Читать книгу "Прав ли Бушков, или Тающий ледяной трон. Художественно-историческое исследование"

1. Общее положение в Советском Союзе.

СССР в настоящий момент энергично проводит пятилетний план строительства социализма. Этот план ляжет в основу грядущего развития Советского государства. Центральное место в этом плане занимает тяжёлая индустрия, в особенности те отрасли промышленности, которые связаны с увеличением обороноспособности страны. Те отрасли промышленности, которые непосредственно связаны с нуждами населения, идут во вторую очередь. СССР ценой больших жертв энергично развивает тяжёлую индустрию и ныне вступил в третий год проведения плана. До сих пор, в общем, цели, поставленные планом, достигались успешно, но в дальнейшем полагаю, что осуществление плана натолкнётся на ряд препятствий, что вряд ли удастся выполнить намеченную программу. Хотя жизненный уровень населения, приносимый в жертву государственной политике, стремительно летит вниз, приходится учитывать следующие особенности советского государства:

Система политического правления в СССР является самой настоящей абсолютистской диктатурой, и поэтому правительство может по своему усмотрению урезывать второстепенные участки хозяйственной жизни и бросать все финансовые и людские ресурсы на выполнение центральных моментов программы.

Производительность в Советском союзе по сравнению с капиталистическими государствами весьма низка, но в то время, как в последних финансовые ресурсы употребляются под углом зрения индивидуальных интересов, в СССР вложение капиталов производится исключительно с точки зрения развития государства.

Население Советского Союза слепо повинуется правительству и переносит всяческие лишения. (Курсив мой. – С. Ю.)

СССР имеет в изобилии естественные ресурсы.

Ввиду значительной отсталости СССР в хозяйственном развитии он может при минимальном усилии проводить развитие промышленности в успешных темпах. (Мысль интересная, хоть и сформулирована коряво. В самом деле, сменить запряжённый лошадью тарантас на «эмку» не слишком трудно, хотя переход от конной тяги к двигателю внутреннего сгорания есть качественный скачок. Гораздо труднее наладить выпуск на Горьковском автозаводе вместо «эмки», скажем, «Роллс-Ройса» или «Мерседеса», хотя под капотом будет в принципе всё тот же двигатель внутреннего сгорания. Этот пример частично объясняет секрет сталинских темпов развития. Впрочем, занюханным самураям, не сумевшим за последующие четырнадцать лет толком освоить хотя бы производство танков, не пристало разглагольствовать об «отсталости СССР в хозяйственном развитии». – С. Ю.)…

Система охраны и надзора в СССР поставлена весьма строго, и возможность консолидации антиправительственных выступлений исключается.

Оставляя в стороне вопрос о роли пятилетнего плана и о значении его (в положительном и отрицательном смысле) для народа, заключаем: основные моменты пятилетнего плана уже до известной степени осуществлены.

Однако нельзя думать, что по осуществлению этого плана жизненный уровень населения начнёт быстро подниматься.

Переходя от оценки экономических перспектив к перспективам идеологического порядка, нужно отметить, что ныне на ответственных постах советского государства стоят люди, прошедшие суровую закалку, но в будущем, когда это поколение сойдёт со сцены, можно полагать, что воинственность коммунистической партии начнёт деградировать. (Тут бравый атташе попал прямо пальцем в небо. – С. Ю.)…

Но в дальнейшем в области внутренней политики станут вопросы о сепаратистском движении (Украина, Кавказ, Туркестан) и о разногласиях внутри партии. Эти вопросы будут гангреной советской государственности и особенно пагубную роль могут сыграть во время войны. (А вот насчёт сепаратизма угадал, собака! Только эта гангрена поразила нас гораздо позже, чем он предполагал, ибо у товарища Сталина были от неё верные средства в виде ГУЛАГа и стенки.)

11. Вооружённые силы СССР.

а) В принципе СССР вовсе не агрессивен. (Ну, разве что в 1931 году и по сравнению с Японией… – С. Ю.) Вооружённые силы организуются исходя из принципа самозащиты. Советский Союз питает страх перед иностранной интервенцией. Рассуждение о том, что постоянное прокламирование внешней угрозы является одной из мер внутренней политики, имеющей целью отвлечь внимание населения, вполне резонное, но всё же основным стимулом в деле развития вооружённых сил является действительно страх перед интервенцией. (Можно и так сказать. Но с оговоркой, что лучший способ самозащиты – интервенция. – С. Ю.)

б) Основной целью пятилетнего плана является усиление вооружённой мощи. Руководители совправительства при каждом удобном случае открыто говорят об угрозе извне. Главным застрельщиком в деле усиления вооружений является компартия.

…Вооружение Красной Армии развивается в стремительных темпах.

в) Центральное внимание в деле вооружения армии сосредоточено на моторизации.

Имеется: 500 танков, из них 100 танков прибавилось в течение последнего полугодия.

Пять мотомеханизированных соединений: 4 отд. бригады и одна пехдивизия.

Химическое вооружение Красной Армии поистине достойно изумления. Химическая подготовка проводится в войсках и среди населения весьма интенсивно. (Это подтверждается и другими источниками. В романе Ильфа и Петрова «Золотой телёнок», действие которого происходит в 1930 г., в той главе, где Корейко смывается от Остапа Бендера, описаны как раз химические учения гражданской обороны. Помните? «Корейко не было. Вместо него на великого комбинатора смотрела потрясающая харя со стеклянными водолазными очками и резиновым хоботом, в конце которого болтался жестяной цилиндр цвета хаки. Остап так удивился, что даже подпрыгнул». (И. Ильф, Е. Петров. Золотой телёнок. См. примеч. 221.) – С. Ю.)

г) Воздушные силы: от 1700 до 2000 самолётов. Ориентировочная цель – организовать 200 авиационных рот.

В настоящий момент имеется, по моим предположениям, около 180. По части самолётов-разведчиков и истребительной авиации уже достигнут требуемый уровень; по-видимому, сейчас усилия сконцентрированы на бомбардировочной авиации. (Верно. Через восемь лет в монгольской пустыне японцы на своей шкуре почувствуют её мощь. – С. Ю.)…

…Военный бюджет увеличился вдвое в сравнении с 1929 годом. Нельзя упускать из внимания то обстоятельство, что расходы по военной промышленности в совбюджете финансируют в графе расходов по промышленности вообще, расходы на военное снаряжение идут в графе расходов по военной промышленности, а расходы по содержанию войск ГПУ идут не по смете военного и морского ведомства; что же касается расходов по содержанию казарм и по устройству маневренных плацев и т. д., то они включены в местный бюджет. Таким образом, между официальным военным бюджетом и реальным существует громадная разница.

На частные пожертвования строится большое количество самолётов. За прошлый год, таким образом, построено 330 самолётов.

Военизация населения.

Громадные усилия сосредоточены на военизации. Количественный рост Осоавиахима:

Январь 1929 г. – 3 млн. членов

Январь 1930 г. – 5 млн. членов

Январь 1931 г. – 9 млн. членов

Военизация распространяется даже на детские сады… (Пометка Сталина: «Осоавиахим пока одна прокламация». )

111. Выводы.

Не подлежит никакому сомнению, что Советский Союз в дальнейшем по мере развития экономической мощи, роста вооружённых сил начнёт переходить от принципа пассивной обороны к агрессивной политике.

Рассматривая общее состояние страны, можно заключить, что в настоящее время СССР не в силах вести войну. (Пометка Сталина: «Тэк-с». )

Настоящий момент является исключительно благоприятным для того, чтобы наша империя приступила к разрешению проблемы Дальнего Востока. Западные государства, граничащие с СССР (Польша, Румыния), имеют возможность сейчас выступить согласованно также с нами, но эта возможность постепенно будет ослабевать с каждым годом. (Этот абзац отчёркнут Сталиным.)

Если мы сейчас, проникнутые готовностью воевать, приступим к разрешению проблемы Дальнего Востока, то мы сможем добиться поставленных целей, не открывая войны. Если же паче чаяния возникнет война, то она не представит для нас затруднений. (Пометка Сталина: «Значит, мы до того запуганы интервенцией, что сглотнём всякие издевательства?)

(Дались всем эти Польша с Румынией, и японцам тоже! Скорее всего у подполковника настолько руки чешутся выхватить из ножен самурайский меч, что он готов видеть союзников хоть в папуасах. В то же время бравый атташе с прискорбием вынужден констатировать, что не видит в СССР достойного противника, что последний «не в силах вести войну» и скорее всего, струхнёт от одного вида японцев. Не знаю как вам, а мне решительно непонятна азиатская логика, позволившая сделать из всего изложенного такие выводы, зато очень хорошо известно, что товарищ Сталин издеваться над собой никому не позволял. – С. Ю.)

…При обсуждении вопроса о сокращении вооружений Япония вместо того, чтобы плестись в хвосте за Англией и Францией, должна занять максимально решительную позицию в отношении Красной Армии.

Иностранные военные атташе в Москве целиком разделяют это мнение. (Ну, ещё бы! Чему обрадовался, дурик? Да у них заветная мечта – стравить вас со Страной советов и поглядывать со стороны, злорадно потирая руки. Об этом мы ещё поговорим. – С. Ю.) Япония должна решительно отстаивать свою точку зрения в сознании своей правоты. В отличие от вопроса о флоте, державы вряд ли будут возражать против того, если мы в наших требованиях будем исходить из той концепции, что нашим противником будет Красная Армия. (Разумеется, не только не будут возражать, но будут всячески приветствовать. – С. Ю.)» (Лубянка. Сталин и ВЧК – ОГПУ – НКВД. Январь 1922 – декабрь 1936. См. примеч. 118.)

Конечно, и подполковника и даже посла здорово заносило. В 1931 г. японцам ещё только предстояло разбить Чан-Кай-Ши. Сидя в Москве, Касахара и Хирота с одной стороны видели в основном то, что им показывали, с другой – мало представляли реальные трудности, с которыми предстояло столкнуться императорской армии «на сопках Манчжурии». А трудности не заставили себя ждать. После первоначальных успехов, продолжая движение на юг и юго-запад Китая, десантируясь вдоль побережья, японские захватчики встретили ожесточённое сопротивление армии Гоминьдана. На подступах к Шанхаю японцы потерпели самое настоящее поражение и вынуждены были отойти. Неоднократно и жестоко японцы бомбили Шанхай под предлогом защиты проживающих там соотечественников (антияпонские выступления и погромы, надо сказать, прокатились по всему Китаю, что было вполне предсказуемо), но улучшить положение на фронте эти карательные акции не могли. США, Великобритания и Франция проявляли показное стремление выступить посредниками в урегулировании конфликта вокруг экстерриториального Шанхая, но втихомолку решили содействовать Японии. Поверив обещаниям «держав», китайцы в одностороннем порядке прекратили боевые действия и оставили город. Дело закончилось унизительным для Китая «Шанхайским мирным договором» 5 мая 1932г., согласно которому японцы получили право держать в «вольном городе» ограниченный воинский контингент. До весны 1933 года японская императорская армия топталась в Китае, так и не добившись перелома ситуации в свою пользу. Тут ещё Лига наций подвергла агрессора жёсткой критике, и хоть самураи чихать хотели на заявления этого международного клуба, но всё же испытали некоторый дискомфорт. Для сохранения душевного равновесия пришлось пригрозить покинуть благородное собрание, громко хлопнув дверью. Но и это не помогло придать динамизм боевым действиям. В конце концов, война завершилась майским перемирием 1933 г., на которое обе стороны пошли с явным облегчением. Китайцы признали потерю Манчжурии, а японцы согласились отвести свои войска на север.

Почему я так много внимания уделяю Японии? Потому, что Япония, как уже было сказано, к концу тридцатых выросла в действительно опасного противника, которому срочно потребовалось преподать урок – повторяю, именно Япония, а не Румыния, не Польша, не Англия с Францией, не кривляка Муссолини и уж тем более не фюрер германской нации с его худосочным Вермахтом образца 1939 года. Но пока Япония вынуждена взять тайм-аут. И это весьма кстати, потому как нам самое время обратиться на запад и посмотреть, что происходит в Европе. А там происходят события, инспирированные товарищем Сталиным. В Германии берёт власть Национал-социалистическая рабочая партия Адольфа Гитлера, противники которой – социалисты и коммунисты – не смогли договориться о совместном выступлении на выборах в парламент. И всё потому, что управляемая и финансируемая из Москвы германская компартия получила тайный сигнал Сталина проявить самую жёсткую принципиальность, казалось бы, при данных условиях неуместную. Но товарищ Сталин знал, что делает. Он совершил гениальный политический ход. Механизм саморазрушения Европы был запущен, отныне Гитлер будет всё больше наглеть, а Франция и Англия всё больше будут ему уступать, каждой уступкой надеясь развернуть его на восток. С приходом к власти нацистов Германия преображается. Фюрер стал давать немцам простые ответы на самые насущные вопросы. Ты голоден? Тебе нечего надеть и не во что обуться? Так дойди до ближайшего еврейского магазина, разбей витрину камнем и возьми всё, что тебе нужно! Такая же политика проводилась и на высшем государственном уровне. Богатые евреи отправлялись в концлагеря, а их состояния – в государственную казну. Тем евреям, у кого были заграничные банковские счета и капиталовложения, можно сказать, повезло. Их выпускали из страны, опять-таки, с тем условием, что всё добро окажется в нацистской казне. На полученные денежки фюрер потихоньку, всё ещё с оглядкой на Англию, Францию и версальские ограничения стал разворачивать военное производство, ибо понимал, что когда евреи иссякнут, средства к существованию придётся добывать грабежом соседей. Как и в Японии, и в СССР, милитаризация экономики привела к небывалому оживлению производства. Исчезла безработица. Гитлер позиционировал себя как вождь всей нации, с одной стороны умеряя жадность промышленников-работодателей, с другой – увещеваниями и репрессиями смиряя протестные настроения рабочих, в результате чего межклассовые отношения значительно потеплели. Тот, кому не досталось места за станком, брал лопату и шёл вкалывать на строительстве автобанов (были созданы трудовые лагеря, напоминавшие отряды американского «сивил констракшн корпс»). Вскоре сеть превосходных автомобильных дорог расчертила Германию с запада на восток и с севера на юг. Это опять же было хорошо в военно-стратегическом отношении, поскольку позволяло при необходимости совершить быстрый манёвр войсками и техникой.

Общественная жизнь немцев также преобразилась. Куда только подевались уныние и безнадёжность веймарских времён! Фюрер делал всё, чтобы немцы вновь, как при кайзере Вильгельме, ощутили себя единой великой нацией, да что там – куда более великой и единой. То все вместе, всей Германией, едим суп за столами на улицах и площадях. То опять же все вместе, на тех же улицах и площадях поём, по немецкому народному обычаю раскачиваясь в обнимку. То взираем на роскошные празднества с военными парадами и маскарадными шествиями, где маршируют по улицам средневековые воины-пехотинцы со свастикой на груди, проезжают верхами драгуны времён короля Фридриха в напудренных париках и треуголках, или рыцари, везущие впереди себя на сёдлах прекрасных дев с соколами в руках… Всё это сопровождается зажигающей души музыкой, в вечернее время – фейерверками и иллюминациями. Кроме того, простых немцев толпами стали возить в морские круизы на белоснежных лайнерах, таких, как специально построенный «Вильгельм Густлов». Казалось, вся Германия плыла к победам и счастью, будущее сияло впереди безоблачным голубым небом!

Внешнеполитические горизонты тоже разворачивались невиданные и манящие. Звериным нюхом фюрер чуял, что нужен всем. Нужен Англии и Франции против Сталина. Нужен Сталину против Англии и Франции. Нужен европейским окраинам Италии и Испании, стремящимся занять более значительное политическое положение в Европе. Нужен далёкой Японии, вступившей на Дальнем востоке в соперничество с Англией и Соединёнными Штатами. А потому фюрер не стеснялся требовать и брать. При этом потенциальные жертвы ослеплялись наглым блефом, их воля к сопротивлению парализовалась умело внушённым страхом.

Первой жертвой стала прекрасная Альпийская республика, Австрия – населённый австрийскими немцами обломок недавно ещё могучей Австо-Венгерской империи. Немцев вообще много и все они разные – пруссаки, баварцы, саксонцы, вестфальцы… То, что фон Бисмарк объединил их в одно государство под главенством Пруссии, можно воспринимать, как историческую закономерность, а можно – как причудливый исторический курьёз. Соотечественники фюрера австрияки умудрились отсидеться в сторонке, и с его точки зрения это было форменным безобразием. Место всех немцев – в Третьем Рейхе! А потому в Австрии ещё в двадцатые годы создаётся ответвление Германской Национал-социалистической рабочей партии, из наиболее решительных и физически развитых её членов формируются австрийские отряды СС, часто маскирующиеся под спортивные организации. По другую сторону границы из проживающих на территории Германии этнических австрийцев создаётся Австрийский легион, члены которого снуют туда-сюда из Германии в Австрию и обратно, вроде бы навещая родственников, а на самом деле выполняя секретные поручения германских спецслужб. Первая попытка аншлюса предпринимается в 1934 году. Результаты: ярый противник объединения с Германией канцлер Дольфус убит, но среди местных полицейских и военных чинов нашлись решительные люди, сумевшие подавить австрийский нацистский путч. Наци в Австрии сникают, многих отправляют за решётку. Но фюрер не обескуражен неудачей. Продолжается закулисная возня, подпольная вербовка и финансирование сторонников аншлюса. Дело облегчается тем, что новый австрийский канцлер старикашка фон Шушниг боится повторить судьбу Дольфуса. Посаженных австрийских наци постепенно выпускают, более того – назначают на важные административные посты. Нацистско-юнионистская пропаганда усиливается, судьям и полицейским потихоньку угрожают расправой за преследование местных нацистов. У страха глаза велики, фюрер прекрасно это знает! Дело доходит до смешного. В феврале 1938, когда напряжённость в Австрии достигает пика, офицерам немецкой армейской разведки «абвер» отдаётся приказ взять радиостанции, рассеяться по приграничным районам и имитировать войсковой радиообмен, создавая видимость сосредоточения частей вермахта для интервенции. Фон Шушниг впадает в панику и соглашается на требование Берлина назначить министром внутренних дел известного австрийского наци адвоката Артура Зейсс-Инкварта. Дальше – ещё смешнее. Поддержанный угрозами и ультиматумами Берлина, Зейсс-Инкварт спихивает фон Шушнига и сам садится на его место. Федерального президента Микласа (нечто вроде английской королевы в австрийском исполнении) осмелившегося, видите ли, не утвердить новое правительство, нейтрализует группа молодцов из «Венского Гимнастического союза» во главе с видным молодым гимнастом Отто Скорцени. Прочие эсэсовцы шустро захватывают все венские правительственные учреждения и важные объекты города. Дело сделано!

И только тут австрийскую границу переходят «полторы калеки» германского вермахта. И хотя танки ломаются, грузовики и бронемашины глохнут, а зольдатики вынуждены натирать ноги пешим ходом, начало европейскому блицкригу положено.

Продолжение следует немедленно. Немцы ведь живут не только в Австрии, но и в Чехословакии, которая тоже возникла на карте Европы совсем недавно, после Первой мировой войны, и тоже за счёт части земель бывшей Австро-Венгерской империи. В составе Чехословакии – Судетская область, населённая почти исключительно немцами, около трёх миллионов жителей. Будет только справедливо, если эта область отойдёт к Рейху. И потому параллельно с австрийским примерно по тому же сценарию развивается судетский спектакль. Тоже организуется пронацистская Германская партия Судетов во главе с неким Конрадом Генлейном, агрессивно агитирующая сперва за судетскую автономию, а там и за отделение от Чехословакии и присоединение к Германии. Партия тоже проникает через своих членов везде и всюду, опутывая государственные структуры и частные предприятия. Германские дипломаты и спецслужбы оказывают ей финансовую и «техническую» помощь. По ту сторону границы, на территории Германии, формируется Судетский Добровольческий корпус. Обстановка постепенно накаляется, и когда чешские власти начинают аресты среди сепаратистов, добровольцы переходят границу, начиная партизанско-террористическую войну.

Гитлер умело блефует, создавая впечатление, что готов санкционировать вторжение в Чехословакию и регулярных частей вермахта, то есть вступить с ней в войну официально. Впечатление он создаёт в первую очередь у своих генералов, всех этих бломбергов, беков, браухичей и гальдеров, и те впадают в панику. Ведь у Чехословакии есть могущественный союзник – Франция. А на стороне Франции вполне может выступить и Англия. «Фюрер сошёл с ума…», – шепчутся генералы. У Германии танков, орудий, боеприпасов, бензина и прочего только-только чтобы прорвать чешские приграничные укрепления, а тем временем французы… Дело доходит до того, что начальник Генерального штаба Гальдер даже разрабатывает план военного переворота на случай, если фюрер отдаст приказ наступать. Но фюрер не так глуп, чтобы воевать взаправду. Он только создаёт нужное впечатление – и у французов с англичанами тоже. Проводится весьма грамотная и хорошо скоординированная кампания дезинформации, в которой участвуют и абвер адмирала Канариса, и СД рейхсфюрера Гиммлера, и люфтваффе рейхсмаршала Геринга, и рейхсминистерство пропаганды доктора Гёббельса. «Деза», похоже, достигает цели. Во всяком случае, и по строкам французских и английских разведывательных донесений, и по страницам тамошних газет проносятся с огромной скоростью несуществующие армады немецких бомбардировщиков и истребителей, крадутся стаи коварных немецких субмарин, которых нет ещё и в помине и так далее в том же духе. Французский и английский обыватель даже в панике – у всех ещё свежа в памяти мировая война, все помнят недавнюю трагедию маленькой испанской Герники, разбомблённой стервятниками из легиона люфтваффе «Кондор». Государственное руководство обоих держав тоже верит слухам. Или делает вид, что верит. Это очень удобная позиция для правящих кругов – следовать миролюбивым настроениям встревоженной общественности. Эта позиция прикрывает их тайное желание конфликта меж двумя диктаторами. И французы, и англичане спят и видят, чтобы Гитлер и Сталин вцепились друг другу в глотку. Особенно англичане с их островным менталитетом и давними традициями мутить воду на континенте. Французы всё же более осторожны. Оно и понятно – Гитлер у них под боком. Ещё в апреле 1938 года, после аншлюса, французский премьер Даладье и министр иностранных дел Боннэ пытаются добиться от англичан гарантий их выступления на стороне Франции в случае новой войны с Германией. Английский премьер-министр лорд Чемберлен держится, как само воплощение туманной политики туманного Альбиона, его ответы столь двусмысленны и неопределённы, что французы впадают в растерянность. Впрочем, усмирять Гитлера они всерьёз и не собирались, это всего-навсего очередной блеф, чтобы тот не слишком зарывался. Но защищённые проливом островитяне решают наоборот поощрить агрессора и увлекают французов в кильватер своей политики. Франция, начав сдавать своих союзников, сама того не ведая, вступает на путь собственной гибели. Французы всё же уверены, что напасть на них Гитлер не посмеет, а если и посмеет, то есть же линия Мажино…

Чемберлен продолжает исполнять партию первой скрипки в подлом деле. Он уверен, что сдача на съедение германцам славянской страны ослабит позиции Сталина и подтолкнёт Гитлера к развитию агрессии в восточном направлении. Накануне встречи с фюрером в резиденции последнего Берхстесгадене английский лорд заявляет следующее: «Я сумею убедить его, что у него имеется неповторимая возможность достичь англо-немецкого понимания путём мирного решения чехословацкого вопроса. Обрисую перспективы, исходя из того, что Германия и Англия являются двумя столпами европейского мира и главными опорами против коммунизма, и потому необходимо мирным путём преодолеть наши нынешние трудности… Наверное, можно будет найти решение, приемлемое для всех, кроме России». (Год кризиса: Документы и материалы. 1938 – 1939. См. примеч. 119.)

«Мирное решение чехословацкого вопроса» по Чемберлену предполагало сначала отторжение в пользу Германии Судетской области (что и было оформлено Мюнхенским соглашением 29 сентября 1938 г. за подписями Гитлера, Чемберлена, Даладье и Муссолини), а потом и полную аннексию Чехословакии Германией. Но если даже в отношении приносимой в жертву Чехословакии Чемберлен предпочитает напрямую не высказываться, а в отношении Германии прямо-таки лучится показным дружелюбием, то в отношении СССР все эти дипломатические тонкости, по мнению британского лорда, совершенно излишни.

Трагедия продолжается. Ведь в Чехословакии, кроме немцев, есть и другие национальные меньшинства, например, те же словаки. Правдолюбивому фюреру необходимо защитить и их интересы тоже. В Мюнхене он уже добился для них автономии, а теперь Словакия при поддержке Германии требует полного отделения! Ну, а что там вокруг Праги останется после этого? Достойны ли эти ошметки государственного суверенитета? В общем, в марте 1939 года Чехословакия, терроризированная и взорванная изнутри нацистами, превращённая в общеевропейского козла отпущения, перестаёт существовать. И хотя согласно мюнхенским договорённостям ничего такого не предполагалось, Чехословакии даже давались англо-французские гарантии независимости, Чемберлен и Даладье на этот раз вообще молча взирают, как Гитлер плюёт на их высочайшие подписи. Думаю, они с самого начала прекрасно понимали, что Гитлер не остановится после ввода войск в Рейнскую демилитаризованную зону, что ему мало будет Австрии, что его не удовлетворит присоединение к Рейху Судетской области и теперь, когда немецкие войска с триумфом вступают в Прагу, они знают, что это не конец, что это только увеличит аппетит агрессора. Знают, но надеются насытить чудовище, в конце концов скормив ему Россию. А там, глядишь, бесноватый фюрер ею подавится и вообще всё будет прекрасно.

Итак, Чехословакии больше нет. Судеты – в составе Рейха, Богемия и Моравия – под протекторатом Рейха, Словакия превращена в подконтрольное тому же Рейху марионеточное государство во главе с «президентом» епископом Тисо (нечто вроде Манчжоу-Го во главе с «императором» Пу И). Некоторые приграничные районы, населённые венграми, отходят к Венгрии. Подобно гиене на пиру льва часть добычи урывает Польша – ей достаётся Тешинский край. Ликованию немцев нет предела. Гитлер окончательно становится их кумиром, даже высокомерный и ортодоксальный в военном отношении германский генералитет вынужден заткнуться. И есть отчего! За какой-то год, можно сказать, не пролив и капли немецкой крови, фюрер завоевал два государства. Ну ладно – Австрия, она вроде как своя. Но Чехословакия! Просто так, ни за понюх табаку, немцам достаётся совершенно посторонняя прекрасная страна со всеми её крепостями, замками, церквами, монастырями, пивоварнями, ликёрными и стекольными заводами, карловарскими курортами, обувными фабриками Бати, мощной машиностроительной промышленностью – всей её развитой экономикой, построенной на украденное русское золото. Всё же божественное Провидение, видимо, существует, и если не вознаграждает праведников, то хоть карает грешников…

Уж как-то так само собой получилось, что фюрер, разлакомившись, мимоходом прихватил и литовский портовый город Клайпеду (Мемель). Как говорится, мелочь, а приятно. Большинство населения в городе составляли немцы, а потому всё происходило по накатанному сценарию: пронацистская партия – отряды СС – скандал – ультиматум – аншлюс. Чтобы отметить это событие, фюрер 24 марта 1939 года прибыл в Клайпеду на борту крейсера «Дойчланд» в сопровождении армады из сорока других военных кораблей. На тесной городской площади с балкона театра он толкнул перед собравшимися одну из своих зажигательных речей. Мемель отныне будет мощной немецкой военно-морской базой, форпостом кригсмарине на Балтике! И это вполне справедливо, так как все немцы должны жить под одной крышей. А если им не хватит места, то они должны завоёвывать себе жизненное пространство везде, куда только глаза глядят. И это опять-таки справедливо, поскольку германская раса является сливками человечества, а остальные так, унтерменши-недочеловеки. Счастье человечества состоит в счастье немцев! Дойчланд юбер аллес! Зиг… Хаааааааайль!

Ну, а что же товарищ Сталин, что он делает всё это время, как относится ко всему происходящему? А товарищ Сталин как всегда в своём репертуаре – работает на публику. Возмущается, настойчиво предлагает обуздать агрессора (которого недавно сам втихомолку подтолкнул к власти). Даже демонстративно сосредоточивает у западных границ тридцать пехотных и десять кавалерийских дивизий. Товарищ Сталин может делать и говорить всё, что угодно, так как знает, что от его слов и поступков толку никакого не будет. С Чехословакией у СССР договор о военной помощи, но с маленькой оговорочкой: Чехословакия примет советскую помощь только в том случае, если аналогичную помощь окажет Франция. Да и как добраться до этой самой Чехословакии? Либо через территорию Польши, либо через территорию Румынии, а румыны и поляки с ума ещё не сошли, чтобы пускать на свою территорию советские войска. Чехословакия, Румыния и Польша Гитлера опасаются явно меньше, чем Сталина. Франция и Англия тоже не желают видеть Красную армию в Чехословакии и Германии, ведь Гитлер ещё не созрел, чтобы тягаться со Сталиным на равных. В общем, товарищ Сталин с сознанием выполненного долга может умыть руки. Братьям-чехам (и всем прочим братьям в Европе и по всему миру) придётся подождать до начала задуманного им наведения всеобщего порядка в человечестве, благо уже недолго осталось.

«Это можно было назвать международным покером, т. к. все блефовали, внимательно наблюдали друг за другом, искали выигрышные комбинации и союзы». (С. и Е. Рыбас. СТАЛИН. Судьба и стратегия. См. примеч. 120.) Вот именно, «блефовали, наблюдали, искали…», особенно удачно блефовал Гитлер, беря на испуг неслабые европейские государства вроде Австрии и Чехословакии, и только товарищ Сталин работал. Создавал действительно могучую материальную базу для предстоящей войны и дирижировал из-за кулис европейским оркестром, дёргал за ниточки покеристов. При этом не замечал, что кое-кто из-за океана водит на поводу его самого.