![](/books_files/covers/thumbs_240/dvukratnye-izyskaniya-v-yuzhnom-ledovitom-okeane-i-plavanie-vokrug-sveta-11608.jpg)
Автор книги: Фаддей Беллинсгаузен
Жанр: Книги о Путешествиях, Приключения
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 56 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
![](i_001.jpg)
Памятник Ф. Ф. Беллинсгаузену, установленный в 1870 г. в Кронштадте.
Под бронзовым гербом сделана надпись:
«Нашему полярному мореплавателю, адмиралу Фаддею Фаддеевичу Беллинсгаузену от его почитателей и сослуживцев»
Скульптор И. Н. Шредер. Архитектор И. А. Монигетти
С современной точки зрения, первый выделенный Новосильским тип льдов является обрывом материкового ледяного покрова на контакте с океаном, а второй – крупными айсбергами. Что касается остальных, то автор классификации прямо указывает их генезис – «происходят от замерзания морской воды». Поэтому последние сомнения в том, что же видели русские моряки в первых числах февраля 1820 г., по описанию Новосильского, отпадают – это был край ледникового покрова ледяного материка. А в целом вся совокупность свидетельств и документов настоящего издания однозначно доказывает открытие южного континента русскими моряками в январе-феврале 1820 г. Описанием мичманом Новосильским на завершающем этапе экспедиции открытий острова Петра I и Земли Александра I немного добавляют к тому, что известно по книге Беллинсгаузена и другим источникам. Отметим еще одну заслугу Новосильского. В своей книге он приводит высоты островов Завадовского (1500 футов) и Петра I (4000 футов). Правда, по сведениям советской «Лоции Антарктики» издания 1961 г. высота острова Завадовского оказалась существенно ниже – всего 190 м, тогда как вторая величина (высота острова Петра I) осталась неизменной.
Удивительно, но начало русских открытий континента Антарктида и его завершение произошло практически в одни и те же дни с разницей в год по времени: 16 января 1820 г. произошел первый выход русских кораблей к современному Берегу принцессы Марты, а заключительные события экспедиции, связанные с открытием Земли Александра I, произошли утром 17 января 1821 г.
В заключение еще раз отметим, что по количеству приведенных источников, сопровождающих книгу-отчет начальника первой русской антарктической экспедиции Ф. Ф. Беллинсгаузена, результатом которой стало открытие последнего материка на нашей планете, так непохожего по своей полноте на все остальные, настоящее издание не имеет подобных предшественников. Уже по этой причине оно заслуживает особого внимания читателей, связанных с исследованиями в Антарктиде и окружающих ее морях, и, бесспорно, дает возможность понять, как была открыта Антарктида, как велик подвиг русских моряков, сколь яркие страницы вписали они в Книгу истории познания планеты Земля.
Корякин Владислав Сергеевич,
почетный полярник, доктор географических наук,
участник 14-й Антарктической экспедиции
Ф. Ф. Беллинсгаузен
ДВУКРАТНЫЕ ИЗЫСКАНИЯ В ЮЖНОМ ЛЕДОВИТОМ ОКЕАНЕ И ПЛАВАНИЕ ВОКРУГ СВЕТА
Часть первая
Блаженныя памяти государь император Александр Павлович, побуждаем желанием способствовать распространению полезных сведений, повелел отправить для произведения изысканий в больших широтах Северного и Южного океанов два отряда, из двух судов каждый. Вследствие сей высочайшей воли, объявленной 25 марта 1819 года, избраны для действий в Южном океане шлюпы «Восток» и «Мирный», под начальством капитана 2-го ранга (ныне вице-адмирала) Беллинсгаузена; в Северном океане корвет «Открытие» и транспорт «Благонамеренный», под начальством капитан-лейтенанта (ныне контр-адмирала) Васильева.
Оба отряда отправились 4 июля 1819 года; первый возвратился в 1821-м, второй – в 1822 году.
Капитан Беллинсгаузен в 1824 году представил Адмиралтейскому департаменту описание своего путешествия со всеми принадлежащими к оному картами и рисунками; департамент 1825 года марта 17 представил бывшему господину начальнику Морского штаба Его императорского величества об исходатайствовании высочайшего повеления напечатать 1200 экземпляров сего описания с приложениями и об отпуске потребной для того суммы; но на сие представление не последовало никакого решения.
По открытии Ученого комитета Главного Морского штаба Его императорского величества в октябре месяце 1827 года господин вице-адмирал Беллинсгаузен просил Комитет употребить свое ходатайство о напечатании, для сокращения издержек, 600 экземпляров, присовокупляя, что обращение издания в его пользу он не просил и не просит, а желает токмо, чтобы труды его были известны.
Председатель Комитета предложил о сем свое мнение в следующих словах.
1. Путешествие господина Беллинсгаузена, предпринятое по высочайшему повелению блаженныя памяти государя императора Александра Павловича именно для открытий в больших южных широтах и изысканий коль возможно ближе к Южному полюсу, единственно по сему назначению уже особенного внимания и примечания достойно.
2. Поведенное дело совершено господином Беллинсгаузеном, без сомнения, с желаемым успехом, ибо он и все служившие с ним удостоились всемилостивейших наград.
3. Издание описания его путешествия принесет честь нашим мореплавателям, а неиздание подаст причину к заключению, будто они предписанного им не исполнили.
4. Мореплаватели разных народов ежегодно простирают свои изыскания во всех несовершенно исследованных морях, и может случиться и едва ли уже не случилось, что учиненные капитаном Беллинсгаузеном обретения [открытия] по неизвестности об оных послужат к чести иностранных, а не наших мореплавателей.
5. Назначение двух экспедиций для обозрения земного шара, в самых неприступных онаго пределах на юге и на севере, учиненное по собственному побуждению государя императора Александра Павловича, принадлежит к знаменитым, многоразличным его попечениям о приумножении полезных сведений, следовательно, описания о сих путешествиях принадлежат к повествованиям о приснопамятных покойнаго государя занятиях, на всеобщую пользу.
По всем сим причинам я предлагаю Комитету представить и просить господина начальника Морского штаба об исходатайствовании высочайшего повеления издать путешествие господина капитана Беллинсгаузена, согласно его желанию, в шестистах экземплярах.
Комитет на сие предложение согласился и представил бывшему господину начальнику Морского штаба.
Его императорскому величеству благоугодно было повелеть нужную по исчислению на сие сумму 38 052 рубля отпустить из кабинета Его величества и издание обратить в пользу господина Беллинсгаузена.
В предлежащем описании, которое состоит в двух частях, с атласом из 19 карт и 44 литографированных разных рисунков, читатели увидят необыкновенные морские подвиги вице-адмирала Беллинсгаузена, контр-адмирала Лазарева, начальствовавшего другим шлюпом сего отряда, и всех бывших с ними.
С того времени, как вице-адмирал Крузенштерн совершил первое путешествие мореплавателей наших вокруг света, многие суда отправлены были для отвоза разных потребностей на Камчатку, в Американские селения, а некоторые и для изысканий и обретений; все весьма удачно совершили возложенное на них дело; но все они шли, так сказать, по следам вице-адмирала Крузенштерна, который подал пример к совершению таковых плаваний.
Действия вице-адмирала Беллинсгаузена были совсем в других странах, ни одним русским мореплавателем неприкосновенных. Он простирал изыскания за полярный круг, среди льдов, противоборствовал крепким ветрам, при туманах, снегах и морозах; прекратил изыскания тогда токмо, когда встретил непреодолимые льдяные громады, между коих продолжал действовать три месяца.
На зимнее время пошел в меньшие широты, но вскоре возвратился к тем же многотрудным изысканиям, продолжал оные среди тех же препятствий от льдов и погод в течение трех месяцев; и тогда только пошел в обратный путь, когда увидел совершенную невозможность простирать плавание далее и, согласно данному предписанию, по совершении второй кампании, должен был идти к своим портам.
По сим необыкновенным морским подвигам имена вице-адмирала Беллинсгаузена, как начальствовавшего отрядом, контр-адмирала Михаила Лазарева,[1]1
Имя господина Лазарева здесь означается потому, что во флоте служат два его родных брата, которые по чинам их и по образу служения скоро могут быть контр-адмиралами.
[Закрыть] как начальствовавшего судном, останутся навсегда знаменитыми в летописях российского мореплавания.
Председатель Комитета
Голенищев-Кутузов[2]2
Голенищев-Кутузов Логин Иванович (1769–1846) – генерал-лейтенант флота; с 1822 г. председатель Ученого комитета Морского министерства. Принимал активное участие в публикации настоящего труда Беллинсгаузена и в получении необходимых государственных средств на его издание.
[Закрыть]
Назначение двух отрядов для изысканий. – Приготовление шлюпов «Восток» и «Мирный». – Государь император изволил быть на шлюпах. – Плавание из Кронштадта до Англии
1819 года, марта 25-го дня, господин морской министр адмирал маркиз де Траверсе[3]3
Де Траверсе Иван Иванович (Жан-Франсуа) (1754–1831) – адмирал; с 1811 по 1828 г. – морской министр; принят в русский флот из капитанов французской морской службы; с 1802 г. был главным командиром черноморских портов.
[Закрыть] объявил лейтенанту Лазареву 2-му, что государю императору угодно отправить для открытий две экспедиции: одну к Южному, а другую к Северному полюсу.
Первой предназначено осмотреть те части Южного океана, в которых никто еще не бывал, или в тех частях, которые уже известны, обозреть острова, коих не видали прежние мореплаватели. Сия экспедиция названа первым отрядом.
Другой надлежало, войдя в Берингов пролив, искать прохода по северную сторону Северной Америки и, обойдя оную, Западным океаном[4]4
Западный океан – Атлантический океан.
[Закрыть] возвратиться в Россию. Сия экспедиция названа вторым отрядом.
В сей отряд назначены: корвет «Открытие» и транспорт «Благонамеренный» под начальством капитан-лейтенанта Васильева[5]5
Васильев, Михаил Николаевич (умер в 1847 г.) – капитан-лейтенант, впоследствии вице-адмирал и генерал-интендант.
[Закрыть] и лейтенанта Глеба Шишмарева,[6]6
Шишмарев, Глеб Семенович (1781–1835) – капитан-лейтенант, впоследствии контр-адмирал и командир гвардейского экипажа; был дважды в кругосветном плавании: с 1815 по 1818 г. на бриге «Рюрик» и с 1819 по 1822 г. на шлюпе «Благонамеренный».
[Закрыть] в первый отряд шлюп «Восток» и транспорт «Ладога». Для начальства над сими двумя судами призван в С.-Петербург известный капитан-командор Ратманов,[7]7
Ратманов, Макар Иванович (1772–1833) – капитан-командор, впоследствии вице-адмирал; в 1803–1806 гг. плавал вокруг света на шлюпе «Надежда» в качестве ближайшего помощника И. Ф. Крузенштерна.
[Закрыть] который тогда, после претерпенного им кораблекрушения на мысе Скагене, находился в Копенгагене и ожидал лета, чтобы возвратиться в Россию. Слабое здоровье его, на службе расстроенное, не позволяло ему принять начальство в столь трудном предприятии. Господин Ратманов, с которым я был на шлюпе «Надежда» под командою капитана Крузенштерна во время путешествия его вокруг света, предложил господину министру, чтобы вместо его поручили мне начальство первым отрядом.
Вследствие сего я получил от г-на морского министра письмо от 24 апреля 1819 года в следующих словах: «Объявив государя императора волю г-ну вице-адмиралу Грейгу о немедленном отправлении вас в С.-Петербург, уведомляю о сем и вас, оставаясь уверенным, что вы поспешите прибытием сюда для принятия некоторых высочайших поручений и проч.».
Сей случай удалял меня из Севастополя, где я тогда с особым удовольствием служил командиром 44-пушечного фрегата «Флора» и имел поручение от главного командира Черноморского флота вице-адмирала Грейга в продолжение лета обойти на сем фрегате Черное море и определить географическое положение всех приметных мест и мысов. Для меня было бы лестно и приятно исполнить волю всеми любимого начальника, но надлежало отправиться в С.-Петербург.
По прибытии моем в столицу 23 мая г-н морской министр сказал мне: «Государю императору угодно предпоручить вам начальство над двумя шлюпами – «Восток» и «Мирный», которые назначаются для открытий в южных больших широтах и чтобы обойти льды вокруг Южного полюса».
Я немедленно отправился в Кронштадт для принятия шлюпов, которые уже были почти в готовности.
Приготовление шлюпов. До избрания настоящего начальника на шлюп «Восток», для приготовления и вооружения оного, назначен был главным командиром Кронштадтского порта господином вице-адмиралом Моллером 1-й лейтенант Игнатьев.
Шлюп «Восток», коего длина 129 футов 10 дюймов, ширина без обшивки 32 фута 8 дюймов, глубина интрюма 9 футов 7 дюймов, построенный в С.-Петербурге на Охтенской верфи корабельным мастером Стоке в 1818 году, признан от морского министра удобным для сего путешествия более потому, что капитан Головнин отправился кругом света в 1817 году на шлюпе «Камчатка» сего же размера и конструкции.
![](i_002.jpg)
Фаддей Фаддеевич Беллинсгаузен
По литографии У. Штейбаха, относящейся примерно к 1835 г.
Шлюп «Восток» построен был из сырого соснового леса и не имел никаких скреплений, кроме обыкновенных; подводная часть была скреплена и снаружи обшита медью в Кронштадте корабельным мастером Амосовым, под надзором коего докончена столярная работа и прочее.
![](i_003.jpg)
Михаил Петрович Лазарев
Гравюра И. Томсон, относящаяся примерно к 1835 г.
По приезде моем в Кронштадт, когда я увидел шлюп, первым бросился мне в глаза необыкновенной величины рангоут. А как мне надлежало простирать плавание не в лучшее летнее время, не в свободных и чистых местах при пассатных ветрах, не в хорошем климате и не поблизости своих или чужих портов, то я предполагал уменьшить рангоут и сделать некоторые другие перемены, но по причине позднего времени уже некогда было к сему приступить, и я довольствовался только тем, что еще возможно было доделать. Запасные стеньги, по просьбе моей, корабельный мастер приказал сделать тремя с половиною футами менее настоящих, которые предполагал я в море переменить, а настоящие стеньги убавить своими мастеровыми.
Лейтенант Лазарев 2-й, бывший четыре года волонтером на английских военных кораблях, потом продолжая служение в нашем флоте командиром принадлежащего Российско-Американской компании судна «Суворов», благополучно совершивший плавание кругом света в продолжение 1813, 1814, 1815 и 1816 годов, определен начальником транспорта «Ладога», который потом переименован военным шлюпом «Мирный». Не взирая на сие переименование, каждый морской офицер видел, какое должно быть неравенство в ходу с шлюпом «Восток», следовательно, какое будет затруднение оставаться им в соединении и какая от сего долженствовала произойти медленность в плавании. Величина шлюпа «Мирный» была в 530 тонн, длина 120 футов, ширина 30, глубина 15; построен корабельным мастером Колодкиным из соснового хорошего леса с железным скреплением для плавания в Балтийском море. Дабы сделать шлюп сей удобным к предстоявшему трудному плаванию и чтобы безопасно мог противустоять бурным стихиям Южного океана, государственная Адмиралтейств-коллегия предложила дать шлюпу достаточное скрепление и положить фальшивую обшивку.
Прекрасная погода благоприятствовала обшивке судов около двенадцати дней до такой степени, что плоты, на коих плотники и конопатчики работали, беспрестанно наполнены были зрителями из морских офицеров; они, принимая великое участие в отправлении сей экспедиции, к удовольствию нашему напоминали мастеровым о каждом гвозде, который, с намерением или без намерения, мог быть оставлен не вбитым; по окончании упомянутой работы приступлено к медной обшивке; железные рулевые петли переменены на медные, сосновый руль на дубовый; битенги, крамболы, комельсы сделаны все из дубу; одним словом, шлюп по возможности приведен в надлежащее состояние для предположенного плавания.
После некоторых между корабельными мастерами споров об образе скрепления для сего судна наконец решено было: чрез бимс в жилой палубе, также и на бимсы в кубрике, поставить железные стандерсы; в жилой же палубе чрез бимс приделать висячие кницы, удвоить рейдерсы, прибавить в носовой части два брештука цельного дерева к искусственным, сделанным из разных кусков; вверху и внизу в кормовой части транцы скрепить деревянными кницами.
Министр объявил волю государя императора переименовать транспорт «Ладога» в военный шлюп и дать ему название «Мирный», сообразно назначенному плаванию, а дабы шлюп имел вид военного судна, сделать на оном шек и стульцы.
Лейтенант Лазарев, с позволения министра, переменил на шлюпе своем рангоут, а паруса, такелаж и все внутренние переделки расположил по своему желанию. Артиллерия состояла из четырнадцати трехфунтовых пушек и шести карронад; гребные суда на оба шлюпа построены по планам, которые избрал г-н Лазарев.
Назначение офицеров и служителей. Когда шлюпы уже были почти готовы, мы приступили, по предоставленным нам правам, к избранию офицеров и служителей.[8]8
Служители – рядовой (неофицерский) личный состав кораблей.
[Закрыть] Не взирая на трудности и опасности, каковых надлежало ожидать в предназначенном плавании, число охотников из офицеров было так велико, что мы имели немалое затруднение в избрании. А так как на шлюп «Восток» нужно было только три лейтенанта и два мичмана, а на «Мирный» – два лейтенанта и два мичмана, то мы, к сожалению, не могли удовлетворить всех желающих быть нашими сотрудниками.
На шлюпе «Восток» состояли следующие чиновники:
Капитан 2-го ранга Фаддей Белинсгаузен (Начальник экспедиции и командир шлюпа «Восток».)
Капитан-лейтенант Иван Завадовский (Служил со мной семь лет в Черном море на фрегатах «Минерва» и «Флора»; я знал достоинства сего офицера.)
Лейтенанты:
Иван Игнатьев (Определен главным командиром Кронштадтского порта вице-адмиралом Моллером к вооружению шлюпа и по желанию господина Моллера оставлен на шлюпе.)
Константин Торсон, Аркадий Лесков (Приняты по хорошему об них отзыву известных морских капитанов.)
Мичман Дмитрий Демидов (По просьбе контр-адмирала Коробки.)
Астроном Иван Симонов (Экстраординарный профессор, обучавшийся в Казанском университете.)
Живописец Павел Михайлов (Академик Академии художеств.)
Штаб-лекарь Яков Верх (Избран флота генерал-штаб-доктором Лейтоном.)
Штурман Яков Парядин
Клерк офицерского чина Иван Резанов
Гардемарин Роман Адамс (Назначен морским министром по моей просьбе.)
Подштурманов унтер-офицерского чина – 2
Шхиперский помощник унтер-офицерского чина – 1
Квартирмейстеров – 4
Флейщик – 1
Барабанщик – 1
Матрозов – 71
Фельдшер – 1
Плотничный ученик 2-го класса – 1
Кузнец – 1
Плотник 2-го класса – 1
Конопатчик – 1
Парусник – 1
Купор – 1
Артиллерии унтер-офицеров – 2
Бомбардир – 1
Канониров 1-й статьи – 11
Деныциков у чиновников – 4
Итого – 117
На шлюпе «Мирный»
Лейтенанты:
Михаил Лазарев. Командир шлюпа
Николай Обернибесов
Михаил Анненков
Мичманы:
Иван Куприянов
Павел Новосильский
Штурман офицерского чина
Николай Ильин
Медико-хирург
Николай Галкин
Подштурман унтер-офицерского чина – 1
Подшхипер – 1
Боцман – 1
Квартирмейстеров – 2
Матрозов 1-й статьи – 44
Барабанщик – 1
Баталер – 1
Фельдшер – 1
Плотников – 2
Слесарь – 1
Конопатчик – 1
Парусник – 1
Купор – 1
Морской артиллерии унтер-офицер – 1
Канониров 1-й статьи – 6
Итого – 72
Заготовление провизии. Провизия и материалы для экспедиции заготовлены в С.-Петербурге, под надзором генерал-майора Миницкого, а потом, в отсутствие его, по указу государственной Адмиралтейств-коллегии, под присмотром капитан-лейтенанта Богдановича, деятельности и благоразумным распоряжениям коего мы весьма много обязаны. Долгом поставляю упомянуть здесь об именах тех лиц, которые честностью своею способствовали успехам экспедиции; худо приготовленная провизия может произвести непредвиденные болезни.
Солонину приготовляли купцы: С.-Петербургский Петр Иванов Шпанский; нарвский Петр Печаткин и С.-Петербургский мещанин Акинф Обломков последний известен уже по первому путешествию россиян вокруг света под командою капитана Крузенштерна; тогда солил мясо, которое в продолжение трех лет, быв в различных климатах, не портилось. Мясо сие находилось в хороших дубовых бочках, около шести пуд в каждой.
Геррат, булочный мастер, поставил нам хорошие крупичатые и пеклеванные сухари. Хотя малая часть из оных и попортилась, но причиною тому была сырость шлюпов, а не неискусство хлебника.
Кислой капусты, которую, несколько пересолив, снова для лучшего сбережения уклали в прочные небольшие бочки, отпущено было достаточно; она во все продолжение плавания нашего не испортилась.
Заготовляемый для нас бульон дощатый [в таблетках] не успел весь высохнуть, почему и взяли только осьмую часть заказанного количества, по два с половиной пуда на каждый шлюп. Мне кажется, ежели тот же приуготовленный бульон, когда еще не застыл, налить в хорошие, кругом запаянные и вылуженные жестянки, заткнуть оловянного пробкой и потом запаять, то, наверно, бульон сей, не имея сообщения с наружным воздухом, никогда или весьма долго не испортится.
Снабжение служителей одеждою и обувью. Как опрятная одежда и чистое белье, освежая тело, производят в человеке бодрость и некоторым образом отвлекают его от дурных поступков, то и положено снабдить служителей следующими необходимыми вещами.
На одного человека:
Матрозских мундиров и фуфаек суконных – 4
Брюк суконных – 2
Брюк летних фламского полотна – 6
Рабочих фуфаек канифасных – 4
Рабочих брюк канифасных – 4
Шинель серого сукна – 1
Шапок кожаных теплых – 1 фуражка
Шляпа круглая – 1
Сапогов теплых с сукном внутри – 1–2 холодных[9]9
Видимо, одна пара сапог теплых и две пары холодных.
[Закрыть]
Башмаков – 4 пары
Одеяло – 1
Постель – 1
Подушка – 1
Простынь – 4
Чулков шерстяных – 8 пар
Рубах холщовых – 11
Рубах фланелевых – 7
Награды денежные и жалованье. Дабы некоторым образом обеспечить состояние каждого и тем поощрить к трудным предприятиям, определено давать денежного жалованья около осьми раз более против производимого в обыкновенные кампании, а гг. офицерам и ученым сверх жалования производить столовые деньги, и, кроме того, еще до отправления нашего в путь, государь император соизволил повелеть выдать мне в награду пять тысяч рублей и на проезд из Черного в Балтийское море сверх обыкновенных прогонных денег тысячу рублей; лейтенанту Лазареву – три тысячи рублей, а всем офицерам и служителям годовое жалование не в зачет. Мы чувствовали в полной мере сию высочайшую милость и участие, которое государь изволил принимать в нашем положении, предупреждая недостатки, могущие встретиться в столь многотрудном, продолжительном плавании.
Избрания по ученой части. Государь император при отправлении сей экспедиции имел в виду приумножить сведения о земном шаре и ознакомить дикие народы с европейцами, а европейцев с дикими, также приумножить познания в естественной истории, и для того по высочайшему повелению министром народного просвещения избраны разные ученые и назначены в звание натуралистов: Мертенс в Галле и доктор Кунце в Лейпциге, которые обязаны были приехать в Копенгаген к 12-му числу июня; в должность астронома избран экстраординарный профессор Симонов, воспитанник Казанского университета; по живописной части императорской Академии художеств академик живописи Павел Михайлов.
Подарки, назначенные для диких. В случае обретения островов и других еще не известных берегов, а также в память пребывания нашего в разных местах поведено было оставлять и раздавать медали: важнейшим людям серебряные, а другим – бронзовые. Сии медали нарочно были вычеканены на С.-Петербургском Монетном дворе; на одной стороне оных изображение государя императора Александра I, а на другой – надпись: шлюпы «Восток» и «Мирный», 1819 года, т. е. время, в которое сии шлюпы отправлены.
Дабы побудить диких к дружелюбному с нами обхождению, а нам доставить возможность получить от них посредством мены свежие съестные припасы и разные изделия, отпустили в С.-Петербурге разных вещей, могущих нравиться народам, которые почти в первобытном природном состоянии:
Ножей разных – 400
Ножей чеботарных – 100
Ножей садовых – 20
Ножей в три четверти аршина – 2
Пил одноручных – 10
Пил поперечных – 10
Стругов в колодках – 15
Клещей малых и больших – 10
Долот – 30
Тисков – 10
Буравчиков – 125
Терпугов и напилков – 100
Рашпилей – 50
Топоров – 100
Шляхт – 50
Напарий – 50
Ножниц разных – 50
Огнив – 300
Колокольчиков, бубенчиков и свистушек – 185
Пестряди красной и синей – 500 арш.
Пуговиц старинных – 12 дюжин
Платков выбойчатых – 100
Бахромы разных цветов – 60 арш.
Тику полосатого – 100 арш.
Каламенку – 250 арш.
Труту березового – 10 фун.
Ниток крашеных – 10 фун.
Кремней – 1000
Гусарских курток – 10
Стаканов – 120
Графинов – 12
Проволоки медной – 100 фун.
Проволоки железной – 80 фун.
Барабанов – 1
Бубнов – 2
Рогов охотничьих – 5
Ночников в фонари – 24
Гребней роговых – 250
Гребней деревянных – 50
Игол разных – 5000
Запонок – 100
Свинцу в двух с половиной кусках – 10 пудов
Перстней – 250
Сережек – 125 пар
Бус – 20 кистей
Гранатов – 5 кистей
Бисеру мелкого и крупного – 20 кистей
Пронизок – 40 кистей
Светильни бумажной – 80 фун.
Свеч восковых – 1000
Ниток неводных – 12 пудов
Чугунной разной посуды – 271/2 пудов
Зеркал разных – 1000
Семян огородных и цветочных – 100 фун.
Калейдоскопов – 24
Зажигательных стекол – 18
Уд рыболовных железных больших – 6
Уд рыболовных из проволоки толстой и тонкой – 1800
Красной байки – 218 арш.
Синей и зеленой фланели – 62 арш.
Одеял байковых – 70
Табаку витого – 26 пудов 32 фун.
Перед отправлением моим я получил четыре следующие инструкции.
I. Морского министра
Его Императорское величество, вверив первую дивизию, назначенную для открытий, капитану 2-го ранга Беллинсгаузену, соизволил изъявить высочайшую волю касательно общего плана сей кампании нижеследующим:
Отправясь с Кронштадтского рейда, до прибытия в Бразилию, он должен будет останавливаться в Англии и Тенерифе.
Коль скоро наступит удобное время в сем году, он отправится для обозрения острова Георгия, находящегося под 55° южной широты, а оттуда к Земле Сандвичевой, и, обошед ее с восточной стороны, пуститься к югу и будет продолжать свои изыскания до отдаленнейшей широты, какой только он может достигнуть; употребит всевозможное старание и величайшее усилие для достижения сколько можно ближе к полюсу, отыскивая неизвестные земли, и не оставит сего предприятия иначе, как при непреодолимых препятствиях.
Ежели под первыми меридианами, под коими он пустится к югу, усилия его останутся бесплодными, то он должен возобновить свои покушения под другими, и не упуская ни на минуту из виду главную и важную цель, для коей он отправлен будет, повторяя сии покушения ежечасно как для открытия земель, так и для приближения к Южному полюсу.
Для сего он употребит все удобное время года; по наступлении же холода обратится к параллелям, менее удаленным от экватора, и, стараясь следовать путями, не посещенными еще другими мореходцами, пойдет к островам Аукландским, пройдет проливом Королевы Шарлотты и спустится для снабжения провизиею и отдыха экипажу в Порт-Жаксон,[10]10
Порт-Жаксон – залив, в котором расположены порт и город Сидней.
[Закрыть] что может случиться около первых числ апреля 1820 года.
Отдохнувши, запасшись всем нужным и исправившись, командир 1-й дивизии отправится из Порт-Жаксона и направит путь свой к востоку в параллелях Новой Зеландии и северной части Новой Голландии;[11]11
Новая Голландия – прежнее наименование Австралии.
[Закрыть] потом обратится к островам Общества и Маркизы Мендозы; проходя наименее посещаемыми путями экваторной полосы, пойдет к обитаемым островам, к которым приставал Коцебу, и сделает изыскания о других с ними соседственных, о коих упоминали жители первых; обозрит острова Соломоновы; а ежели время позволит, и Новую Каледонию, и возвратится для отдыха в Порт-Жаксон или в южный порт Земли Диеменовой,[12]12
Земля Диеменова (или Вандименова) – остров Тасмания.
[Закрыть] когда, по предварительным осведомлениям, в сем последнем месте может он найти нужные провизии, подкрепить свежею пищею экипаж и приготовиться к дальнейшим покушениям к Южному полюсу.
По наступлении удобного времени к концу 1820 года 1-я дивизия снова отправится на юг к отдаленнейшим широтам; возобновит и будет продолжать свои исследования по прошлогоднему примеру с таковою же решимостью и упорством и проплывет остальные меридианы для совершения пути вокруг земного шара, обратясь к той самой высоте, от которой дивизия отправилась, под меридианами Земли Сандвичевой.
По окончании благоприятного для сих предприятий времени совершит обратный путь в Россию.
Его императорское величество, полагаясь на усердие, познания и таланты капитана 2-го ранга Беллинсгаузена и не желая стеснять его в действии, ограничивается указаниями главнейших предметов, для которых он отправлен, и уполномочивает его, судя по обстоятельствам, поступать как он найдет приличным для блата службы и успеха в главной цели, состоящей в открытиях в возможной близости Антарктического полюса.
В особенности рекомендуется ему иметь неусыпное попечение о сохранении здоровья экипажей, что во всякое время и во всех случаях должно быть предметом ревностнейших его стараний.
Его величество повелевает также во всех землях, к коим будут приставать и в которых будут находиться жители, поступать с ними с величайшею приязнию и человеколюбием, избегая сколько возможно всех случаев к нанесению обид или неудовольствий, а напротив того стараясь всемерно привлечь их ласкою и не доходить никогда до строгих мер, разве только в необходимых случаях, когда от сего будет зависеть спасение людей, вверенных его начальству.
Государь император изъявляет высочайшую волю морскому министру о вручении ему особенных инструкций касательно подробностей его плавания, о снабжении его всеми нужными сведениями, картами, сочинениями, инструментами, приличными цели его назначения, а также и вещами, нужными для мены с народами, с коими он будет иметь сношения.
Высочайшая Его величества воля есть, дабы чиновники по ученой и художественной части, назначаемые в сию экспедицию, были равным образом снабжены всеми потребностями, нужными для их взаимных действий и работ.
Его величеству также благоугодно, дабы, в случае весьма важных открытий, капитан 2-го ранга Беллинсгаузен отправил немедленно один из состоящих в команде его шлюпов с донесениями в Россию, но сие отправление судна должно быть учинено в несомненной уверенности о важности случая, продолжая между тем на другом предписанные ему действия.
Высочайше комфирмованную Его императорским величеством в 22 день мая инструкцию для вверяемой вам 1-й дивизии из шлюпов «Восток» и «Мирный» состоящей, препровождаю при сем к вам для надлежащего исполнения, прилагая купно в копии и данную г-ну капитан-лейтенанту Васильеву для 2-й дивизии.
Сверх сей инструкции и тех, которые получите от государственной Адмиралтейств-коллегии и Адмиралтейского департамента, за нужное считаю сообщить вам к исполнению:
1. Во всех местах, где будете приставать, должны стараться узнавать: нравы народов, их обычаи, религию, военные орудия, род судов, ими употребляемых, и продукты, какие имеются, также по части натуральной истории и проч.; равно узнавать, какой нации люди посещают более диких народов, кого они более любят, и другие подробности, касающиеся до торговли, мены и выгоды оных. Должно всегда быть осторожну и на море и на якоре от нападения морских разбойников и диких народов.
2. Имеете стараться разведывать о военном положении тех стран и портов, в коих быть случится, как там велики силы, крепости, пушки, оружия и проч., описывая все сие подробно и делая карты и планы всех портов, заливов и видимых берегов.
Чиновники ученой и художественной части в конце кампании обязаны отдать вам, как начальнику отряда, все журналы, подписав на оных каждый свое имя, дабы после можно было возвратить их, кому принадлежат, когда на сие последует высочайшая воля.
Когда случится быть у диких народов, то должно, лаская их, стараться обрести дружбу их, однако ж никогда не выпускать из виду опасения и быть всегда готовым предупреждать не только покушение, но не подавать им и мысли к нападению. Дикие, видя таковую осторожность, не осмелятся нанести вред.
Не должно никогда и никакого судна посылать к берегу без того, чтобы оно не было хорошо вооружено пушками, ружьями, саблями, пиками и прочее. Равно не может быть излишним приказание офицерам, которые будут командируемы на гребных судах, чтобы они имели всю осторожность и не разделялись бы и не удалялись от своих судов иначе, как оставя при них довольное число людей для обороны.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?