Читать книгу "Сэндвич из Юбари, или Паноптикум трех времен. Книга первая"

– Элен, здравствуй! Ты можешь мне указать вход в катакомбы? В «Альтернативе» чёрт ногу сломит! Не поймешь, что происходит. Вооруженные люди вместе с Питером охотятся на нас и загоняют, как дичь. Я их чувствую, они уже на подходе к поселению. Подробности не спрашивай, так как я сам ничего не знаю. Так поможешь нам?

– Погоди, – сказала она и пошла к входной двери, затем послышался крик, это Элен кого-то позвала.

Хозяйка вернулась и, отворив вторую створку, скомандовала:

– Быстро подавайте вещи и сами залезайте через окно. Быстро-быстро! Не медлите! Вооруженные люди уже спускаются с холма! Эй, Свен, помогай!

В окне появился белобрысый парень и начал принимать у нас вещи. В этот момент меня посетили сомнения, мол, зачем Элен зовет нас к себе, когда сюда приближается отряд «Осьминогов»? Она что, нас под кровать хочет спрятать или не пустит их в дом? Но поселенцы наверняка видели, как мы к ней приехали, кто-нибудь нас обязательно сдаст.

– Ну! Быстро! – не по-женски рявкнула она, увидев мое замешательство.

Вставая на капот, мы по очереди перебрались через окно в дом.

Когда все четверо оказались в горнице, Элен властным голосом приказала парню:

– Свен, садись в мобиль и гони отсюда к Щучьему омуту. Когда к нему подъедешь, ты на глазах преследователей свались на машине в омут. Потом проплыви под водой и выберись на другом берегу через камыши. Сюда вернешься позже кружным путем. Езжай быстро, но с таким расчетом, чтобы они тебя видели всю дорогу. Ты же бывший акробат, у тебя всё получится. У них три машины на взгорье стоят, а один человек смотрит в бинокль на деревню.

Свен внимательно выслушал и, судя по его азартным, горящим глазам, поручение пришлось ему по нраву.

– Всё, я погнал. Не переживай. Сам заночую у егеря и вернусь завтра.

Я вручил парню бейсболку Лося и напутствовал его:

– Надень! Потом бросишь в воду. Пускай плавает для достоверности.

Парень нахлобучил фуражку, заскочил в машину и помчался к Щучьему омуту. Элен перекрестила его вслед. Осторожно подкравшись к двери, я посмотрел в щель. Три армейских «гелендвагена», завидев добычу в виде нашего мобиля, не теряя времени, понеслись за Свеном. По дороге они собирали бойцов.

– Не переживай, они не успеют его догнать, – сказала Элен, – до омута всего четыре километра. Хитрость удалась, и противник клюнул на наживку – это самое главное, – потом спросила, – ты можешь в двух словах объяснить, что произошло в «Альтернативе»?

Мне пришлось вкратце рассказать о случившемся, не вдаваясь в подробности и не упомянув о коварстве Веронике.

– Нам надо срочно выйти через катакомбы за пределы «Паноптикума», затем я подключу свои связи и разберусь, что здесь случилось.

– Майкл, я дам вам совет. Вы убирайтесь отсюда, и забудьте на время про «Паноптикум», иначе все погибнете. Когда я выясню в чём дело, я тебе дам знать. А сейчас, – с этими словами она открыла погреб, куда вела лестница, – следуйте за мной.

Хозяйка первая спустилась в подвал, заполненный, как большинство деревенских кладовых, бочонками с вином и продуктовыми запасами. Вдоль стен стояли стеллажи, Элеонора, подойдя к одному из них, нажала на малозаметный рычажок. Средняя полка, бесшумно скользнув в сторону, открыла тёмный лаз. Собирая нас в путь, она выдала нам ручные и налобные фонари, компас, пачку батареек, свечи, фосфорные мелки в герметичной упаковке.

– Если вдруг заблудитесь, ставьте мелками метки, чтобы не ходить по кругу, – подавая моток толстой капроновой веревки, проинструктировала: – Запомните! Это важно! Вы должны идти строго на север по левому проходу катакомб. Это самый сложный маршрут, но наиболее короткий для выхода за территорию «Паноптикума». К сожалению, я не могу созвониться с Рыжим Фредом, он бы вас вывел из пещер без проблем, но связь вторые сутки не работает.

– Связь по приказу Питера блокируют, – объяснил я.

В этот время наверху громко застучали в дверь, и раздался грозный голос:

– Срочно откройте! Это служба безопасности! Мы разыскиваем опасного преступника Майкла Гросса!

Элен нас перекрестила и крикнула:

– Иду! Иду! Минутку!

Мы по очереди нырнули в низкий проем, дверь за нами закрылась, и пугающая чернота подземелья окутала нас.

Вэл включил фонарь и, направив луч света в темноту, сказал:

– Спасибо тебе, за помощь, прекрасная Элен, – потом посмотрел на меня и похлопал по плечу. – Не расстраивайся, Майкл! Надеюсь, у тебя с Вероникой всё наладится, я это чувствую.

Часть четвертая Катакомбы «Паноптикума»

Глава 1. Плохие новости, или подземные пираньи

– Болтать некогда, – ответил я, не желая обсуждать эту тему, – начинаем движение. Я иду первый, Чак – замыкающий. Не растягиваться и не отставать. Пока время наш союзник, если успеем подальше уйти отсюда, то у нас появится шанс. Этих людей раньше видели в пещерах, они отлично вооружены, и у них есть приборы ночного видения. Короче, вперед, труба зовет!

Вскоре стало ясно, что мы оказались в классическом, извивающимся зигзагом, надеюсь, удачи, пещерном проходе. Пахло сыростью, затхлостью и слышался печальный звук падающих капель воды, это плакали катакомбы. О ком? О чём?..

Первые метров пятьсот мы шли по ухабистому, но вполне сносному пути. Спустя полчаса туннель перед нами раздвоился, и мы, памятуя совет Элен, взяли левее. Всё чаще стали попадаться каменные завалы, дорога ухудшилась и, как следствие, скорость передвижения нашего отряда заметно упала. По мрачным морщинистым склизким стенам сочилась влага, воздух стал более сырым и тяжелым.

С час мы прыгали как подземные козлы через преграды. Друзья держались молодцом и упорно боролись с каждым метром сложного пути. Вскоре проход разделился на три низких, не выше человеческого роста, туннеля. Снова взяли левее и с первых же шагов осознали, что предыдущие препятствия – это детские забавы по сравнению с узкой дорогой, выложенной из наклоненных в разные стороны каменных барьеров с острыми ребрами, похожими на жабры гигантских рыб, хаотично раскиданных по пещере. Со стороны наше передвижение походило на замедленные съемки соревнований по преодолению препятствий, за одним лишь исключением, что мы не перепрыгивали острые зубчатые преграды, а переползали в нелепых позах.

Когда организм потребовал отдыха, сделали привал, расположившись между каменными жабрами. Легко перекусив и сделав по несколько глотков коньяка, двинулись дальше, продолжая пробиваться через заторы еще несколько часов. Но всё когда-нибудь в этом мире да заканчивается – кукушка не даст соврать. Вскоре потолок пещеры стал выше, барьеры попадались реже, поэтому настроение наше заметно улучшилось. Посмотрев на часы, я определил, что прошло около семи часов, как мы спустились в катакомбы, потом попытался прикинуть, какое расстояние было нами преодолено, и получилось, что максимум пару километров, настолько нас сильно затормозили каменные препятствия. Очевидно, что этот проход природного происхождения, а не дело рук человеческих, поскольку при разработках каменоломен пол в туннелях всегда выравнивали.

Внезапно ожил Осётр, предупреждая об опасности. Так, нужно разобраться, с чего это моя рыбка разволновалась. С начала охоты на крысу на Бобровом озере и последующей за нами погони у меня обострились чувства, и стали вновь востребованы армейские навыки, приобретенные во время боевых операций. Казалось, столько лет прошло, но нет – голова и руки помнят. Я лег на камни и стал слушать звуки подземелья. Спустя пару минут сложилась представление о надвигающейся угрозе. Навстречу нам пробирались пять-шесть вооруженных человек, клацающих карабинами о камни при прохождении препятствий. Находились они от нас метрах в двухстах.

Что делать? Вступать в бой? Нет, нельзя, так как наделаем шума на все катакомбы. Да и кроме меня, никто раньше из друзей не держал в руках оружия. Отступать назад по каменным жабрам? До каких пор? До Элен? Исключено. Но что нам делать?!

В этот момент я вспомнил, что по пути, всего в метрах ста от нас, видел узкий лаз в стене, но куда он ведет одному богу подземного царства Аиду известно. В любом случае в нём нужно схорониться, а позже решать по ситуации, что делать дальше. Не теряя времени, мы отступили и нырнули в узкий проем, идущий вниз под небольшим уклоном. Я пошел замыкающим, чтобы иметь возможность при необходимости дать отпор. Когда немного отползли и посовещались, то решили пропустить незнакомцев, а потом вылезти и продолжить движение.

Вскоре послышались шаги. Люди шли, не скрываясь, и громко разговаривали.

– Ну, я ему и говорю: «Не переживай, Златан, никуда твой чёртов журналист не денется. Мы все проходы перекрыли. Он сто процентов в пещерах находится. Информация проверенная. У меня брат поселенец, и он рассказал, что их Элен утром в пещере скрыла от Флеминга».

– Ты не знаешь, чего это он на этого журналиста взъелся? – спросил второй.

– Какая тебе разница почему, – ответил албанец, – главное, что Златан награду объявил за него, так что скоро загоним его как оленя, и получим…

Они прошли дальше, и мы не услышали окончание фразы.

– Что будем делать, командир? – спросил Дэвид.

– Идти по проходу вперед нельзя. Череп перекрыл все ходы и выходы. Придется уходить по этому лазу.

***

Мы продвигались в полусогнутом состоянии по узкому проходу, пока не добрались до небольшой круглой площадки. От «пятака» в противоположные друг от друга стороны вели два невысоких лаза. Ну и куда нам идти дальше? Налево? Направо?

Вэл достал из кармана франк и сказал:

– Не будем терять времени. Орел – идем направо, решка – налево.

Монетка звякнула о каменный пол и покатилась к левому проему, затем остановилась на долю секунды, словно размышляла, какую судьбу уготовить беглецам и упала орлом.

– Направо. Идем направо, – сказал Дэвид, – вперед, Майкл, осилит дорогу идущий!

Я возглавил процессию по круглому наклонному проходу, напоминавшему извивающуюся канализационную трубу, обросшую мерзким, чавкающим при прикосновении, мхом и серо-бурой желейной плесенью. Высота лаза уменьшилась, и нам пришлось ползти. С каждым движением рук и ног раздавались мерзкие звуки хлюп-чавк-хлюп-чавк-хлюп, как будто лопались гнойники. Стояла духота, не хватало кислорода, пот катился градом, заливая глаза.

Чтобы отвлечься, постарался вспомнить всю информацию о подземном царстве «Паноптикума», полученную от разных людей. Это подземелье – огромная трехуровневая сеть пещер: вверху находятся катакомбы, где столетия назад добывали камень, там, пока нас не спугнули албанцы, мы и пробирались по левому проходу через барьеры по старинному руслу Плачущей реки. Потом она в какой-то момент пробила себе дорогу вниз на второй уровень, где и течет сейчас с многочисленными протоками и ответвлениями. Там целая сеть из больших и малых пещер, образующих подземные лабиринты, так как русло реки в течение тысячелетий менялось, и вода уходила, оставляя после себя проходы и туннели.

Сейчас мы двигаемся вниз, значит, так или иначе выйдем на второй уровень, где нам обязательно нужно найти Плачущую реку и двигаться вдоль нее на север, тогда рано или поздно выход наверх будет найден. Но по слухам есть еще таинственный, пугающий неизвестностью, третий уровень, куда, надеюсь, мы не попадем за ненадобностью. Ладно, разберемся, если прорвемся. Главное сейчас – это из этой мерзкой каши выползти. Эх, встретить бы Фреда, тот бы с закрытыми глазами нас вывел из подземного царства! Кстати, уже вечер и наши силы на исходе, поэтому необходимо найти безопасное и удобное место для ночевки. Не в этой же вонючей кишке нам спать.

Вскоре проход стал подниматься под небольшим углом, но далее он пошел круто вниз, и мы заскользили по гнусной жиже с приличной скоростью. Внезапно моя рука нащупала впереди пустоту, и фонарь при выходе из лаза осветил белесый плотный туман, полностью скрывающий, куда идти-ползти дальше. Мне пришлось резко затормозить и осторожно высунуть голову из дыры. Это действительно был густой насыщенный влагой воздух, поэтому видимость и стояла нулевая. Я свесился и попытался рукой нащупать твердый пол, но, увы, так ничего и не обнаружил. Передо мной стояла туманная загадочная пустота, и было совершенно непонятно, что за ней находится, и куда нам следует двигаться. Подумав, бросил вниз камешек, и спустя несколько секунд раздался звонкий бульк. Отлично, значит, вода находится близко!

Обвязав себя веревкой, дал один конец держать Дэвиду, а сам стал осторожно спускаться. Метров через пять туман исчез и показался круглый, как арена цирка, водоем. С опаской, вдруг какая-нибудь природная ловушка, оглядел поверхность озерца и медленно в него погрузился. Ох! Красота! Блаженство! Как же хорошо! Мое тело оказалось на удивление в теплой и чистой воде, о чём я и сообщил друзьям, с нетерпением ожидавшим от меня весточки. В первую очередь я с наслаждением смыл с лица липкую грязь, потом осмотрелся и на противоположной стороне перед каменной стеной увидел небольшой выступ-площадку. Так, посмотрим, можно ли ее использовать для ночлега? Сделав руками с десяток гребков, забрался на ровную поверхность, вполне пригодную для комфортного размещения четырех человек. С правой стороны виднелась большая черная дыра в стене, когда посветил вовнутрь проема, то обнаружил, что высота прохода позволит передвигаться в полный рост. Ладно, завтра разберемся, когда проснемся. Сейчас же помоемся, поужинаем и отбой в войсках!

Друзья спустились и растянулись обессиленные на каменном ложе, показавшемся мягче пуховой перины. Отдохнув, решили залезть в воду и хорошенько помыться. Вэл разделся и первым сиганул в озеро, но тут же, вынырнув с воплем и круглыми от страха глазами, в мгновение взлетел дельфином над водой и с сочным шмяком приземлился на площадке.

– Там… там пираньи! Пираньи! Они кусаются! – крикнул он и для пущей убедительности раздвинул руки на ширину плеч.

Испугавшись за друга, мы внимательно осмотрели тело пострадавшего от подземных рыб-убийц, но укусов и ран при всём старании не нашли. Я посветил фонарем на воду, но злодеек не обнаружил, после чего решил проверить наличие хищников проверенным способом, отломив несколько кусочков печенья и бросив их в озеро. Сразу же возле приманки собралась стая бесцветных полупрозрачных рыбешек, похожих на обычных бычков, с аппетитом набросившихся на лакомство.

– Вэл, просто ты обнаженный очень аппетитно выглядишь, и рыбки приняли тебя за большое печенье, – подколол Чак.

– Проверь, тебе ничего не откусили, – посоветовал с сочувствием Дэвид, – а то Инга домой не пустит.

– Идиоты! – закричала несчастная жертва. – Там реально подземные пираньи, они сидят в засаде и ждут добычу.

– Вэл, согласись, при наличии в озере хищников этих бледных рыбок давно бы сожрали, – сказал Дэвид и прыгнул в воду, остальные последовали его примеру.

Надо признать, скоро и меня стали покусывать рыбешки, пробуя на съедобность, но после Вэла я им показался горьким, и они отстали. Мы легли спиной на воду и просто балдели, глядя на туманную крышу над головой, похожую под светом фонаря на старый пергамент. Нарушали наш покой лишь рыбки, соскучившиеся по общению, изредка напоминающие о себе легкими укусами. Стояло полное подземное беззвучие, казалось, мы очутились в фантастическом фильме, в автономной камере-бункере, где полностью отсутствуют шум, плач, гул, рев, стоны и грохот погибающей цивилизации, и где суждено выжить только последним четверым землянам…

– Вы дураки, что не верите. На меня реально напали хищники. Я их напугал криком, вот они и ушли на дно, – сказал обиженный Вэл.

– Завтра мы тебя орущего выпустим на бойцов Черепа, пускай они тоже на дно залягут от страха, – ответил Чак.

После купания мы наскоро поужинали и легли спать.

– Спокойной ночи, господа, – сказал я, засыпая, – утро вечера мудренее. Эх, знать бы, что день грядущий нам готовит!

Глава 2. Ужасающая красота, или Подземная битва на Плачущей реке

Утром рано проснулись, умылись, позавтракали и тронулись в путь. Уже больше суток прошло, как мы ушли от Элен, и по моим расчетам люди Флеминга, обнаружив пустой мобиль в озере, должны скоро начать охоту в катакомбах.

По проходу нам пришлось идти, слегка наклонившись, чтобы не биться головой о потолок. Так же, как и накануне, стены покрывала бело-желтая плесень, но было не так сыро и душно, как во вчерашней зловонной кишке. Постепенно ширина лаза уменьшилась, и нам пришлось передвигаться на четвереньках.

– Тихо! Вы слышите? – спросил Дэвид.

Все разом замерли и прислушались, действительно, издалека доносился неясный загадочный гул.

– Что это? – спросил Вэл.

– Похоже одновременно на шум падающей воды и женский плач, – предположил Чак.

Вскоре проход еще сузился, и мы стали ползти, толкая рюкзаки перед собой. Звуки, похожие на рыдающий гул водопада, то усиливались, то совсем исчезали, словно кто-то включал и выключал гигантский кран. Судя по изменившемуся материалу стен, мы находились под невысокими горами под названием Медвежье Ухо, находившимися в трех километрах на северо-востоке от поселения.

В конце пути лаз уменьшился настолько, что появились опасения попасть в тупик, о чём даже думать было жутко, но нам в итоге повезло, и мы, протиснувшись через горлышко проема, добрались до выхода. Но здесь нас ждал сюрприз. Когда моя голова появилась из отверстия, то я обнаружил, что мы выползли к тёмной реке, которая протекала ниже нас в метрах пятнадцати. Выбраться из щели можно было только на полуметровый выступ, расположенный под нами. Обнадеживало только то, что карниз тянулся вдоль каменного обрыва, и по нему можно было передвигаться.

– Что ты видишь? – спросил Дэвид.

– Вообще-то моя голова торчит из каменной стены на высоте пятнадцать метров над рекой. Именно вдоль нее нам придется идти по узкому карнизу как канатоходцам.

Я осторожно спустился и потопал ногами, проверяя крепость каменного выступа над водой. Нормально, крепка тропа, не улетишь черти куда.

Спустя пять минут мы стояли, прижавшись спинами к стене, и созерцали сумрачный каньон Плачущей реки. Сверху угрожающе свисали целые колонии мрачных разнокалиберных сталактитов, едва освещенных лучами солнца, пробивающимися сквозь редкие просветы в своде пещеры.

Казалось, мы попали во владения подземного короля-тирана, нанявшего дизайнера, предпочитавшего суровый и зловещий готический стиль. Вот он и натыкал от души в потолок исполинских дротиков, хищно нацеленных вниз в ожидании жертвы, да еще к ним хитрый механизм по велению заказчика приладил. Прикажет суровый правитель неугодным, не по-детски нашкодившим подданным сплавляться по реке, а сам начнет играть в кровавый дартс. Прицелится, высунув кончик языка от усердия, и нажмет на рычаг, отпускающий поочередно гигантские копья в свободное падение. Мечется ужом жертва в реке, пытаясь избежать смерти, но набил руку король в любимой игре. Меток он, ловок и азартен. Это вам не в кроликов стрелять или оленей, людишек-то гадких убивать куда приятнее и полезнее. Но, если попадется изворотливый мошенник да избежит гибели, так можно и помиловать да приблизить мерзавца к трону, поскольку в ловких подлецах всегда нужда имеется для травли неугодных, да плетения интриг ажурных. Для этого королям и ниспослана власть свыше, дабы ставить по своему усмотрению запятую в «Казнить нельзя помиловать»…

– Ужасающая красота, но в ней есть определенный шарм, – сказал Вэл. – Эх, поход бы устроить с хорошей компанией по этим местам.

– Странно, если мы спустились на второй уровень, то как сюда попадают солнечные лучи? – спросил Чак.

– Возможно, в этом месте на первом уровне разрушен свод. Меня больше интересует, откуда раздавался шум воды? – спросил Дэвид.

– Смотрите, – сказал Вэл, – на той стороне, чуть выше нас, карниз более широкий, наверное, метра два с лишним. Угораздило нас с этой стороны выползти, сейчас бы…

Он не успел договорить, так как уровень реки стал быстро и с шумом снижаться, и уже через пару минут показалось дно, в котором, к нашему удивлению, стало видно большое отверстие диаметром около двух метров, напоминающее кипящий котел с бурлящей водой, при этом бульканье с каждой секундой усиливалось.

Неожиданно Чак вскрикнул и указал рукой налево:

– Смотрите, смотрите!

В полумраке, метрах в двухстах от нас раздалось чье-то пронзительное рыдание, затем со дна реки вырвался высокий водяной столб, переливающийся золотыми бликами под солнечным лучом. Мы, разинув рты, наблюдали за чудо-фонтаном, но тот, потанцевав с минуту, рухнул с громким хлюпом, пронзительно взвыв на прощание.

Наш колодец к этому моменту, разбушевавшись не на шутку, он одновременно бурлил, шипел и хохотал, разбрасывая вокруг пену и пузыри. Внезапно раздался громкий, пронзительный плач, и из отверстия поднялся водяной столб. Когда он достиг апогея, и на его верхушке скрестились два узких солнечных лучика, то над ним заиграла небольшая, словно игрушечная радуга, находящаяся от нас всего в нескольких метрах. Холодные брызги нас освежили и подтвердили, что нам не мерещится невероятное природное явление. Спустя минуту фонтан издал горестный прощальный всхлип и с воем исчез, а за ним пропала и радуга.

– Что это было? – спросил Дэвид. – Гейзеры? Но они, по-моему, горячими должны быть.

– Чудо! – только и смог вымолвить Вэл.

Тем временем уровень воды в реке снова поднялся, а черное пятно колодца исчезло под спокойными переливающимися струями Плачущей реки.

– Нам надо спешить, потом всё обсудим, вперед, друзья, вперед! – скомандовал я. – Чак, ты идешь замыкающим, возьми мой «Бульдог» и по ходу движения периодически оглядывайся.

Первый раз за наш экстремальный поход мы почувствовали себя туристами, идущими в полный рост, а не прыгающими через препятствия козлами и не ползущими по плесени пещерных лазов ужами. Все шли и любовались гротескным сказочным видом подземелья, вдыхая полной грудью прохладный воздух. Карниз под ногами увеличился, и появилась возможность идти свободно, не рискуя свалиться в воду. Немного погодя Вэл предложил перекусить, и мы устроили пикник на обочине обрыва, расположившись стоя в ряд, как бычки в стойлах на «Золотой ферме». Слегка передохнув, вновь тронулись в путь.

Но радовались мы недолго, так как вскоре каньон значительно сузился, а ширина выступа – уменьшилась. Пришлось нам надеть рюкзаки на грудь и, прислонившись спиной к каменной стене, продолжить движение приставными шагами. За всё время пути мы еще два раза наблюдали, с интервалом в полчаса, за плачущими фонтанами. Солнечных лучей стало еще меньше, и катакомбы погрузились в сумерки, но мы пока обходились без фонаря.

Белеющие в сумраке сталактиты, нависшие над нашими головами, походили на зубы исполинского подземного хищника, готового в любой миг сомкнуть челюсти и превратить нас в кровавый фарш. Вскоре снова началось шоу с рыдающими фонтанами, но мы уже освоились и спокойно слушали, как назвал Чак – безутешный плач Земли.

Тем временем Осётр начал подавать признаки беспокойства, о чём я и сообщил товарищам. Пришлось остановиться и осмотреться по сторонам, пытаясь найти подвох или угрозу со стороны врага, при этом все чувствовали себя очень неуютно, так как возможности спрятаться или бежать полностью отсутствовали. Несмотря на то, что Осётр продолжал нервничать, мы ничего подозрительного не обнаружили. Безмятежный каньон не издавал никаких звуков, кроме тихого умиротворяющего журчания воды.

Держа оружие наизготовку, решили продолжить путь. Тропа стала еще уже, и нам приходилось спинами вжиматься в стену и осторожно делать шаг за шагом. Мне было страшно подумать о том, что нам придется возвращаться, если выступ оборвется.

Осётр стал нервничать еще сильнее. Что же за напасть мерещится моей рыбке? Пришлось вновь притормозить. Мой оберег раскалился уже не на шутку, но в каньоне стоял умиротворяющий покой подземелья.

Только мы возобновили движение, как в стене у противоположного берега, где у воды виднелась зигзагообразная узкая щель, стало заметно какое-то подозрительное мельтешение. Остановив наш отряд и приглядевшись, я увидел, как из лаза просачиваются ошметки черной субстанции, напоминающие густой дым, выходящий из трубы старого колесного парохода. Рваные клочья поднимались до потолка и обволакивали сталактиты пузырчатой смолянистой пеленой. Тут-то до меня и дошло, что это черные души пришли по наши души, и в связи с этим я находился в полном замешательстве, абсолютно не представляя, что предпринять, когда они нас атакуют. Бежать нам некуда, стрелять в них бесполезно, а в мелкую реку не прыгнешь, так как сразу же разобьешься, поэтому остается только читать молитвы, да по методу Кауфмана орать заклинания, ну и надеяться на чудо, как же без него, волшебного и родного.

Только из щели перестали поступать новые порции дыма, черный смрад под сводом задвигался и словно по команде разделился на сотни квадратов, спустя миг дружно сложившихся в боевые треугольники. Самый большой из них отделился от группы и помчался над рекой бреющим полётом, уводя за собой хищным клином черную стаю.

– Пронесло! – выдохнул я, но, как оказалось, радовался преждевременно…

Не прошли мы и пятидесяти шагов, как нам пришлось остановиться напротив очередного колодца, чьи бульки только начинали пробиваться сквозь падающую на глазах воду. Карниз здесь совсем сузился, и чтобы двигаться дальше, необходимо было включить фонарь, но тогда бы мы привлекли к себе нечисть, поэтому с освещением решили повременить до тех пор, пока черные пледы не удалятся от нас подальше.

На всякий случай я огляделся, пытаясь в полумраке каньона всё-таки найти какой-нибудь вариант для бегства в случае нападения врага. Безрезультатно… но стоп… стоп, а если попробовать прыгнуть прямо в эту дыру? Река вместе с каменным берегом здесь круто изгибалась, поэтому котел булькал фактически под нами. Всего скорее, пледы не смогут нас атаковать в воде, не думаю, что они любители плавать, а когда река поднимется, то мы начнем по ней сплавляться до следующего колодца.

Осётр вновь полыхнул с новой силой и я, посмотрев налево, увидел в полумраке несущуюся эскадрилью черных убийц. Первый раз они пролетели мимо, лишь задев нас правым крылом и обдав ледяным ветром с мерзким запахом. От соприкосновения с нечистью по коже забегали мурашки, и перехватило дыхание. Друзья испуганно смотрели на меня с немым вопросом: «Что, чёрт возьми, происходит?»

– Нас атакуют черные души. Встаньте плотнее друг к другу. Если я дам команду «Пошел!», то прыгайте по очереди в колодец и постарайтесь не промахнуться.

В это время стая развернулась под сталактитами и спикировала на нас, не долетев до карниза всего пару метров. Призраки-убийцы окружили жертв полукругом, трансформировавшись на глазах из треугольников в пледы, а затем, покачиваясь, стали тихо шебурчать между собой, при этом нас снова обдало сильным холодом и зловонием. Друзья не могли видеть монстров, как я, но все остальные прелести контакта с душегубами ощущали полностью. Испытывая настоящий ужас, мы плотно прижались друг к другу.

Закончив щебетать на своем призрачном языке, пледы стали приближаться, сжимаясь вокруг нас черной подковой. Далее всё пошло по знакомому сценарию: сердце забилось со скоростью и силой крупнокалиберного пулемета, а тело покрылось колючими мурашками. Убийцы шелестели между собой на непонятном языке, но я и без перевода понимал, что гаденыши в предвкушении приятной церемонии высасывания наших душ. Вскоре призраки приблизились к нам на расстояние вытянутой руки, при этом сердце, резко сбросив обороты, стало биться с перебоями, а по телу прошел сильнейший озноб с дальнейшим онемением конечностей.

«Надо прыгать, иначе будет поздно», – мелькнула у меня запоздалая мысль.

– Пше-ше-шел, – попытался заорать я, но язык меня не слушался, а изо рта вылетело еле слышное кваканье.

Меж тем злобствующий полтергейст, зажав в смертельные тиски четыре аппетитных организма, пребывал в прекрасном настроении, и казалось, что у плотоядно облизывающихся монстров текут невидимые слюни в предвкушении дружеской пирушки.

Мозг мой стал постепенно отключаться, еще несколько секунд и я превращусь в безвольного болванчика, поэтому, мобилизовав все свои силы, решил своим примером показать, как нужно прыгать, и попытался оттолкнуться от карниза. Безуспешно. У старого трухлявого пня получилось бы лучше. Еще попытка. Безрезультатно.

Воля моя была окончательно сломлена, но сознание точно не покинуло меня окончательно, так как я заметил, что поведение черной массы кардинально изменилось. Прямо на моих глазах подкова рассыпалась на треугольники, похожих на стаю перепуганных выстрелом ворон, заметавшихся от страха над рекой. Паралич и страх покинули мой организм вслед черным убийцам, захватив заодно с собой коллег из тел друзей, начинавших оживать и приходить в себя.

Так, что же произошло? В чём причина паники мерзких тварей? Вдруг я увидел, как слева и справа на черную стаю пикируют в атаке две боевых эскадрильи белых пледов.

– Спасены! – заорал я друзьям. – Спасены!

Наши освободители, окружившие вражью кодлу, действовали слаженно и молниеносно. Белые треугольники в мгновение трансформировались в купол и попытались заполонить неприятеля, но главарь черных душ, издавая пронзительные трели, перестроил ряды в большой единый треугольник и сумел вывести своих бойцов из-под удара. Далее они понеслись над водой, стремясь добраться до зигзагообразной спасительной щели, но там их поджидал мощный заслон из белых пледов, стоявших сплоченной непроходимой подковой и готовых в любую секунду окружить залетевшую в ловушку стаю врага.

Тогда вожак резко изменил курс и повел летучий отряд вправо, двигаясь резкими зигзагами. В ответ белые пледы перестроились в два отряда и понеслись вслед, но в тот же миг вражеский клин под сводом пещеры сделал фигуру высшего пилотажа, так называемую мертвую петлю и, развернувшись, разделился на шесть треугольников, рванувших в контратаку хищной стремительной стаей стервятников.

Наши спасители мгновенно перестроились в вытянутую подкову, похожую на рыболовный невод, и понеслись навстречу врагу. Перед самым столкновением, чтобы избежать ловушки, призраки-убийцы, минуя опасность, взметнулись под свод и просочились между сталактитами, затем они трансформировалась в острый клин и помчалась влево, стараясь уйти вверх по Плачущей реке.

Я уже не видел в полумраке черной стаи, слившейся с тёмной поверхностью реки, но зато рассмотрел, как вдали пространство между берегами перекрыла стена, сотканная из сотен белых пледов. По всем правилам военного искусства они перекрыли все пути для отступления противника. Пледы-убийцы, не разбив строя, взметнулись вверх, вновь сделали мертвую петлю, избежав столкновения с засадой, и полетели назад.