Читать книгу "Торговец счастьем"

– И что? – Надежда пожала плечами и подмигнула Смирению.

– Он воссядет на свой трон вновь… – продолжала говорить Отчаяние.

– Ты видишь это? – перебила Надежда.

– Да! – крякнула Отчаяние. – Ты называешь это победой?

– Я отсрочила конец этого мира еще на несколько веков. – судя по голосу и улыбке Надежда была весьма довольна своей работой.

– Ты растянула страдания этого мира! – ответила Отчаяние. – Будут новые войны, гораздо страшнее тех, что видел этот мир. Война архонтов и Адама. Сколько боли породят твои действия!

– Но смертные будут жить. Сколько радости будет еще! – Надежда хлопнула в ладони и наконец, остановилась. – А разве существует миры без боли? Разве существуют миры, где нет войны?

– Ты же тоже видишь это! – настроение Отчаяния портилось с каждой минутой. – Имморталистка станет новым Жнецом, и Великая тень снова начнет расти! Эреб будет разбужен. Наследие Полуночного зверя станет настоящим проклятием этого города! Механиты вспомнят былое. Они вновь восстанут и на своих кораблях будут выжигать землю. Новые маги начнут войну за власть и найдут того, кто не должен был быть найден. Спавшие сотни лет в горах Тау-Пау древние, призовут своих хозяев! Грядет время великих потерь! Клейменный вновь окажется вовлечен в сети интриг полумертвого Титана. А Начало света?! Про Харона и его проделки я вообще молчу! Я хотела закончить все одними лишь инсуломами. Всего за сотню лет, они бы поглотили этот мир, закончив его страдания. Но теперь горе настигнет этот мир и всех его обитателей! Ты понимаешь это?

Надежда наклонила голову на бок и снова улыбнулась.

– Сколько же в тебе пессимизма, сестра! – сказала она. – Этот мир и ее обитатели гораздо сильнее, чем ты думаешь. Я же ведь спасла его. Каждый раз спасаю.

– В этот раз у тебя ничего не выйдет. Даже ты это видишь. Я знаю.

– Мы что-нибудь придумаем, – ответила Надежда, схватила Смирение и начала целовать ее в пухлые щечки. – Как и всегда!

Девочка захихикала детским смехом, прячась от губ сестры.

– Вы обе сумасшедшие, – смеясь произнесла Смирение. – Вам не надоело еще?

– Следи за языком, младшая! – пролаяла Отчаяние. – Ты итак дров наломала!

– Мы не можем остановиться, – мягким голосом сказала Надежда, бережно держа девочку в руках. – Ты же знаешь. У нас нет выбора. Все, что будет в будущем, уже происходило в прошлом. И наоборот. А теперь пойдем. Хочешь мороженного?

– О, да! Мороженное! – возликовала девочка.

– А ты, сестра? – спросила Надежда, обращаясь к Отчаянию. – Пошли, угощу и тебя. Хватит уже дуться. Это новый день. Мы спасли мир и теперь можем насладиться мороженным.

Постояв еще немного, Отчаяние пробурчала что-то себе под нос и все же последовала за сестрами.

– Где ты сейчас найдешь мороженное? – поинтересовалась Отчаяние. – Весь город в руинах.

– Отнюдь, не весь. Я знаю одно прекрасное место, которое специально спасла на этот случай.

Кера чертыхнулась, стараясь не поднимать голову и скрывая свои желтые глаза под полями старого помятого цилиндра. Она не любила жару, солнце и яркий свет. Они были вредны для кожи, белой с легким голубым оттенком и ограничивали ее способности восприятия. На того, за кем она пришла солнечный свет вообще никак не действовал. В этом был его козырь.

Имморталистке с огромным трудом удалось вырваться из охваченного хаосом столицы. Тот, за кем она шла, предал своего хозяина. Кто бы удивился? Но теперь Легиона нет. Она почувствовала это еще несколько часов назад. Значит, у Торговца счастьем все вышло. Его план сработал. Странный он был, с кучей секретов и глупыми шуточками. Кера даже решила, что из него вышел бы неплохой охотник на душ. Может быть, замолвить за него словечко Жнецу. Хотя тот вряд ли послушает.

До одинокого скрюченного дома посреди пшеничного поля было идти совсем немного. Кажется, когда-то это была мельница. Правда от крыльев ничего не осталось, половина шиферной крыши провалилась внутрь, а вокруг, теперь уже бесхозной хибары, валялся самый разнообразный мусор: старые заржавевшие запчасти трактора, покореженные бочки, сломанный трехколесный велосипед и прочая мелочь.

Размышляя о недавних приключениях, Кера не могла не признать, что жизнь за пределами Киддера гораздо страннее, чем под Великой тенью. Там тоже полным-полно всяких монстров, непокорных некромонтулов и древних культов. Но монстры в Киддере не притворяются людьми, не скрывают своих личин, никто не разделает себя на три части или наоборот не пытается поглотить всех, сделав частью своего коллективного разума. Там все гораздо яснее и понятнее. Никаких тебе рыбоголов, людей без головы или монстров притворяющихся маленькими детьми. Перед глазами тут же возник облик Марка.

Над входом в хибару бледнела кривая запись «УХОДИ! ЗДЕСЬ ДЬЯВОЛ!», а внизу дымился немного побитый военный фургон.

Дьявол в нас самих, подумала Кера, входя в блаженную темень здания, если эту развалюху, можно было так назвать.

– Калео Вагадар! – громко произнесла она. – Некромонтул. Морталист. Более известный в народе Киддера, как Вижский гробовщик. Вы обвиняетесь по четырем пунктам основного закона Киддера: не законное занятие некромантией, вандализм, порча имущества государства, не санкционированное убийство живых граждан Киддера…

– Входи уже, – послышался голос в глубине хибары.

Женщина достала из-под плаща два пистолета и пошла вперед. Некромонтул сидел на полу, хватаясь за железный ошейник, державший его голову на плечах.

– Интересное вышло путешествие, а? – улыбнулся он и тяжело закашлял.

Со стороны он выглядел достаточно слабым и почему-то грустным, хоть и улыбался. Никакой Ауры, никакой иной магии. Лишь старый некромонтул в юном умирающем теле. Но Кера ожидала какой-нибудь уловки.

Неужели ничего не выкинет, подумала Кера, целясь в голову юноши, смотревшего на нее мокрыми от слез глазами.

– Посмотри на нас, – сказал Калео. – Охотник на беглых душ и некромонтул в живом теле. Звучит, как анекдот. Очень-очень странный анекдот, согласись.

Кера молчала.

– А знаешь, я рад, – улыбнулся Калео. – Я ни о чем не жалею. Это того стоило. Оказаться снова живым. Чувствовать тепло, вкус еды. А женщина… ха, он убил ее. Представляешь? Взял и просто убил. Жаль, она была так красива, а я ведь даже имени ее не узнал. Спросил, я спросил, но она не сказал. Сказала, что у таких, как она нет имен. Интересно, каких «таких»? Как же я завидую остальным. Всем тем людям. Они живые. Все, то, о чем я думал прежде, вселенская власть, могущество и бла-бла-бла. Это все бред! Вот оно настоящее счастье! Счастье быть живым, уметь чувствовать! Каким же я глупым был. Ты не представляешь. Я был таким дураком.

Кера молча слушала его, не отводя оружия и вдруг, удивленно вздернула бровь. Некромонтул склонив голову, заплакал.

– Я не хочу умирать! – буркнул Калео Вагадар. – Я хочу жить. Просто жить. Быть среди людей, ходить на работу, есть мороженное, чувствовать на себе солнечное тепло! В Киддере нет солнца. А здесь оно есть. Я хочу остаться! Я хочу остаться среди этих людей и прожить еще хотя бы немного.

Он придвинулся вперед, согнул колени и поднял заплаканное лицо.

– Я умоляю тебя! Пожалуйста, отсрочь мою смерть. Пожалуйста, не убивай меня, ну… я прошу тебя! Я столько еще не увидел! Столько не попробовал и не узнал. Я просто хочу быть человеком! Разве это так сложно!? Да, я был идиотом, старым идиотом! Но в этом теле я вспомнил себя. Я был так молод, когда умер! Совсем мальчик. И теперь вспомнив все это, как я могу отказаться от жизни!? Пожалуйста, я прошу тебя! Оставь меня в покое. Просто уйди. Скажи Жнецу, что не нашла меня. Скажи, что я исчез, скрылся. Пожалуйста! Я сделаю все, что ты пожелаешь! Если понадобится, я помогу тебе выкрасть твою душу у Жнеца. В прошлый раз я не шутил. Я могу тебе помочь, только не убивай меня!

Кера задумалась. Она долго глядела в заплаканные глаза юноши, стоящего перед ней на коленях.

– Нет.

Над пшеничным полем раздалось эхо выстрела.

Опустив свою шляпу, как можно ниже, Кера вышла из старой полуразрушенной мельницы. Последние два месяца оказались для нее самыми странными в ее нежизни. Но не настолько, чтобы изменить свое мировоззрение. Работа есть работа. Никаких поблажек и отсрочек. Хотя, случай Калео Вагадара являлся в ее памяти единственным, когда преступник вызвал у нее хоть какую-то долю сочувствия. С большой неохотой она призналась себе, что не хотела нажимать на спусковой крючок. Но иначе никак. Нарушать контракт со Жнецом себе дороже, особенно учитывая, что он может добраться до души ее сына.

Ох уж это солнце! Хоть бы дожить до Киддера… Ворон?

Огромная черная птица приземлилась перед ней и ворчливо закаркала.

– Задание выполнено, – сказала Кера и достала из кармана маленькую капсулу. – Здесь его душа. Можешь забрать.

Ворон подпрыгивая, подошел ближе и вытянул клюв в ожидании сверкающего подарка. И весь свет вокруг померк. Пшеничное поле исчезло, уступив место безграничной пустоте космоса. Кера поняла, что стоит на давно знакомом ей каменном мосту. Но что-то здесь было не так. Рядом с повернувшимся к ней спиной Жнецом, находился кто-то еще.

– Задание выполнено, – подходя ближе, произнесла Кера. – Что? Уже новое задание готово?

– Да, подруга, – произнес молодой седой мужчина, шагнув к ней.

– Вейнер!? – не смогла скрыть удивления имморталистка. – Я думала ты в бегах?

Одежда на втором охотнике за беглыми душами была черной и старомодной. На голове Вейнера была треуголка из времен его молодости.

– Я вернулся, дорогая, – улыбнулся мужчина. – Ну, скажем так, я был под прикрытием. Итак, не будем медлить. Сейчас я нахожусь у границ Киддера и Хай-Бора. Жду твоего прибытия. Как только явишься, мы с тобой отправимся искать… я даже не знаю, как сказать, – он нагнулся и закончил шепотом. – Мы будем искать голову шефа. Что может быть интереснее? А? Кого-то ждет повышение. Почему ты молчишь?

– Только не это! – буркнула Кера. – Только не к Фортуне!

– …вопросы? – закончил фразу Папа Принц и оглянулся.

К своему разочарованию, он не увидел уродливый живой город, затерянный между мирами. Вместо Химеры, вокруг на многие километры раскинулась пустынная степь. Одни камни, оранжевые глыбы, песок и редкие кактусы, почему-то достигающие высоты нескольких десятков метров.

– Хотя бы твердая земля под ногами, это уже радует, – проворчал Принц.

Принц снова огляделся и посмотрел на весьма странное небо. Здесь одна честь небосвода была окрашена ночью, играла звездами и манила двумя лунами. По соседству, красовалось чистое солнечное небо без единого облачка. Вроде бы хорошо, только вот это самое «чистое и солнечное» имело странный зеленоватый оттенок, а вместо солнца на небе красовался горящий красным глаз. А треть воздушного пространства, до самого горизонта, являлось гигантской книгой со словами длинной в несколько километров.

– Интересное, наверное, чтиво, – медленно произнес Принц, сглотнув образовавшийся комок. – Это странно даже для… хотя нет. Нормально. Меня не удивишь междумирьем!

Земля под ногами еле заметно завибрировала. Принц припал к ней и стал вслушиваться.

– Чух-чух, – прошептал мужчина, слушая приближающийся стук. – Чух-чух. Все громче и громче…

Поняв, что происходит Принц, вскочил на ноги и дал деру со всех сил. Неизвестно откуда, за его спиной громыхая паром и массивными поршнями, появился локомотив.

– Черт-черт-черт! – кричал на бегу Папа Принц и в последний момент отпрыгнул в сторону.

С грохотом и треском, разбивая старый камень, застилавший рельсы, на всех парах несся гигантский поезд. Лежа на земле, Принц обернулся и увидел весь масштаб железного зверя. Это был самый большой поезд во всех мирах, с четырехэтажными вагонами, каждая размером с жилой дом, с множеством окон и колесами в четыре человеческих роста. Поезд, путешествующий сквозь миры, легендарный «Гермес экспресс».

Папа Принц вытер с лица пыль и поднялся на ноги, провожая взглядом, казалось бы, нескончаемое количество вагонов, с сотнями пассажиров в каждом. Но вскоре «Гермес» исчез также внезапно, как и появился, оставив после себя высокую стену пыли.

– Я что сдох и попал в Геенну? Если это так, то я не впечатлен. – сказал Папа Принц и тут же удивленно выдохнул.

Впереди в паре десятков метров, за стеной рельсов, появилось здание. Питейное заведение с большой надписью на вывеске «Перепутье». Паб, на отшибе миров.

Кряхтя от натуги, стараясь не торопиться Папа Принц, перелез через самые большие рельсы, что он видел и направился к «Перепутью». С виду обычная развалюха, двухэтажное здание из дерева, с пыльными стенами и обветшалой крышей. Но перед ним к удивлению Принца, на привязи находилась целая дюжина самых различных ездовых животных. От двуногих ящеров и оседланных песчаных змей, до механических коней, шестипалых черепах и пустынных ксилемов. Не успел Папа Принц подойти к пабу, как из его дверей прямо к нему на встречу вылетело что-то небольшое и кричащее. Принц резко отскочил в сторону и увидел, что это маленький черноволосый мальчик в рубашке и коротеньких штанишках. Прокатившись по земле, мальчик с трудом поднялся на ноги и как-то странно улыбнулся Принцу.

– Что это?! – прозвучал женский возмущенный вопль из здания. – Что это такое?! Что за фигура?! Где моя грудь? Где бедра!?

Принц непонимающе глядел на тощую девушку с короткими рыжими волосами, вышедшую из паба. На ней был просторный комбинезон, который до этого явно принадлежал кому-то другому. Она была слишком возмущена и даже не обратила внимание на мужчину.

– А волосы?! – вскричала она, схватившись за голову. – Черт побери! Это же просто ужас! Я отказываюсь! Слышишь? Мне плевать! Мне мое старое тело нравилось больше!

За ней следом вышел мужчина. Высокий, с обветренным угловатым лицом и длинными зеленовато-черными волосами. На нем были странная пыльная одежда, с какими-то трубками и шлангами, на бедре красовался большой пистолет, а вместо левой руки имелось длинное перевязанное бинтами щупальце. Узнав его, Папа Принц чуть было не вскрикнул от радости.

– Ничего страшного, женщина, – сказал здоровяк, не сводя глаз со странного мальчика. – Наколдуешь себе новую внешность.

– Что?! Да ты хоть понимаешь, как это сложно?!

– Может быть, вам хватит уже орать? – спросил Марк, ухмыляясь. – Не люблю, когда еда нервная. Вкус портится.

– Т-а-а-а-к, – протянул Папа Принц, наконец, обратив на себя внимание всех троих. – Я, кажется, понял, что здесь происходит.

– Второй?! А ты здесь, откуда появился?! – воскликнул рыбоголов в облике человека. – Прошло ведь столько времени! Я думал ты сдох.

– Спасибо, что верил в меня, – кивнул Принц.

– Эй! Это же тот… – прошептала крикливая девушка.

– Здравствуйте, следователь Петрикор, – улыбнулся Папа Принц. – И здравствуй, Голод. Так значит «Перепутье» да? Интересно. И что дальше?..

Еще не конец.

Эпилог

Играла торжественная музыка. Скрипка, виолончель, флейта и лира – небольшой оркестр лампидов с музыкальными инструментами вместо голов. Настоящие виртуозы, мастера своего дела.

Хоть Ноябрь никогда особо не отличался набожностью, свадьбу все же пришлось устроить в церкви. С невестой он спорить он не стал. Ага, поспоришь тут с такой зазнобой. Зал был заполнен самыми различными гостями. В основном здесь были родственники невесты, клиенты Торговца счастьем и представители местной культурной элиты, то есть друзья Иноса Око. Такие же сумасшедшие или претворяющиеся сумасшедшими музыканты, художники и поэты. Были здесь и газетчики из «Колокола». Достопочтенный господин Больдгард, даже сидя, возвышался над всеми. Ноябрь оглядел зал, всех гостей, людей и полукровок самых различных возрастов и профессий. Он знал их всех, кому-то помогал, кого-то шантажировал, а с кем-то делил дурман-чай в поисках вдохновения. Констанция оценивающим взглядом глядела на окружающих, сравнивая все, от гостей и приготовлений, до священника. Ее собственная свадьба прошла около трех месяцев назад. О, как же гудели газетчики! Как же Ноябрь тогда напился! Муж Констанцы, тот самый водитель-любовник по имени Алонсо шептал сейчас ей что-то на ухо. По соседству с ними находились три странные дамы. Точнее две дамы и одна маленькая девочка с куклой. Взгляд Ноября пал на двоих, кому он был рад больше всех.

Престарелая женщина с добрым морщинистым лицом улыбалась ему и кивала. Бедная, несчастная принцесса, ставшая жертвой проклятия Жадности. Сейчас она была здорова, ее вылечили, привели в порядок, и теперь слезы на ее глазах были лишь от счастья. Амалия быстро вытерла их платком, шмыгнула и скромно засмеялась, не веря в происходящее вокруг. Ноябрь улыбнулся ей в ответ и перевел взгляд на мужчину рядом с ней. Седой, старый, с суровым взглядом и неряшливой бородой. Бывший заместитель наместника Арраса, ныне пенсионер обожающий садоводство, господин Крамар Крит. Отец. Человек, пошедший на преступление ради своей любви, ставший чудовищем и тираном. Но Ноябрь простил его. После долгих разговоров и переживаний он все же простил отца и отнесся к нему с пониманием. Старик еле заметно кивнул ему, и Ноябрь ответил тем же.

– Кажется все в сборе? – спросил низкорослый шафер, в детском костюмчике. – Никого не забыли позвать?

Ноябрь бросил взгляд на стоявшего рядом миника и потрепал его зализанные назад волосы.

– Ты что?! Я столько часов укладывал их! – возмутился Миллигар.

– Извини, не удержался, – прошептал Ноябрь.

– Выражай свое волнение каким-нибудь другим образом! – проворчал миник своим детским голоском.

– А кто сказал, что я волнуюсь? – усмехнулся Ноябрь.

– Вот меня можешь не обманывать. Ты забыл, что я могу читать твои мысли?

– Все хорошо. Я не волнуюсь. Просто…

– Со слова «просто» и начинаются различные отговорки, – вкрадчиво произнес миник. – Ничего не бывает «просто». Дружище, смирись. Тебя ждет главное и самое опасное приключение в твоей жизни – брак. Дети, пеленки, скандалы, ревность, быт. Ох!

Двери церкви открылись, музыка стала громче и торжественней. Все гости обернулись и увидели невесту. Прекрасная девушка, в белом, буквально сияющем платье с длинным подолом и фатой, закрывающей лицо, направлялась к алтарю. Ведший ее под руку Торговец счастьем кивал гостям, улыбался своей фирменной улыбкой и благодарил за поздравления.

– Почему он здесь? – прошептал Ноябрь.

– А что? Ты не помнишь? – спросил миник удивленно.

– Что я должен помнить? – удивился Ноябрь.

– Потом расскажу, – отмахнулся миник.

Ноябрь насторожился и снова оглядел церковь. Вроде все было в порядке, все на месте. Мирная тихая жизнь, наступившая после победы над Легионом, любимая женщина, друзья, всеобщее уважение и почет. Все мечты сбылись. Ну, почти все.

– Чего хмурый? – спросил знакомый женский голос сзади.

Ноябрь обернулся и увидел маршала Клариссу Марс в парадной форме, с кучей орденов и медалей на груди.

– Готов, друг? – хмыкнула она.

– Ага, ты в тексте ничего не напутай, – съязвил Ноябрь.

– Не волнуйся, читать умею, – заверила Коул и показала книгу в своих руках. – Это не первый брак, который я благословляю. Будь спокоен. Кстати, я рада, что ты позвал меня на эту роль.

– Ну. У тебя могла быть другая «роль», – протянул Ноябрь. – Еще есть время, можем сбежать.

– Ага, чтобы меня потом Мерил придушила? – криво ухмыльнулась Кларисса. – Вон, смотри, она уже подошла.

Торговец счастьем передал невесту жениху, обнял его и вместе с поздравлениями прошептал ему что-то на ухо. Что-то странное и непонятное, но Ноябрь не смог ничего разобрать.

– Что?

Губы Торговца шевелились, но слов не было. Раздраженно махнув рукой, он отошел на другую сторону от невесты.

– Итак, сегодня мы собрались сегодня, в этот прекрасный день, дабы… – официальным тоном начала читать Кларисса.

Невеста взяла Ноября за руку и стала слушать. Но вот сам Ноябрь все никак не мог понять… он пропустил что-то очень важное, какое-то воспоминание, угасающая мысль. Словно сон, который забываешь, проснувшись. Словно…

– …согласен?

– Отвечай, милый, – поторопила невеста.

– Что? Ах, да. Да! – закивал Ноябрь с улыбкой. – Конечно, согласен! Я на все согласен.

– А невеста согласна? – спросила Кларисса.

– Да.

– Обменяйтесь кольцами.

Молодожены так и поступили.

– Можете поцеловать невесту, – сказала Кларисса.

Ноябрь с трепетом поднял фату и, увидев любимую, расплылся в счастливой улыбке.

– Целуй же, – поторопила Афина Петрикор.

Жених не заставил себя долго ждать.

– Объявляю вас мужем и женой! – возвестила маршал Марс.

Аплодисменты, радость, музыка, снова целующиеся молодожены. Ноябрь вдруг услышал чей-то голос. Далекий, детский голос, исходивший извне. Обернувшись, он увидел Торговца счастьем стоящего в стороне. Он что-то шептал, пытался сказать о чем-то очень важном.

– Вчера мы с Икаром ходили в Лес ксилемов. Я люблю Икара. Он хороший…

Приглядевшись, стараясь прочесть по губам Торговца счастья, Ноябрь сумел разобрать только одно слово: «проснись».

– Что с тобой, милый? – спросила Афина, отпрянув назад.

Стоило Ноябрю посмотреть на нее, и все мысли о Торговце счастья исчезли. Испарились. Радость вновь наполнила его разум.

– Вчера мы с Икаром ходили в Лес ксилемов, – рассказывал ребенок. – Я люблю Икара. Он хороший. Он рассказывал, что раньше в Лесу жили живые растения. Но теперь их нет. Это грустно. Я бы хотел их увидеть.

Кларисса сидела на полу рядом с мальчиком, рисующим какие-то каракули в тетрадке, и с опаской поглядывала на толстые двери камеры.

А вдруг не выдержит, думала она каждый раз, приходя сюда.

Кларисса перевела взгляд на многочисленные вычислительные машины по углам камеры. Множество кабелей и каналов шли вдоль стен, переплетались и соединялись в центре под кроватью со стальными зажимами для рук и ног. Каждую неделю из Архива сюда доставлялись баллоны, наполненные радостью, счастьем и спокойствием. Верхаенская технология, древняя и могущественная, держала в непрерывном сне одного единственного могущественного узника этой подземной тюрьмы, глубоко под Солнечным дворцом. К телу спящего были подсоединены множество различных трубок. Некоторые питали его жидкой едой, другие подпитывали приятные сны, а третьи выкачивали, казалось, бесконечную, чудодейственную, дарующую бессмертие, кровь. План Крамара Крита удался.

– Дядя Икар катает меня на спине. Он веселый, – говорил беззаботно мальчик. – Но у него руки странные. Мам, а почему у меня руки не такие, как у дяди Икара?

Кларисса улыбнулась сыну и поцеловала его макушку.

– Не слишком ли много на сегодня вопросов, юный господин? – спросила она сына.

– Нет, – не отрываясь от рисования, ответил четырехлетний мальчик.

– Ну, руки твоего дяди Икара такие, потому что в детстве он ел слишком много конфеток!

– Нет! – засмеялся ребенок, заподозривший обман. – Так не бывает.

– Бывает-бывает, – заверила Кларисса и погладила волосы сына. – Вот не будешь меня слушаться, и будут у тебя длинные ушки.

– Нет. Не хочу длинные ушки.

Кларисса в очередной раз улыбнулась. Только с этим маленьким комочком счастья она могла себе позволить радость и смех. Для всего остального мира она была железным маршалом. Прекрасной и хладнокровной правительницей Серры. Она приходила в эту камеру с сыном раз или два в месяц, проведать спящего узника. Человека, по которому она скучала и пробуждения которого боялась больше всего на свете. Подсоединенный к многочисленным аппаратам, с закованными руками и ногами в центре камеры спал Ноябрь, архонт Жадности.

Прошло пять лет с того самого сражения, когда Аррас чуть не был уничтожен зловещим божеством. Пять долгих лет борьбы, споров и интриг. Трусливые и жадные сенаторы, покинувшие столицу в самый отчаянный момент, вернулись и набросились на маршала Марс с возмутительными претензиями. Они пытались обвинить во всем ее саму, сместить с должности главы Ордена преторианцев и самим взять бразды правления над Республикой. За это они были жестоко наказаны спустя некоторое время. Канцлер Детарье не смогла оправиться от полученной раны и умерла в течение нескольких дней. Невзирая на скрытое недовольство и возмущение Сената, пост канцлера занял сенатор Бипс. Трусливый, но безгранично верный Клариссе толстячок стал ее проводником в мир запутанных политических интриг и коррумпированной бюрократии. Через него разузнав все слабые места неугодных сенаторов, Кларисса довольно быстро очистила высшие эшелоны власти от всяких заговорщиков и спекулянтов. Помогла ей в этом тайная жандармерия, никак не обремененная муками совести из-за убийства алчных и порочных господ. В течение года вся власть в стране перешла в руки нового Сената и Ордена преторианцев, число рыцарей которого росло с небывалой скоростью. Имя Клариссы Марс стало легендой. Спасительница Арраса и всей Серры, одолевшая целую армию монстров! В течение нескольких лет она стала неким аналогом Крамара Крита. Официально страной правил Сенат и канцлер, но на деле все знали, что истинная власть принадлежит маршалу и ее Ордену.

Первым указом нового канцлера являлось восстановление столицы. Военные и рыцари провели очистку среди сошедших с ума инсуломов. Тех немногих, что сумели пережить заражение странной чумой вновь переделали. Страх еще долго не позволил бы горожанам вернуться в живые дома, но и тут нашлось решение – Ощущения Архива. Несколько месяцев подряд дирижабли с распылителями сеяли над отстраивающимся городом тысячи галлонов спокойствия и надежды. Могущество маршала позволило ей взять под контроль не только Банк огня, Архив, но и сам Солнечный дворец. Древний еле живой паразит был необходим ей для правления страной. Как бы ей не хотелось в этом признаваться, но врагов у Серры хватало, как внешних, так и внутренних. И Солнечный дворец стал ее гарантом на безопасность и спокойствие в стране. Инсуломы больше не выходили на контакт со своими жителями, скрываясь под землей и не имея возможности навредить кому-либо. Таков был уговор с их прародителем.

«Гранд-Строй», самая крупная строительная компания Серры, в самые кратчайшие сроки отстроила Аррас. Всего каких-то три года понадобилось, на постройку сотен крупных домов, дорог, школ и больниц. Столица изменилась, старый облик города стал всего лишь частью истории. Теперь никто бы не поверил легендам об уродливом Маскараде, о заброшенном Ржавом королевстве, о проклятых топях в Серой расщелине или о районе, где всегда царила ночь. Район за районом, обычные дома из кирпича и бетона, дома, построенные людьми, полукровками и конструктами, заменили инсуломов. Никаких больше сумасшедших монстров-людоедов, никаких вторжений, терактов и самое главное никакой коррупции. Казалось бы, утопия. Страна, где все хорошо и нет недовольных. Но нет. Проблем у маршала Марс за эти пять лет хватало. Сколько законов ей пришлось переделать, скольких убить, скольких новобранцев принять в Орден. Как и в старые времена Империи, теперь Орден преторианцев стал аналогом верховной элитарной армии. В каждом из десяти крупных городов Республики были открыты цитадели, по сути, казарменные академии, в которых обучались сотни рекрутов Ордена. Невзирая на то, что инсулом является монстром, зловещей тварью из иных миров, он оказался прав. На своем пути к власти и в своем правлении, Клариссе Марс пришлось пролить немало крови. Чего стоят гордость и совесть одного, когда на кону спокойствие и мирная жизнь миллионов?

Над переделанной Северной площадью собирались тучи, но никто из собравшейся толпы не собирался уходить. Маршал Марс, стоявшая на каменных глыбах в окружении своих верных соратников, оглядела всю площадь. Простоявшие здесь многие годы дома были давно снесены и отстроены заново. Кроме этих самых камней Трибуны здесь все было иначе. Здания, улицы, даже каналы Лейдса пришлось переделать для удобства. Видя новые дома, многие из которых еще не были заселены, Кларисса подумала о Констанце и Алонсо. Ее верные друзья, глава тайной жандармерии и директор «Гранд-Строя» в одном «лице». Кларисса не смогла им помочь. Проклятие Химеры оказалось слишком сильным даже для Ключа. Но любовники не отчаялись. Три месяца назад они отправились путешествовать по миру на своем личном дирижабле, вместе с командой искателей приключений. Алонсо и Констанция будут искать решение своей проблемы, наслаждаться роскошной жизнью и друг другом, пока однажды не встретят того, кто снимет с них проклятие. Кларисса знала, что все так и будет, хотела в это верить. У этих двоих обязательно все сложится хорошо.

Справа от нее стоял канцлер Бипс. Он нервно переступал с ноги на ногу, поглядывая на толпу через свои махонькие очки. Кларисса хлопнула его по плечу и кивнула. Тот ответил неуверенной улыбкой.

Слева находился Икар, личный телохранитель Клариссы, прозванный жителями города «Ангелом Арраса». Гомункул вообще не выдавал никаких эмоций. Его юное прекрасное лицо иногда казалось маской. Невзирая на свою природу, Икар очень быстро нашел свое место в жизни столицы. Он избрал путь служения и защиты. Милый паренек в черном балахоне всегда следовал за маршалом, оберегая ее от любых опасностей. А их было немало. За последние пять лет на Клариссу Марс совершали покушение больше двадцати раз. Попытки отравления, подброшенные бомбы, прямые нападения перепрограммированных конструктов и даже стрельба средь бела дня. Почти со всеми покушениями маршал могла расправиться и сама, но в отличие от телохранителя, она не была бессмертной. Тайная жандармерия ловила всех вероломных убийц и заказчиков, и тихо разбиралась с ними. Большая часть покушений напоминали почерк Совета масок, скрытный и аккуратный.

Кто-то стоял за всем этим, один единственный человек, дергающий за все нити, скрытый враг, задумавший план мести гораздо более зловещий, чем просто убийство маршала.

Сион Таврис стоял следующим за Икаром и, не мигая смотрел на охранников, ведущих преступника. Его холодное угловатое лицо вот уже несколько лет красовалось на большинстве агитационных плакатов, призывающих вступить в ряды преторианцев. Наравне с гомункулом он снискал народную любовь и славу, считаясь самым отважным рыцарем Ордена, после самой Клариссы Марс. Немногословный, скрытный, решительный. Народная молва помнила, как проявил себя совсем юный преторианец, отважно сражавшийся с бесчисленными врагами. Тот великий день, когда зло было остановлено, подарил миру многих великих героев и ветеранов, переживших самую страшную битву в их жизни.

Серра изменилась. Народ, забыв старых героев, чествовал новых – рыцарей преторианцев в темных плащах и со сверкающими мечами в руках. Этот образ засел в умах тысяч жителей Республики, от столицы до самых удаленных окраин. Никто сейчас не вспомнит прошлых газетных монстров, правивших на ночных улицах столицы. Все забыли Полуночного зверя, словно его и не бывало вовсе. Разве что только один человек, докопавшийся до истины и узнавший его личность. Сион Таврис не оставлял своих поисков. После долгих расследований он узнал все детали тех давних событий, все факты, хоть как-то связанные со смертью его сестры. Он узнал об архонте, о некромонтуле, Солнечном дворце и Дедале. Подумать только, принц-изгнанник разделил себя на три части и каким-то немыслимым образом, целых двадцать лет скрывался прямо под носом Крамара Крита. А про историю о беглом некромонтуле и свирепой охотнице за душами и вовсе поверить было сложно. Но все было правдой, вся история, до каждой детали, какими бы невероятными они не казались. Как считал Сион, самым сильным оружием в мире являлась информация, а ее у него имелось предостаточно. Зная все слабости маршала Марс, он выжидал. Его коварная месть растянется на долгие годы, пока не будет обнаружен сам Полуночный зверь. Хотя, по правде говоря, Сион мало надеялся его встретить. Те бреши в пространстве открытые Клариссой Марс пять лет назад, вели в самые различные уголки мироздания. Одним богам известно, что таилось за каждой из них. Зверь мог оказаться как в соседней стране, так и в ином измерении. Таковой была неуправляемая странная сила Ключа миров. Если меч является всего лишь деталью некой машины, о которой говорилось в древних легендах, что можно ожидать от самой машины?