Читать книгу "Оллвард. Разрушитель судеб"

Темные глаза Таристана сверкнули в отблесках свечей.

– В тебе кроется страшная мощь, – сказал он, с гордостью глядя на нее. – Даже без Его силы.

– Я такая, какой должна быть, – повторила Эрида. Голос показался ей слишком мягким, и она поморщилась. «Я разговариваю как маленький ребенок».

Таристан присел рядом с ней, и под весом его тела низкая кровать прогнулась едва ли не до пола. Эрида прильнула к нему, позволяя поддержать ее за спину.

Он взял в руку ее ладонь.

– А какая ты рядом со мной?

– Просто я, – ответила она. – Что бы это ни значило.

И снова Тот, Кто Ждет обвился вокруг них, налегая с такой же силой, с какой они сжимали руки друг друга. В этот момент Эрида не могла сказать, хочет ли Он сблизить их или, наоборот, разделить.

Эрида нахмурила брови. Ее веки начали слипаться. Она слишком устала, чтобы раздумывать над этим вопросом.

«Мои мысли принадлежат лишь мне».

Плечи Таристана напряглись, и Эрида поняла, что его охватила тревога. Она повернула голову и всмотрелась в строгую линию на его лбу.

– Мне очень жаль, что мы потеряли Вергон, – повторила она. Эрида не представляла, каково это – утратить Веретено, а вместе с ним и дар Того, Кто Ждет.

– Меня беспокоит не Вергон, – проговорил он низким, хриплым голосом. По спине Эриды побежали мурашки. – Меня волнует то, что проникло в этот мир из Веретена.

Эрида вздрогнула – от липкого страха в этот раз. Дракон. Он по-прежнему летал по Варду и не подчинялся ничьим командам. Эрида закусила губу, стараясь не думать о том, что дракон может сделать с ее кавалерией. С Таристаном. И с ней самой.

«Я отказываюсь сгорать, – подумала она, крепко зажмурив глаза. – Я отказываюсь сгорать».

Текущая внутри ее река забурлила, словно пыталась смыть с ее души страх. Ее кожа запылала, а глаза защипало. Эрида яростно заморгала, жалея, что не может умыться холодной водой.

– Мы должны доверять Ронину, – наконец сказала она и поднялась на ноги.

Таристан скептически фыркнул. Эрида не могла его винить. Внезапная вера в красного мага удивила ее саму.

– Но самое главное, – скороговоркой добавила она, – мы должны доверять Ему.

На столе от малейшего движения подпрыгивало и плясало пламя свечей. Каждый язычок огня походил на маленькую золотую звездочку. Понаблюдав за ними несколько мгновений, Эрида повернулась к своим теням, видневшимся на стене шатра. Как и свечи, они колыхались и дрожали, ни на секунду не останавливаясь. Тень Таристана, отражавшая его позу, казалась маленькой и сгорбленной.

Ее собственная тень взметнулась высоко вверх, искажаясь и изгибаясь. На мгновение Эриде показалось, что она видит силуэт короны, которой на ней сейчас не было.

«Нет, это не корона», – прищурившись, поняла она.

Тень снова изменилась, заострившись кверху.

Рога.

Эрида знала, что с приходом весны холмы позеленеют и заблагоухают свежестью трав. Она представляла поля золотистой пшеницы, переливающейся на солнце. Леса, полные дичи. Реку Ривеалсор, которая, наполнившись талыми водами, выйдет из берегов. Даже рытвины на дорогах, которые оставят после себя не военные обозы, а купеческие телеги. Но пока что в этих землях царствовала зима, и до первых весенних оттепелей оставалось еще как минимум несколько недель. Сейчас Эриду окружали лишь изрытые серые поля, голые деревья и обмелевшая река, медленно текущая по гладким камешкам.

Она все равно узнавала окружавший ее пейзаж. С каждой пройденной милей воспоминания о первом походе на Рулайн становились все ярче и ярче. Перед ними расстилалась та же дорога, но теперь она была испещрена глубокими рытвинами, изъедена копытами королевской кавалерии, стремительно продвигавшейся вдоль реки. Над головами солдат великой армии развевались зеленые флаги Галланда с изображением рычащего льва. Розы Древнего Кора оплетали шею зверя, словно шипастое ожерелье из цветов и стеблей. Под его лапами виднелись серебристый жеребец, русалка и пылающий золотом факел.

«Мадренция, Тириот, Сискария, – думала Эрида. – Они объединились под властью льва. Под моей властью».

Над Рулайном не развевалось никаких флагов.

Эрида смотрела на израненую землю, на которой некогда возвышался город, зажатый между реками Ривеалсор и Риверосс. Теперь это место станет точкой сбора для ее легионов, точкой, где вся армия объединится, а потом отправится покорять Калидон. Эрида с трудом мог-ла представить, что скоро здесь соберется вся мощь Галланда, чтобы завоевать страну. Под ее кожей билось ритмичное пение силы, окутывающее ее своими теплыми объятиями.

У подножия холма виднелись полуразрушенные стены, почерневшие от огня. Они напоминали грубые очертания некогда располагавшегося здесь города. Все остальное превратилось в руины, сожженное пламенем или затопленное водой. Похороненное под слоем пепла или жидкой грязи.

«Сожгите его».

Эрида до сих пор чувствовала привкус этого приказа на языке. Перед мысленным взором до сих пор стоял лорд Торнуолл, кивающий в ответ. Он сам предложил уничтожить Рулайн, чтобы враг не смог использовать пограничный город против Галланда. Теперь граница, на которой он стоял, больше не существовала – Эрида убрала ее с карты, как фишку с игрового поля.

Но отчетливей всего Эрида помнила девочку, которой она была до осады Рулайна. Ей тогда уже исполнилось девятнадцать, но в душе она оставалась ребенком – маленькой простушкой, ничего не знавшей о большом мире. Она не понимала, что значит вести войну, не говоря уже о том, как ее выиграть.

Ни разрушение городских ворот Рулайна, ни его капитуляция не были заслугой войск Эриды. Все это случилось благодаря существам, которые добрались до крепостной стены по реке – трупам, с которых свисали куски плоти. Полусгнившим скелетам, явившимся из другого мира через Веретено. В ту ночь Эрида стояла на другом берегу реки и под покровом темноты наблюдала, как они карабкаются по каменным стенам. Она ужасно боялась, но Таристан удерживал ее, заставляя своими собственными глазами увидеть, как в действительности выглядит их захватническая война.

Эрида смотрела на происходящее широко открытыми глазами.

Именно в тот момент ее детство кончилось.

Глава 29
Корни и крылья
– Домакриан —

Древний был готов поспорить, что никогда не привыкнет к путешествиям по морю. Он всей душой проклинал ненавистные волны, которые раскачивали корабль из стороны в сторону. Ему ужасно хотелось сесть на коня и пуститься вскачь по равнинным просторам. Он предпочел бы объехать весь Вард два раза подряд, чем провести в море хоть еще одну минуту.

Они давно покинули Аскал, но он по-прежнему чувствовал себя так, словно его пытают.

Приступ морской болезни мучил его уже целый час – с тех самых пор, как их корабль отошел из очередного порта. Домакриан знал, что пираты будут смотреть на него недоуменными взглядами и скрывать за ладонями смешки, поэтому предпочел спуститься в маленькую каюту, где он мог забыться во сне. Он почувствовал, что Сораса следует за ним по пятам – бесшумно, как только может смертная.

– Если тебе нужна каюта… – начал он.

Сораса перебила его хлестким, как плеть, взглядом и поморщилась от отвращения.

– Не горю желанием сидеть у постели больного, – отрезала она.

Видимо, ее охватило не характерное для нее желание совершить добрый поступок, потому что она оставила у двери ведро и какой-то крошечный пакетик. Дом предполагал, что содержавшийся в нем порошок убьет любого смертного – да и он сам, хоть и был Древним, осторожным движением отложил его подальше.

Дом понимал, что лучше не давить на нее. Пусть Сорасу и изгнали из Гильдии, она по-прежнему была кровавой убийцей-амхара. Она не боялась спать на пиратском корабле. Это моряки опасались смотреть ей в глаза, не говоря уже о том, чтобы устраивать какие-либо неприятности.

К этому моменту Дом изучил ее повадки достаточно хорошо, чтобы понимать, когда она действительно собирается напасть, а когда просто хочет сбежать. Судя по всему, сейчас был второй случай. Через иллюминатор Сораса смотрела на полыхающую гавань Корранпорта и на практически сгоревший город за ней. Она изучала береговую линию, переводя взгляд с клубов дыма на морскую гладь и обратно. Ее мысли оставались для Дома загадкой, спрятанной за маской, которую она так виртуозно носила на лице.

Что до его мыслей, то они безостановочно крутились у него в голове, усиливая вызванную качкой тошноту.

– Возможно, каждая миля приближает нас к Корэйн. А может, и нет, – многозначительно проговорил он.

Подобные размышления давили на Дома и занимали собой все его сознание. «Если мы не знаем, где она, то не сможем понять, куда нам направляться. И как лучше всего ей помочь».

Сораса хранила молчание, хмуро поджав губы. Для убийцы-амхара это было все равно что выказать согласие.

За последние несколько недель она стала лучше выглядеть. Словно с ее плеч свалился тяжелый груз. Снаружи стоял удивительно теплый для зимы день, поэтому Сораса была одета лишь в штаны и тонкую рубашку, а ее короткие волосы собраны в маленький хвост на затылке. Иссиня-черные татуировки на бронзовой коже бросались в глаза. Здесь она могла позволить себе не скрывать свою личность – команда «Бурерожденной» и так знала ей цену. Однако ее пояс по-прежнему был при ней. На нем, как и всегда, висели мешочки с порошками, бутылочки с ядом и новый кинжал.

В маленький иллюминатор было видно лениво колыхающееся море. Дому хватило одного взгляда на волны, чтобы снова вернуться к кровати и лечь на спину в надежде переждать приступ недомогания.

Сораса усмехнулась. Ее веселил тот факт, что Дом не переносил морские путешествия.

Она пересекла узкую каюту и наклонилась к толстому стеклу иллюминатора.

– Сегодня добавилось еще три, – лениво протянула она, подсчитывая корабли, которые следовали прямо за «Бурерожденной». – Значит, за неделю к нам присоединилось десять новых судов.

Дом наблюдал за ней из-под полуприкрытых век, пытаясь прочесть ее мысли по выражению лица.

– Еще пираты?

Она ответила утвердительным мычанием.

– А еще тут есть тирийцы. Я видела их флаги. Последние несколько месяцев Мелиза провела с умом: поджигала порты и находила новых союзников. – Ее медные глаза сверкнули. – Похоже, их всех объединила ненависть к Эриде.

Дому мало что было известно о королевствах смертных, но даже он понимал, какой подвиг совершила капитан ан-Амарат. Тирийские принцы и пираты не одно столетие испытывали друг к другу взаимное презрение.

– В последнее время ненависть к ней объединяет всех нас, – пробормотал он. – Быть может, ее окажется достаточно, чтобы весь мир объединился против Эриды, прежде чем Таристан сделает ее непобедимой.

– Будем надеяться, – сказала Сораса, покачав головой.

Лежа на кровати, Дом позволил кораблю раскачивать себя, стараясь поддаться этому ощущению, даже несмотря на то что его тело отчаянно сотрясалось. Он уставился в низкий потолок, изучая текстуру деревянных досок. За время, проведенное на корабле, он успел запомнить каждую линию.

– Скоро прибудем в Оризию и там узнаем новости. Когда Эрида выступит в военный поход, нам останется лишь последовать за ней, – пробормотал Дом, повторяя этот план словно молитву.

– Ну, не совсем последовать. Надеюсь, – добавила Сораса и поморщилась. – Как же я ненавижу это слово.

Опустив на нее взгляд, Дом увидел, как ее губы изгибаются в гримасе отвращения.

– Последовать? – уточнил он.

Сораса нахмурилась еще сильнее.

– Надеюсь.

* * *

Спустя еще одну неделю, которая показалась Дому настоящей пыткой, они наконец-то приблизились к Оризии – городу, который располагался на отдельном острове. Древнему отчаянно захотелось спрыгнуть с палубы и самостоятельно проплыть последнюю милю до гавани, оставив «Бурерожденную» далеко позади. Только строгий взгляд Сорасы удержал его на борту.

К его удивлению, вход в городской порт охранялся несколькими судами. Они напомнили Дому корабли айбалийского патруля, который полностью контролировал Вардийский пролив. На большей части мачт развевались бирюзовые флаги Тириота с вышитыми на них золотистыми русалками. На остальных знамен не было вовсе.

«Пираты», – догадался Дом.

Хотя Тириот находился под контролем Эриды, мятежные принцы, заключив союз с пиратами, удерживали Оризию.

Мелиза в царственной позе стояла на носу корабля, обхватив рукой канат. Ее волосы развевались на ветру, словно еще один парус «Бурерожденной». Она улыбалась, глядя на остров и стену из судов, преграждавшую ей путь. Даже Дом чувствовал исходившую от нее гордость.

Оризия не походила на Адиру, которая представляла собой прибежище для преступников. Это был настоящий город. Он занимал большую часть острова, по форме напоминавшего клин. На западной стороне возвышались скалистые утесы, а на восточном побережье распростерлась равнина, переходящая в голубовато-зеленое мелководье. На море с высоты утесов смотрели соборы с белыми стенами и виллы с красными черепичными крышами, а рыночные кварталы и доки раскинулись на плоской части острова. Стоило им оказаться в порту, как Дом уловил аромат диких трав и кипарисовых рощ.

Хотя над водой к северу от них нависала низкая завеса тумана, над самой Оризией светило солнце, лучи которого окрашивали море и городские улицы в золотистый цвет.

– Кажется, боги улыбаются городу, который отважился на открытый мятеж, – протянула Сораса, шагая по порту.

К радости Дома, они высадились сразу, как только причалили к гавани. Он последовал за Мелизой и Сорасой вниз по трапу, сдерживая себя от того, чтобы не перейти на бег.

Оказавшись на твердой земле, Дом закачался из стороны в сторону и удержался на ногах только благодаря своей бессмертной грации. В глубине души он даже порадовался, что Сораса тоже едва сохранила равновесие. Что до Мелизы, то она раскачивалась сильнее их всех – для нее находиться на палубе привычнее, чем ходить по твердой суше. Следом за ней шли ее навигатор Кайрим и джидийский верзила Эйджер. Спустившись с корабля, они встали по обе стороны от капитана, словно ей требовалась защита рядом с бессмертным принцем Айоны.

– Если есть хоть какие-то новости о передвижениях Эрида, Морской Принц узнает о них первым, – сказала Мелиза, указывая на холм. – Я отведу вас к нему.

В доках Оризии царил хаос, а улицы кишели людьми. Здесь можно было повстречать моряков всех возможных оттенков кожи. Пираты сразу бросались в глаза, хотя тирийские моряки не слишком-то от них отличались – были такими же загорелыми и ловкими. Но, несмотря на солнечную погоду, у большинства из них было мрачное выражение лица. Над ними словно нависала туча войны, которую Эрида принесла в их родное королевство.

Сораса шла вплотную к Мелизе. Она снова распустила волосы и укуталась в плащ, чтобы спрятать свои татуировки.

– Следует ли нам опасаться охотников за головами и убийц? – спросил Дом, пригнувшись к уху Сорасы.

Дом помнил, что стены всех зданий в Алмасаде и Аскале пестрели плакатами с их лицами и его именем. Он торопливо осмотрелся по сторонам, приготовившись в очередной раз увидеть собственный портрет.

Сораса отрицательно покачала головой, но все равно натянула капюшон еще сильнее.

– Тебе нечего бояться, Древний. Оризия противостоит королеве. Здесь вряд ли найдется тот, кто захочет сдать тебя ей в руки. А если кто-то попытается, то я ему не завидую.

«Тебе нечего бояться».

Дом не сводил с нее взгляда, пока они шагали по многолюдным улицам. В его ушах звучали так и не сказанные ею слова.

«Бояться нечего только тебе».

Помимо королевы Галланда, у Сорасы Сарн было много врагов. Ее разыскивала не только Эрида, но и ее собственная Гильдия. Дом подозревал, что после того, как она расправилась с несколькими амхара, любой другой убийца при первой же возможности захочет прервать ее жизнь. Не исключено, что за ней вели охоту по всему миру.

Только подумав об этом, Дом почувствовал жжение в груди. Ему вдруг захотелось распахнуть плащ и притянуть Сорасу Сарн в свои объятия, скрыв от чужих глаз. Он хотел загородить ее собой от любого человека, который желал ей зла. «Хотя моя помощь ей, конечно, не понадобится», – с горечью подумал он и покачал головой, пытаясь избавиться от этой глупой идеи.

Словно прочитав его мысли, Сораса подняла полный отвращения взгляд.

– Беспокойся за себя, Дом, – прошипела она, шагая вперед. – И постарайся не выставить себя на посмешище перед Морским Принцем. А лучше вообще не открывай рот.

Оставив доки и корабли позади, они вышли на гористую часть острова, но на улицах по-прежнему встречалось множество моряков. Казалось, Оризия была до краев заполнена тирийскими мореплавателями и их семьями. Многие из них сбежали сюда с материка, после того как Эрида присоединила к своей империи Тириот и оставила там своих лордов в качестве наместников. Оризия напоминала военный форт. Или лагерь беженцев. Все двери и окна были распахнуты настежь, показывая, что горожане рады приютить всех своих соотечественников.

Дом, как и всегда, выделялся среди толпы. В отличие от жителей острова, он был бледным и светловолосым, да еще и возвышался над ними на целую голову. А вот Сораса с ее бронзовой кожей и проницательным взглядом, хоть и скрывала его за капюшоном, запросто могла сойти за тирийку.

И все-таки их обоих поглотила хаотичная толпа моряков, пиратов и беженцев, которые оставили за спиной свою родину, захваченную империей Эриды. Площадь недалеко от доков напоминала палаточный лагерь. К белым стенам стоявших по периметру зданий крепились длинные навесы. Люди в огромных очередях ожидали возможности подойти к переносным столам, за которыми стояли флотские офицеры. Беженцы подписывали документы и получали монеты, а также морскую форму.

Внезапно человек, находившийся под одним из навесов, выкрикнул несколько слов на тирийском, указывая пальцем на Дома.

Древний мгновенно вытянулся. Одной рукой он потянулся за мечом, а вторую положил на плечо Сорасы, притягивая ее к себе.

– Он спрашивает, моряк ли ты, – сказала Сораса, и Дом почувствовал, как под его пальцами напрягаются ее мышцы. Она помедлила несколько мгновений, прежде чем оттолкнуть его от себя.

Бросив на нее взгляд, Дом увидел, что она обнажила зубы в ироничной усмешке.

– Эриду ждет неприятный сюрприз, – пробормотала она.

– Разве Тириот ей не сдался? – озадачено спросил Дом.

Медные глаза Сорасы заблестели из-под капюшона.

– Возможно, она так считает. Но это лишь передышка перед грядущей войной. Гордость застилает глаза, поэтому Эрида этого не замечает. Тирийцам нужно лишь подобрать правильный момент, чтобы нанести удар.

Дому очень хотелось поверить в этот оптимистичный прогноз. В последнее время он все чаще доверял Сорасе Сарн – помимо своей воли. Однако у него на сердце по-прежнему лежал тяжелый груз мрачных предчувствий.

– Истинная сила Эриды и Таристана кроется в войсках, которые передвигаются по земле, – тихо произнес он. – Вы, смертные, можете заполонить просторы Долгого моря военными кораблями, но королевские легионы и армия мертвецов все равно продолжат завоевывать один город за другим.

«К тому же все это никак не приближает нас к Корэйн. Мы до сих пор не нашли ни единой подсказки, которая помогла бы нам понять, где она сейчас».

Мелиза не замедляла шаг, хотя ее не единожды окликали пираты, а некоторые из них даже аплодировали вслед. Тирийцы вели себя более сдержанно. Пираты были их давними врагами. Конечно, им пришлось объединиться друг с другом против общего врага, но лишь на некоторое время.

Капитан привела их к двери, окрашенной в бело-голубые цвета. По обе стороны от входа стояли стражники, чьи головы венчали шлемы, украшенные рыбьими чешуйками. В руках они держали золотистые копья, а с их облаченных в доспехи плеч свисали короткие мантии цвета морской волны.

Они даже не попытались остановить Мелизу ан-Амарат. Здесь ее явно знали в лицо. Капитан без проблем зашла внутрь, и остальные последовали за ней.

Внутри виллы царила прохлада. В центре находился открытый дворик, вымощенный каменной плиткой и утопающий в свежей зелени. По пути им встретилось множество офицеров и адъютантов, но никто из них даже не пытался остановить капитана. Мелиза, чьи волнистые волосы были распущены, а одежда пропахла солью, выглядела на фоне статуй как тряпичная кукла. Она вела своих спутников по коридорам, пока не добралась до центрального дворика, где возвышался фонтан.

Вдоль покрытых побелкой стен стояли стражники, оберегавшие трех мужчин. Когда Мелиза вышла на свет, сияя солнечной улыбкой, все они повернули к ней головы.

Она согнула спину в театральном поклоне и, словно танцовщица, отвела руку назад.

– Ваше Высочество, – со смешком произнесла она, словно этот титул был какой-то забавной шуткой.

Морской Принц не ответил ей тем же, но уголки его губ дрогнули, как будто приветствие капитана позабавило его. Как и у моряков, у него была бронзовая кожа и кучерявые черные волосы, которые цветом походили на локоны Мелизы. Его глаза напоминали мед, а на его голове виднелся простой венец из кованого золота, украшенный одним-единственным аквамарином.

– Капитан ан-Амарат, – сказал он, сделав шаг им навстречу. – Мы только что о вас говорили.

Мелиза взмахнула покрытой шрамами рукой.

– Лучше скажите, когда вы обсуждаете кого-то другого. – Затем она перевела взгляд на двух других мужчин, сидящих за небольшим столом. – Адмирал Кайрос. Лорд Малек, – проговорила она и дважды наклонила голову, приветствуя каждого из них.

Дом предположил, что человека в морской форме звали Кайрос. Что же до лорда Малека, то он был облачен в переливчатые пурпурные одежды. У него были бледные глаза и темная кожа теплого оттенка, характерного для жителей южных королевств.

– Согласно первым докладам, наши надежды не оправдались, – сообщил Кайрос, сверля Мелизу обжигающим взглядом. На нем была стандартная голубая форма тирийского моряка и украшенный драгоценными камнями пояс, который свидетельствовал о его высоком ранге. – Флотская гавань сгорела, но она уничтожена не полностью. К тому же большая часть галлийских кораблей не успела прийти в порт.

Мелиза рассмеялась в голос.

– Вы будете читать доклады или выслушаете тех, кто был там лично?

Сораса отвернулась, скрывая усмешку.

Лицо лорда Малека исказилось от отвращения.

– Вы слишком поспешили нанести удар, – прорычал он. – Вам не хватило терпения дождаться того момента, когда в гавань зайдет больше судов. Вы струсили.

– Струсила? – Улыбка слетела с лица Мелизы, и в ее глазах сверкнула угроза.

– Спокойно, лорд Малек, – произнес Морской Принц, вернувшись к своим соратникам.

– Мой принц. – Кайрос побледнел, глядя на своего лорда. – Не думал, что доживу до того дня, когда вы будете защищать отбросов общества, подобных Мелизе ан-Амарат.

– Когда посадим львицу в клетку, вернемся к охоте на акул, – ответил Морской Принц, улыбаясь Мелизе. Та ухмыльнулась ему в ответ.

Это было все равно что наблюдать за двумя молниями, схлестнувшимися друг с другом.

– Я поспешила поджечь гавань не из-за нетерпения, – сказала Мелиза и, покачиваясь из стороны в сторону, подошла ближе к принцу. – А из-за этих двоих.

Все взгляды устремились на Древнего и убийцу, пронзая их насквозь. Дому было наплевать на их внимание. Он уже привык к тому, что смертные вечно пялятся на него. Однако ему не понравилось, как они изучали Сорасу и разглядывали татуировки, выглядывающие из-под ее одежды.

Она выдержала тяжесть их внимания, не сдвинувшись с места, но Дом услышал, как ритм ее сердца ускорился.

Морской Принц покачал головой, словно не веря своим ушам.

– Вы испытываете мои манеры на прочность каждый раз, когда приходите ко мне в дом, Мелиза, – произнес он. – Сначала вы привели в мой город шайку пиратов, которые постоянно норовят с кем-нибудь подраться, а теперь пришли в мой двор в компании убийцы-амхара.

Голос Сорасы прозвучал ехидно:

– Даю гарантию, что я не первая амхара, которая ходит по дому Морского Принца.

– Именно это меня и беспокоит, – парировал он. – А ваш второй спутник умеет разговаривать?

Дом инстинктивно выпрямил спину и посмотрел на Морского Принца так, как смотрел бы на любого знатного человека. Древний произвел на всех неизгладимое впечатление, даже несмотря на то что у него в желудке еще не до конца унялись волны морской болезни.

– Я принц Домакриан из Айоны, сын Утраченного Глориана, – пророкотал он.

Тихое фырканье Сорасы не скрылось от его слуха.

Принц тихонько присвистнул.

– Странные у вас друзья, Мелиза.

– Не более странные, чем Морской Принц, – отозвалась она.

Казалось, эти слова позабавили принца сильнее других. Он снова осмотрел Сорасу с ног до головы и ее многочисленные кинжалы, а потом пожал плечами.

– Итак, что такого они сделали, чтобы пустить прахом несколько недель тщательной подготовки?

По изящной каменной плитке заскрипели ножки стула, когда Мелиза подтянула его ближе к столу и поставила между Кайросом и лордом Малеком. Вздохнув, она опустилась на него сверху и закинула на столешницу обутую в сапог ногу. Лица мужчин исказились от отвращения.

– Они устроили пожар во дворце, – с удовлетворением проговорила она. – И едва не убили королеву, так ведь?

– Едва ли, – холодным тоном отозвалась Сораса.

Трое мужчин обменялись взглядами. На их лицах отражалась смесь ужаса и уважения.

– После этого я поняла, что наше время истекло, – продолжила Мелиза. – Нетрудно было догадаться, что после этого происшествия Эрида перекроет выход в гавань и утроит количество дозорных. Я сделала все, что в моих силах, чтобы привести наш план в исполнение, не подвергая опасности и свой корабль, и свою команду.

– Хорошо, – выдавил Кайрос. Ему явно было непросто признать то, что пират может принять правильное решение. – Полагаю, это лучшее, на что мы могли надеяться при таких обстоятельствах.

– Кстати, каковы эти обстоятельства? – Тихий голос Сорасы эхом разнесся по двору виллы. – На чем зиждется ваш союз?

Советники хранили молчание, оробев в присутствии настоящей убийцы-амхара. Однако Морскому Принцу хватило храбрости шагнуть к ней.

– На зыбкой почве, – ответил он.

– У вас есть новости о лорде Кониджине? – спросил Малек. – Или он окончательно исчез после того, как потерпел неудачу?

Кониджин. Дом пытался вспомнить, где ему доводилось слышать это имя. Судя по тому, как округлились глаза Сорасы, она понимала гораздо больше, чем он. Сораса поджала губы, приготовившись молчаливо прислушиваться к разговору. Дом последовал ее примеру.

Морской Принц усмехнулся, глядя на Мелизу:

– О какой из неудач идет речь? О той, когда он пытался убить Таристана на придворном пиру? Или о той, когда он хотел заменить Эриду мадрентийской принцессой, за что несчастная девочка поплатилась жизнью?

Малек пожал широкими плечами:

– Даже если Кониджин не очень разумен, он единственный может отнять у Эриды власть. Прежде чем она обретет такую мощь, что ее станет невозможно сместить с престола.

– Наши шпионы в Лекорре перехватили приказ Эриды для герцога Рекцио, – сообщил Кайрос и, достав свиток пергамента, расправил его на столе. – Его доставлял военный разведчик, он на всех парах мчался из Аскала в Сискарию.

Обогнув фонтан, Морской Принц подошел к столу и склонился над ним. Пальцем одной руки принялся водить по пергаменту, а вторую заложил за спину. Сораса и Мелиза тоже прильнули к столу, вызвав тем самым смятение среди стражи.

Дом смотрел на пергамент из-за их спин. Сообщение было написано на неизвестном для него языке смертных.

– Копию сделали в спешке, – пояснил Кайрос. – Но она повторяет оригинал слово в слово.

– Она собирает свои легионы в Рулайне. – Морской Принц выпрямил спину, и на его прекрасном лице появилось жесткое выражение. – От Рулайна разве не остались одни обгоревшие руины? Эрида же лично разрушила его до основания.

– Она еще не закончила с завоеваниями севера. Эта кровожадная дуреха даже не стала дожидаться, когда растает снег, – грубым тоном проговорил лорд Малек, разглядывая документ. – Она собирается напасть на Калидон.

– Ей придется пробираться туда через горы. – Кайрос, по-прежнему сидя на стуле, гордо выпятил грудь. – Она знает, что не сможет переправить армию по морю.

Мелиза покачала головой:

– Калидон – очень маленькое королевство. Оно для нее совершенно бесполезно. Зачем вести армию через половину страны, чтобы завоевать пару покрытых снегом скал?

Калидон.

Это слово заполнило сознание Домакриана несмолкающим колокольным звоном. В нем эхом звучали пять сотен лет, которые хранились у него в памяти. Силуэты черных тисов, проступавшие сквозь туман. Суровый ветер, гнавший тучи над горной долиной, которая то золотилась от солнечных лучей, то скрывалась под мрачной тенью. Вечный снег на вершинах гор. И укрепленный город, возвышавшийся на серой скале, который ему никогда не увидеть вновь.

«Смертные называют это место Калидоном».

Он знал его под названием Айона.

«Моя родина».

На лбу Дома выступили капли пота, и он покачнулся, отступив всего на один шаг назад. Этого оказалось достаточно, чтобы к его горлу подкатила тошнота, словно он по-прежнему находился на палубе корабля.

Резко обернувшись, Сораса встретилась с ним взглядом, и в ее медных глазах отразилась не типичная для нее тревога. Она озадаченно нахмурилась и приоткрыла рот. Дом надеялся, что она поймет все по его лицу – прочитает его выражение с такой легкостью, на которую была способна.

– Корэйн, – с трудом выдавил он. Ее имя прозвучало тихо, словно вдох.

Мелиза застыла, так и склонившись над столом. С ее лица слетела маска очарования.

«Она в Айоне. С моими родичами. В целости и сохранности. Она по-прежнему жива. – Он тяжело сглотнул, пытаясь подавить волну отвращения. – Но Эрида знает об этом. Ее армии уже движутся в сторону Калидона».

Его сердце едва не остановилось. Мир перед глазами накренился.

«Таристан тоже знает».

Если бы не Сораса, он бы повалился на бок. Обхватив обеими руками, Сораса помогала ему сохранить равновесие.

– Успокойся, – пробормотала она. – Тебе надо успокоиться.

Дом сделал глубокий вдох, втягивая в себя воздух, который внезапно показался ему спертым. «Вдыхай через нос, выдыхай через рот». Сораса обучила его этой технике, когда они впервые увидели мертвецов Веретенной армии. И сейчас напоминала об этом, сверля его яростным взглядом. Она показывала ему, что нужно делать, нарочито подчеркнуто приподнимая и опуская грудь. Дом следил за движениями ее тела и пытался подстроиться под ритм ее дыхания.

– Теперь мы знаем, где она, – пробормотала Сораса. Она стояла так близко, что он чувствовал вибрацию ее голоса. – А значит, сможем что-то предпринять.

– Ты понял, где моя дочь.

Резкий тон Мелизы быстро вернул его к реальности. Капитан вскочила из-за стола и устремила взгляд на лицо Древнего.