Читать книгу "Историк и власть, историк у власти. Альфонсо Х Мудрый и его эпоха (К 800-летию со дня рождения)"

Как отмечают различные практики этого дела, практика цифровых изданий уже не нова, – в частности, уже на протяжении нескольких десятилетий существуют публикации средневековых текстов[1265]1265
   См., например, обзор в: Sahle 2016: 19–40.


[Закрыть]. Однако практика еще не вылилась во что-то похожее на стабильный набор теоретических принципов, или даже на противоположные подходы к изданию, которые развивались на протяжении веков печатной публикации текстов. Я не намерен предлагать такую теорию здесь: скорее я хотел бы предположить, как проект издания текстов Альфонсо Х может помочь в ее развитии. Для целей этого исследования я опираюсь на три главных термина, использованных в работах последних лет, построенных на специфически-англоязычном материале, так как они способны помочь пояснить как суть упражнений по цифровому изданию, так и способы, которыми может развиваться основная концептуальная архитектура.

Три термина, которые я здесь характеризую, образуют, по крайней мере, дополнительную часть структуры того, о чем я собираюсь сказать ниже. Однако должен подчеркнуть, что я имею в виду их использование в очень узком смысле. Я делаю это в свете текущих дебатов о научном издании текстов на английском языке, и здесь, помимо прочего, присутствует значительное влияние работ Робинсона, Шиллингсбурга, Эггерта и Габлера[1266]1266
   В числе работ, наиболее заслуживающих внимания, см.: Gabler 2010: 43–56; Robinson 2010: 105–131; Robinson 2016: 181–207; Shillingsburg 2006; Eggert 2019.


[Закрыть], но я говорю о применении, не выходящем за пределы конкретных примеров, связанных с трудами Альфонсо Х.

iv.Документ: физический объект, на котором записаны как значимые, так и тривиальные вещи (заметки).

v. Текст: значимые вещи (заметки), исходя из которых человек делает выводы об их собственном значении, и которые являются признаком предыдущей попытки человека привнести в них смысл.

vi. Труд[1267]1267
   В понятийной системе настоящей статьи понятие «труд» (work) в понятийной системе русского языка эквивалентно не столько «работе», сколько «сочинению» (произведению, авторскому тексту) как объекту издательской деятельности. В частности, сочинения Альфонсо Х и других средневековых писателей автор далее именует «трудами». – Прим. пер.


[Закрыть]: вместилище негативной диалектики текста и документа, наделенное регулятивными функциями.

Эти рабочие определения стремятся предоставить схему, в рамках которой обсуждаются объекты цифровых изданий. Для целей того, что последует далее, документ – это физический объект, в то время как текст – это реализация значимых заметок в ходе чтения. И тот и другой, если следовать Эггерту, пребывают в состоянии негативной диалектики, и понятие труда как вместилища для совокупности этих отношений является окончательной целью издания. Однако важно отметить, что понятие труда является здесь контекстуальным – оно полностью зависит от контекста и может содержать различные элементы, в зависимости от диапазона контекстов, которые вносят вклад в труд (работу), что может относиться как к структуре труда в его генезисе и истории, так и к контекстам издания. «Текст» как акт интерпретации, конечно же, не является нейтральным и внутренне исключительно дискурсивным: он предполагает ряд внешних ссылок и компетенций в уме читателя, и они обязательно индивидуальны – это понимание «текста» радикально отличается от поливалентных значений, которые прикреплялись к этому понятию на протяжении многих лет. В других обстоятельствах, возможно, попытка представить эти три измерения чтения была бы иллюзорной, но частью гипотезы, которую я здесь выдвигаю, является то, что цифровое издание, возможно, может воспроизводить некоторые из них. И снова, следуя Эггерту: «Научное издание осуществляет, не может способствовать, но осуществляет, теорию или предположение о том, как труд существует и существовал в мире (а не как идеальная сущность) и, следовательно, о том, как он может быть более выгодно воспринят в издании новыми читателями. <…> Это репрезентация, но не представление (труда)»[1268]1268
   Eggert 2019: 6–7.


[Закрыть].

Я придерживаюсь мнения, что целью цифрового издания является издание «труда», и что цифровое издание стремится не восстановить идеальный текст, а скорее представить «труд» в его многогранных аспектах композиции и потребления. Эти аспекты могут быть авторскими или направленными на восприятие, и поэтому отдельное издание может создавать иерархию элементов труда-в-мире, но изменчивая природа цифровой текстуальности означает, что не существует «труда как такового», а есть лишь вместилище, зависящее от возникающей диалектики, о которой шла речь выше. И учитывая возможности цифровой практики, способной создавать объемы и виды данных, существует возможность выстроить в одном и том же цифровом издании и архив, и издание как таковое. Конечно, оба они открыты для элементов вмешательства со стороны издателя, и ни одно из них не является нейтральным, но возможность явной отметки издательской позиции на шкале между архивом и интерпретацией означает, что возможны более богатая форма издательской практики и последующее чтение[1269]1269
   Eggert 2019: 143, 151.


[Закрыть].

На основе сказанного выше о вызовах, представленных собственно цифровым миром, и о трехчастном теоретическом разделении элементов, следующим шагом является попытка набросать картину того, как цифровое издание труда, то есть «Истории Испании», может быть осуществлено как продукт уникальной цифровой концептуальной архитектуры. Гипотезы, которые лежат в основе контура такого проекта, следующие:

• •Будущее нашего цифрового текстового наследия лежит в издании «трудов».

• • Издание труда, которое в основе своей является временным и изменчивым, заключается в издании знаний о чем бы то ни было.

• • Издание труда – это сборка утверждений разной достоверности, основанных на различных формах авторитета, и все эти формы должны быть четко указаны.

• • Некоторые из этих утверждений, особенно текстовые и документальные, вероятно, будут занимать более высокое положение в иерархии элементов для этого издания, но любая иерархия может быть перевернута или изменена другими способами применительно к разным изданиям, и пользователю может быть открыт доступ к разным уровням иерархии.

• • Материальный объект может, но не обязан, быть осевым пунктом, вокруг которого организован весь труд.

• • Большая часть сказанного выше всегда была верна, но возможности включения различных видов знаний ныне увеличились, и поэтому эти ключевые элементы и структуры авторитетов должны быть четко указаны.

В случае «Истории Испании» я буду иметь дело только с тремя классами знаний о нашем труде, которые могут быть встроены в цифровое издание, но множество других может быть добавлено в мультиуровневые миры. В целях простоты я ограничил себя элементами, которые традиционно рассматривались как «текстовые»; это не означает, что в цифровом издании нельзя включать вне-текстовые знания или что они не должны считаться центральными.

Если мы представим себе по-настоящему цифрового Альфонсо Х, который эпистемологически отличается от предыдущих изданий, включая EED, и на данный момент ограничимся «Историей Испании», то как это будет выглядеть? Здесь я буду говорить только о трех элементах знания о труде, каждый из которых связан каким-то образом с пониманием «Истории …» и ее представлением.

• • Источники.

• • Похожие тексты/труды.

• • Рукописные редакции/вариации.

Один из способов концептуализировать эти термины – рассматривать их как представление прошлого, настоящего и будущего работы в момент их зарождения, возможно, отражая комментарии Джаусса об анализе литературных жанров как функции горизонтов ожидания и опыта[1270]1270
   Jauss 1982: 22–28; Koselleck 2004: 255–275.


[Закрыть]. Поэтому они представляют собой наиболее простые измерения: ведь их можно представить в линейных и хронологических формах как часть цепи смыслов, но такой, в которой разнообразные элементы не обязательно имеют фиксированное существование. Дополнительные виды знания не обязательно следуют этому линейному шаблону, и, на самом деле, цифровизация может быть особенно полезна в этом многомерном расположении. Но для целей моего примера я сосредоточусь только на этой линейной связи.

Предварительные вопросы, которые следует задать относительно включения исходных материалов в цифровое издание, могут быть следующими: какова концептуальная связь между текстом и его источниками? как нам следует осмысливать эти связи (1) в качестве читателей и (2) в качестве издателей? Если мы рассматриваем наше текстовое наследие как часть цепи смыслов, возможно, в режиме цепочки памяти, столь ярко проанализированной Мэри Каррутерс[1271]1271
   Carruthers 1990.


[Закрыть], то какие элементы этой цепи следует включить в издание? Конечно, это непосредственно связано с вопросом о статусе издания, в первую очередь – с тем, как издатель решает (или должен решать), что издавать и на какой основе? Какое место занимает наше знание о способе создания труда в нашем издании? Все это непосредственно связано с понятием архивного импульса Эггерта, упомянутого выше, а также с вопросом о том, что стало возможным из того, чего не было ранее. Теперь мы можем включить в архивное измерение наших изданий более широкий спектр текстовых элементов, но возможность сделать что-либо не является теоретическим обоснованием этого действия.

Цитата, приведенная в начале этой статьи, предоставляет нам отличный пример того, как эти вопросы могут быть разработаны на практике. «De como fue Europa poblada de los fijos de Japhet ₁ Evropa comiença en un rio que a nonbre thanays. e de la una parte la cerca el mar mediterraneo. e dela otra el mar oceano. ₂ Este rio thanais nace en los montes ripheos; y es moion entre asia y europa. ₃ Enel grand mar oceano de la parte de cierço. ay muchas yslas. assi cuemo ingla terra a que llama ron antiqua mientre bretanna la mayor. ₄ E es ybernia ala que llaman yslanda» [Европа начинается по реке, что носит имя Танаис, и с одной стороны ее окружает Средиземное море, а с другой – море, именуемое Океан. Эта река Танаис рождается в Рифейских горах и является межой между Азией и Европой. В великом море Океане, в северной его части, лежит много островов, как, например, Англия, именуемая по-старому Большой Бретанью; есть Иберния, которую называют Ирландией… (пер. И. В. Ершовой)].

Мы уже знаем основной источник представления Альфонсо о географии Европы – это сочинение «Об испанских событиях» Родриго Хименеса де Рада, произведение, написанное на латинском языке непосредственно перед «Историей Испании» архиепископом Толедо, который был лично знаком с Альфонсо Х. Эквивалентный фрагмент в исходном тексте, здесь воспроизведенный из лучшего издания, звучит следующим образом: «De Europa et generationibus Iaphet Europa autem incipiens a Thanay fluuio ex una parte Tirreno, ex alia Septenrionali et Gaditano Occeano terminatur. Thanaym uero hunc dico qui ex Ripheis montibus oriens adeo preceps ruit ut, cum uicina flumina Meothis et Bosforus gelu sepissime solidentur, solus ex confractuosis montibus euaporans numquam algore Scitio indurescit. Hic Asie Europeque terminus famosus habetur. Fretum autem Gaditanum in finibus Gallecie a Gadibus Herculis nomen habet; Occeanum Septentrionale quod uersus Septentrionem plurimas ínsulas in se tenet, scilicet, Schanciam, Frisiam, Schociam, Angliam et Hyberniam et alias menores» [О Европе и о потомках Иафета. Европа начинается от реки Танаис; с одной стороны она ограничивается Тирренским морем, а с другой – Северным и Гадесским Океаном. Танаис же, о котором я рассказываю, тот, что начинается от Рифейских гор и низвергается от них так, что, хотя соседние реки, Мэотида и Босфор часто сковываются льдом, он единственный, испаряясь от проломленных гор, никогда не затвердевает от скифского мороза. Он является знаменитым рубежом между Европой и Азией. Гадесский же пролив на окраине Галисии именуется так от геркулесовых гадиев; Северный Океан – тот, в северной части которого находятся многочисленные острова – Сканзия, Фризия, Скотия, Англия, Иберния и другие, более мелкие][1272]1272
   Rod. Hist. I.2.


[Закрыть].

В печатной версии, конечно, можно было бы отметить это, возможно, в виде сноски. Но, учитывая гибкость цифрового пространства, в цифровом издании появляется возможность предоставить доступ ко всему фрагменту, или ко всему тексту труда (сочинения), на котором, в данном случае, основана «История Испании». Можно предположить, что предоставление доступа к тексту «Истории об испанских событиях» станет особенно ценным подспорьем при пользовании изданием, поскольку это единственный в своем роде и важнейший источник «Истории Испании». Однако в концептуальном плане это не более чем количественный прогресс по сравнению с предыдущей практикой, так как новация не предполагает никакого значимого утверждения о взаимосвязи между двумя трудами (сочинениями). Фактически, приведенный пример является особенно показательным, поскольку мы знаем также и источники, которые сам Родриго использовал при написании своей хроники – предшествующие по времени труды Орозия и Иордана:

• •«Europa incipit ut dixi sub plaga septentrionis, a flumine Tanai, qua Riphaei montes Sarmatico auersi oceano Tanaim fluuium fundunt…» [Европа берет начало, как я сказал, близ областей севера, от реки Танаис, там, где Рифейские горы, протянувшиеся от Сарматского океана, изливают реку Танаис… (пер. В. М. Тюленева)][1273]1273
   Oros. Hist. I.2.4.


[Закрыть].

• •«Thanain vero hunc dico, qui ex Ripheis montibus deiectus adeo preceps ruit, ut, cum vicina flumina sive Meotis et Bosforus gelu solidentur, solus amnium confragosis montibus vaporatus, numquam Scythico duriscit algore. Hic Asiae Europaeque terminus famosus habetur» [Это тот, говорю, Танаис, который, срываясь с Рифейских гор, низвергается настолько круто, что, когда соседние реки, а также Мэотида и Босфор затвердевают от мороза, он единственный из всех рек, согретый испарениями в скалистых горах, никогда не замерзает от скифской стужи (пер. Е. Ч. Скржинской)][1274]1274
   Iord. Get. 1.45.


[Закрыть].

Подразумеваемая цепь связей, конечно, может быть представлена в печатном виде, по крайней мере, в сокращенной форме. Но возможности цифрового архива позволяют более детально представить текстовые и концептуальные связи между всеми элементами, задействованными в данном случае. На самом деле, неважно, осознавали ли авторы «Истории Испании», принадлежавшие к кругу Альфонсо Х, что следуют «Истории об испанских событиях». Степень, в которой тексты Орозия и Иордана могли бы являться частью издания знаний об «Истории Испании» Альфонсо Х, – вопрос совершенно иной, и не требующий нашего внимания. В этом случае знания об источниках предоставляются в различных слоях и на разных уровнях от «Истории Испании». То, как (или даже нужно ли) представить это в цифровом издании, которое является изданием знаний и осмысленных утверждений, как предлагает Тара Эндрюс, является центральным вопросом для издания концептуально иного характера. В какой степени «История об испанских событиях» (и, на самом деле, другие тексты, насколько бы они ни отличались) является частью труда, то есть «Истории Испании»? В данном случае предполагается, что, несмотря на наши подозрения в отношении вне-документальных (но не вне-текстовых, с учетом сказанного выше) данных, этот уровень знаний об «Истории Испании» действительно является значительной частью этого труда (сочинения), хотя и может занимать иной уровень иерархического пространства, чем цепь значений в итоговой версии издания. И то же самое верно на более высоком иерархическом уровне в случае Иордана и Орозия.

Если источники трудов (сочинений) представляют собой предысторию цепочки смыслов любого средневекового текста, то что можно сказать о тех документах и текстах, которые являются современными им продуктами той же самой среды или сред, связанных с ней? Обычно они не рассматривались как часть труда. Насколько можно или даже следует включать такой материал в цифровое издание как знание о произведении и смысловые утверждения о нем? Вопрос возникает, в первую очередь, в отношении средневековой письменной традиции, поскольку присущий ей способ составления предшествует современным представлениям об авторитете и индивидуализме[1275]1275
   См., например, классическую работу об авторстве в Средние века: Minnis 2010.


[Закрыть] – и, возможно, по этой причине она может указывать на то, как подобные вопросы будут решаться в цифровом мире, чья текучесть одновременно схожа и отличается.

И здесь «История Испании» вновь дает показательный пример.

Dond fue tomado este nombre emperador e que quiere dezir…₁

En latin dizen parare por appareiar. Et esta palabra parare segund cuenta hugitio; componese con Jn. e dizen Jmperare.₂ Et es Jmperare en el nuestro lenguage tanto cuerno mandar sobre otros e sennorear.₃ E deste Jmperare por tal mandar uiene este nonbre Jmperator que es por Emperador. por que ell Emperador es sennor que manda e sennorea sobre otros e sobre Reys[1276]1276
   Электронную копия рукописи см. https://rbme.patrimonionacional.es/s/rbme/item/13129#?xywh=-544%2C376%2C1986%2C1040 (дата обращения: 03.03.2024).


[Закрыть] (ил. 20 во вклейке).

Представленный фрагмент располагается между рассказами о конце гражданских войн в Риме и начале империи Юлия Цезаря. Этот раздел стал предметом активных дискуссий, в том числе потому, что находится рядом с текстовой границей и, вероятно, относится к той части хроники, которая была составлена в первую очередь[1277]1277
   Catalan 1997: 41–47.


[Закрыть]. Можно предположить, что характер этого фрагмента, где речь идет об основании империи и появлении императоров, был особенно интересен Альфонсо Х в 1270‑х гг., именно в тот момент, когда составлялись две его знаменательные исторические сочинения. В недавнем критическом издании этот фрагмент транскрибирован следующим образом:

«D'ESTE NOMBRE EMPERADOR DÓNDE FUE TOMADO E QUÉ QUIERE DEZIR E A QUIÉN DEVE SER LLAMADO

Dizen en el latín parare por aparejar, e esta palabra parare segunt Ugucio e otros compónese con in, e dizen imperare, e imparare en el latín quiere dezir en el lenguaje de Castilla como mandar todos e señorear, e d'este imperare por tal manera viene este nombre imperator que es por emperador; e emperador por mandador, porque el emperador es señor que manda e aseñorea sobre otros e sobre reyes, e non ninguno sobre él si non Dios» [ОБ ЭТОМ НАИМЕНОВАНИИ ИМПЕРАТОР, ОТКУДА ОНО БЫЛО ЗАИМСТВОВАНО И ЧТО МОЖНО СКАЗАТЬ О ТОМ, КОГО СЛЕДУЕТ НАЗЫВАТЬ ТАКИМ ОБРАЗОМ. Говорят на латыни parare, что означает «оседлать», и это слово parare, согласно Угуцию и другим, соединяется с in-, и произносят imperare, и imparare по-латыни означает то, что на языке Кастилии – «приказывать всем» и «господствовать», и от этого imperare и происходит это наименование imperator, то есть император. И под императором понимают приказывающего, поскольку император – это сеньор, который приказывает, и господствует над другими людьми, и над королями, и никого нет выше него, кроме Бога][1278]1278
   GE. V–VI. P. 471.


[Закрыть].

За исключением, кажется, незначительных вопросов, касающихся деталей орфографии и еще более значимого добавления к последнему предложению [e non ninguno sobre él si non Dios – «и никого нет выше него, кроме Бога»], можно считать, что это один и тот же текст. Однако, как видно из сноски, этот фрагмент на самом деле взят из издания «Всеобщей истории», причем в «Истории Испании» есть и другие похожие фрагменты, которые почти дословно встречаются во всемирной истории[1279]1279
   Представляется несомненным, что направление копирования происходило от «Истории Испании» ко «Всеобщей истории», хотя создание обоих трудов происходило параллельно.


[Закрыть]. Используя понятия, в которых я изложил эти вопросы, два фрагмента – эти разные тексты, то есть различные контексты чтения каждого документа, подразумевают, что у них разные значения. Поэтому мы предполагаем, что в этих контекстах встреча документа и текста в негативной диалектике, описанной Эггертом, подразумевает, что каждый из них является частью разных трудов (сочинений), которые мы обычно называем соответственно EE [Estoria de España – «История Испании»] и GE [General Estoria – «Всеобщая история»]. И все же, фрагменты, по крайней мере на уровне предложений, в основном одинаковы, и поэтому можно считать текст GE вариантом EE. Если, например, кто-то попытается издать все труды круга Альфонсо Х, – что уже не является невозможным, – статус этих фрагментов станет совершенно иным. Длинные разделы, посвященные Юлию Цезарю, например, появляются дословно в обеих хрониках, и цифровое издание всех произведений круга Альфонсо Х явно показало бы, таким образом, то, что в печатном виде ранее оставалось на усмотрение читателя.

dizen que este ninno salió de luego con cabellos, e con una uedija apartada mientre mas luenga que todos los otros cabellos. Et en latin dizen Cesares por uedija. o por cabelladura. o por cerda de cabellos. Onde fue tomado desta palaura Cesaries este nombre Cesar. e llamado a aquel ninno por aquella cerda con que nascio. E segund esto cesar tanto quiere dezir cuerno el de la uedija o el de la cerda. o el de la crin.ca por tod esto es dicho cesaries.

La segunda razón, porque este niño salló de luego con cabellos e con una vedija apartadamente más luenga que todas las otras, e en el latín dizen cesaries por vedija o cabelladura o cerda de cabellos, onde fue tomado d'esta palabra cesaries este nombre César e llamado a aquel niño por por aquella cerda con que nació, es segunt esto César quiere dezir tanto como el de la cerda, el de la vedija o aun el de la crin, ca por todo esto es dicho cesaries.

Здесь у нас снова появляются документы, содержащие смысловые метки, которые кажутся очень похожими. Экстра-дискурсивные знания, в данном случае – важность концепта империи для Альфонсо Х, и то, что его собственный первенец был известен как Фернандо де ла Серда, добавляют новую информацию к нашему пониманию фрагмента в многомерном смысле. Учитывая, что такая связь между трудами (сочинениями) теперь возможна, издателям следует обдумать, как (и следует ли) это делать, и какой статус будет иметь полученная иерархия текстов. Возможно, в этом смысле рамка относительного текстового расстояния от предполагаемого ядра издания поможет создать необходимую издательскую (и читательскую) концептуальную архитектуру для этого издания.