Читать книгу "Два процента от Бога. Роман-сказка"

Следующая преграда – родственники близкие и дальние. Это и тёща, и свёкор, и племянницы, сёстры двоюродные и прочие, уж совсем, казалось бы, никто, но желающие в свою очередь высказаться по Вашему поводу. С этими поступайте просто. Игнорируйте их.

Далее идут наши так называемые друзья.

– Почему так называемые? – пьяно крикнул Святозар.

– Повторюсь, – терпеливо продолжил читать Фёдор Михайлович, – сказав, что другом своим Вы можете назвать только того, кто помогает Вам добиваться своих целей, все остальные или никто, или враги.

Пожалуй всё. Из всего сказанного можно сделать вывод, что единственный, кто не мешает Вам – это посторонний человек или чужой. Тот, кто не знает Вас и кого не знаете Вы. И чем меньше Вы его знаете, тем меньше он Вам мешает, а чем больше Вы узнаёте кого-то, тем больше он начинает Вам мешать. Подумайте, почему. Всё то же чувство долга, но в большей или меньшей степени. Чем более знаете кого-то, тем чувство долга больше и наоборот.

Есть ещё два Ваших врага. Одного я назову, а другой пусть пока останется для Вас тайной. В конце книги Вы сами поймёте, что это за враг. Но пока назову я Вас самих. Да, Вы сами – свой враг. И стали Вы им с того момента, когда впервые стали жить для кого-то, но не для себя. У разных людей это происходит по-разному и в разном возрасте. Почему Вы сами себе врагом стали? Ведь никто Вас не заставлял этого делать, но Вы сами взвалили на себя эту ношу. Но что пользы в том? Кому Вы помогли? Тому, ради кого всё это делали? Нет. Никому Вы не помогли и не поможете. И бросайте это дело как можно скорее. Иначе впереди Вас ждёт катастрофа. Не верите? Спросите об этом тех людей, кто жил ради другого или других. Узнайте у них, чем всё это закончилось.

Если Вы живёте ради кого-то, то спросите и его, надо ему это или нет. Уверен, что их ответ Вас разочарует, потому что человеку не свойственно, чтобы кто-то жил ради него. Это то же, что посягать на свободу человека. «Жизнь человека, его судьба принадлежат только самому человеку и больше никому», – сказал мне как-то Иван Иваныч при нашей последней встрече. И хоть Иван Иваныч нередко лжёт и я его ненавижу, но не признать правоту именно этих его слов я не могу. А желать жить ради кого-то – значит вторгаться в чужую жизнь. И это прямое посягательство на свободу во всех её определениях. Это то же, что красть. Занимайтесь собой. Здесь есть, что делать. И бросьте мешать другим. Никто Вас об этом не просит.

Человек сегодня упорно стремиться мешать другим. Моя технология и призвана положить этому конец. Моя технология не боится признать себя эгоистичной. Но эгоизм, как философское понятие, настолько искажён в понимании, что требует справедливости. Негативное по отношению к эгоизму берёт своё начало через ложное сравнение эгоизма с равнодушием. Не надо путать отсутствие желания помочь человеку с эгоизмом. Помочь – значит быть способным на это и не в ущерб себе, и тем более не тогда, когда Вас об этом не просят.

Откажитесь от желания жить ради кого-то, кроме себя самого. Берите пример с мастера по пошиву занавесок.

– Каких занавесок, папа, – спросил Михаил Фёдорович.

– А это, сынок, пусть сам мастер Вам и расскажет, – ответил Фёдор Михайлович.

Все обратили внимание на того, кого Фёдор Михайлович назвал мастером по пошиву занавесок. Им оказался управляющий делами президента.

35

– Я сидел на кухне и шил занавески, когда в дверь моей квартиры позвонили три раза, – начал рассказывать управделами. – Странный человек пришёл ко мне. Он стал просить меня поменяться с ним номерами квартир. Я не сразу его понял. Оказывается, он – суеверен и мнителен. Всю жизнь он жил под номером тридцать. Теперь, когда он купил новую квартиру, он хотел, чтобы и она была под тридцатым номером.

– Продайте мне номер Вашей квартиры, – просил он меня.

– Никогда, – гордо отвечал я. – И с какой стати я должен Вам продавать свой счастливый номер? А с чем я останусь?

– Вы возьмёте мой номер.

– Взять Ваш номер?

– Ну да.

– Ваш несчастливый номер?

– Почему, несчастливый?

– Потому что Вы от него отказываетесь, потому что клянчите у меня мой номер, а свой номер мне подсовываете.

– Я дам Вам хорошие деньги.

– И не просите. И потом… Ну сколько Вы собираетесь дать мне денег? – спросил я.

– Я дам Вам пятьсот долларов, – ответил он.

– Ха!

– Что такое? – не понял он.

– Вы смеётесь надо мной?

– Почему?

– Нет, Вы это серьёзно?

– Что Вас смущает?

– Вы хотите сказать, что давая мне пятьсот долларов за номер моей квартиры, Вы в том не находите ничего смешного?

– А Вы что находите в этом смешное?

– Подите прочь, – гневно произнёс я и, захлопнув дверь, пошёл на кухню шить занавески.

Через час он снова позвонил в дверь.

– Что на этот раз Вы хотите у меня купить? – ехидно поинтересовался я.

– Вот Вы шутите, а я очень серьёзно прошу Вас уступить мне номер Вашей квартиры.

– Если, как Вы говорите, Вы серьёзно хотите, а не шутите, как, по-Вашему, я думаю, то…

– Что?

– Назовите реальную цену. Дайте настоящую цену. В конце концом, мы с Вами не в цирке.

– То есть, пятисот долларов, если я правильно Вас понял, Вам мало?

– Вы меня абсолютно правильно поняли.

– Странно…

– Что Вам странно?

– Да, честно говоря, я не предполагал, что за это можно предлагать, а не то что требовать, больше.

– От чего же, позвольте спросить, за такое и не требовать, да побольше?

– Да от того, милый Вы мой, что и требовать-то, собственно, не за что. Сами же говорите, что мы не в цирке.

– Ах, ну коли не за что, как Вы выразились, и не в цирке, то… То чего, собственно, я с Вами разговариваю? Подите прочь.

– Хорошо. Я всё понял. Сколько Вы хотите?

– Хочу восемь тысяч долларов.

– Вы с ума сошли.

– Я?

– Вы. Вы сошли с ума. Вы что недавно стали родителем?

– Как Вы угадали? – спросил мастер по пошиву занавесок.

– Требовать за номер квартиры восемь тысяч долларов и это, по-Вашему, не сумасшествие?

– Я не об этом, – сказал мастер. – Как Вы догадались, что я недавно стал отцом?

– А разве иначе Вы стали бы требовать за номер квартиры восемь тысяч долларов?

– Положим, что требовать сам номер – более похоже на сумасшествие, а то, что я прошу за номер восемь тысяч, есть вполне нормальное поведение…

– Отца грудного ребёнка, – перебил он.

– На моём бы месте каждый попросил бы с Вас восемь тысяч долларов, – сказал мастер, – даже тот, кто бездетен. Вы первый бы попросили у меня восемь тысяч, приди я к Вам с такой просьбой.

– Я бы никогда не попросил бы за номер восемь тысяч. Ну я понимаю ещё пять тысяч долларов, но восемь.

– Вы торгуетесь?

– Поймите, Ваш номер столько не стоит.

– Всё я прекрасно понимаю. Вот именно мой номер столько и стоит.

– Нет, ну будь у Вас трёхзначный номер, то я, может быть, ещё и подумал бы. Но платить за двухзначный номер восемь тысяч это более чем…

– Будь у меня, – перебил мастер, – как Вы сами изволили сказать, трёхзначный номер, то я бы с Вас не восемь, а двадцать восемь тысяч долларов запросил.

– Я дам Вам семь тысяч.

– Вы дадите мне восемь, я это вижу по Вашим глазам.

– Не знаю. Всё это странно. Восемь тысяч. Один только номер. Глупость какая. Глупость, глупость, глупость.

– Перестаньте разыгрывать спектакль. Тем более, что у Вас это плохо получается. Мало репетировали.

– Вы мне не верите? – ужаснулся он. – Не верите моей искренности?

– Номер берёте? – спокойно спросил мастер.

– Свинчивайте.

Я отвинтил ему свой номер, он отсчитал мне восемь тысяч.

– Вы за моим номером сами придёте или мне принести? – поинтересовался он.

– Оставьте. Обойдусь и так.

– Ну всего Вам хорошего.

– И Вам того же.

Я закрыл за ним дверь и пошёл на кухню шить занавески. В кармане моего халата лежали восемь тысяч долларов Соединённых Штатов Америки, – сказал мастер по пошиву занавесок и пригорюнился.

Во время рассказа Фёдор Михайлович смотрел не на управделами президента, как это делали все, а на Настасью Филипповну, которая откровенно заигрывала с директором универсама. Фёдор Михайлович даже не заметил, как мастер по занавескам закончил говорить.

– Фёдор Михайлович, – окликнули его гости, – очнитесь, посмотрите на часы и либо продолжайте, либо отпустите нас, ради всего святого, что есть в Вашей странной жизни. Ну, честное слово, ведь сил больше никаких нет.

Фёдор Михайлович извинился и продолжил чтение.

36

– Группы людей, – читал хозяин. – Человеку нравится объединяться с другими людьми в группы. Это нормально. Таким образом человеку легче справляться со своей глупостью и теми проблемами, которые она доставляет. Я не сказал ничего смешного. А то, что Вы входите в группу, которая не помогает Вам решать Ваши проблемы, – это не моя вина. Зачем Вы в этой группе? Зачем Вы с этими людьми? Решаете какие цели? Цели группы? Вам кажется, что цели группы совпадают с Вашими целями? Но это Вам только так кажется, уверяю Вас. Вас убедили в этом руководители и организаторы той группы, частью которой Вы стали.

Что заставляет людей вступать в партию? Что движет ими при этом? Ведь партия – это не группа людей, объединенная общей целью и одними задачами, как ошибочно думают её члены. У каждого члена партии свои цели. Это не кружок, не школа танцев, не клуб аэробики. В какие игры Вы играете, находясь в партии? Вам не страшно? Первого, кого уничтожит партия, когда добьётся своей цели, будете Вы, если вовремя не убьёте сами кого-нибудь из числа таких же рьяных партийных работников. Не верите? Напрасно. Это не я Вам говорю, это сама история развития человека Вам кричит, орёт, надрывается. Но бойтесь. Её голос уже ослаб. Она уже не орёт и не кричит, а хрипит. Ещё немного и она замолчит надолго.

И не имеет значения, какая это партия. Партии все одинаковы и имеют одну цель. Почему соратники по партии уничтожают друг друга? Всё просто. Идёт процесс уничтожения стоящих на пути к цели.

Вы зачем в партии? О людях печётесь? О других людях? Не верю. Те, кого волнует судьба других, они не в общественных, не в политических и не в религиозных организациях. Они ходят на работу, они занимаются творчеством, воплощая в реальность свои идеи, они порождают свои собственные идеи, они работают, они делают своё дело, а не митингуют, не раздают листовки и не занимаются политикой, они не призывают людей поклоняться тем или иным коллективным богам. Те, кто думает о счастье других людей, думает о том, как самому быть человеком, как самому быть честным, быть самому порядочным человеком, не доставляющим проблем другим людям.

Что общего между политикой и религией или другой какой коллективной идеей и желанием служить людям? Ничего. Объединяться надо и необходимо. Но во что объединяться?

Любая организация имеет право существовать, если она действительно помогает людям. Для того чтобы это видеть, необходимо выработать определённые критерии, по которым и следует судить о том, насколько хорошо та или иная группа справляется со своей целью.

Что касается партий и религий вообще, то ни одна партия и ни одна религия не достойны того, чтобы называться организацией, помогающей человеку. Но они и не претендуют на это. Партии и религии не для того создаются, чтобы помогать людям. Партии и религии создаются с целью захвата власти или удержания власти. И всё. Человек, если он нормален, не может желать власти. Он может оказаться во власти, но это не одно и то же.

Группы людей желают достичь власти или удержаться у власти, чтобы установить такой режим или удержать такой режим, при котором они смогут жить или уже живут так, как им нравится. Вот и всё. Это скорее следствие того, что человек не может заниматься тем, чем хочет. Правда он не видит причины этого и полагает, что во всём виновата система. Система здесь не при чём. Дело в самом человеке.

Никто не мешает Вам быть тем, кем Вы хотите, и не имеет значения, какая партия или какая религия стоят у власти. Тем более что люди там всегда будут одни и те же. Они только названия религий и партий меняют и всё.

Забудьте о партии, забудьте о религии, если Вы хотите жить счастливо, – орал Фёдор Михайлович так, что звенел хрусталь на столе. – Вы ничего не должны своей партии, Вы ничего не должны никакой религии и никакой церкви, которая на ней основана и в какую Вас затащили другие люди. По уставу партии Вы можете спокойно выйти из её рядов и заняться тем, что Вам приятно, и делайте это поскорее, пока не начались очередные выборы и Вас не погнали собирать подписи в пользу человека сомнительной репутации. Если эти подписи собирают в Вашу пользу, то откажитесь, если, конечно, Вы хотите жить счастливо. Я понимаю, что это возможность для Вас решить много проблем, но, уверяю Вас, Вы и сами способны решить все свои проблемы, для этого не обязательно врать и изворачиваться. А Вы делаете именно это. То же самое касается и религии, адептом которой Вас сделала Ваша трусость, Ваша глупость.

– Господа, – заорал один из гостей. – Господа, позвольте мне. Мне есть, что добавить к только что сказанному Фёдором Михайловичем.

– Да что с тобой, милый человек, что же ты так орёшь-то, – спокойно ответил за всех хозяин, – говори, сколько влезет, и говори спокойно и тихо.

– Простите, господа, – оправдывался нарушитель спокойствия. – Честное слово, Ваши слова, Фёдор Михайлович, как по живому. Разрешите поделиться.

– Да разрешили тебе уже, – нервничал министр внутренних проблем, – говори уж.

37

Нарушитель спокойствия скорчил кислую мину и презрительно оглядел сидящих за столом.

– ТОБсК, господа. Тайное общество борьбы с коммунистами. Что меня дёрнуло вступить в это общество. Однако, вступил, – несколько нервно начал говорить борец с коммунистами. – Главное, что меня туда никто не приглашал. Сам вступил, по собственной, можно сказать, инициативе. Решил, что кому-то, наверное, будет приятно, если узнают, что я борюсь с коммунистами. Не знаю, честно говоря, кому это могло быть приятно, однако я так думал. Я пришёл к ним и сказал, что желаю работать у них. Долго они выпытывали причину моего столь странного желания. Я честно отвечал, что душою своею переживаю за всё, что мне говорят по радио, показывают по телевизору, пишут в журналах и газетах, что мириться сил больше нет, что чувствую в себе силы и смогу быть полезным.

Вы никогда не боролись с коммунистами? Нет? Но почему? Почему вы никогда не боролись с коммунистами? Доложу вам – занятие премилое. Главное – полезное.

Меня мои друзья спрашивают, зачем, мол, ты борешься с ними, с коммунистами-то? Но что мне ответить им, друзьям моим, на их вопрос. Зачем я борюсь? Я говорил им, но друзья мои смотрели на меня и не понимали меня. Им казалось, что я шучу. Им казалось, что борьба с коммунистами – это всего лишь шутка, первоапрельский розыгрыш.

Розыгрыш? Когда мы победим всех коммунистов, начнётся другая жизнь: светлая, радостная, не обременённая никакими заботами. Зачем я борюсь с коммунистами? Да ведь всё зло – от них. Это же ясно, как белый день. Этого не объяснить. Человек, либо понимает это, либо нет.

Ну вот, а вы не верили. Радуйтесь, люди. Нет больше ни одного коммуниста на белом свете. Мы всех коммунистов победили. Видите – светлее стало. Это солнце ярче засияло, приветствуя нашу победу.

Кто это плачет там в подворотне, роясь в мусорном баке? Он, наверное, ещё не знает о том, что нет больше коммунистов. Глядите, он уже и не плачет, он уже смеётся, утерев сопли с бороды грязной, узнав о великом. Помоем асфальт с мылом и горячей водой. Отскоблим стены домов от копоти прошлого.

Выдать каждому по бутерброду с котлетой. Ешьте. Хотите два бутерброда? Дайте желающим по два бутерброда, дайте по три. Ешьте, друзья. Нам ведь не жалко. У нас теперь много котлет и булки много. Бутербродов теперь на всех хватит. Вы видите? Люди стоят в очередях, берут бутерброды, жуют, радуются.

Дайте пива людям. Эх, милые вы мои… Да знали бы вы, как любят люди пиво. Так дайте им пива. Дайте каждому по стакану пива. Хотите больше? Нам не жалко. По два, нет по пять стаканов на каждого. Смотрите, как люди радуются. Они запивают бутерброды пивом. Бутербродов много. Пива много. Радостно на лицах людей.

Праздника людям дайте. Фейерверка дайте. Дайте пляски людям. Ведь как же охота-то им потанцевать на Центральной площади, а. А потому надо расчистить площадь для танцев и дать им возможность потанцевать. Смотрите, как народ сегодня пляшет на площади Центральной. Пиво пьёт. Салют смотрит. Жуёт бутерброды с котлетами народ.

Что народ ещё хочет? Водочки народ хочет. Дайте всем по сто граммов водочки. Но мало народу ста граммов. А коли мало народу ста граммов, то дайте им по паре литров. А больше надо – дайте больше. Ну разве не видите вы, как народ радуется. Танцует народ на Центральной площади, пьёт пиво с водочкой, бутербродами с котлетами закусывает. Ой любо на то смотреть, ой мило в том принимать участие.

Чего народ ещё хочет? Зрелищ народ желает. Обезьяний футбол народ требует, какой запомнился им по миру грёз и сбывшихся желаний. С водочкой да с танцами на Центральной площади, да с пивом, да с котлетами, да чтобы всё на видео снимали, чтобы после, когда состарится, полюбоваться на себя милого, какой был прыткий в молодые-то годы. Дать зрелищ народу милому. Заслужил болезный. Ведь сколь терпел сердечный.

Я был сегодня на площади, Фёдор Михайлович. Там как начали бутерброды халявные жрать, да пиво с водкой халявное пить, там как начали танцевать и футбол смотреть, так до сих пор пьют, жрут, танцуют и футбол смотрят. А Иван Иваныч им в помощь со всеми своими ближайшими сподвижниками. Ой мило, что на площади творится. Разврат кругом с водочкой, танцами, бутербродами с котлетой и пивом, и прочим, что сердце пожелает. А вокруг фейерверки, а вокруг салюты. А музыка и болельщики орут так, что уши болят. А по асфальту пиво рекой течёт с водкою и мочой вперемешку, портреты вождей светлого настоящего на разведённых мостах, кругом котлеты подавленные подошвами. Вонь, смрад, жуть, мрак. А девка одна молодая, ей ещё и тридцати не было, волосы распустила в пляс пошла, да котлетой подавилась – умерла. А парень молодой, водки литра два умял, да сердце не вынесло – остановилось. Собаку пекинеса напоили, она и лаять разучилась спьяну, тихо мочится на асфальт, ножки дрожат, не доживёт до утра. А там и вся семья хороводом, да с папой во главе, да вокруг своего ауди последнего, стоимостью со тысяч американских баксов. Радостно им.

Мило всё это. Ну и хватит, пожалуй. Эдак до бесконечности продолжать можно, – последнее, что сказал борец с коммунистами и придвинул к себе тарелку с заливной форелью.

38

Фёдор Михайлович с опаской посмотрел на члена ТОБсКа. Тот, в свою очередь, не обращая ни на кого внимания, уже кушал заливную форель и запивал её тёплым лимонадом.

– Однако! – многозначно заметил Фёдор Михайлович и продолжил своё чтение. – Существует ли идеальная организация? – всё ещё с опаской поглядывая на борца с коммунистами, читал Фёдор Михайлович. – Как следует создавать те или иные организации? Это очень важный и интересный момент. Моя технология уделяет огромное значение действительно хорошей организации.

В первую очередь в основе любой организации должна находиться определённая идея, цель. Другими словами, организация должна иметь смысл. Если в организации нет этого, то ничего не получится. Что значит иметь смысл? Ответ прост. Организация должна быть нужна человеку. Не всем людям, не какому-то одному направлению деятельности людей, не определённому количеству, а ОДНОМУ, НЕ КОНКРЕТНОМУ, НО ЛЮБОМУ ЧЕЛОВЕКУ. Если организация нужна одному и любому, то она нужна всем.

Возьмите любую партию. Кому она нужны. Какому отдельному члену своему она нужны? Вам? Объясните, зачем? Зачем Вам Ваша партия, зачем Вам всё это? Вам-то это зачем? В какую игру Вы играете? На что Вам эта партия и на что Вы ей? Сегодня, сейчас Вам зачем это? Зачем Вы ходите на эти собрания? Зачем Вы платите взносы? Вам больше некуда пойти? Вам больше некуда истратить свои деньги и время от своей жизни? Я обращаюсь к тем, кто не понимает и не знает, зачем он в партии. Если Вы знаете и понимаете, то дело Ваше, будьте в партии. Наверное, Вы знаете, что делаете.

Партийная организация, по своему определению, подразумевает количество больше двух. Следовательно, такой организацией можно назвать группу, в которой не менее трёх человек. Эти трое, или больше, создали организацию для решения тех проблем, с которыми им по одному не справиться.

Брачный союз – это тоже пример организации из троих – союз двоих людей и той идеи, которая их объединила и которая скрепляет их союз: это может быть и любовь, а может и что-то другое, например, дети. Потенциально, семья – это самая сильная и могущественная организация. Правда, об этом мало кто знает и сегодня этот вид организации не всегда и не всеми правильно понимается и используется. Брачный союз – это отдельная тема для разговора. Пока мы её касаться не будем.

Поговорим лучше о школе. Чему учат в школе? Учиться можно и нужно. Школа даёт человеку многое, если не всё. Среднее образование прикладывает свои усилия к тому, чтобы сделать человека несчастным на всю его оставшуюся жизнь.

Поговорим теперь о настоящих друзьях. В нашей технологии тот, чья задача привести к цели, называется другом (в оригинале – стражем или охранителем). Другом способен быть каждый. Но к другу предъявляются определённые требования, которые необходимо соблюдать.

Требования к другу

Не навязывать свои идеи другим людям. Не решать проблемы с другими людьми путём физического насилия, не унижать других людей и не оскорблять их. Не решать свои проблемы за счёт других людей. Не переедать. Вести осмысленную жизнь. Не употреблять наркотики и спиртное, в том числе пиво. Не курить. Не иметь ложных целей. Иметь своего друга (стража, охранителя). Не врать. Не врать никогда, никому и ни при каких обстоятельствах. Не красть. Быть финансово независимым. В моей технологии финансовая независимость не определяется количеством денег. Здесь подразумевается только отсутствие зависимости от денег, которая мешает человеку быть творцом, мешает ему порождать и воплощать в реальность свои идеи. Необходимо обладать достаточно хорошим здоровьем. Быть не моложе тридцати пяти лет.

Образование не обязательно высшее. Здесь скорее идёт речь не об образовании, а о знаниях человека. Имеются в виду обширные знания, особенно в области философии, психологии, истории. В данном случае важно само знание, а не диплом об окончании. Другими словами, если человек сам себя полагает достаточно образованным, то этого достаточно. Друг (страж, охранитель) обязан постоянно повышать свои знания. Наука не стоит на месте. Друг должен быть в курсе современных научных открытий, особенно в гуманитарных областях.

Веротерпимость. Не различать людей по национальностям и расам. Конечно, странно сегодня говорить об этом, но факт остаётся фактом, а сегодня есть и такие, кто проявляют нетерпимость к людям другой национальности или расы.

Это не все требования, предъявляемые к другу, а лишь основные.

В моей технологии друзья (стражи) подразделяются на уровни, в зависимости от своей возможности приводить к цели. Чем выше цель, тем уровень мастерства друга должен быть выше. Не все друзья способны приводить к любой цели. К любой цели способен привести только тот друг, кто мастер третьего уровня. Но таких специалистов пока немного.

Первый уровень.

Друг (страж) первого уровня мастерства способен приводить человека к цели на уровне Тела, не больше. Первый уровень мастерства получает тот, кто соответствует всем основным требованиям к другу. Любой, кто соответствует этим требованиям, может начинать работать другом. Специалист этого уровня может делать всё. Уровни не ограничивают друга. Вполне возможно, что друг первого уровня способен на очень многое. Но уровни говорят о некой гарантии.

Цели бывают разные, как и люди. Желания и возможности делать ещё не говорят о способности приводить к цели. Ваш друг сам не должен бояться цели, к которой Вас ведёт. Ваш друг не должен бояться и Вас – человека, которого ведёт к цели. Навык приобретается с опытом. Об этом, собственно, и говорят уровни.

Второй уровень.

Друг (страж) второго уровня способен привести человека к цели уровня души. Второй уровень друга получает тот, кто сам достиг цели уровня Тела и сам движется к цели на уровне Души.

Третий уровень.

Для получения этого уровня необходимо самому достичь целей на уровнях Тела и Души и встать на уровень достижения цели Духа. Ваш друг (страж) обязан знать, что за цель предстоит достичь Вам. Тот, кто не достиг цели первых двух уровней, не представляет, что за цель перед ним на третьем уровне. Он может только догадываться. Но разум его настолько поглощён проблемами материального и очень сильно желает душевного наслаждения, что не даёт своему хозяину полностью сконцентрироваться на цели уровня Духа.

Привести к цели – не значит помочь кому-то перейти улицу. Внимательно изучите главу, посвящённую целям и их градациям.

Как друг (страж), Вы знакомитесь с тем, кому помогаете достигать цели. В моей технологии нет пациентов и нет врачей. Моя технология – это технология быть другом (стражем). Быть другом – значит помогать человеку быть творцом, помогать человеку творить. Здесь помощь – это не психоанализ и не исповедь. Вы, как друг, не занимаетесь прошлыми неудачами и ошибками того, кому помогаете. Вас интересуют только идеи человека и их воплощение в реальность, только цели человека и их достижение. Тот, кому Вы помогаете, знает свою цель и хочет её достичь. Вы – его друг, ведёте его к его цели.

Никакой бумажной работы. Другу (стражу) не надо ничего записывать. Ему не надо ничего запоминать. Всё, что друга интересует, он найдёт в ответах того, кому помогает.

Цель друга – дать человеку свободу. Человек находиться в плену материи, в плену своего тела и всего, что с этим связано. Для того, чтобы добиться поставленной цели, друг сам должен её чётко представлять и понимать. Друг должен понимать, с чем ему придётся столкнуться. Если друг поймёт, что значит освободить человека от материальных проблем, то у него всё получится.

Вся Ваша деятельность, как друга, сводится к тому, чтобы убрать из жизни другого ложные цели, а наметить только одну. Он, тот кому Вы решили стать другом, для начала должен стать финансово независимым. Других целей пока не ставите, все остальные цели оставим на потом. Вы не навязываете ему свои идеи, но говорите ему о необходимости материальной независимости для того, чтобы быть творцом. Вам необходимо сделать так, чтобы он это понял. Вы не спорите с ним, не доказываете ему свою правоту. Между вами происходит диалог. Вы спрашиваете, он отвечает. Если Вы будете спрашивать правильно, то он сам поймёт, через свои ответы, в чём он прав, а в чём – нет. Другого пути нет и не будет.

Человек, который обратился к Вам за помощью, просит помочь ему. Он приходит к Вам с конкретной проблемой, он знает, что Вы занимаетесь тем, что помогаете справляться с проблемами, и он хочет, чтобы Вы помогли ему. Только поэтому Вы и стали его другом (стражем).

Для начала неплохо бы понять – сможете ли Вы ему помочь? Возможно, проблема его не Вашего уровня, а может, он вообще пришёл не по адресу и его следует направить к стоматологу, если он, например, жалуется на зубную боль. Тем более, что стоматологи ещё живы, а казнь последнего стоматолога состоится ещё не скоро. (Фёдор Михайлович торопит события. Да, действительно, казнь последнего стоматолога не за горами. Но сейчас об этом рано. Чуть позже Вы узнаете и об этом. Всему своё время.)

Спросите своего друга сперва о том, почему он пришёл к Вам. И почему он думает, что Вы ему поможете. Если его ответ Вас удовлетворит и Вы решите продолжить беседу, то спросите его о том, в чём он видит помощь, которая будет идти с Вашей стороны. Если в этих вопросах выяснится, что человек не готов к тому, чтобы с ним дружили, а это, как правило, бывает тогда, когда человек необразован, когда его знания на нуле или около того, то посоветуйте ему пойти учиться.

Метод, предлагаемый мною, прост. Основан он на том, что каждый человек добивается той или иной очередной цели только благодаря тому, что чётко себе её представляет, постоянно напоминает себе о ней и все свои действия направляет и соотносит только с этой целью.

Если Вы вспомните те времена, когда Вам что-то удавалось, то Вы поймёте, о чём речь.

1. Точно знать то, чего Вы хотите.

2. Постоянно напоминать себе о том, что Вы хотите.

3. Все свои действия направлять и соотносить только с Вашей целью.

Если на первое способны многие, то на второе способны уже гораздо меньшее число людей. Что же касается третьего, то здесь единицы из миллионов. Не может человек самостоятельно соблюдать все эти три правила. Слишком много вокруг него отвлекающих факторов.

Решение проблемы есть. Должен быть кто-то, кто возьмёт на себя обязанность напоминать Вам о том, что Вы должны делать. Напоминать Вам о Ваших же идеях, о Ваших же мечтах, о Ваших же целях. Но только напоминать, а не делать за Вас.

Что значит «точно знать то, чего хочешь»? В первую очередь это быть способным сформулировать цель свою таким образом, чтобы она была ясна и Вам, и другим людям. Не имеет значения при этом, нравится им Ваша цель или нет. Главное, она должна быть им ясна. Для того чтобы убедиться в том, что им ясна Ваша цель, попросите их пересказать её своими словами. Если они смогли это сделать и Вы поняли их и подтверждаете правильность их формулировки, значит Ваша цель Вам ясна и Вы точно знаете, что хотите.

Что значит «постоянно напоминать себе о том, что Вы хотите»? Человек – существо многогранное и способное на очень многое, а потому часто отвлекается от главного, не замечая этого. У человека много разных идей, которые бы он хотел воплотить в реальность. Человек ставит перед собой цель, начинает делать что-то для её достижения, но забывает о том, какова его цель, если не напоминает себе о ней, и перестаёт делать то, что надо, а делает уже что-то другое, связанное с другой идеей. Всё дело в том, что человек не может жить, если не будет стремиться хоть к чему-то. И если он забыл цель, поставленную вчера, он быстро придумает себе новую цель и так до бесконечности.

Человек не может одновременно ставить перед собой сразу несколько целей. Цель может быть только одна. И необходимо постоянно напоминать себе о ней. Только благодаря тому, что человек постоянно напоминает себе о своей цели, он начинает делать то, что и приведёт его к этой цели.

Третье. Делать только то, что приведёт Вас к цели. Что бы Вы не делали, любые Ваши действия должны совершаться только с позиции Вашей цели. Если Ваша цель – поправить своё здоровье, то как объяснить то, что Вы не умерены в еде, курите, злоупотребляете спиртным? Никак. Это говорит только о том, что нарушается третий пункт и цель достигнута не будет.