Читать книгу "Торговец счастьем"

– Живой? – спросил он, перевернув Калео на спину.

Тот ошарашенно вертел головой и не мог ничего сказать. Рана обнаружилась мгновенно. Папа Принц даже засмеялся при виде окровавленного левого уха морталиста.

– Везучий! – прохрипел Папа Принц, помогая Калео подняться. – Это всего лишь ухо. Не волнуйся, это не смертельно, хотя теперь, ты не будешь таким красавчиком, как раньше. Если хочешь, могу отрезать другое ухо для симметрии.

– Пошел ты! – прошипел Калео.

Когда рыбоголов и мадам Жало добежали до деревьев, перед ними возникла яркая полоска света.

– Стоять! – скомандовала маршал Марс, подняв перед собой меч, горящий ярче прежнего. – Ни с места! Гидеон Пакс?! Как ты здесь оказался?

Рыбоголов вздохнул, поняв, что Ключ собран вновь.

– Я возьму ее на себя, – сказала Жало. – А ты бери ту, что с пистолетами.

Рыбоголов кивнул.

– Нам не обязательно вступать в бой, – сказала Кера, хоть и держала потенциальных врагов под прицелом. – Можете уходить. Мы пришли за некромонтулом. Калео Вагадар.

– Про того монстра не забывай, – негромко добавила Коул, не сводя глаз с клинков химеритки.

– Просто уходите, – еще раз сказала Кера, однако ее проигнорировали.

Если некромонтул способен воскресить целую армию трупов, то спасти Афину ему не составит труда, думал рыбоголов. А эти двое явились, чтобы убить его. «Конфликт интересов» сказал бы Папа Принц.

Рыбоголов рванул с места со страшной скоростью, закрыв собой Жало и на ходу трансформируясь. Один выстрел, второй, третий… фуражка слетела с головы… шестой, седьмой… форма разорвалась, не выдержав натуги набухающих мышц… десятый, одиннадцатый… громадный рыбоголов-воин с рыком вскинул руки перед собой. Одного взмаха оказалось достаточно, чтобы имморталистка отлетела на полдюжины метров вверх. Но даже в воздухе она продолжала стрелять, не теряя самообладания.

Жало, передвигаясь рывками, словно некая змея, приблизилась к Коул. Та вовремя заметила приближение врага и пошла в атаку. Если химеритка появлялась и исчезала словно тень, то маршал Марс становилась ярким размытым пятном. Клинки свистели и лязгали, осыпая искрами на короткую траву. Две женщины, две убийцы, тень и вспышка. Одной помогало проклятие Химеры, другой – могущественный меч-артефакт.

Хтон’ваагра напомнил Кере Голода, такой же большой и свирепый. Но в отличие от хищника из других измерений, у рыбоголова имелись глаза. В них-то на лету и пыталась попасть Кера. Рыбоголов зашвырнув женщину вверх, хотел поймать ее и разорвать на части. Но пуля, попавшая в лицо, изменила его планы. Вместо того, чтобы оказаться в лапах рыбоголова, Кера приземлилась, прямо на его скользкую спину, скрытую под толстыми щупальцами. Наставив оружие ему в затылок, она выстрелила несколько раз и отпрыгнула назад.

Биться с противником, который появляется и исчезает за долю секунды, оказалось сложнее, чем с держателями притона или с голым, безоружным гладиатором. Коул больше избегала ударов и выставляла клинок. Любое неверное движение могло стать для нее последним. Все же для Коул собственная жизнь была дороже, чем героическая чушь, которую ей навязали. Еще и ружье Торговца счастьем, висевшее за спиной, доставляло неудобства при каждом движении, больно ударяясь в плечо. Коул пожалела, что не воспользовалась им вначале.

Мадам Жало все наседала, постоянно меняя свое местоположение и нападая с разных сторон. То справа, то слева, то со спины. И каждый раз маршал Марс успевала выставить свой громадный меч перед собой и яркой вспышкой удалялась в сторону.

Поезд мчался со всей скоростью. Локомотив пыхтел, изрыгая клубы пара и дыма. Но этой могучей машиной управлял не человек. Несколько низкорослых уродцев умело дергали за рычаги и вентили, опасно поднимая температуру сангума. Все счетчики и показатели кричали об опасности нагрузки.

Вот так Легион собрался ворваться в сердце города. Минуя все незначительные ограждения, предупреждения с военных дирижаблей, экспресс «Мансель-Аррас» оказался на территории столицы. Пассажирам подобная скорость показалась бы опасной, но возражать было некому. Общие пассажирские вагоны и вагоны купе были заполнены трупами. В лужах чернеющих лужах крови лежали все те, кто направлялся в столицу: проводники, машинисты, продавщицы сладостей и табака, студенты, возвращающиеся с каникул, школьники, их родители, работяги и богачи. Легион. У всех перегрызли горло, украли и испортили душу. Поезд стал для них братской могилой, общим проклятием.

С каждой минутой его цель становилась все ближе. Все так, как предсказывала Надежда. Все то, что она видела. Лицо Шляпника дрогнуло при этих мыслях. Он стоял на крыше одного из вагонов, где-то в середине состава и взирал на полыхающие центральные районы. Сладкий запах свежих душ нестерпимо манил его. Паразиты, зловредные пришельцы из иных миров, наконец, поплатились за свою наглость. Они умирали один за другим, квартал за кварталом, либо от чумы Дедала, либо от рук людей. И умирая, они освобождали заключенные в них души бывших жильцов.

За этим он явился сюда. Покарать смертных и уничтожить врага, имевшего планы захватить его мир. Не вмешайся Легион, возможно через нескольких десятилетий весь мир оказалось бы в рабстве у инсуломов, даже не подозревая о своем пленении. «СПАСИТЕЛЬ!», «ГЕРОЙ!», «МОЛОДЕЦ!». Искренние мысли одобрения и радости преобладали в Легионе.

МЫ. МЫ СПАСЕМ ИХ. ОСВОБОДИМ ИХ ОТ СТРАХОВ. ОТ БОЛИ. ОТ НЕНАВИСТИ. ОТ ЖАДНОСТИ. ОТ ГРЕХА. И НАСТАНЕТ МИР…

Длинный цилиндр Шляпника, невзирая на законы физики, не слетал с его головы, хотя плащ заметно трепетало из-за скорости поезда. Шляпник расстегнул пару пуговиц плаща и раскрыл грудь, в которой зияла чернота.

Души, рьяно тянущиеся куда-то вверх, полупрозрачными Нитями, замерли и привлеченные невероятной мощью Легиона, стали стекаться в него.

Из многочисленных окон поезда, с обеих ее сторон несметной ордой посыпались тела пассажиров, вперемешку с низкорослыми бледными тварями. Вселенский потоп плоти. Трупы падали на улицы безвольным грузом. За ними, рыча и вопя, следовал Легион. Старый замысел, порожденный в коллективном разуме божества, пришел в действия. Оказавшись на пустых улицах, чудовища разбегались в поисках душ. Неважно, на кого нападать, на людей или паразитов. Все окажутся в бездне, станут частью проклятия этого мира, созданного самими людьми многие века назад, наказанием, которое пророчили старые мудрецы. Любой грех должен быть искуплен. И этот мир, мир жадных, алчных и высокомерных лицемеров, так обожающих войну, падет от последствий собственных деяний.

Шляпник собирал в себе души. Тысячи душ. Он вырывал их из умирающих инсуломов, чья хватка ослабла. Казалось, город становится меньше. Дома проседали, страдали, прогибались из последних сил, сохраняя свой облик и разум.

В темноте, в их странной тюрьме, которая не давала им ни покоя, ни утешения, творилось что-то неладное. Старик Марс исчез несколько часов назад. А костер, вокруг которого они сидели, почему-то начал гаснуть.

– Что там происходит? – в ужасе спросила Алекс, чувствуя нечто нехорошее.

– Мне страшно! – пропищала Мерил.

– Это конец, – уверенно ответил Полумесяц.

– Мне холодно…

– Заткнись, девчонка! – прошипел иглоликий.

Мир внутри особняка, в котором они умерли начал рушиться. Все затрясло, тьма вокруг, стала распадаться на куски. Когда от их костра остались последние угольки, появился свет. Ослепительно яркий свет поглотил все. Их выкинуло наружу, в реальный мир, теперь недосягаемый для них, так же, как и иные материи для живых. Бесплотные духи, чья природа никак не вязалась с миром живых, летели ввысь. Все банально, как описано в религиозных книгах. Душа, вознесение, небеса.

Но что-то пошло не так. Они почувствовали на себе чужое влияние. Чужую волю, которая призывала их совсем в другое место. Противиться не было смысла, да и случилось это слишком быстро, чтобы понять суть трагедии. Их, как и множество других освобожденных душ, притянула бездна, тьма, заключенная в Шляпнике. Ярким потоком они ворвались вглубь его плаща и оказались в месте, отдаленно напоминавшем их прежнюю тюрьму. Только эта тюрьма была гораздо больше, а количество узников устрашало. Вместо костра в центре этой гигантской, бескрайней темницы бурлил черный вихрь. Ураган из миллионов поглощенных душ, в сердце которой яркими вспышками искрились красные молнии. Это стихийное бедствие, зарожденное то ли случайно, то ли по прихоти богов, утащило их в себя, показало им тщетность их смертной жизни, рассказало свою историю. Каждая поглощенная душа оказалась в этой адской пучине смерти и боли. Так на самом деле выглядел Легион. Бушующим вокруг ветром являлась судьба каждой пребывающей здесь души. Их голоса, мысли и эмоции являлись красными молниями. Новые души, не имея никаких шансов вырваться на свободу, тут же оказывались частью этой жуткой системы. Их воспоминания, их сущность становились общими. Им открывались факты о прежних деяниях Легиона, его история. Далекий замок, война, жертвоприношения во славу давно забытому богу, реки крови и человеческая алчность. Именно люди создали Легион, а Надежда направила их, помогла в самом начале. В мире нет ничего правильного или неправильного. Истина субъективна. Большинство всегда право. И в данном случае, миллионное мнение коллективного разума мгновенного порабощало пребывающие потоки душ, обрабатывая их знания, искажая их и трансформируя сущности в материальный мир.

Душа Мерил, став частью Легиона, вырвалась в знакомый мир уже другим созданием. Теперь она не была молодой девушкой из Манселя, любовницей Коул Марс. Она, как и большинство ее новых собратьев, стала низкорослой и бледной. На ее коротких, но сильных руках имелись острые крючковатые когти, а изо рта торчали клыки. Но самое страшное заключалось в том, что от ее личности ничего не осталось. Лишь проклятая душа и отвратительное тело чудища.

Вырвавшись вместе с остальными из груди Шляпника, тварь оказалась на крыше вагона. Затем оглядевшись и принюхавшись, она спрыгнула вниз. Ловкости Легиону было не занимать. Удачно приземлившись, тварь метнулась в потемки искать людей, всех тех, у кого имелась душа. Ибо она – Легион.

Благодаря душе Полумесяца, Алекс и Мерил, Шляпник мгновенно узнал о Коул Марс и ее мече. Несколько сотен уродцев откололись от основной массы и ринулись на ее поиски.

Рыбоголов рухнул на мокрую траву, держась за голову. Казалось, таких ранений он не должен пережить, но к изумлению имморталистки, ее противник оказался очень живучим. Оглядевшись по сторонам, Кера увидела удирающего Калео. Она хотела догнать его, но из могил поднимались все новые мертвяки, преграждая путь. Отбросив все сомнения, она хорошенько прицелилась.

Калео Вагадар. Рядом какой-то мужчина в форме. Прицел. Палец на спусковом крючке. Щупальца. Огонь…

Устав обороняться, Коул решилась идти напролом. Она уже несколько привыкла к приемам химеритки и положилась на интуицию. Увернувшись от одного смертоносного удара, к следующему Коул поставила блок и, не дожидаясь исчезновения женщины, взмахнула мечом влево. Появившаяся из тени Жало еле успела выставить перед собой один клинок. Ее оборона была прорвана. Химеритка вновь исчезла и показалась уже в нескольких метрах справа. И Жало и Коул застыли на месте, не зная, что будет дальше. Лицо первой, как обычно являлось серым полотном спокойствия. Коул же, вспотевшая и выдохшаяся, плюнула себе под ноги. Потом она заметила что-то черное правом плече химеритки.

– Ты пропустила удар, – сказала Коул, пытаясь успокоить дыхание. – Ты ранена. Все, вали отсюда! Я победил.

Мадам Жало опустила взгляд и увидела черную рану. Легкое прикосновение древнего клинка выжгло ее плоть и даже кость. Жало посмотрела на рыбоголова, душившего имморталистку, кивнула Коул и просто отвернулась.

– Отличный бой! – выдавила из себя Коул и вытерла рукавом пот со лба. – Надо будет как-нибудь повторить. Ага. Беги-беги.

Не успев сделать несколько шагов, химеритка упала на землю.

Мощные щупальца резко обвила руки и ноги Керы, пока сам рыбоголов хватался за свою голову. В первый раз Кера промазала из-за того, что Вагадар дернул головой. Во второй раз ей помешал назойливый бугай.

Рыча, рыбоголов и поднял женщину над собой.

Кера выпустила последние три пули в одну из щупалец противника. Тот вскричал от боли, ослабил хватку и, услышав крик, обернулся назад. Бежавшая на него Коул, резко остановилась. Снова прозвучал выстрел. Коул выставила перед собой пылающий меч. Крича и чертыхаясь, Папа Принц стрелял в нее из пистолета. Вид раненой подруги, вывел мужчину из себя.

– Ах ты мразь!.. – кричал Папа Принц, стреляя на ходу.

Выстрел. Шаг.

– …да я тебя…

Выстрел. Шаг.

– …в твою тощую…

Выстрел. Шаг.

– …и твою мать…

Выстрел. Шаг.

Но горящий клинок поглотил все пули. Воспользовавшись моментом, Кера высвободила левую руку, достала нож из-за пояса и воткнула его в щупальцу, сжимавшую ее правую руку. Рыбоголов снова вскричал и отшвырнул женщину в сторону. Прокатившись по траве несколько метров, Кера вскочила на ноги и стала заряжать оставшийся пистолет. Рыбоголов яростно зарычал и направился к ней. Но тут произошло нечто неожиданное. По надземным железным путям, находящимся на стороне прилегающей улицы, с оглушающим ревом, пронесся поезд. С адской громадины спрыгивали маленькие белые силуэты.

– Это еще что за хрень?! – прошептала Коул.

Рыбоголов остановился, огляделся и рванул вслед за некромонтулом. Если Легион достигнет Маскарада, то все пропало. Рыбоголов смекнул, что Калео Вагадара надо поскорее доставить в бывшую квартиру ведьмы. И черт с ним с мечом и этой назойливой любительницей пострелять.

– Задержи их! – рявкнул он Папе Принцу, который наоборот бежал в сторону своей женщины.

Патроны у него закончились. Бросив мысли об убийстве маршала Марс, он подбежал к раненой химеритке.

– Нет-нет-нет-нет! – шептал Принц, присев на колени.

Он положил ее голову на свои ноги и стал осматривать рану.

Имморталистка кивнула Коул, подняла выпавший пистолет побежала за рыбоголовом.

– Приятно было поработать, – крикнула ей вслед Коул. – Удачи и все такое.

– Ну что ты? Всего лишь небольшой ожог, – говорил Папа Принц, гладя по щеке Жало. – Ничего-ничего. Я наносил тебе раны гораздо хуже. С тобой все будет в порядке. Слышишь?

Жало часто моргала своими большими черными глазами и левой рукой хватала мужчину за воротник.

– Ты выживешь! – пообещал Папа Принц, склоняясь над ней. Его голос дрожал, а в глазах блестели слезы. – Помнишь? Ты помнишь, что я обещал тебе?

– Убить меня? – улыбнулась женщина.

– Да. Точно! – печально засмеялся Принц. – Только я могу убить тебя. А другим нельзя! Ни в коем случае! Попробуй только умереть здесь! Я тебе не прощу, поняла?

– Хорошо. Не буду, – прошептала Жало.

– Вот и молодец. Я же не могу потерять свою…

Папа Принц огляделся по сторонам, заметил застывшую на месте Марс и окликнул ее:

– Эй! Спасительница Арраса! Может, спасешь и ее? Марс, мать твою!

Коул была сбита с толку. Только сейчас она полностью осознала, каким могуществом обладает ее враг. Тысячи оживших мертвецов, еще столько же уродливых тварей, и именно она должна остановить их. По ее спине пробежала дрожь, сердце сжалось, и Коул наконец вырвало.

– Марс! – кричал Принц.

Быстро закончив с блевотой, Коул откашлялась, вытерла лицо рукавом мундира и подошла к мужчине.

– Есть бинты? Аптечка? Хоть что-то? – спросил тот. – Помоги! Чего стоишь?

Коул решила помочь. Она и не знала этих странных людей, сражалась с ними, но в данный момент ей надо было заняться чем-то. Думать о творившемся вокруг хаосе она боялась.

Коул присела рядом с химериткой, отложила меч, сняла китель и вырвала рукава своей рубашки. Конечно, не бинты, но хоть что-то. Наклонившись перевязать рану химеритки, Коул всхлипнула при виде ужасной раны. Плечо Мадам Жало было обожжено до костей.

– Давай сюда! – пропыхтел Папа Принц и стал делать перевязку. Сняв свою форму, он также разорвал ее.

– Я не хотела, – прошептала Коул, надевая китель. – Я не хотела, простите.

– Что?! – возмутился Папа Принц. – Зачем просить прощения? Это всего лишь слова! Они ничего не значат. Звук. Вибрация. Не пытайся угодить своей совести. То, что сделано – прошлое. Помоги лучше спасти ее!

Из тени деревьев показался Легион. Десятки тварей неспешно окружали троицу.

– Легион, – прошептала Жало.

– Что за?! – Коул вскочила на ноги и подняла перед собой меч.

Свет клинка отблеском показался в нескольких десятках пар глаз низкорослых тварей. Они рычали, царапали землю под собой и пока сохраняли дистанцию, изучая будущую жертву.

– Кто это?! – вскричала Коул, оборачиваясь по сторонам.

– Легион, – фыркнул Папа Принц и погладил Жало по щеке. – Они пришли за тобой. Можешь сдасться или убить парочку. Решать тебе. В итоге ты все равно умрешь.

Тварей становилось все больше. Они возникали со всех сторон кладбища.

– Все-таки была права Медуза, – с улыбкой сказал Папа Принц, обращаясь к Жало. – В тот самый первый день, когда я прибыл в Химеру, она сказала, что я проклят. Что за мной ходит беда. Извини меня…

– Не надо, – прошептала Жало.

– Нет! Надо, – возразил Принц. – Я должен сказать это сейчас. Иначе… ты всегда говорила, что любишь меня, а я не отвечал тебе. Я относился к тебе, как к вещи. Унижал тебя, а ты терпела. Хотя, я думаю, тебе это нравилось.

– Не нравилось, – ответила Жало.

– Не нравилось? – возмутился мужчина. – О! Женщины, даже перед смертью вам хочется пожаловаться! Хе-хе! – он засмеялся, но мгновение спустя переменился в лице, сделавшись несчастным. – Я шучу. Сейчас не об этом. Я был плохим. Кому, как не тебе об этом знать. И я хочу попросить прощения. Ты всегда говорила, что любишь меня, а я бил тебя, хотя ты могла в любой момент отрезать мне голову. Или руку. Или… я рад, что знаком с тобой. Я тебя…

В этот момент, откуда-то сверху полился ярчайший поток света. Из-за волнения и страха никто толком не услышал доносящийся сверху рев сангума. Рядом троицы, в небольшой участок пространства не занятый Легионом приземлился кто-то. Кто-то высокий, в черной форме, с паровым ружьем в руках и канатом, закрепленным на поясе.

– Всех вас надо спасать! – проворчал Алонсо и открыл огонь.

Сверху посыпались еще с десяток бойцов тайной жандармерии, и началась очередная пальба. Монстры ринулись вперед. Коул начала рубить ряды тварей мечом. Стрелки с воздушного судна открыли огонь по окрестностям, снимая Легион десятками. В пылу схватки Коул заметила бойцов, вооруженных светящимися мечами. То были рекруты Ордена, впервые взявшие в руки преторианское оружие. Исключительные времена, требуют исключительных решений. Хоть и бойцов на стороне Коул было достаточно, монстры все пребывали, и оставаться на месте не имело смысла.

– Спасайте раненную! – скомандовала она.

Алонсо отстреливая Легион, бросил взгляд на Папу Принца и разочарованно поморщился.

– Извини, – усмехнулся Принц.

Судно опустилось до десяти метров, и из него спустились медики. Пока шел бой, Мадам Жало и Папу Принца на канатах подняли на борт. Мелких тварей становилось все больше, но меч Коул и пули бойцов сдерживали их волны.

– Все! Хватит. Уходим, – сказал сзади Алонсо.

Коул кивнула, и юноша крепко обнял ее за талию. Лебедки на судне закрутились, и всех бойцов потянуло вверх. Стрелков на дирижабле сменили тяжелые орудия, которые несколькими залпами погрузили Сад скорби в адское пламя.

Ночная темень сменилась полутьмой, тускло освещенного ангара.

– Жить будет? Женщина оклемается? – спросила Коул.

– Состояние тяжелое, – доложил медик в такой же черной форме, что и остальные бойцы. – Она химеритка. Традиционная медицина может и не сработать. Но мы приложим все усилия.

– А тот мужчина? – спросила Коул. – Где он?

– Закрыт в камере, – ответил другой боец. – Он хочет вас видеть. Говорит, что знает, как остановить этих… существ.

Коул кивнула и направилась к железной двери, ведущей в другие отсеки.

– Постойте, маршал, – окликнул сзади Алонсо.

– Что?

– Почему вы покинули Солнечный? – спросил парень, стараясь не привлекать внимание окружающих бойцов, что снимали с себя снаряжение. – Без вас мы Легион не победим.

– Не время для нотаций! – отрезала маршал Марс.

– Но…

– Отведи меня к тому мужчине, – приказал Коул.

– Зачем? – удивился Алонсо.

– У меня есть вопросы, а у него – ответы.

Алонсо вытер испачканное лицо, освободился от канатов и кивнул ей. Выйдя из ангара, они поднялись на вторую палубу и оказались в длинном коридоре с множеством железных дверей. Металлический каркас прикрывал стены и пол, везде торчали различные трубы и шланги. Освещением служили редкие лампы, отдающие едким зеленоватым светом. Пройдя до конца коридора, Алонсо кивнул двум стражникам, и те незамедлительно открыли дверь. За ней находилась камера с новоприбывшим узником.

– Отвечай, – потребовала Коул, ступив внутрь. – Говори все, что знаешь. И быстро.

– Хм, вот видишь, как надо вести допрос, – усмехнулся закованный в наручники Папа Принц. Грим стерся с его лица, обнажив клеймо и свежие синяки. – Милочка, задавай конкретные вопросы.

– Твари, – сказала Коул. – Легион… как его там? Чего он хочет?

– Ну, сожрать всех, – пожал плечами Принц.

– Убить? – уточнила Коул.

– Именно, – кивнул Папа Принц. – Это входит в… меню.

– Как его победить?

Принц кивнул на меч в руках девушки.

– Других вариантов нет, – сказал он. – Легион – это армия и портал в свое собственное измерение. А твой меч… Ключ, как раз-таки создан для открытия и закрытия этих самых порталов. Ты сможешь захлопнуть его. Все просто.

Коул посмотрела на свое оружие и мысленно чертыхнулась. Все снова сводится к ней. Она должна принять бой. Иначе никак.

Но, черт побери, как же страшно!

– И к слову! – воскликнул Принц. – Можешь открыть для меня один не большой разрыв в пространстве? Знаю это странная просьба. Но мне о-о-очень нужно попасть в одно место.

Коул Марс криво улыбнулась и посмотрела на стоявшего рядом Алонсо. Тот, почему-то был мрачнее тучи и с неприязнью смотрел на узника.

– Не слишком ли нагло с твоей стороны, сначала стрелять в меня, а потом просить об услуге? – спросила Коул.

– Ну, учитывая то, что ты чуть не убила мою… подругу, считаю, что мы оба виноваты. Предлагаю сделку, – сказал Принц. – Я помогаю остановить вселенское зло. Ты помогаешь мне покинуть этот мир. – Принц шагнул вперед и протянул вперед руки, закованные наручниками. – К слову, ведь именно я отыскал одну часть клинка. За тобой должок.

Коул вновь посмотрела на Алонсо. Тот лишь недовольно пожал плечами.

– Ну? Решайся быстрее, – поторопил Папа Принц. – Ты ничего не теряешь.

– Рассказывай, – бросила маршал Марс и с неохотой пожала руку узника.

– Отлично! – тот расплылся в довольной улыбке. – Легион направляется к Солнечному дворцу. Главная его цель – прародитель всех инсуломов. Там ты его и прикончишь. Главное пронзить самого Шляпника. Воткни меч в грудь… главного из них. Его несложно узнать. Высокий, в плаще и длинном цилиндре. И кстати, Крита он тоже хочет убить. Полуночный зверь наверняка уже сделал все.

– Что?!