Читать книгу "Торговец счастьем"

Посреди полуразрушенной улицы, где все еще горели дома и разлагались зловонные тела не переживших отравления инсуломов, шла очередная группа беженцев. Женщины, мужчины, люди, лампиды, иглоликие и шестилапы. Клерки, студенты, лавочники и жандармы. Их было много. Подавленные, испачканные, уставшие, лишенные дома.

По краям шли те, у кого имелось оружие, в основном жандармы в перепачканной и изорванной форме. Всю ночь они сражались и вызволяли других из сумасшедших инсуломов. За их спинами, вдалеке звучали взрывы и выстрелы, но никто не хотел идти туда. Никакого геройства и глупого патриотизма. Главная цель – выжить.

В центре толпы шел грязный мужчина в изорванных штанах. Если другие держали в руках своих детей или остатки имущества, ношей этого мужчины была пустая зеленая бутылка. Никто ему и слова не сказал. Было немало тех, кто в эту ночь лишился рассудка из-за страха или горя. Никто не собирался помогать ему, но и прогонять тоже не стал. Кому какое дело, лишь бы выбраться из этого проклятого города. Лишь бы закончился этот кошмар.

Рыбоголов нес свою бутылку, бережно держа ее в руках, словно некую драгоценность. Все его мысли сейчас были сконцентрированы только на этом стеклянном сосуде. Сначала покинуть город, а потом, как и советовал некромонтул, найти медиума. И тело. Нужно будет выбрать тело.

Ход его мыслей нарушило движение идущих впереди людей. Они расступались. Рыбоголов последовал их примеру и отошел правее, и вскоре увидел молодого человека, идущего в сторону центра столицы. Люди молча озирались на молодого преторианца, державшего в руках небольшой сверток с младенцем. Никто не стал спорить с ним, советовать повернуть обратно или предупреждать об опасности. Преторианец сам знает, что делает.

Рыбоголов пораженно проводил его взглядом, узнав его испачканное сажей лицо. Сын Тильды Альмар, которого все считали погибшим, внезапно воскрес. Последний член Совета масок стал преторианцем. Но… это было раньше, в прошлой жизни, когда Гидеон Пакс был еще жив. Сейчас это не имело никакого значения.

Рыцарь ушел, ряды беженцев снова замкнулись и рыбоголов продолжил идти дальше.

– Ты отпустил его. Правильное решение.

Повернув голову, рыбоголов удивленно уставился на маленькую девочку, идущую рядом.

– Я кажется… этот голос…

– Да, да. Мы встречались как-то, – перебила девочка, поглядывая на свою маленькую куклу.

– Ты разве… почему ты уходишь? – спросил рыбоголов.

– Я устала от людей, – призналась Смирение. – От всех этих событий. Глупо это.

Рыбоголов ничего не сказал. Они пересекли очередную развилку, где к толпе присоединились еще несколько человек.

– Ну, давай, – подала голос девочка.

– Что?

– Давай, проси меня о помощи, – сказала Смирение.

Рыбоголов недоуменно сморщил лоб и спросил:

– Какая помощь?

– Ну, с твоей бутылкой! – раздраженно хмыкнула девочка. – Она же ведь особенная. Она же очень важна для тебя. Давай спроси меня, как ты вернешь Афину.

– С чего это вдруг ты станешь мне помогать? – насторожился мужчина. – В прошлый раз ты помогать не хотела.

– Я была не в настроении, – фыркнула девочка, глядя на свою куклу.

– А сейчас?

– Ну, раз уж ты не хочешь, чтобы я помогла. Тогда…

– Хочу. Помоги мне, пожалуйста! – спешно ответил рыбоголов.

– Тебе нужно идти обратно, – сказала девочка, снова обращаясь к своей кукле. – Обратно, в Солнечный дворец.

– Но…

– Там ты найдешь спасение своей любимой, – перебила Смирение. – Только так. Обычно, я никому не помогаю. Не в моих это правилах, знаешь ли. Но тебя мне стало особенно жалко. Эй…

Но рыбоголова рядом уже не было. Расталкивая беженцев, он бежал в обратном направлении.

– Какой неблагодарный! – возмутилась Смирение. – Не буду больше никому помогать!

– Как там состояние моей подруги? Эй! Может быть, ответишь? – крикнул Папа Принц. – Хватит уже молчать. Будь милосердным! Я же тут места себе не нахожу, разве не видишь?

– Жива она, жива, – сказал охранник, стоявший за дверью. – Наши врачи подлатали ее. Сейчас в военном госпитале в другой части Арраса.

– О, слава Люциэлю! – наигранно воскликнул Папа Принц и, вскочив на ноги, стал мерить тесную камеру шагами. – Отлично! Жало будет жить. Слушай, а бои идут до сих пор? В другой части города ты сказал? А сейчас мы где? Над Солнечным?

По стенам и полу дирижабля шла вибрация при каждом залпе тяжелых орудий, но почему-то грохота не было слышно.

– Может, выпустишь меня? – спросил Папа Принц. – А я помогу одолеть Легион. Тем более меня там подруга ждет.

– Нет. Я знаю кто ты, – ответил охранник. – Сиди и не рыпайся. Без тебя справятся.

– Ты знаешь кто я? Неужели? – усмехнулся Папа Принц.

– Да, – буркнул охранник. – Ты убийца и садист.

– А почему так тихо? – прислушиваясь к тишине, спросил Принц. – Это странно, тебе не кажется?

– Звуковая защита. Новая технология, – пояснил охранник. – Сиди, говорю. И лучше если ты будешь молчать.

– Молчать? Я? О-о-о! – Принц расхохотался. – Да я же задохнусь, если не буду говорить! И кстати защита от звуков, совсем не нова. Эту технологию, как оружие использовали тысячи лет назад, первые прибывшие на землю механиты. О, какая война была. Просто шикарная! Жалко меня там не было. Сейчас так не воюют. А жаль.

– Заткнись, будь добр. Тебя скоро допросят, тогда и будешь травить свои байки.

Принц остановился и посмотрел на дверь камеры.

– Боюсь, мне не терпится выйти наружу, – сказал Папа Принц.

– Хм, и как же ты выберешься наружу? – усмехнулся охранник.

– Когда перережу твою глотку, – ехидно улыбнулся Принц.

– Даже слышать не хочу. Псих.

Тем временем снаружи громыхали огромные пушки, не смолкало скорострельное оружие. Дирижабли с неба поливали огнем полчища тысяч бледных тварей, нескончаемым потоком рвущихся к Солнечному дворцу. От близлежащих домов давно ничего не осталось. Столпившиеся на столичной площади военные, прячась за машинами и баррикадами, отстреливали монстров. Офицеры разрывали связки, раздавая различные приказы, а агенты тайной жандармерии пользовались хитрыми приспособлениями. Ведомые Алонсо бойцы закидывали прорывающихся врагов рунными гранатами. Небольшие металлические цилиндры, пролетев десятки метров, оказывались в толпе рычащих, рвущихся вперед монстров и детонировали. В этом бою магия искажения, родом из исчезнувшей страны Ашкай, проявляла себя прекрасно, заставляя исчезать сотен детей Легиона бесследно. Никакого взрыва, никакого звука, вообще ничего. Все в радиусе десяти метров просто бесследно исчезало: монстры, покореженные машины, куски бетона и даже земля.

Но стоило дюжине монстров исчезнуть, вместо них появлялись следующие. Казалось, Легион абсолютно бесконечен. Сам Шляпник стоял неподалеку, производя на свет все больше и больше чудищ. Он видел мир глазами всех своих детищ, слышал то, что они слышат, и в считанные секунды продумывал различные тактики.

Поняв, что его вмешательство может переломить ход битвы, Шляпник прикрыл пальто и сорвался с места. Запрыгнув на руины разгромленного дома, он сиганул, на следующее здание, а оттуда уже вверх, почти на полсотни метров. Никто на «Крестоносце» даже не заметил прибытие врага. Стоя на верхней части боевого фрегата, Шляпник вновь выпустил часть себя. Твари посыпались на воздушное судно словно саранча. Они вгрызались в обшивку и люки, врывались внутрь, но главное прыгали на многочисленные винты и сопла сангумных двигателей. Спустя несколько минут «Крестоносец» загорелся и с воем аварийной сирены полетел вниз. Не дожидаясь столкновения с землей, Шляпник отправился в следующий полет. До второго фрегата было около ста метров. Шляпник пробил толстые иллюминаторы и оказался на капитанском мостике «Женевы». Началась суматоха, вскричали навигаторы, офицеры схватились за оружие, капитан поспешил покинуть помещение. Но все тщетно. Мостик заполонил Легион. Они грызли людям шею, откусывали конечности и стремились дальше к следующим жертвам. Выпустив наружу полсотни тварей, Шляпник закрыл пальто и обратил внимание на панель управления. Души и память убитых членов экипажа уже были поглощены им. Прекрасно зная, как управлять судном, Шляпник стал разворачивать корабль. Глянув вниз, он заметил, как взрывается «Крестоносец». Подобную участь он приготовил и для других кораблей. Десятки его детищ, закончив с остальным экипажем, устроились за пушками и скорострелами. Когда «Женева» развернулась, прозвучал очередной залп. Только в этот раз снаряды полетели на не землю, а в парящую невдалеке «Сивиллу». Левый борт фрегата тут же охватило пламя. Спустя тридцать секунд прогремел второй залп. Не выдержав прямого удара, фрегат стал падать. Следующий дирижабль, на который нацелились орудия «Женевы», являлся дирижаблем тайной жандармерии.

– Все тупые. Тупые. Тупые… – твердил Папа Принц, расхаживая по камере.

– Закрой рот, – велел охранник.

– Все вокруг тупые. Только я умный! – говорил Папа Принц. – А ты слушай. Мне нужна аудитория. И ты тоже тупой. Солдат, исполняющий приказы, занимающийся грязной работой и рискующий своей собственной жизнью за гроши. А ведь ты мог бы быть снаружи. Мог бы сбежать. Открой камеру, и все у тебя наладится. Не будь, как остальные. Хватит быть тупым.

– Ага. А ты у нас значит, умный? – переспросил охранник с ухмылкой. – Но почему-то твой ум не спас тебя от камеры.

– Я тот, кто выживет, – ответил Папа Принц.

– А с чего ты…

В этот момент все затряслось. Корабль шатнуло с такой силой, что и Папа Принц и охранник потеряли равновесие. Тут же заиграла сирена, прозвучал треск металла.

– Слышишь? Ты слышишь? – хохоча, спросил Принц. – Взрывы! Звуковая защита пала. Она больше не работает. Скоро эта посудина взорвется.

– Закрой рот! – проорал охранник, поднимаясь на ноги.

Корабль по-прежнему трясло.

– Слушай! – кричал Папа Принц. – Ты просто послушай! Это музыка смерти!

И прозвучал следующий взрыв. Все перевернулось, свет погас, Принц почувствовал, как его прижало к стене. Дирижабль падал. В кромешной тьме, под гром выходящего из строя двигателя и крики агентов тайной жандармерии они летели вниз.

– Падение еще не смерть! – хохотал Принц. – Главное насколько мягкой будет посадка! Ха-ха-ха!

Когда военные заметили диверсию, уже четвертый дирижабль был подбит. Осталось только восемь, и большинство из них решили ответить «Женеве» общим залпом. Шляпник, словно пробка вылетел из капитанского мостика. Секундой позже, за его спиной вспыхнуло пламя разлетающейся на куски «Женевы». Взрывная волна отбросила Шляпника гораздо дальше, чем он мог бы прыгнуть. Он летел и смотрел на Центральную площадь, раскинувшуюся далеко внизу, на маленьких обманутых людей, пытающихся противиться судьбе. Длинные руки Шляпника потянулись к груди, и он раскрыл свое одеяние. Маленькие бледные твари посыпались прямо на Центральную площадь, словно осенний дождь. Военные ошарашенно пытались отстреливаться, но без толку. Они кое-как сдерживали врагов, наступающих с фронта, а теперь эти существа посыпались прямо на их головы. Кто-то в ужасе стал убегать и получил пулю в спину. Кого-то страх просто свел с ума. Некоторые солдаты плакали, бросали оружие и, смирившись с судьбой, ждали конца. Паника охватила последних защитников Солнечного дворца. И лишь молодые преторианцы и агенты тайной жандармерии были весьма эффективны в этой борьбе. Рыцари успешно применяли свои мечи, разрубая захватчиком на части. В это время бойцы в черном, орудовали гранатами искажения, подбрасывая их так высоко, как могли. Негромкий хлопок и десяток уродцев, подлетавших к земле, отправлялись в небытие.

Парящий в небе Шляпник не падал вниз лишь благодаря инерции, вырывающейся из него орды. Он буквально сеял смерть, одним глазком следя, чтобы его самого не подстрелил какой-нибудь умник.

Такой вскоре все же нашелся.

Слишком поздно почувствовав приближение могущественного существа, Шляпник не успел отреагировать, когда в него попали. Поток монстров остановился. Темно-серый силуэт Шляпника, подбитый внушительным куском арматуры, полетел вниз.

– Отличный бросок! – похвалил Миллигар.

– Ага, – кивнул Ноябрь.

– За нами кто-то следует. Ты в курсе? – поинтересовался миник.

– Да. Я их давно почуял, – ответил архонт. – В одном из них моя кровь. Пускай займутся мелкими тварями. А мы ухватимся за главного из них.

Он двигался слишком быстро, чтобы разглядеть или остановить его. Лишь размытая тень пронеслась через толпы тварей, надвигающихся к Солнечному дворцу, мимо ошарашенных преторианцев и военных. Он бежал, изо всех сил, понимая, что дорога каждая секунда. В таком состоянии весь мир вокруг сужался и темнел. Видимо так видит мир истинный архонт. Ни людей, ни чувств, лишь тьма. Этого он и боялся столько лет, быть поглощенным внутренней тьмой, исходящей из недр иных миров. Страх неизвестности не позволял ему восстановиться, хоть и прошло целых двадцать лет, хоть он и слышал о поисках Крита. Отец революции, отец Республики, отец архонта.

Не сейчас! Черт я как бы мир спасаю, сказал себе Ноябрь. Не время придаваться воспоминаниям.

Проскочив Центральную площадь, Ноябрь примчался к месту падения Шляпника, к зданию университета имени какого-то там ученого. От старого строения, возникшего здесь несколько веков назад и пережившего гражданскую войну, остались две с половиной стены и большая груда кирпичей. На вершине этой кирпичной горки вытряхивая с себя пыль, стоял Шляпник.

– Как бы начать диалог? Эм… Здравствуй! – крикнул Ноябрь, неспешно ступая по кирпичам. – Как дела? Как захват мира? Все ли хорошо в стане злодеев?

Шляпник заметил его, склонил голову на бок и удивленно нахмурился.

– Я знаю, что знакомство у нас вышло не гладкое. – архонт подходил все ближе. – Но что же поделать? Обстоятельства такие. Я Ноябрь. Ноябрь Рекс. Мне моя фамилия совсем не нравится. А вы? Как вас величать?

– Мы – Легион.

– Приятно познакомиться. Итак, что мы имеем? – спросил Ноябрь, обходя существо кругами, в паре метров от него. – Вы знаете, кто я, я знаю, кто вы. Часть меня видит в вас опасность, другая часть видит заточение тысяч и тысяч, возможно, миллионов душ внутри вас, и все они были бы не против, освободиться.

– Мы – Легион. Мы – едины.

– Да, знаю. Если они разбегутся в разные стороны, то пуф! – Ноябрь пальцами постарался изобразить взрыв. – Не будет Легиона. Не станет пожирателя смертных душ, сокрушителя вечного Хтона и еще пары древних городов. Я внимательно изучал вас. А вы весьма аккуратны в выборе жертв. Знаете что, нельзя привлекать к себе слишком много внимания. Набирали сил, опыта, следили за миром и ждали удобного момента, чтобы заявить о себе. Вы знаете, что на свете существуют другие существа, сильнее и опаснее вас. Вас уже останавливали, однажды. И вот, я предлагаю вам уйти. Хватит кровопролития. Уходите. Оставьте свою идею об общем мире, где будет только Легион. Вы знаете, я ненавижу коллективизм. Я такой индивидуалист, что однажды даже разделил себя на части. Это, наверное, страшный кошмар для вас? Итак, что вы скажете?

– Хватит с ним сюсюкаться. Прикончи его! – потребовал миник.

– Дадим ему шанс, – прошептал Ноябрь. – Не вмешивайся, мелочь.

– Нет, – ответил Шляпник. – Мы Легион. Мы поглотим всех.

– Я – архонт, – ответил Ноябрь. – Не надо меня злить.

– Ты – наша цель. Ты позволишь нам возвыситься. Ты…

Ноябрь вздохнул и рванул на Шляпника. Он схватил его одной рукой за шею и поднял над землей, а другой рукой прикрыл пальто, не позволяя тварям вырваться наружу.

– Мы сильнее… – прохрипел Шляпник и полоснул когтистой рукой по груди архонта.

Это был не просто удар и не простая рука. Ноябрь прочувствовал на себе силу тысячу ударов тысяч рук. Будь на его месте обычный человек, то он бы превратился в пятно крови. Но архонт лишь отшатнулся. Рана на его груди была глубокой, но чуть ли не сразу начала срастаться. Не успел архонт поднять взгляд, на него вывалился целый рой когтей и клыков. Лавина из мелких уродцев припечатала его к земле. Клацающий клыки и рычание, напоминали вой урагана, и архонт потонул в нем.

– Ну, что я тебе говорил, а? – донесся издалека ехидный голос Миллигара.

– Я обязан быть среди них! – выкрикнула Коул.

– Нет, даже не думайте! – умолял сенатор Бипс, закрыв собой дверь. – Вы теперь главнокомандующий, маршал Марс! Если вы погибните там, то это будет невосполнимая утеря. Эти генералы угробят нас. Раздавайте приказы, управляйте людьми! Пожалуйста!

– Но там же ведь Алонсо. – возразила Коул. – Ему нужна будет моя помощь.

– Они справятся!

Сенатор Бипс и Коул Марс стояли в большой комнате, превращенной в военный штаб. Раньше здесь была библиотека, но теперь книжные стеллажи убрали к стенам, в центре, на большом столе поместили карту Арраса, а в дальней части комнаты поставили вычислительные машины и коммутаторы. Высокопоставленные военные чиновники, опытные генералы раздавали отсюда свои приказы и получали донесения с поле боя. Большую часть ночи они управлялись с творящимся хаосом, прилагая все усилия и умения. Благодаря их координации и расчетам, простые солдаты и офицеры сумели отвоевать большую часть районов и спасти как можно больше горожан. Но теперь не помогала ни тактика, ни боевой опыт. Солнечный дворец оказался в осаде. Боеприпасы и человеческие ресурсы заканчивались, а подкрепление опаздывало. Генералы нервно курили трубки и пили алкоголь бокал за бокалом, не зная, как выйти из сложившейся ситуации. Они могли выдать лишь один приказ «держать оборону». Все, больше никаких идей.

– А что я смогу здесь сделать? – нахмурилась Коул. – Здесь я бесполезна. На поле боя от меня будет больше толку.

– Я вас не пущу, – возразил сенатор.

– А как там Крит? Его еще раз никто не пытался убить? – спросила Коул.

Бипс задумался.

– Не знаю, – ответил он с сомнением.

– Вот, иди и проверь! – велела Коул. – А мне не мешай делать мою работу.

– Нет!

Коул шагнула назад и взяла в руки висевшее за спиной ружье.

– Ты знаешь, что это за оружие? – спросила Коул.

– Нет, но оно не выглядит угрожающе, – ответил Бипс.

– Отойди.

– Нет!

– Поступают новые донесения! – воскликнул связист-лампид с большим динамиком вместо головы, подсоединенным прямо к коммутатору. – На поле боя появились двое… существ.

Коул повернулась к связистам и вспомнила о словах провидицы.

– «Существ» там полно! Какие именно? – уточнил один из уставших генералов.

– Они дерутся с врагом, – ответил связист. – Один покрыт черным… мехом.

– Мехом? – переспросил военначальник.

– Да, господин генерал. Некое подобие меха, – подтвердил связист. – Разрывает врага голыми руками. Видимо… какой-то мутант. А второй имеет крылья и нападает с воздуха.

– Поразительно! – воскликнул офицер.

– Неужели агенты Бестиарума? – удивился другой полководец. – Они обожают брать к себе таких вот неординарных личностей.

– Не глупи! – рявкнул третий. – Их агенты не действуют на территории Серры. Им вход воспрещен.

– Видимо они нарушили закон, чтобы спасти нас! – ответил первый. – Кем бы они ни были, я рад их помощи.

– Постойте, докладывают о третьем существе, которое помогает нашим солдатам, – вновь заговорил связист. – И это рыбоголов. Он гораздо крупнее обычного. Докладывают, что этот тот следователь. Гидеон Пакс.

– Вот теперь я точно должна пойти туда! – выпалила Коул и выстрелила из Ромашки.

Что-то искрилось впереди, освещая темную камеру и узкий коридор. С трудом поднявшись на ноги, Папа Принц помотал головой и даже пошлепал себя по щекам, стараясь привести чувства в порядок. Немного кружилась голова и болела спина, на которую он упал. Приземление видимо оказалось не таким уж и мягким. Все вокруг было покореженным, в том числе и висящая на одной петле дверь камеры. Улыбнувшись, Принц вышел в коридор и разочарованно выдохнул.

– Уже мертвый? – спросил он, глядя на лежащее на полу тело охранника.

Забрав ружье и портупею с патронами, Папа Принц стал идти дальше.

– Может быть, кто-нибудь включит свет? – крикнул он в полутьме, продвигаясь на ощупь. – Нет? Есть живые? Если есть, пускай скажет «сыр». И я его прикончу. Ненавижу сыр! Странно нести чепуху без аудитории! Я выгляжу глупо.

После нескольких минут блужданий он нашел дверь и открыв ее, тут же зажмурился. Утренний свет ударил в глаза. Чертыхаясь и щурясь, Принц смог разглядеть пейзаж. Впереди, где должен был быть следующий отсек, лежала груда кирпичей. Дирижабль разорвало на части, так что большая часть корабля находилась в полусотне метров в развалинах каких-то горящих домов. Внизу бесконечным потоком бежали детища Легиона, а слева раскинулась Центральная площадь с солдатами и преторианцами. Но был там кое-кто еще. На стороне вояк сражались два странных существа. Какой-то несуразный монстр разрывал наступающих уродов на части своими длинными руками. А мальчик с руками-крыльями хватал как можно больше существ и просто сжимал их в смертельных объятиях.

– Как виноград, – прошептал Папа Принц. – Они лопаются как виноград.

Солдаты стреляли, рыцари махали мечами, а знакомый рыбоголов, стоявший чуть в сторонке, отбивал монстров толстенными щупальцами.

– А ты что тут потерял?! – выдохнул Принц. – Кракен! Ты должен был свалить! Но нет, теперь мне придется спасать тебя снова. Ах ты, старая рыбья жопа! Когда же у тебя мозги появятся? Черт, меня же никто не слышит…

Аккуратно, стараясь не шуметь, Папа Принц вышел из тени расчлененного дирижабля и, наклонившись, побежал к площади. Бегущие рядом твари Легиона по-прежнему не обращали на него внимания, чему Принц был искренне рад.

– Тупые. Все тупые. Только я умный.

– Прими мою силу! – говорил далекий голос. – Стань мной. Прими помощь.

Архонт использовал всю свою сверхъестественную силу, рвал потоки порочных душ, заключенных в уродливых телах и пытался вырваться наружу. Но тварей был так много. Слишком много. Казалось, на него напал целый народ, а может и даже несколько.

Он устроил геноцид, думал архонт, рвясь на волю. Слишком сильный, слишком опасный.

– Но ты сильнее.

Я, то думал, хоть здесь тебя не будет.

– О, здесь еще цветочки, – отмахнулся Миллигар. – Ты не видел, что внутри происходит.

Даже знать не хочу.

– Прими мою силу!

И потерять человечность!?

– Разве смерть лучше?

Плевать!

– А смерть Коул Марс?

Неужели мной так легко манипулировать? Черт с тобой!

Откуда-то внутри поток энергии, дававший архонту его могущество, усилился до небывалых масштабов. Он чувствовал нечто чуждое и далекое, дыхание вечности, способное сокрушить целые миры. Эта сила, слишком опасная для одного человека, одновременно манила его и пугала. Архонт принял ее, не стал противиться, как в детстве, и вскоре вихрь энергии захватил его полностью. Струйки тени, которые раньше пробивались через его тело, полностью накрыли его, превратив в нечто бесконечно темное, поглощающее окружающий свет, словно сангумные генераторы. Пытаясь совладать с силой Титана и могуществом Легиона, архонт почувствовал что-то еще. Перед его взором открылась Центральная площадь, орды врагов и длинные когтистые руки. Ноябрь смотрел на мир чужими глазами.

Заключенный №1211, прозвучало в голове Ноября. Сейчас на это нет времени. Надо разобраться со Шляпником!

Ноябрь закричал и изо всех сил рванул вперед. Из ужасающего своими масштабами потока отвратительных тел вырвалась черная стрела, оставившая после себя сотни разорванных в клочья уродцев. Он услышал их короткие крики, их стоны и боль. Короткая черная вспышка – мгновенная смерть. Открыв глаза, архонт увидел, что летит высоко над Легионом, чей поток, наконец, прервался. В полете, в десятках метров над землей, архонт взглянул на свои черные нечеловеческие руки и понял, что Титан почти полностью завладел им. Сознание все еще оставалось при нем, но надолго ли?

– Прими еще моей силы. Иначе тебе не победить! – кричал голос Милигара в голове. – Стань мной! Хватит противиться!

– Заткнись! – прошипел Ноябрь, уже летя вниз прямо на Шляпника.

Поток Легиона прекратился лишь на несколько секунд и вскоре вновь возобновился. Тела карликов-убийц словно вода из фонтана полетели вверх. Они вырывались из своего темного измерения, из того урагана душ и по инерции стремились в небо, к своему опаснейшему врагу.

– Черт!

Черная стрела со свистом влетела в эту растущую гору из плоти и клыков, разрывая всех на своем пути и испепеляя их обжигающей тенью.

– Я и Крита убить должен?! – бросила Коул, бегущая вниз по лестнице.

– Да, – сухо ответила женщина-жандарм, следуя за маршалом. – Он уже не нужен.

– Старик безобиден! – бросила Коул. – Он итак при смерти!

– Иначе никак, – возразила Отчаяние. – В будущем его нет.

– В будущем, которое ты видишь? – переспросила Коул, перепрыгнув через полдюжины ступеней.

– Именно. Убей всех, кто представляет опасность для нас!

– Нет никаких «нас»! – выпалила девушка. – Хватит мне приказывать! Мне надоела вся эта ерунда! Почему бы тебе самой не сесть на трон?

Она спешила и злилась. Смерть Антареса, правда об инсуломах, ее роль во всей этой игре и еще это ружье, больно бьющее в плечо при каждом шаге…

– Таково твое предназначение, твоя судьба, – ответила Отчаяние.

– В пекло все!

Маршал Кларисса Марс выбежала из парадного выхода и застыла на месте, увидев бушующее вокруг сражение. Ей показалось, будто время замедлилось. Десятки солдат поливали сангумом мчащихся на четвереньках монстров. Тяжелые скорострелы, установленные на башнях, буквально дымились, изрыгая сотни пул в минуту. Воздушные суда над площадью гремели ежесекундно своими пушками. Алонсо кричал очередной приказ, отправляя солдат к восточной части площади, задержать прорывающихся тварей. Но там уже орудовало другое существо. Тот самый громила рыбоголов, Гидеон Пакс. Он голыми руками вырывал тварям головы, ноги или даже разрывал пополам. К нему с криками несся мужчина в синей форме, Папа Принц, садист и убийца. Чуть правее от них облепленный десятками уродцев, ревел другой монстр. Коул тут же узнала в нем Полуночного зверя.

Что?! Какого черта?!

Но следующее зрелище заставило впасть ее в ступор. В дюжине метров от границ площади, над руинами домов возник гигантский столб плоти, из десятков тысяч мелких уродцев. Словно муравьи они копошились друг на друге, лезли, хватались и рычали. Столб рос и становился шире и выше, гораздо выше, чем Солнечный дворец, принимая форму гигантской руки.

– ВЫ БУДЕТЕ ПОГЛОЩЕНЫ! – возвестил Легион тысячами своих ртов, и его голос прозвучал над всем Аррасом. – ВЫ БУДЕТЕ ПОГЛОЩЕНЫ!