – это не его война.

Двери в каюту капитана закрыты на замок. Кайс убрал меч за спину в ножны, надеясь убить генерала без помощи оружия, и с плеча вышиб двери, войдя без стука и без приглашения.

Перевязанные тканью ладони больше не болели, лишь только ныла левая рука, а именно кости, к которым приделаны железные пальцы-протезы.

Он осмотрелся, но никого не увидел. Ничего в этой каюте не изменилось: стол-карта, портрет Роксаны, удобная раритетная мебель, алкоголь. Ловкач прошел в спальню, где у кровати стоял взволнованный Андрей Старков и держал Элику за плечо. Короткий меч был у ее шеи, и когда Кайс это увидел он подошел ближе, но генерал остановил его:

– Стой там. Иначе ей конец.

– Это твой конец, Андрей, – сказал ему Кайс. – Ты вырыл себе могилу, здесь ты и умрешь.

– Нет, – ухмыльнулся он. – Она мой ключ к спасению.

– Генерал Империи Россигард прикрывается маленькой девочкой. Низко же ты пал, Андрей.

Блеснул серебристый клинок, вытащенный из ножен.

– Сдавайся, – произнес Кайс. – И я обещаю тебе достойную смерть. Ты умрешь как мужчина.

– Из тебя выйдет хреновый регент, Эмберский. – По лицу генерала было понятно, что он не контролирует ситуацию и, мягко говоря, паникует. – Ты потопишь Империю.

– Не в моих руках вся Империя, а в ее. – Кайс посмотрел на Элику, которая так похожа на свою маму и улыбнулся ей. – А я защищу ее от таких как ты и не дам возможности опустить руки, когда будет очень тяжело. За все в этом мире надо платить, все имеет свою цену, но мир – это не магазинчик. Мир – это пустое поле, которое нуждается в урожае. Урожай – это жизнь, которая дает надежду на будущее существование всего в этом мире. И урожай надо защищать от паразитов и воронов. За жизнь в этом мире надо сражаться. Закон Гирода. И еще кое-что, уясни себе, генерал, – не трогай близких мне людей.

Из темноты вылетела стрела, попав прямо в шею генералу. Он выронил меч, а Элика рванула к Кайсу, обняла его и заплакала, держась за него крепко-крепко, словно за родного отца.

Потайные проходы корабля. Ганс не растерялся во время их приключения из Бельна в Прималон и рассказал кроме Кайса еще одному гостю о своем «морском замке». Из одного такого коридора появился Алекс, которому Элика тоже была очень рада. Парень покалечен, но живой.

– Уведи ее, – попросил Ловкач, направляясь к генералу.

Парень с Эликой ушли по скрытому проходу, а Кайс с улыбкой на лице пробил генерала насквозь Странником, прибив к стене. Лезвие как по маслу вошло в Андрея по самую рукоять. Его глаза смотрели прямо в глаза Старкова.

– Я обещал тебе умереть как мужчина, но ты не сложил оружие. Ты умрешь здесь как предатель и убийца. В отличие от Ульманаса, о тебе никто не вспомнит. Мелкая рыба. Но для тебя есть одна хорошая новость – все твои люди умрут вместе с тобой на этом корабле. Почувствуй себя настоящим полководцем и капитаном. Вы канете на дне морском, а я полюбуюсь рассветом на берегу моря. Рассвет новой Империи без таких слизняков как ты, генерал.

Андрей Старков молчал, пугаясь не смерти, подходящая к нему, а того, кто перед ним стоит. Настоящий бес, пробудившийся зверь внутри простого человека. В глазах Кайса не было просвета и жалости. Он был кровожаден. Он становился настоящим демоном. Это был не Кайс.

К утру, буря стихла, а морская свежесть полностью наполняла грудь. Элика смотрела на восход солнца с самой высокой башни Небесных Стен. Рядом с ней стояли Алекс и Кассандра, которую Ганс и его команда спасли во время абордажа. Она чувствовала себя хорошо, пускай была малость побита, но не тронута в интимном плане. Чайки пели свои песни, а торговые корабли шли караваном в столицу, узнав, что у Империи есть законная правительница. Темно-синее море бросалось в глаза. Хоть все было однотонно, но почему-то хотелось продолжать любоваться красотой нового дня.

– Кассандра, – проговорила Элика, продолжая смотреть на горизонт. – Что будет дальше?

– Не знаю, Элика, – пожала плечами девушка. – Все это теперь в твоих руках. На твои плечи легла большая ответственность перед своей страной.

– Мне всего тринадцать, – посмотрела на нее девочка. – Что, если я не справлюсь?

– Справишься, – ответил ей Алекс. – С тобой рядом будет Кайс, он поможет тебе.

– Он прав, Элика, – поддержала парня Кассандра. – Рядом будет не только Кайс, но и мы.

– Спасибо вам, – улыбнулась Элика, глядя в их глаза, а затем бросила свой взгляд на кружащую над водой стаю чаек.

За их спинами стоял Ганс, перевязывая свою руку. Он слушал их разговор и через силу улыбался, надеясь, что у них все будет хорошо, не то, что у бывалого капитана. К нему подошел Кайс, поднявшийся снизу по лестнице на башню, и заговорил с ним, спросив:

– Что дальше?

– Здесь меня больше ничего не держит, – ответил Ганс, глядя на горизонт. – У меня начинается новая жизнь. Пойду на юг или на восток. Капитан фон Бюррер мертв. Пускай мертвым и остается. Быть может, со смертью Роксаны я переосмыслил свое существование. Всю жизнь я был привязан к ней, вел себя как кретин, а отдача… отдачи не было. Объектом влечения моей жены был ты, в ее глазах пылала лишь власть, а ради своего она готова была на все. Даже на убийство близких ей людей. Может, виноваты ее родители. «Добивайся своего до конца», «Не проявляй слабости», «В любви все средства хороши», «Будь лучшей. Ты все-таки Авлицкая». У нее не было иного пути. Теперь мой черед побыть эгоистом и начать жить. А ты что?

– Останусь при дворе у Императрицы. Жалко было уничтожить свой бывший корабль?

– Я уничтожил свое прошлое. – Он замолчал и вставил другое: – Будешь регентом?

– Возможно, – пожал плечами Кайс, – чтобы другие шакалы не лезли к власти. Мне-то власть ни к чему, я просто жажду справедливости.

– Угу. Это точно, – улыбнулся Ганс, вспоминая все то, что с ними произошло за последнее время. – Думаю, надо прощаться.

Они пожали друг другу руки, стараясь держать дистанцию, но все же пятнадцать лет дружбы дали знать о себе. Ганс обнял Кайса, похлопав его по спине своей громадной рукой.

– Мы еще увидимся, Ганс.

– Не думаю, – кивнул головой капитан, а на его глазу наворачивалась слеза. – Надеюсь, ты поступаешь правильно, Ловкач.

– И я надеюсь.

– Прощай друг.

Ганс попрощался в последний раз, разворачиваясь и уходя прочь. Здоровый сентиментальный капитан, вдовец, герой Прималона.

– Прощай… друг.

«Морская фурия» отплыла из Прималона, оставляя за собой остатки прошлого. Кто знал, куда теперь направится Ганс. Впереди была неизвестность, но она, после всего пережитого, не пугала бесстрашного капитана.