Читать книгу "Торговец счастьем"

– Ты должен оставаться здесь, – ответила Коул и открыла дверь машины. – Будь с Критом. Он в огромной опасности. Тебе он доверяет больше всех. Ты понял? Защищай его.

– Да, – буркнул Стром, но дальше спорить не стал.

– Кстати, что это на тебе?

– На всякий случай, – Стром оглядел дождевой плащ на себе и пожал плечами.

И маршал Марс поехала домой.

– Пора? – не скрывая удивления, спросил Калео, когда в его сырую комнату вошла химеритка.

Мадам Жало коротко кивнула и стала ждать, пока тот, натянув ботинки, выйдет наружу. Калео и раньше особо не жаловал химеритку своим общением, но после случая перед ее спальней и вовсе старался избегать. Почему-то при ней некромонтул из мертвенно-бледного, становился розовато-красным.

Направляясь к дверям, Калео остановился и оглянул утопающую в полумраке прихожую.

Некромонтул, преисполненный изначально решимостью стереть Аррас до основания, отомстить Киддеру и добиться величия, теперь не желал делать ничего из этого. Целая армия мертвецов ждала снаружи. Она вот-вот нагрянет на головы ничего не подозревающих горожан. Но вот их полководец терзался сомнениями. Сначала столица Серры, затем остальные города и страны. А потом что? Весь этот мир будет поглощен Легионом. Каждое живое существо, человек или полукровка обратятся в низкорослых уродливых тварей. Леса будут выжжены, города опустеют, и настанет очередь богов. Начнется царствие Легиона. Единственное живое существо с коллективным разумом, вобравшее в себя всех. А рядом с ним, его верный генерал, повелевающий миллионами танатоморфов. Эта картина теперь для Калео была омерзительной. Сколько страданий и смерти, сколько боли и отчаяния они собирались принести в этот мир.

Мир – это ведь когда нет войн, подумал Калео Вагадар. Теперь наступит этот самый мир? Извращенное понятие, сотворенное рукотворным богом. А что если все бросить? Или даже напасть на Шляпника?

С этими мыслями некромонтул вышел на крыльцо к своему хозяину. Шляпник оглядел окутанный туманом пейзаж, где чернели зловещие силуэты покорных мертвецов.

– Ты хорошо поработал, – похвалил он, склонив голову. – Мы щедро наградим тебя.

– Спасибо, – подавленным голосом отозвался Калео, не желая смотреть на свои творения. – Нападаем?

– Да. Город отравлен. Теперь наш черед.

– Действуем согласно плану? – уточнил Калео, у которого настроение портилось с каждой секундой.

– Да, – кивнул Шляпник. – Держись подальше от сражений. Женщина будет охранять тебя. Ты сомневаешься.

– Что? Нет, – опешил Калео.

Он знал, каким могуществом обладает стоявшее перед ним существо, и боялся его. Лишь страх сдерживал его от побега.

– С тобой что-то не так, – чуть помедлив, сказал Шляпник. – Мы заметили это. Ты стал другим. Ты увидел новый для себя мир, и твои взгляды изменились. Мы понимаем тебя. Когда с этим городом будет закончено, если пожелаешь, можешь уходить.

Он убьет меня, тут же понял Калео. Лицо его оставалось непроницаемым и бледным, но страх за собственную душу раздирал его изнутри, как запертая в коробке кошка. Как только с Аррасом все будет покончено, конец и моей истории. Побег. Точно!

– Я подумаю об этом, хозяин. – кивнул некромонтул и в сопровождении химеритки исчез в тумане.

Антарес Веррон стоял в центре библиотеки и курил очередную сигарету. Чувство собственной никчемности и бесполезности острой желчью отравляла его душу. С работой не получилось. Любимая женщина, с которой он даже не смог познакомиться, мертва. Дом взорван. Ни документов, ни денег, ничего. Уже почти месяц он жил на иждивении девушки, которая невероятно быстро взлетела до самих небес.

А я упал ниже некуда, невесело подумал Антарес. На ее фоне он считал себя жалким червем.

Последние несколько дней его настроение было хуже некуда. Самобичевание и уныние стали его излюбленным делом. Не утешала даже многочисленная выпивка, ящиками выстроенная по углам библиотеки. Целыми днями он проводил взаперти, не желая выходить даже во двор или в сад. В это время маршал Марс занималась многочисленными важными делами, о которых писалось в каждой газете. Открытие новой школы, нового памятника, нового жандармского участка на руинах Ночи. Везде ее большая фотография и цитаты. Слова о гордости, долге и патриотизме. Слова Крамара Крита.

Антарес понял, что завидует Коул и ухмыльнулся своим мыслям. Он бросил бычок в доверху заполненную окурками вазу и направился к окну. Ночь уже накрыла горящую многоцветными огнями столицу. Даже издали виднелся маяк Острова, ориентировавший большинство воздушных судов, идущих к Аррасу.

Порочный изумруд, окруженный грязью и камнями. Столица. Сколько жизней, сколько судеб и сколько безликих теней, мелькающих перед глазами. Вечно торопящиеся, болтливые, зацикленные на себе и на своих делах горожане, словно муравьи не замечали нависшую над ними угрозу.

Мысли Антареса вдруг отвлек громкий звук двигателей. Он наклонился к окну и стал искать взглядом источник назойливого шума. В этот момент прямо над домом, слишком низко проплыл паркат.

– Че?! – прошептал ошарашенно Антарес, наблюдая, как воздушное судно садится прямо в саду.

Бойцы тайной жандармерии, сутками охраняющие округу, тут же перепрыгнули через стены и ворота. Бойцы с паровыми карабинами и многострелами в руках быстро окружили катер. Антарес напряг зрение, пытаясь разглядеть творящийся в полутьме процесс. Выстрел, спустя несколько мгновений еще несколько. Один за другим бойцы падали в низкой траве сада или безвольно висли на высоких кустарниках.

Убиты, удивился Антарес и спрятался за занавеской.

Вскоре показались гости. Их было трое. Мужчина с ружьем в цилиндре, женщина в капюшоне и…

– Инос Око? Что за хрень?! – прошептал Антарес.

Троица вышла в свет фонарей и вскоре подошла к дому. Зазвенел звонок.

Антарес подбежал к двери и уставился в глазок. Все замки были закрыты, и инсулом не впустил бы злодеев, так что волноваться не стоило.

– Открывай! – крикнул Торговец счастьем и постучал кулаком в дверь.

– Нет! Что тебе нужно? – спросил Антарес, узнав Торговца счастьем.

Ага, попробуй эту улыбку не узнать.

– Открывай, времени мало.

– Совсем мало, – пробубнил Око, стоявший за плечом Торговца Счастьем.

– Открывай! – потребовал тот.

– Нет, валите к черту! – ответил Антарес.

– Ну…

Торговец счастьем попятился назад на несколько метров и хорошенько прицелился из своего комичного ружья. Чертыхнувшись, Антарес отбежал в сторону. Прозвучал негромкий хлопок. Ни взрывов, ни выстрелов. Лишь хлопок. Но не прошло и нескольких мгновений, как старый дом жалобно застонал. Стены затрещали, лопнуло стекло в окнах, и здание, скрючившись, стало меньше в размерах. Торговец счастьем толкнул дверь и вошел в дом. За ним проследовали и двое других.

– Ну, здравствуй, старый друг.

С дверью ничего не вышло. Старые каменные стены страшно трещали, грозясь вот-вот сломаться под натиском могучего существа. Удар за ударом, без устали, со всей яростью могучие щупальца и кулаки бились об стены камеры. Узник рычал, кричал и ругался, поглощенный своим гневом. Но Папа Принц особо не беспокоился. У него имелся план.

– Старик, может успокоишься? – громко спросил он, пытаясь перекричать звуки ударов. – Я здесь, чтобы спасти твою душу. Я здесь, чтобы спасти всех. Если ты меня послушаешь, то поймешь.

В ответ прозвучало утробное, хищное рычание.

– За что ты меня ненавидишь? Что я тебе сделал? – искренне удивлялся Принц. – Я всегда считал тебя своим другом. Да, у нас были разногласия. Да, Жало предпочла меня. Но твоего друга убил не я…

Удары стали еще яростнее и громче.

– Больная тема? Слишком рано? Ну, извини. Я всего лишь действовал так, как мне казалось правильным. Ты меня понимаешь? Импровизация! Помнишь Кводор? Тогда мы тоже действовали без плана. Неприступная тюрьма, которую мы просто снесли к чертям! Столько воды утекло. Столько всего мы сделали. Крит стал королем, я – преступником, а ты – жандармом. Мы две стороны одной медали. Противоположности. Помнишь, я говорил, что мне скучно, что я хочу спалить Аррас?

БОМ-БОМ-БОМ-БОМ!

– Может быть, ответишь? Это неприлично!

УДАР-УДАР-УДАР!

– Единственным нашим различием я считаю притворство. Я никогда не скрывал своего безумия, в отличие от тебя. Видишь свой истинный облик? Хищник, убийца, столько лет, томившийся в клетке морали и принципов. Я раскрыл твое истинное лицо. Ты должен благодарить меня! Сказать «спасибо» и пожать руку! А ты вместо этого колошматишь стены. Это инсулом! Он не отпустит тебя, сколько бы ты его не бил. Не трать свои силы, Кракен. Ну, как знаешь. Хотя если наш агент уже сделал свое дело, то возможно у тебя и получится что-нибудь. Кстати о безумии, ты ведь слышал, что случилось в Ночи и Трезубце? Столько народу подохло. Каждый день люди умирают миллионами, от болезни, от тупости. Но никого это не волнует. Но стоило умереть нескольким тысячам в один день, в одном месте… Столько лицемерия, столько сожалений и слез! За двадцать лет существования Республики, люди не ходили так часто в церковь, как сейчас. Глупые люди, глупые…

И тут стена камеры треснула.

Сидевший на полу Папа Принц улыбнулся и неспешно встал на ноги. Толстые куски камня начали падать на землю, обнажая бледную мягкую плоть инсулома.

– Ты зря считаешь меня плохим, – продолжил Принц. – Вообще понятия «хороший человек» и «плохой человек» весьма расплывчаты. Вот я всю свою жизнь занимался вещами, за которые меня должны раз десять четвертовать. Но как видишь, я до сих пор жив. И на старости лет, я пытаюсь спасти этот проклятый город. Ты, наверное, удивишься. «Почему вдруг Второй решил всех спасти? И главное от кого?». А я тебе отвечу! От самого города. Представь себе! Главный злодей все эти годы скрывался прямо здесь! У всех на виду! Эти проклятые живые дома, сосущие из людей эмоции и жизнь. Дома, которые питаются душами людей! Паразиты…

Брешь в стене превратилась в огромную дыру. С чавкающим мерзким звуком щупальца рыбоголова разорвали плоть инсулома и ворвались в соседнюю камеру. Стены и потолок завибрировали, застонали. Одна из плотных конечностей стрелой вылетела вперед и словно змея обвилась вокруг шей Принца. Тот захрипел и стал жадно глотать воздух ртом.

– Наконец-то! – прошипел желтоглазый рыбоголов, оказавшись в тесной камере.

– Я… могу… – хрипел Папа Принц, задыхаясь.

– Ничего ты не можешь, – с ненавистью прошептал рыбоголов, поднеся лицо мужчины ближе. – Только умереть.

– Могу… спасти… Афину…

– ЭТО НЕ УЧЕНИЯ! ОБЪЯВЛЯЕТСЯ КОМЕНДАНТСКИЙ ЧАС! ВСЕМ РЕКОМЕНДУЕТСЯ НАХОДИТЬСЯ В СВОИХ ДОМАХ! ЭТО НЕ УЧЕНИЯ! ГРАЖДАНЕ, ОТПРАВЛЯЙТЕСЬ В СВОИ ДОМА!

Военные дирижабли плыли в ночном небе, оповещая всех через мощные динамики о военном положении. Все выезды и въезды в столицу в срочном порядке были перекрыты жандармерией. Патрули проводили обход по районам и загоняли горожан по домам, не взирая на любые протесты. Всех несогласных били дубинками, грузили в фургоны и тут же отправляли в участки.

При виде длинной черной «Лани», на которой, обычно, разъезжал канцлер, жандармы останавливали другие машины, освобождая путь. Коул добралась до Желтой рощи без всяких проблем.

Подъехав к своему дому, Коул вышла из машины и с удивлением заметила отсутствие агентов тайной жандармерии. Обычно эти молчаливые бойцы всегда бродили где-то неподалеку, своим видом говоря: «Не волнуйтесь, все под контролем». Браслет на ее запястье ожил.

– Да ладно? – прошептала Коул и направилась к особняку.

Пройдя через ворота, она с изумлением заметила, что цветший еще утром сад, мертв. Вся трава, кустарники и одинокая яблоня почернели и иссохли.

Коул вытащила из ножен меч, «включить» клинок и лицо маршала скривилось в недовольной гримасе. По всему саду были разбросаны тела бойцов в черной форме в самых разных позах, а чуть дальше высился грузовой паркат. Пройдя дальше, Коул увидела изменения самого дома. Фасад с ее лицом был искажен, изуродован, а само здание просело.

Коул осторожно вступила внутрь. Света не было. Путь Коул освещал ее клинок. При каждом шаге по треснувшим кривым стенам мелькали жуткие тени.

– Помо… помоги… – молили стены, тихим еле слышным шепотом.

– Что тут происходит? – настороженно спросила Коул, оглядываясь по сторонам. – Что с тобой, черт подери?

– Она уже здесь.

Голос был женским и исходил со стороны библиотеки. Коул вздрогнула, когда ее браслет завибрировал с большей силой. Набравшись смелости и в очередной раз чертыхнувшись, Коул побежала в сторону библиотеки. Со всей силой она шибанула дверь, которая разлетелась на куски и ворвалась в вонючую гнилую комнату. По-настоящему прогнившую, с мягкими разлагающимися стенами, с полом, покрытым вязкой зеленоватой жижей и развалившейся мебелью. В центре этого стояли четверо. Торговец счастьем, женщина с кошачьими глазами, выглядывающими из-под капюшона, безумный художник в просторной рубахе и Антарес, который по виду, кажется, снова напился. Беглецы с Острова и ее друг. Коул напала на того, кто стоял ближе всех, то есть на беловолосую женщину. К удивлению Коул, та оказалась достаточно быстрой и сумела вовремя отскочить в сторону. Со свистом меч прорезал воздух в паре сантиметров от руки женщины. Еще удар и резкий выпад. Снова промах. Женщина успела присесть и вместо головы, лишилась верхней части капюшона. Плотная ткань вспыхнула белым огнем. Женщина отпрыгнула назад и сорвала с голову пылающую материю.

– Ух, какая! – воскликнул Торговец счастьем, глядя на маршала Марс. – Преторианцы круче всех!

– Я могла ее просто пристрелить, – мрачно ответила Кера и поправила свои белоснежные волосы.

– Маршал Марс! – заговорил Торговец Счастьем. – С последней нашей встречи вы стали решительней.

– Пошел к черту! – рявкнула, Коул тяжело дыша.

Она собиралась снова напасть, но тут беловолосая женщина достала два пистолета. Один из них она направила на Коул, другой – на Антареса. Можно было бы воспользоваться силой меча, но рисковать жизнью Антареса она не стала.

– Вы совсем не похожи на своего отца, – мягко произнес Торговец счастьем и снял с плеча громоздкое ружье. – Конечно, большинство вам твердят другое. Но большинство, как показывает опыт – идиоты.

– Отпустите Анта! – потребовала Коул.

– Оу! Боюсь это невозможно, – ответил Торговец счастьем. – Антарес Веррон… должен умереть.

Коул яркой вспышкой рванула на него, Торговец поднял ружье. Прозвучал хлопок, и маршал распласталась всем телом на вязкой мерзости, которая еще некоторое время назад являлась дорогим ковром.

– Ха! Еще чуть-чуть и меня бы не стало! – засмеялся Торговец счастьем, бросил ружье, наклонился, перевернул Коул на спину, чтобы она не задохнулась и забрал из ее рук преторианский меч. – Великий момент, которого я ждал почти двадцать лет. Черт, я даже немного волнуюсь! Ха!

– Заканчивай быстрее, – раздраженно бросила Кера которой было жалко свой капюшон.

– Я не хочу! – воскликнул Инос Око, пятясь к углу комнаты.

– Я тоже, – задумчиво ответил Торговец счастьем. – Я избегал этого столько времени. Но больше нельзя.

Он вытащил из внутреннего кармана костюма, тот самый окровавленный сверток, хранившийся до этого в Банке огня. Вся комната потонула в ярком свете. Последний осколок, острие клинка, искрясь и шипя, встало на место.

– Идиоты все пытались собрать Ключ! – обратился Торговец счастьем к потухшему оружию. – А теперь, дневник.

Вернув меч сладко спящей Марс, он направился вглубь библиотеки, немного покопался в разваливающихся полках и вскоре с криком «Нашел!», вернулся к ожидавшей его троице.

– Я не хочу, ну пожалуйста! – взмолился Инос.

– Да перестань. Хватит уже ныть. Пора возвращаться домой, – Торговец счастьем подошел к художнику, с силой схватил его за руку и потащил к застывшему, словно статуя, Антаресу Веррону. – Настал момент истины! Не бойся, больно не будет!

– НЕТ!

– Возьми его за руку! – приказал Торговец счастьем художнику. – Давай, а то пристрелю.

И Инос Око повиновался.

– Итак, приступим, – сказал Торговец счастьем. – Постой, Кера.

– Что? – спросила имморталистка мрачным голосом.

– Ты будешь по мне скучать? – усмехнулся Торговец счастьем.

– Нет.

– Не ври, – рассмеялся Торговец счастьем, прочистил горло и посмотрел на Керу, каким-то странным взглядом. – Про шляпу не забудь. И… помни меня.

Кера кивнула.

Торговец счастьем поднял перед собой дневник и громко прочитал:

– «Ноябрю. Чтобы вспомнил.»

Прогнившая библиотека, в отравленном, сходящем с ума от кошмаров доме, вновь утонула в ослепительном магическом свете.

– Что?! – прорычал рыбоголов, ослабив хватку.

– Я могу спасти твою любимую, – улыбнулся Папа Принц. – Конечно, не просто так. От тебя потребуется помощь.

– Ты врешь!

– Зачем? – ухмыльнулся Принц, с опаской поглядывая на щупальца рыбоголова. – Чтобы спасти свою жалкую душонку? Перестань! Это слишком мелко, ты ведь знаешь меня! Я искренне желаю тебе только добра. Только счастья!

– Афину спасти невозможно! – прорычал рыбоголов.

– Спорим? – предложил Папа Принц. – Видишь ли, Аррас – гнездо паразитов, питающихся душами. После смерти, каждый человек оказывался взаперти в своих домах на целую вечность. Только представь себе, какой ужас! Неужели ты обречешь свою женщину на такую ужасную участь?

Бледно-зеленое лицо рыбоголова скривилось от злости.

– Вот-вот! Мы хорошие ребята! – сказал Папа Принц. – Мы пытаемся спасти Аррас. Освободить тысячи душ, в том числе и душу Афины Петрикор.

– Легион! – прохрипел рыбоголов.

– О! Я понимаю у вас с ним старые счеты. Парень, все мы делаем ошибки, не будь таким злопамятным! Не будем отвлекаться! Афина! Итак, ее душу заточили в доме. В Маскараде, если не ошибаюсь. А у меня есть один знакомый некромонтул, который разбирается в этих делах. Ну как, дружище? Готов стать героем, спасти свою женщину и заодно всю столицу?

Рыбоголов задумался, его желтые глаза сузились.

– Легион не желает никого спасать. Ты врешь.

– Нет! – прошипел Папа Принц. – Как ты не понимаешь? Инсуломы хотят захватить мир неспешно, Легион хочет убрать конкурента и захапать себе все. Он ищет Ключ, за которым когда-то явился в Хтон, чтобы отправиться в другие миры и сожрать там всех. Легион убивает инсуломов, а армия Серры убивает его.

– Они не справятся.

– Перестань, у них есть Ключ. Не зря же я им дал кусок клинка.

– Меч собран? – удивился рыбоголов.

– Да, одна тетка убедила Легион, что собранный Ключ будет полезней. Итак, ты со мной?

Рыбоголов задумался, скривил лицо и наконец кивнул.

Папа Принц прокашлялся, засмеялся и почему-то засунул указательный и средний палец себе в рот. Спустя несколько секунд рвотный рефлекс подействовал и Папу Принца вырвало. Рыбоголов сделал шаг назад, с непониманием наблюдая за мерзким процессом.

– Чего только не сделаешь… для спасения мира? Хе-хе! – с этими словами Папа Принц присел на корточки и стал копаться не переваренных частях своего ужина. – Ага! Вот ты где? Боялся, что будет поздно.

Принц вскочил на ноги и поднял над головой покрытую слизью серебристую капсулу, размерами чуть меньше яйца. Обойдя рыбоголова, он подошел к «кровоточащей» желтоватой жидкости плоти Солнечного дворца.

– Какая странная вещь – болезнь, – рассуждал Папа Принц, раскрыв капсулу на две части. – Маленькая инфекция попадает на рану, и в скором времени начинается лихорадка, жар, и как ты думаешь… смерть.

Из капсулы полилась черная вязкая жидкость, эссенция смерти. Попав на плоть инсулома, она тут же рассосалась, заставив ее чернеть.

– И самый большой, и самый могучий падет перед маленькой заразой, – сказал Папа Принц, слушая, как заскрипели и затрещали стены. – Вот и началось. Пойдем, в допросной камере есть еще. Нужно влить остальное в это чудовище.

– Что все это значит? – спросил рыбоголов и без особых усилий вырвал железную дверь камеры.

– Знаешь, как мы победили тогда? – спросил Папа Принц, выйдя в коридор.

– Эй, какого хрена? – крикнул из дальнего конца один из четырех охранников.

– Твой выход, – улыбнулся Принц и жестом позвал рыбоголова к себе.

Охранники с дубинками в руках не успели добежать до их камеры. Перед ними вырос огромный бледно-зеленый монстр с шестью толстыми щупальцами. Не прошло и минуты, как все четверо были убиты, черепа размазаны об стены, а кости переломаны.

– Черт! Да ты жесток, парень! – воскликнул Папа Принц. – А ведь у них были семьи, жены и дети.

– Рассказывай! – потребовал рыбоголов, вытирая окровавленные щупальца о стены.

– Итак, нам туда, – указал Принц и, выйдя вперед, продолжил говорить. – Помнишь, как мы ворвались в Аррас двадцать лет назад? Инсуломы, восхваляемые народом, как первая линия обороны, просто впустили нас в город. А знаешь почему?

– Дворец захотел себе нового хозяину? – предположил рыбоголов.

– Точно! И он черт подери, предал императора, – ответил Папа Принц. – Взял и предал. А теперь мы собираемся уничтожить его и всех инсуломов. Лично мне все равно. Но вот судьба желает этого.

– План?

– Да, старина. Все, спланировано, – кивнул Принц. – Я совершил покушение на Крита и загремел к тебе. А до этого придал Ночь огню, дабы подпитать силы Легиона. И все это ради благой цели.

– Все это ради Химеры, – возразил рыбоголов.

– Ха! Вы раскусили меня, господин следователь.

Женщина с белыми волосами помогла Коул подняться на ноги и даже вытерла испачканное лицо. Та с трудом соображала, что происходит. Ее во второй раз усыпили ружьем Торговца счастья. Только в этот раз никаких кошмаров с Мерил не было.

– Что за чертовщина? – сдавленным голосом спросила Коул.

– Так действует оружие Торговца, – пояснила Кера.

– А ты кто? – Коул качнула головой, пытаясь сфокусировать зрение. Перед глазами по-прежнему все плыло. – Что вам нужно?

– Я прибыла в Аррас, в поисках беглого некромонтула, – сказала женщина.

Она бросила короткий взгляд на развалившихся на полу Антареса и Торговца счастьем. Кажется, те были без сознания. А вот Инос Око исчез в яркой вспышке света, словно его и не было вовсе.

– Кого? – переспросила Коул.

– Преступник, – ответила женщина. – Теперь он работает на древнее божество, которое вот-вот нападет на город. Торговец счастьем рассказал мне о тебе и твоем оружии. Твоя задача убить божество, моя – уничтожить беглеца. Тебе все ясно?

Коул осторожно подошла к Антаресу.

– Не трогай его, – сказала Кера за ее плечом.

– Что с ним?! – Коул присела и проверила пульс парня. – Что вы с ним сделали?!

– Нам пора уходить, – сказала Кера.

– Почему он не открывает глаза? Он видит сны?

– Наверное. Пойдем, нам пора.

– Пошла к черту! – выкрикнула Коул и попыталась разбудить Антареса, дергая его за плечи. – Я не пойду с тобой никуда!

– Меч собран. Теперь мы можем убить Шляпника. – объяснила Кера.

– Мне плевать! – прошипела Коул, шмыгая носом. – Я не оставлю его!

– С ним ничего не произойдет, – заверила Кера. – Не волнуйся.

– Торговец сказал, что Ант умрет.

– Он пошутил, – соврала Кера.

Она подошла к Торговцу счастьем, чье искаженное лицо приняло свое прежнее состояние. Страшная улыбка исчезла, а в глазах воцарилась пустота. Наклонившись, имморталистка сняла с головы мужчины помятую шляпу. От нее по-прежнему исходила магия и чувствовался запах затаившейся души.

Конечно, не капюшон, но тоже сойдет, подумала Кера, оправдывая этот поступок слабостью ненавистью к солнечному свету. Ей не хотелось признавать, что, несмотря на свою странность и нелепость, Торговец счастьем был неплохим напарником.

– Ты должна отправиться со мной, чтобы спасти свой город, – сказала Кера, направляясь к выходу. – Мы нужны работать вместе. Без тебя у меня ничего не получится, как и у тебя – без меня.

– Спасти город? – спросила Коул и с неохотой поднялась на ноги.

Словам мало знакомой, странной на вид женщины она бы никогда не поверила. Но до этого ее уже предупредили о страшной угрозе, нависшей над столицей, да и поездка в Ржавое королевство оставила после определенные впечатления.

Дело серьезное, сказала себе маршал Марс и вытерла слезы. Она посмотрела на имморталистку, потом на свой меч клинок, который действительно был собран. Несмотря на тяжелый характер и недоверчивость, именно в данной ситуации упрямиться было бы глупо.

– Найди меня, когда проснешься, – сказала Коул, обращаясь к Антаресу.

Она подняла валяющийся на полу меч и закинула за плечо громоздкое ружье Торговца счастьем.

– Куда идем? – спросила Коул, шмыгнув носом.

Губы Керы тронула улыбка.

– На охоту.

Проверив с десяток различных камер, беглецы наконец, набрели в комнату допросов. Папа Принц подбежал к столу, на котором покоилась его сумка и, пошарив в ней, вытащил дюжину маленьких металлических капсул.

– Ты уже знаешь, что делать, – сказал он и указал на стену.

С чудовищным рыком рыбоголов метнул свои щупальца в одну точку в стене. Камень с грохотом лопнул, и тут же показалась пульсирующая плоть с множеством прожилок и синих вен.

– Благодарю, – улыбнулся Папа Принц, подошел к дыре, закатал рукава рубашки и по локти засунул руки в мягкую плоть.

Одну за другой он раскрывал капсулы, прямо в инсуломе, заставляя яд распространяться по всему телу гигантского существа. К тому времени, когда он закончил, из стен и потолка начала капать черная пахучая жидкость.

– Дворец отравлен? – спросил рыбоголов.

– Солнечный был отравлен до этого, – сообщил Принц, вытирая руки о найденную в комнате тряпку. – Это ослабило его и позволило нам выбраться. Я же лишь добавил ему проблем. Вскоре через множество корней яд распространится по всему городу, и захватить его не составит особого труда. Свою часть сделки я выполнил. А теперь надо выбраться отсюда и найти некромонтула.

– Значит, ты все с самого начала спланировал?

– Конечно! – расплывшись в улыбке, соврал Папа Принц. – Хотя с убийством Крита вышло не очень, но результат есть. Так что…

– Попробуешь меня обмануть… – перебил рыбоголов, грозно наклонившись над мужчиной. – Заставлю тебя молить о смерти…

– О, как скажешь, – попытался улыбнуться Принц и снова залез в свою сумку. – А ты вообще в курсе, что мне нравится боль? Хотя, с тобой я спорить не стану. Хе!

Достав из сумки маленький тюбик, Папа Принц обмазал содержимым свое лицо. Синяки, кровоподтеки и клеймо, исчезли под толстым слоем грима. В процессе мужчина с громким хрустом вставил на место сломанный нос.

– Что? – воскликнул Принц, заметив на себе пристальный неодобрительный взгляд здоровяка. – Я не ты. Менять свою внешность по желанию не умею. И кстати, именно так я пробрался к Криту. Никто меня не узнал. Черт подери, такое ощущение, что вся моя индивидуальность ограничивается моим клеймом. Нам нужна форма местных охранников. И тебе, кстати, придется принять человеческий облик.

– Как скажешь.