Читать книгу "«Благо разрешился письмом…» Переписка Ф. В. Булгарина"

Карлово, 23 июня 1853

Любезнейший и почтеннейший Павел Степанович!

Благодарю вас за поздравление с днем моего рождения! Тяжело: стукнуло 64 года!

Благодарю вас за присылку газет и книжек о беседах Лебедева. Отдайте все книжки Лебедеву, с условием, чтоб он отдал 25 экземпляров генералу Витовтову[1260]1260
  П. А. Витовтов в 1846–1857 гг. был начальником штаба Гвардейского и гренадерского корпуса, а командиром корпуса был наследник цесаревич великий князь Александр Николаевич.


[Закрыть] и 5 экз[емпляров] полковнику. Для меня довольно, если оставите десяток экземпляров.

Благодарю вас душевно за все! «Северная пчела» издается прекрасно, и все мои комиссии, которыми я бессовестно обременяю Вас, исполняются совестно!

Ура! Да здравствует П. С. Усов!

Книга Демаре, которая мне нужна, лежит во втором или третьем шкафу, внизу (оправлена в серую бумагу), от новой печки; помните, Н. И. Греч растворил шкаф и показал книги. Они стоят внизу, не на полках, а лежат одна на другой.

Посылаемый фельетон велите или сейчас набрать, или переписать начисто, прочтите сами и пошлите к Елагину. Он ужасно глуп и невежда. Если он вымарает о Филарете Шале – то пошлите непременно к попечителю[1261]1261
  Текст о французском писателе Ф. Шале в фельетонах Булгарина не появился.


[Закрыть]. Может съездить О. Ф. Васильев в Царское Село[1262]1262
  «М. Н. Мусин-Пушкин каждое лето жил в Царском Селе на даче, в доме тамошнего уездного училища, на углу Колпинской и Оранжерейной улиц» (Усов П. С. Ф. В. Булгарин в последнее десятилетие его жизни (1850–1859 гг.). С. 309).


[Закрыть]. Для меня весьма важно, чтобы было напечатано о Филарете Шале. Сделайте одолжение, отошлите письмецо к барону Неттельгорсту чрез городскую почту или попросите Осипа Федоровича, чтоб он снес письмо барону.

Да благословит вас бог! Душевно любящий и уважающий вас Ф. Булгарин.

NB. 1 июля переезжаем в Саракус, но это в наших делах ничего не значит. Времени у меня сегодня мало и мне некогда писать к Осипу Федоровичу, скажите ему, что вещи мои я наконец получил 22 июня, о чем он должен уведомить полицмейстера Поля, чтоб не хлопотать понапрасну.

Да попросите, чтоб Осип Федорович написал мне о сыне моем Мечиславе, который должен был просить три дня у барона. У нас слухи носятся, что в войске, которое теперь в лагере под Красным Селом, весьма сильная холера, а во время маневров войско должно проводить ночи на сырой земле. Боюсь за сына!

У нас с утра ужасная буря. В 7¾ часа молния ударила в башню Карлова, т. е. в громовой отвод. Весь дом затрясся. Ужас! Никогда в Петербурге не бывало таких гроз, какие бывают в нашей Лифляндии. Ее и называют Donner-Wetter-Land[1263]1263
  Страна грозовой погоды (нем.).


[Закрыть]!

Почтеннейший и любезнейший Павел Степанович!

Посылаю вам первую половину субботнего фельетона[1264]1264
  См.: Ф. Б. Журнальная всякая всячина // СП. 1853. № 151. 11 июля.


[Закрыть]. Покорнейше прошу вас приказать немедленно переписать начисто эту статью, прочесть и поправить, если в переписке в чем-либо ошиблись, а по-моему, лучше набрать, скориговать и отнести к директору канцелярии министра государственных имуществ[1265]1265
  Этот пост занимал К. Г. Холодовский.


[Закрыть] или к заступающему место директора и попросить, чтоб он, при первом докладе, представил эту статью графу Павлу Дмитриевичу Киселеву на утверждение, что со стороны министерства нет препятствия к напечатанию. Только об этом и просите. Хорошо было бы, если б вы сами снесли эту статью к директору канцелярии[1266]1266
  П. С. Усов после окончания университета служил в 1849–1853 гг. в Департаменте сельского хозяйства Министерства государственных имуществ, но ко времени получения этого письма перешел уже на службу в Ведомство учреждений императрицы Марии Федоровны.


[Закрыть], или попросите вашего братца. Если ж этого нельзя, то поручите это О. Ф. Васильеву. Чрез рассыльного нельзя посылать статьи, потому что это еще первый пример, что статья представляется директору канцелярии для доклада – потому что прежде я сам носил подобные статьи к графу. Следовательно, директор не поймет, в чем дело. Надобно сказать, что граф сам велел мне выдать отчет[1267]1267
  См.: Извлечение из Отчета министра государственных имуществ за 1851 год. СПб., 1852.


[Закрыть], для извлечения из него, что я почту нужным.

Нынешнею зимою место директора канцелярии занимал мой земляк, умный и добрый человечина. Теперь не знаю, кто занимает это место. Если тот же поляк, то скажите ему или поручите ему сказать от моего имени, что это делается в угоду графу П. Д. Киселеву. Во всяком случае, просите, кто бы ни был директор, чтоб немедленно доложил и возвратил вам статью. А меня прошу покорно уведомить, чтоб я знал, писать ли новую половину статьи или приделать к посланной другую половину.

Николай Иванович Греч, как вижу из «Пчелы», – увы! – спятил с ума-разума. Из Бадена присылать ложь о Контском[1268]1268
  В СП регулярно печатались неумеренные похвалы Булгарина скрипачу Аполлинарию Контскому и его брату пианисту Антону Контскому. Гречу это надоело, и 30 апреля 1853 г. он напечатал в № 94 СП короткую заметку без названия, в которой заявлял, что не участвует в составлении музыкальных статей СП. 2 мая Булгарин в своем фельетоне «Журнальная всякая всячина» (№ 96) в дружелюбном тоне ответил ему. 5 мая Греч в другой заметке, опять-таки без названия, пояснял свою позицию и писал, что разногласия издателей по непринципиальным вопросам (как музыка) – нормальное явление. Но 19 мая в № 110 в СП было опубликовано «Немузыкальное объяснение (Письмо к издателям Северной пчелы)» Н. В. Кукольника, в котором он полемизировал с Гречем, утверждая, что тот не является знатоком музыки, и восхваляя Аполлинария Контского, ссылаясь в этом на авторитетных музыкальных критиков. Булгарин же в примечании писал, что упомянутые две заметки Греча – «плод минутного нерасположения духа». Все это разозлило Греча, он писал Усову 6 (18) июня из Висбадена: «Статья Кукольника возбудила во мне негодование. <…> Хороши подлецы! <…> Теперь я могу высказать всю правду» (ИРЛИ. Ф. 319. № 21. Л. 27 об.). Греч ответил Кукольнику «Немузыкальным объяснением музыкального объяснения» (СП. 1853. № 138. 23 июня), написанным в резком тоне. Он заявлял: «Я восставал отнюдь не против гг. Контских, а против неумеренных, беспрерывных похвал им, которыми в течение двух лет наполнялись листы “Северной пчелы” и которые до крайности наскучили ее читателям». В завершение он процитировал строфу из стихотворения Г. Р. Державина «Вельможа»:
Каких ни вымышляй пружин,Чтоб мужу бую умудриться,Не можно век носить личин,И истина должна открыться.

[Закрыть], из ненависти к польской породе! Все тот же издатель 1812 года!

«Я век на камне кончу сем!»

«Эдип» Озерова

Холера идет к нам. Она уже в Ревеле, перешла в Нарву и теперь в Иевве, на повороте с большой дороги в Ревель. Пока едим и ваш любимый творог со сливками, и ботвинью, и землянику со сливками, и огурчики, но придет холера, опять на суп. Ради бога, берегитесь! Помните о ваших добрых родителях и любящих вас, как я, ваш

Ф. Булгарин.

24 июня 1853

Карлово

Почтеннейший и любезнейший Павел Степанович!

Посылаю вам окончание фельетона, в котором первая половина посвящена разбору отчета министра государственных имуществ, и жду с нетерпением известия, позволил ли министр печатать.

В «Пчеле» тщательно перепечатываются из «Journal de St. Pétersbourg» надежды и уверения, что не будет войны с Турциею. Эти надежды и уверения в сохранении мира чрезвычайно вредны для «Пчелы». При каждом объявлении войны прибывало по 1500 и 2000 подписчиков. Какое нам дело разуверять других, что войны быть не может, потому что английские лавочники не хотят этого! Пожалуйста, оставьте в покое эту статью в «Journal de St. Pétersbourg». Кажется, у нас и нет других источников!

Тетушка моя просит вас покорнейше доставлять ей «Hamburgischer Correspondent» поаккуратнее. Вы, верно, поручаете это дело Кузнецову. Сделайте одолжение, потрудитесь сами. Тетушка получает иногда по два экземпляра одного нумера, а иногда не получает двух и трех нумеров. Все перемешано, и видно, что этим делом занимается Кузнецов. О себе не говорю. По два экз[емпляра] и я получаю «Journ[al] des Débats», но многих нумеров вовсе не получаю: видно, они задерживаются на почте.

Сделайте одолжение, узнайте, отдал ли полковник Лебедев экземпляры генералу Витовтову.

Прощайте, дай Бог вам здоровья и охоты к осторожности. Страшно! Поклоны всем вашим.

Преданный и любящий Ф. Булгарин.

1 июля 1853.

Карлово.

NB. Сделайте одолжение, напишите мне подробно, почему Ростислав перестал писать по средам. Это важно для меня.

NB. Скажите О. Ф. Васильеву, что мы сегодня, 1 июля, переезжаем в Саракус – письмо его я получил и прошу еще писать, что услышит нового и любопытного.

Любезнейший и почтеннейший Павел Степанович!

Благодарю вас за оборванный ценсурою «Journ[al] des Débats», за книгу Desmarest, а еще более за ваше милое письмецо.

Не знаю, что сталось с моим обозрением отчета министра госуд[арственных] имуществ – но посылаю продолжение, т. е. половину фельетона[1269]1269
  См.: Ф. Б. Журнальная всякая всячина // СП. 1853. № 157. 18 июля.


[Закрыть]. Если первая статья позволена министром, то и эту вторую доставьте также директору канцелярии министра (разумеется, переписанную или в наборе) для доклада. Все мало встречающиеся слова в моей статье написал я четко на боках, чтоб в переписке или в наборе не был искажен смысл.

Если министр запретил печатать статью, то из двух фельетонов можно сделать один. На днях я пришлю окончание фельетона.

Покорнейше прошу напечатать прилагаемую статью Киркора из Вильны[1270]1270
  А. К. [Киркор А.] Письмо из Вильны (К Ф. В. Булгарину от 24 июня 1853) // СП. 1853. № 152. 13 июля.


[Закрыть] – и напечатать поскорее. Киркор – друг мой, человек полезный и ученый. Надобно дать место оправданию его в «Пчеле». Но медленность в печатании статей все убивает, как пишут ко мне корреспонденты!

Хотел было я послать несколько нумеров «Dörptesche Zeitung», для математического доказательства, что можно наполнять газету весьма занимательными статьями, не заглядывая даже в «Journal de St. Pétersbourg», но посылка дорого стоит, пришлю с оказией. «Journ[al] de St. Pétersbourg» даже не получается в редакции «Dörptesche Zeitung», потому что этот журнал глупейшая газета во всем мире. Спрашиваю вас, по совести: какой интерес может иметь «Северная пчела» для читателя, получающего «Journ[al] de St. Pétersbourg»??? Самые незначительные мелочи, биржевые слухи о войне и тому подобные дрязги тщательно перепечатываются в «Пчеле» из «Journ[al] de St. Pétersbourg», которая выписывает их из других газет, получаемых редакциею «Сев[ерной] пчелы». Конечно, это облегчает труд редакции «Сев[ерной] пчелы», потому что ценсура не марает статей, взятых из «Journ[al] de St. Pétersbourg», но это радикально вредно для «Северной пчелы»! Зачем же мы выписываем такое множество иностранных газет?[1271]1271
  «Булгарин очень хорошо знал, что с отъездом Н. И. Греча за границу я перестал пользоваться его правом получения иностранных газет без цензуры и почтамт удерживал те выписанные редакциею газеты, которые не значились в его списке, а в результате, при тогдашней строгости почтовой цензуры, выходило, что лучшим источником для иностранных известий оказывался “Journal de St. Pétersbourg”» (Усов П. С. Ф. В. Булгарин в последнее десятилетие его жизни (1850–1859 гг.). С. 310).


[Закрыть] Н. И. Греч – олицетворенная лень, чтоб иметь время для своих любезностей с бабами (NB. Отвратительными), не читал никаких газет, но довольствовался жидовским «Journ[al] de St. Pétersbourg» – и теперь осталось то же направление. Иногда изредка появляются в «Пчелке» статейки в три строки из «Ind[épendance] Belge»! Для меня «Journ[al] de St. Pétersbourg» хуже холеры, и каждая статья в нем (кроме официальных) пахнет жидовщиной, Дамке, Вестманом и фальшивым графом Сансе, также жидом, что и доказано его единоверцами. Что из нее брать, кроме официальности? Не понимаю! Для Н. И. Греча – все равно: был бы доход от «Пчелы» и бабы для его забавы; но для меня – не все равно! Посылайте немецкие и другие газеты к Р. М. Зотову – он выберет и переведет, нужно только поправить его слог. Извините за правду, но мне пришло невтерпеж. Я обрадовался, что Н. И. Греч выехал на свое обыкновенное бродяжничество, думая, что «Пчела» отдохнет от натиска «Journ[al] de St. Pétersbourg», но выходит, что дух Н. И. Греча, слуги Вестмана и друга Дамке, остался в «Пчеле». Я прихожу в отчаяние![1272]1272
  Усов сообщил Гречу о критике Булгарина. Греч писал в ответ из Парижа 21 июля (2 августа): «Глупости Булгарина меня не удивляют: уж такая его нация. Спор и брань для него пища и забава. Пусть его! Только за что он бранит нас обоих? Недоумеваю» (ИРЛИ. Ф. 319. № 21. Л. 37).


[Закрыть]

Любящий и уважающий вас Ф. Булгарин.

6 июля 1853.

Саракус

Любезнейший и почтеннейший Павел Степанович!

У меня ум зашел за разум, и я не знаю, что писать с таким глупым ценсором! Жду, как жиды Мессии, уведомления от Вас, позволил ли министр госуд[арственных] имуществ печатать об его отчете – чтоб продолжать или оставить!

Из запрещенного фельетона, который вы мне прислали, я составлю фельетон и пришлю на днях. Делать нечего, надобно слушать Елагина, чтоб не попасть в беду!

Покорнейше прошу: зайдите к директору канцелярии министра госуд[арственных] имуществ для справки о моих статьях. Не зайдете, и чрез год сами не пришлют.

Елагина надобно непременно удалить, и я это сделаю, возвратясь в Питер. Вот именно что италиянцы называют bruta bestia[1273]1273
  ужасный зверь (ит.). Правильно: brutta.


[Закрыть]!

Ответ мой господину Гречу надобно непременно напечатать.

Любящий и уважающий вас искренне Ф. Булгарин.

Саракус

11 июля 1853.

NB. Сделайте одолжение, перешлите письмо при оказии Ф. М. Толстому. Я не знаю, где он живет на даче.

Любезнейший и почтеннейший Павел Степанович!

Советы мои и просьбы насчет ежедневного заимствования самых пустячных статей из «Journ[al] de St. Pétersbourg» не приняты, а напротив заимствования усилены – следовательно, об этом предмете почитаю излишним говорить.

Приступим к делу!

1. Фельетон № 151 «Пчелы» вышел слишком длинный. Прошу вас сокращать, т. е. отлагать частицы фельетона до другого нумера, если фельетон слишком велик. Предоставляю это на ваше благорассуждение.

2. Посылаю печатные листки для фельетона. Запрещенное Елагиным – вырезано. Когда будете посылать к нему фельетон, пошлите и эти печатные листки, с моими заметками карандашом.

3. В фельетоне № 151 «Пчелы» поправьте опечатки. На стр. 605, в 1[-м] столбце, в строке 17 напечатано: hydrargyrum, должно быть: hydrargynum. На той же странице и в том же столбце, строка 13 напечатано: «подписывают имя», должно быть: подписываются ими. Смысл совершенно искажен!

4. Прошу покорно переписать окончательную статью об отчете Министерства госуд[арственных] имуществ[1274]1274
  См.: Ф. Б. Журнальная всякая всячина // СП. 1853. № 163. 25 июля.


[Закрыть] и послать по-прежнему к директору министерской канцелярии.

5. У меня есть и оригинальные присланные статьи, и статьи для переводов, но как вы не печатаете доставляемого мною, то нет охоты и посылать.

6. Повторяю просьбу о напечатании ко мне письма из Вильны.

Будьте здравы, веселы, наслаждайтесь журналами, особенно «Journ[al] de St. Pétersbourg» и «Ind[épendance] Belge», отцом и матерью «Пчелы» 1853 года, и не забывайте любящего и уважающего вас за вашу честность, скромность и трудолюбие

покорного слугу Ф. Булгарина.

14 июля 1853

Саракус

Любезнейший Павел Степанович!

Ваша щекотливость (susceptibilité) представляет все, что только прикоснется к вам, в превратном виде. Вы пишете (от 17 июля), что мои последние два письма были для вас в высшей степени оскорбительны! Что я упрекаю вас в лености и т. п. Крайне сожалею о вашей душевной болезни, потому что излишняя щекотливость причисляется физиологами к душевным болезням – и весьма справедливо. Если б вы были мой жесточайший враг, которого я ненавижу хуже чумы и холеры, то и тогда не упрекнул бы я вас в лености! А я душевно люблю вас за вашу скромность, честный и благородный образ мыслей, любовь к просвещению и именно за ваше примерное трудолюбие и ставлю вас в пример моим детям. Не вас упрекал я в лености, а того, который, как я полагаю, дал вам совет перепечатывать из одного «Journ[al] de St. Pétersbourg», потому что ему некогда читать всех газет! Что же касается до оскорблений, то, по всей справедливости, я должен почитать себя оскорбленным по следующим причинам:

1. Я, старый журналист, издававший журнал без цензуры в Варшаве[1275]1275
  Близко знакомый с Булгариным В. К. Кюхельбекер называл его (в 1824 или 1825 г.) «бывшим издателем “Варшавского свистка”» (Кюхельбекер В. К. Путешествие. Дневник. Статьи. Л., 1979. С. 500), другой его знакомый, Б. М. Федоров, также свидетельствовал (в своей эпиграмме), что Булгарин «в Варшаве издавал “Свисток”» (см.: Русская эпиграмма. Л., 1988. С. 286). В библиографических справочниках польской периодики подобное издание за 1815 г. не значится (см., например: Gielżyński W. Prasa warszawska: 1661–1914. Warszawa, 1962).


[Закрыть], основавший в 1822 году «Северный архив», в 1825 году (вместе с Гречем) «Северную пчелу», прошу и умоляю молодого, умного, доброго и трудолюбивого сотрудника брать из «Journ[al] de St. Pétersbourg» только официальные статьи и разнообразить подписи под статьями, взятыми из иностранных газет, но меня не только не слушают, а как будто нарочно усиливают перепечатки из «Journ[al] de St. Pétersbourg», перепечатывая из этой газеты самые пустые статьи, которые находятся во всех газетах! Однако ж я не оскорбился, как вы, в высшей степени и по-прежнему люблю вас!

Причины, по которым я просил вас разнообразить наименование газет иностранных под статьями, печатаемыми в «Пчеле», основаны на моей долголетней опытности. Публика вообще ищет в журналах и газетах разнообразия. Видя беспрерывно под статьями «Север[ной] пчелы» «Journal de St. Pétersbourg» и «Ind[épendance] Belge», она охладевает к «Пчеле»! Вы даже пишете в «Пчеле», например: «в Moniteur сказано», а подписываете: «Journ[al] de St. Pétersbourg»! Ведь это значит: не читайте «Пчелы», а читайте «Journal de St. Pétersbourg», там все есть, и «Пчела» только и живет «Journal de St. Pétersbourg»! А когда много иностранных журналов подписано под статьями, значит: «Пчела» получает много газет, которых каждому нельзя выписывать – и потому должно читать «Пчелу». Это логика, основанная на опытности.

2. Я вас просил и умолял не печатать всех газетных, то же что трактирных, сплетней (потому что иностранные газетчики имеют своих сотрудников, называемых furets du journal[1276]1276
  газетные проныры (фр.).


[Закрыть], которые собирают вести – on dit[1277]1277
  говорят (фр.).


[Закрыть], man sagt[1278]1278
  говорят (нем.).


[Закрыть] – в кафе и трактирах) о близком мире России с Турциею. Послушали ли вы моего совета? Я знаю, по опыту, что каждая война приносила нам до 2000 подписчиков, а, разуверяя публику в возможности войны, вы уничтожили весь эффект, который произвели циркуляры Нессельроде и высочайший манифест[1279]1279
  Имеются в виду циркуляры российским посланникам от 30 мая (см. о нем в примеч. 332) и от 20 июня 1853 г. (см.: СП. 1853. № 139. 24 июня), а также высочайший манифест от 14 июня (см.: СП. 1853. № 132. 16 июня) о занятии Дунайских княжеств как мере воздействия на Турцию. Во втором циркуляре разъяснялись положения манифеста Николая I и заявлялось, что российские войска не уйдут из Дунайских княжеств до тех пор, пока Турция не даст согласия на российские требования, а французский и английский флоты не покинут турецкие воды.


[Закрыть]. На что подписываться на газету, когда уверяют, что войны не будет! Да и эти миролюбивые уверения так надоели – что хоть плакать!

И этот совет основан на опыте!

3. Во втором пункте вашего письма вы пишете, что «Journal des Débats», «Union», «Moniteur universel», «Assemblée National» и «Constitutionnel» получаются днем позже «Indép[endance] Belge», и потому-де вы берете большую часть известий из «Indép[endance] Belge»! Важное дело – один день разницы!!! Что за великие новости приносит днем прежде «Indép[endance] Belge»? Для «Пчелы» важно не один день прежде сообщение ничего не значащих новостей, но важно много подписей, – сиречь разнообразие. Это журнальная сметливость или уловка, если угодно, но она необходима для поддержания газеты. Пока была война 1812–1814 года, «Сын Отечества», издаваемый Гречем, имел несколько тысяч подписчиков. После войны политические известия были оставлены «Сыну Отечества», и, когда я соединился с Гречем, «Сын Отечества» имел с чем-то до 600 подписчиков! Политику «Северной пчелы» хвалили в публике тогда только, когда при «Пчеле» оставался покойный Алексей Греч, потому что у него была сметливость.

Желал бы я видеть, что сказал бы и что написал бы Н. И. Греч или Краевский, если б не послушались ни просьб их, ни советов?

4. Лучше всего покажите это письмо вашему почтенному отцу. Он человек разумный и опытный, пусть он рассудит нас и скажет, кто прав, кто виноват! Прошу об этом!

5. На Греча я вам не жаловался, потому что это было совершенно лишнее. Я написал ответ и послал в «Пчелу» для напечатания, потому что имею точно такое же право в «Пчеле», как он, не менее, не более. Жду с нетерпением напечатания этой статьи в моем фельетоне. Если б я хотел жаловаться на Греча кому бы ни было, то во всем Дерпте не стало бы бумаги! Может быть, я как-нибудь упомянул о Грече в моем к вам письме (не помню что!), а приятно я не могу вспомнить о нем! Finis![1280]1280
  Конец! (лат.).


[Закрыть]

Я на вас не жалуюсь и всегда одинаково люблю, потому что уверен, что если вы что сделали не так, как мне хотелось, то потому, что полагали это лучшим и верите, будто заимствование ежедневное из двух газет («Journ[al] de St. Pétersbourg» и «Indép[endance] Belge») вовсе не вредно, а полезно для «Пчелы»! Нет, добрый, умный, трудолюбивый, но неопытный друг Павел Степанович, вредно и вредно! Николай Ив[анович] Греч не разуверит меня! Он не видит и не знает русской публики, а мне каждый говорит в глаза, что думает.

Посылаю при сем только 5 полос фельетона, потому что у вас есть и ответ Гречу, и другие печатные мои статьи. Прошу непременно напечатать мой ответ Гречу. За этим я сам готов немедленно прикатить в Питер! О другом прошу вас: усыпите своего червя, называемого щекотливостью, и верьте, что, кроме ваших родителей, никто вас больше не любит, как преданный вам душевно Ф. Булгарин.

NB. У всякого свои недостатки: я не умею примешивать сахару в правду и говорю, что думаю! Порок – да поздно исправляться! Состарился!

NB NB. Прошу прилагаемые письма отдать О. Ф. Васильеву: он сам разнесет.

Саракус

22 июля 1853

Любезнейший Павел Степанович!

После написания первого моего письма к вам от 22 июля я приехал из Саракус в Дерпт и нашел ваше письмо, в котором вы уведомляете, что ценсор задержал мой ответ Гречу. Не постигаю, почему вы его посылали предварительно к ценсору, как вещь сомнительную или опасную к пропуску. На грубости Греча, на сравнения Контского с паяцем Виолем, на стихи «мужу-бую» и подобные старые гречевские ухватки я отвечал вежливо и деликатно, как пристойно благовоспитанному человеку. Если ценсор не позволит, я буду писать к попечителю, к министру и жаловаться выше. Вас покорнейше прошу известить меня, какой ход примет эта статья, чем чувствительно обяжете преданного вам Ф. Булгарина.

Тоже 22 июля, но уже из Дерпта.

Любезнейший и почтеннейший Павел Степанович!

Хотя я уже слишком крепко убивался, что вашей щекотливости несть пределов и что с вами осторожнее надобно обходиться, чем с сырым яичком – но что ж делать, когда моя грубая и прямая натура не умеет гречествовать или терживерсировать[1281]1281
  Галлицизм, образованный от французского глагола tergiverser (увиливать).


[Закрыть]! И потому вот опять мои замечания!

1. Турунов, кажется, в нынешнем году здоров и мог бы более работать. Смесь на первой полосе «Пчелы» чрезвычайно мала. Можно было бы перенесть смесь и на другую полосу. Ведь только смесь и можно читать в «Пчеле».

2. Статья о выставке[1282]1282
  См.: Мсу – ъ. Краткое обозрение московской выставки мануфактурных изделий 1853 года // СП. 1853. № 152–156, 158–160. 13–17, 20–22 июля.


[Закрыть] полезна и нужна в «Пчеле», но для массы публики – тяжела, следовательно, надобно было бы облегчить «Пчелу». «Пчела» – газета, а не энцикл[опедический] или археологический журнал. Какой чорт подсунул вам эту скучную, тяжелую и глупую статью о первопечатных русских газетах? Верно, глухарь Полторацкий[1283]1283
  См.: Бычков А. О хранящихся в Императорской публичной библиотеке ведомостях 1705, 1706 и 1707 годов // СП. 1853. № 161, 162. 23, 24 июля. Указание на автора статьи было помещено 24 июля. Булгарин, видимо, еще не получил этот номер газеты, когда писал письмо. Он называет С. Д. Полторацкого «глухарем», поскольку тот плохо слышал.


[Закрыть]! Я его порядком турну из «Пчелы», с россказнями о старопечатных книгах! Газета! Помните, что «Пчела» газета!

3. Я вам сообщил путешествие Мацкевича и статью Савельева – пожалуйста, отошлите мне обратно эти статьи. Я их здесь переделаю, потому что без переделки они не могут быть напечатаны.

4. Не лучше ли было бы напечатать Путешествие Ампера по Америке?[1284]1284
  См.: Гавана и остров Куба. Из путешествия Ампера // СП. 1853. № 252–257. 12–18 нояб.


[Закрыть] Есть и продолжение. Турунов не ленивец – только дать ему работу! Боюсь посылать вам статьи для перевода: бережете слишком Турунова!

5. Прошу покорно напечатать прилагаемую статью из «Черниговских губерн[ских] ведомостей». Просят и генерал, и гражд[анские] губернаторы.

6. По природе вы человек серьезный и любите ученое и серьезное. Все это прекрасно – но большинство публики любит легкое. Политики в «Пчеле» нет, для больших литер[атурных] статей нет места, так, пожалуйте, помещайте в задницу маленькие, хорошие, мелкие и занимательные литер[атурные] статьи и прибавьте целую полосу смеси. В «Дерпт[ской] газете» их бездна!

7. Покорнейше прошу сказать О. Ф. Васильеву, что мне сегодня нельзя писать к нему, но я напишу на днях.

8. Сделайте одолжение, известите меня, или, если вам некогда, прикажите известить: до какого числа месяца августа есть у вас мои фельетоны? Последний нумер «Пчелы» я получил четверговый и, если и в эту субботу нет моего возражения Гречу, – пишу жалобы ко всем лицам и во все места и прошу возвратить мне статью.

Знаю, что вы станете гневаться! Уж извините, я не танцмейстер! Сказал вам однажды, что люблю вас и уважаю – и баста, а что на уме, то и на языке.

Любящий и уважающий вас

Ф. Булгарин.

28 июля 1853

Саракус